Часть 24
Тени на закате
Утро выдалось неспокойным. Не потому что было холодно или шёл дождь — напротив, солнце заливало Барселону мягким золотом. Но телефоны не замолкали. Соцсети пестрили заголовками:
«Изабелла Морено снова в строю!»
«Возвращение звезды Ла Масии: блестящий перформанс на утренней тренировке!»
В ленте мелькали нарезки: точный пас Саломе — и как Изабелла перехватывает, обходит двух и делает молниеносную передачу. Комментаторы хвалили технику, болельщики спорили, стоит ли уже звать её на уровне обладателей золотого мяча. Даже те, кто месяцами сомневался, теперь молчали. Или переходили на сторону тех, кто в неё верил с первого дня.
Но сама Изабелла не репостила ни сторисов, ни твитов. Она пролистывала всё без эмоций, будто речь шла не о ней. Эти «ураганные» комментарии не касались самого главного — боли, обиды, потерь. Она вернулась не ради оваций, а ради себя. Чтобы доказать: она ещё может. Она ещё жива в этом спорте.
Всё началось на разминочных кругах. Изабелла чувствовала, как легко двигается тело — без боли, без страха. Она вернулась в своё русло, будто стала частью пейзажа: ноги работали, голова чиста, инстинкты точны.
— Изабелла, пас! — закричала Саломе, и без доли замедления мяч оказался у неё.
— Красава! — Вики хлопнула в ладони.
Изабелла мельком улыбнулась. Она не кричала, не требовала мяча, не давала громких указаний — но её движения командовали куда громче слов. Каждое касание — как подпись художника на холсте. И даже те, кто вчера шептался о её слабости, теперь молчали и смотрели.
Тренер Феррер стоял в тени ворот, делая заметки. Он почти ничего не говорил, но его взгляд задерживался на Изабелле дольше, чем на остальных.
Когда прозвучал свисток и девочки начали расходиться, на поле осталась одна фигура. Стояла у линии. Немного в стороне. Словно ждала. Лаура.
— Изабелла, подожди...
Голос прозвучал неожиданно. Ни привычной сухости, ни презрения. Он был почти... неловким. Даже стеснённым. Изабелла обернулась медленно, не сводя взгляда.
Лаура стояла, сцепив руки перед собой, будто школьница на выговоре.
— Я хотела... поговорить, — начала она, пряча взгляд в землю. — Точнее... извиниться.
Изабелла молчала. Подошла на шаг ближе, но не ответила. Лаура сглотнула и продолжила:
— Я вела себя ужасно. Как... как последняя дура. Я завидовала. Я злилась. Я... Я не справлялась с тем, что ты всегда была лучше. Даже когда была тишиной — ты была громче всех.
— Почему сейчас? — голос Изабеллы был ровным, почти ледяным. Но в глазах — осторожность.
— Я увидела, как ты играла. На этой тренировке. Это было... впечатляюще. И я поняла, что я ничего не выиграла своим поведением. Я только отдалилась от команды. От самой себя. И от тебя.
Она сделала паузу и едва слышно добавила:
— Я хочу попробовать исправить это.
Изабелла долго молчала. Смотрела ей прямо в лицо, и пыталась понять — наигранно ли это? Или...?
— Я это запомню, — ответила она наконец. И отвернулась.
***
— Она ЧТО?! — Вики чуть не выронила бутылку с водой.
— Сказала, что извиняется, — сухо бросила Изабелла, протирая лицо полотенцем. — Что жалеет. Что хочет начать с чистого листа.
— Как удобно, — Саломе закатила глаза. — Когда ты снова играешь, когда снова блистаешь — конечно, она хочет дружить.
— Она из тех, кто улыбается, когда смотрит, как ты падаешь, — вставила София, закрывая шкафчик. — Я с ней играла. Знаю её насквозь. Всё это — маска.
Изабелла кивнула. Медленно, осознанно:
— Я не дам ей себя обмануть.
Но внутри что-то дрогнуло. Сомнение. А вдруг...?
***
Алехандро ждал у старых ворот, прислонившись к забору. Он заметил её сразу и улыбнулся своей фирменной лукавой улыбкой:
— Если это не принцесса с боевым настроем.
— Принцесса с грязными бутсами, — усмехнулась она.
Он подошёл ближе, привычно обнял, и рука скользнула ей на плечо. Её сердце на мгновение застучало быстрее.
— Ты была крута. Все в шоке. Даже Феррер выглядел довольным — а это уже почти чудо.
— Спасибо.
Он чуть склонился к ней:
— Но ты напряжена. Что случилось?
Она вздохнула. Потом сказала:
— Лаура подошла. Извинилась. Говорила, что всё поняла.
— Лаура? Серьёзно? Извиняется?
— Да. Я не верю. Но...
— Ты хочешь верить, — закончил он, глядя на неё. — Ты всегда была слишком добрая. Но если она тебя обидит — клянусь, я сам сделаю ей подкат, чтобы запомнила.
— Але!
— Что? Защищаю свою любимую.
Он остановился, посмотрел в глаза. Затем мягко отодвинул прядь её волос.
— Ты знаешь, ты сильнее всех нас. И всё равно такая хрупкая внутри. Но я рядом. Всегда.
Вечер. Парк. Закат.
Они гуляли среди золотых аллей. Листья кружились под ногами, небо над Барселоной полыхало розовыми и янтарными оттенками. Тихо, спокойно, почти сказочно.
— Помнишь, ты когда-то говорил, что я как огонь? — спросила она.
— Да. Я тогда сгорел, — ответил он, не отпуская её руки.
Они остановились у скамейки. За спиной — вид на город. Закат опускался, солнце касалось горизонта.
Он посмотрел на неё. Она — на него.
— Я люблю тебя, куколка.
— Я тоже...
И в тот момент, когда ветер слегка качнул листья, он склонился и поцеловал её. Медленно, нежно. В губах — обещание, в руках — поддержка. В этом поцелуе было всё: доверие, забота, нежность, любовь.
Но в тени заката уже шевелилась опасность. И имя ей было — Лаура.
***
Стадион начинал дышать раньше, чем прозвучал первый свисток. «Эстади Йохан Кройф» утопал в янтарном свете заката, будто сам город склонялся перед тем, что должно было вот-вот произойти. Трибуны гудели, как раскаты грома — не просто от нетерпения, а как будто чувствовали: сегодня что-то изменится.
— «И-за-бел-ла! И-за-бел-ла!» — гул разносился с фанатской трибуны, ритмичный, мощный. Девчонки махали плакатами, на которых было нарисовано сердце и номер 21. Среди них — совсем крошечная, в футболке с фамилией Флорес на спине. Она подпрыгивала от счастья, подражая взрослым.
На семейной трибуне Кармен стискивала клубный шарф в пальцах — словно молилась в тишине своего сердца. Эрнесто смотрел на поле, будто это его матч, его вызов. А Фернандо, впервые за долгое время, просто молчал. Но в этом молчании не было тяжести — только сосредоточенная, почти болезненная гордость.
Рядом— семья Алехандро. Исадора держала за руку младшего сына, а Эдди не сводил глаз с газона, будто старался запомнить каждое движение. Алехандро сам сидел, опершись локтями на колени, и не дышал.
Когда объявили состав, и диктор назвал: «...под номером двадцать первым — Изабелла Флорес!», — стадион взорвался. И она вышла.
Высоко поднятая голова. Уверенная походка. Внутри — буря. Но снаружи — сталь.
Это был не просто матч. Это был её манифест.
С первых минут она врезалась в игру, как в танец. Пластичная, резкая, стремительная. Обыгрывала одна в три, уходила корпусом, уходила взглядом. Вся команда будто вела мяч к ней, и мяч её слушался.
На 18-й минуте она прочитала эпизод: перехват в центре, рывок, обыгрыш в касание — пас на Вики, удар в дальний. Мяч скользнул в угол, как лезвие. 1:0.
Стадион поднялся волной. Она не кричала — просто подняла руку, как дирижёр, благодарящий оркестр за звучание.
На бровке тренер молчал — он знал: сейчас её не трогают. Она летит.
На 30-й — она ушла в жёсткий стык, отобрала мяч на своей половине и сразу выдала диагональ через всё поле. Комментаторы запинались, пытаясь найти слова.
Во втором тайме игра ожесточилась. Соперницы играли жёстче, грубее. Шипы, локти, удары. В воздухе запахло борьбой.
На 67-й минуте Саломе сбили в опасной зоне. Свисток.
Пенальти.
Вся скамейка встала. Вся трибуна замерла.
Мяч взяла Лаура. Шанс. Ей обещали — однажды. И тренер кивнул. Но, подержав мяч несколько секунд, она вдруг развернулась и подошла к Изабелле. Без слов протянула ей.
— У тебя должен быть этот момент. Не у меня.
Изабелла встретилась с ней взглядом. Молчала. Просто взяла.
На точке — она и мяч. Больше ничего.
Разбег. Удар — и мяч вошёл в девятку, как будто всегда был частью этой сетки.
2:0.
Стадион взорвался. Она развернулась лицом к трибунам, закрыла глаза и раскинула руки. Воздух будто стал легче. Время — медленнее. А сердце — громче.
После финального свистка поле наполнилось криками, объятиями, смехом. Девчонки бросались к ней, скамейка вбежала, тренер хлопнул по плечу.
Но она уже смотрела выше.
Алехандро встал. Он не мог подойти — правила. Но и не нужно было слов. Он просто приложил два пальца к губам и отправил поцелуй в воздух.
Она поймала его взгляд. Слегка улыбнулась. И кивнула.
В раздевалке стоял настоящий праздник. Девчонки хлопали Изабелле по плечу, кричали, обнимали — вокруг неё образовался целый вихрь радости. Вики первой подбежала и схватила её в объятия.
— Боже, Иза, ты с ума сошла?! Это был настоящий перформанс! — закричала она в ухо, захлёбываясь от восторга.
— Ты видела, как она пробила? — воскликнула Саломе, глядя на Софию. — В самую девятку!
— А то! И с такой уверенностью... будто каждый день такие бьёт, — добавила София, восхищённо мотая головой.
Чуть поодаль девочки уже перешептывались. Они не могли поверить в то, что Лаура — та самая, которая всегда хотела показать, что сильнее — сама отдала пенальти Изабелле.
— Я думала, она ни за что не уступит, — прошептала Саломе.
— Я тоже, — кивнула София. — Но ты видела её лицо? Она правда хотела, чтобы именно Иза била.
— Может, у неё тоже наконец-то открылись глаза, — с иронией усмехнулась Вики.
В этот момент в раздевалку зашла Айтана Бонмати. А за ней — Алексия Путельяс. Изабелла моментально выпрямилась, сердце сжалось — они были кумирами с самого детства.
— Классный матч, — сказала Айтана, улыбаясь. — Ты выглядела очень уверенно. Особенно в первом тайме — пас на Вики был просто золото.
— И пенальти, — добавила Алексия. — Нервишки в порядке, да? Я бы так спокойно не пробила. Молодец.
Изабелла покраснела до корней волос, едва выдавила «спасибо», чувствуя, как её сердце бьётся в горле. Слова таких футболисток — это было... почти как сон.
После того, как все поздравления чуть стихли, она переоделась и вышла к выходу, где её уже ждала семья. Кармен обняла её крепко, прижимая к себе так, будто боялась отпустить. Эрнесто широко улыбался, а даже Фернандо, обычно строгий и молчаливый, кивнул с одобрением:
— Молодец, — сказал он коротко, но голос его звучал иначе. Не с упрёком, не с ожиданием — а с гордостью.
Семья Алехандро подошла тоже — Исадора обняла Изабеллу, Эдди выдал спонтанное:
— Ты сегодня как Месси, честно! Я даже видео снял, хочешь покажу?
Алехандро стоял чуть в стороне, наблюдая за ней. Потом шагнул ближе.
— Ты идёшь с нами? — спросила Кармен, обращаясь к дочери.
Но Алехандро уже ответил:
— Не волнуйтесь, тётя Кармен, я подвезу её. Всё нормально.
Изабелла кивнула, улыбнувшись. Она подошла к своей семье, обняла их всех по очереди, затем повернулась к семье Алехандро:
— Спасибо вам, что пришли.
— Как мы могли пропустить? — улыбнулась Исадора. — Мы гордимся тобой.
Они попрощались, и Изабелла, шагая рядом с Алехандро к выходу, вдруг ощутила: всё только начинается. Она сделала первый шаг — и он был громким.
Они шли к машине медленно, не спеша. Вокруг уже сгущались сумерки, улицы подсвечивались мягким светом фонарей. Шум стадиона затих где-то позади, оставив только эхо сегодняшнего триумфа.
— Всё ещё не верится, что ты реально это сделала, — сказал Алехандро, чуть повернувшись к ней. — Забила с пенальти, отыграла на все сто... Я до сих пор вижу, как ты летишь по флангу.
— А я до сих пор слышу, как трибуны скандируют моё имя, — усмехнулась она. — Это что-то...
— Ты заслужила это, куколка. Ты столько прошла, столько выдержала... — он замолчал на секунду, прежде чем добавить: — Мама сегодня сказала, что если бы я когда-нибудь влюбился в такую, как ты, она была бы абсолютно спокойна.
Она замерла на секунду и с чуть удивлённой, но искренней улыбкой посмотрела на него:
— Правда?
— Угу. А папа только кивнул, будто согласен на месте всё подписать. Они смотрели на тебя, как будто ты уже часть нашей семьи.
— Надеюсь, в хорошем смысле?
— В самом лучшем, Морено.
Они подошли к машине. Изабелла уже собиралась обойти на пассажирское сиденье, но вдруг остановилась. Подошла ближе, встала на носочки — и поцеловала его в щёку. Лёгкий, почти невесомый поцелуй.
Алехандро чуть замер, будто не ожидал. Его рука поднялась — он хотел было притянуть её ближе... Но она прижала ладонь к его груди, мягко остановив:
— Эй, тебе и этого достаточно, капитан.
Он тихо засмеялся, отступив.
— Ладно, Морено. На сегодня ты победила. Но только на сегодня.
Они сели в машину. Изабелла включила плейлист, и в динамиках заиграла песня Шакиры "Las de la Intuición".
— Вот это другое дело, — сказал Алехандро, подпевая припеву. — Классика.
— Ты знаешь слова?
— Я знаю всё, что тебе нравится.
— Ужас, — она рассмеялась, — ты становишься слишком хорош.
— Только с теми, кто этого достоин.
Из окна машины Барселона казалась спокойной и тёплой. Но внутри неё — всё бурлило. Потому что этот вечер был началом чего-то нового.
Когда машина подъехала к дому Изабеллы, они не спешили выходить. Музыка всё ещё играла фоном — теперь это была лёгкая инструменталка, почти не слышная. Улица была тёмной, только фонари отражались в лобовом стекле.
— Ну что, чемпионка, — тихо сказал Алехандро, глядя на неё, — доехали.
— Спасибо, что подвёз, — она повернулась к нему. — И за музыку, и за вечер, и за слова. Сегодня... я чувствовала себя как будто заново родилась.
Он чуть наклонился вперёд:
— Знаешь, я горжусь тобой. Всей душой. Ты сегодня сияла, куколка.
Изабелла распахнула дверь, но не вышла сразу. Вместо этого она остановилась, посмотрела на него, словно что-то решала. Потом снова подошла ближе, медленно — и теперь уже она, не спеша, поцеловала его в щёку. Но чуть ближе к губам, чем в прошлый раз.
Он, не медля ни секунды, мягко потянулся к ней, обнял за талию и, чуть приподняв голову, ответил — уже настоящим, коротким, но полным чувств поцелуем. Без спешки, но с уверенностью. В этом было всё: их годы, мечты, взаимность.
Когда он отстранился, в глазах блестела насмешка.
— Видели, да? Она пыталась меня дразнить, — сказал он в пространство, театрально обращаясь к пустой улице. — Типа: «тебе этого хватит». А в итоге сама...
Изабелла оттолкнула его шутливо в плечо и засмеялась:
— Ох, какой ты самодовольный. Всё, прощай, Бальде.
— Спокойной ночи, Морено, — сказал он мягко, смотря, как она выходит из машины.
— До завтра, — ответила она, оглянувшись на секунду.
Когда дверь за ней закрылась, Алехандро всё ещё смотрел в её сторону, а на его губах играла улыбка, совсем другая — настоящая.
***
Комната была тёмной, только экран телефона освещал лицо Изабеллы. Она лежала на кровати, укрывшись пледом до подбородка, прокручивая сторис, публикации, теги.
"Изабелла Морено — лучшая на поле!"
"#MVP"
"Мечтаю быть, как она!"
"Фантастический гол. Эта девчонка в огне."
Пальцы дрожали, но не от страха, а от невероятного чувства реальности: всё случилось. Она заслужила это.
На экране мигнуло сообщение от Вики:
«Тебе бы видеть лицо тренера после пенальти. Пуля!»
И сразу следующее от Алехандро:
«Ты была лучше всех. А я не удивлён. Просто горжусь.»
Изабелла улыбнулась. Тихо, по-настоящему. Она впервые за долгое время чувствовала себя собой — нужной, сильной, на своём месте.
В дверь осторожно постучали. Мама.
— Можно?
— Угу.
Кармен подошла и села на край кровати. Несколько секунд молчала, потом наклонилась и поцеловала её в лоб.
— Я смотрела на тебя и думала: вот она. Моя девочка.
— Мам...
— Спи. Завтра тебе ещё весь мир покорять.
Когда дверь закрылась, Изабелла снова посмотрела на экран. Уже не читала, просто смотрела на своё имя, на фото с поля.
И только одна мысль сидела глубоко внутри:
"Пусть это никогда не закончится."
***
Свет в комнате был приглушён. Лаура сидела у зеркала, расчесывая волосы. На кровати её младшая сестра, Лусия, листала планшет.
— Ты правда отдала ей пенальти? — спросила Лусия, не поднимая взгляда.
— Я же не дура, — усмехнулась Лаура, продолжая движения щёткой. — Пусть думает, что мы теперь друзья.
— Но все теперь её хвалят. Даже Алексия, даже Айтана.
Лаура на мгновение остановилась. В её глазах — неуверенность, затушённая чем-то другим. Зависть. Одержимость.
— Это ненадолго, — спокойно сказала она. — Мне нужно было, чтобы она расслабилась. Чтобы ей доверяли. И теперь — всё почти готово.
— Что готово? — удивлённо подняла глаза Лусия.
Лаура наклонилась к зеркалу, глядя в своё отражение.
— Осталось только, чтобы они это заметили. Совсем чуть-чуть. И она упадёт с пьедестала. Громко.
***
Вода с секретом
Тренировка была особенно изнурительной. Изабелла с каждым шагом чувствовала, как её мышцы начинают сдаваться. Судороги начали мучить её ноги, каждый шаг отдавался резкой болью. Она пыталась не показывать, что ей тяжело, но судороги, словно непроходимая стена, заставляли её останавливаться. Каждое движение становилось всё более трудным. Особенно отдавала себя спина и бедра, мышцы которые она не успела должным образом подготовить к нагрузке.
Она держалась на поле, но каждый раз, когда мяч катила её нога, она не могла не заметить, как тело начинает скрипеть от усталости. Изабелла мрачно посмотрела на часы. Тренировка длилась ещё минут 30, и она не была уверена, что выдержит до конца. Но, как всегда, гордость и желание не подвести команду удерживали её от того, чтобы сдаться.
Лаура заметила её затруднения почти сразу. Она не была глупой, и в её глазах не было того осуждения, которое могло бы быть у других. Но в её взгляде читалась некая настороженность, внимательность, как будто она ожидала этого момента. Она подошла к Изабелле, пытаясь выглядеть беспечно.
— Ты как, нормально? — Лаура подала ей бутылку с водой, стараясь не выдать чрезмерного интереса. — Ты знаешь, такие судороги могут прийти, если перегрузить тело. Я видела, как ты напрягалась.
Изабелла сделала шаг вперёд, чтобы подняться с земли, чувствуя резкую боль в ноге. Она сжала зубы и кивнула, но её лицо не скрывало усталости.
— Всё в порядке, просто... — Она покачала головой, пытаясь найти силы. — Просто перенапряглась немного. Не такая уж я и сильная, да? Просто хотелa бы завершить нормально тренировку.
— Конечно, ты справишься, — Лаура улыбнулась, как бы пытаясь поддержать. Она протянула бутылку, держа её за горлышко. — Я слышала, что эта вода с электролитами помогает. Она быстро восстанавливает мышцы. Если хочешь, выпей немного, и ты почувствуешь, как напряжение уходит.
Изабелла огляделась, немного сомневаясь. Но боль в ногах не оставляла ей выбора. Она взяла бутылку и сделала первый глоток. Вода была прохладной и горьковатой, но помогала. Судороги стали менее яркими. Её дыхание стало ровнее, а мышцы, хоть и не совсем, но начали расслабляться.
— Это должно помочь, — Лаура продолжала говорить спокойно. — Я лично всегда пью такую воду, когда чувствую напряжение. Это не только от судорог, но и от усталости помогает.
Изабелла кивнула, всё ещё сосредоточенная на своих ощущениях. Она знала, что Лаура, как и всегда, хотела помочь. Но в её словах было что-то, что заставляло задуматься. Лаура слишком легко предлагала эту воду. Всё выглядело как дружеское предложение, но что-то в её спокойствии казалось немного натянутым.
Тем не менее, Изабелла не стала углубляться в свои мысли. Она выпила ещё пару глотков, чувствуя, как тело начинает отогреваться и успокаиваться. Но вместе с этим её состояние всё больше становилось непривычным. Хотя судороги ушли, появилась лёгкая слабость в теле, как будто энергия куда-то ушла.
— Лучше? — Лаура посмотрела на неё с явным интересом, пытаясь скрыть усмешку.
— Да, да, стало лучше, — Изабелла выпрямилась, но ей не совсем удалось скрыть лёгкое головокружение. Она покачала головой, словно прогоняя неприятное ощущение. — Наверное, с электролитами это действительно работает. Спасибо.
Лаура улыбнулась, наблюдая за тем, как её «помощь» начала действовать.
— Не за что. Ты ведь сильная, я в этом не сомневаюсь. Просто не забывай отдыхать.
Изабелла сделала ещё несколько шагов, чувствуя, как её ноги всё меньше болят. Однако была одна странность: слабость в теле не проходила полностью. Её мышцы, хотя и не болели, но были как бы «опустошёнными». Странное чувство усталости, которое она раньше не испытывала. Это настораживало, но она всё равно решила не думать об этом слишком много.
Лаура продолжала следить за ней, почти незаметно, как будто просто ждала, когда её помощь принесёт больше плодов.
Прошёл час, и Изабелла почувствовала себя чуть лучше. Она отправилась домой, чувствуя, как на второй час уходит боль. Однако слабость в теле оставалась. Чего-то не хватало, но она решала, что это из-за нагрузки.
После того как Изабелла уселась на диван, её мысли всё чаще возвращались к странным ощущениям, которые она испытывала после того, как выпила воду. На первый взгляд, всё могло показаться банальностью — усталость после тренировки, недосып. Но почему-то это не давало ей покоя. Она решила, что лучше всего будет забыть об этом и сосредоточиться на других вещах. Всё-таки с ней всё в порядке. Она быстро открыла сообщение от Вики и попыталась отвлечься.
«Как ты там? Погуляем завтра?» — спросила Вики. Изабелла решила, что прогулка с подругой поможет ей расслабиться, и ответила: «Да, давай, это будет хорошо.»
Вскинув волосы, она встала и подошла к зеркалу. Оглядев себя, заметила, что она выглядит немного уставшей, но всё равно решила принять ванну, чтобы освежиться. Это поможет забыть об этих странных ощущениях. На самом деле она знала, что должна быть в идеальной форме — не только для тренировки, но и для борьбы за место в составе. Её мысли вернулись к Лауре и тому, как она предложила ей воду. Изабелла так и не смогла избавиться от ощущения, что что-то здесь не так. Её подозрения начали расти, но она решила на этом не зацикливаться. Всё-таки, возможно, это просто паранойя.
Позднее, сидя в ванной, она почувствовала ещё один приступ головокружения, но он прошёл так же быстро, как и появился. Её тело начинало адаптироваться, но странное чувство оставалось. Она закрыла глаза и вздохнула, пытаясь успокоиться. Когда она закончила водные процедуры, по её лицу пробежал лёгкий холодок, и она подумала о том, что нужно всё-таки поговорить с мамой. Но потом вспомнила, что её мать, как всегда, будет переживать и волноваться. Она не хотела, чтобы она видела её обеспокоенной.
Сейчас, когда Изабелла уже приняла решение не волноваться по поводу странных ощущений, её мобильный начал вибрировать на столе. Это был новый разговор от Лауры.
«Ты как? Всё в порядке?» — спросила Лаура.
Изабелла замедлила движение, прочитав это сообщение. Не было необходимости объяснять. Она же не собиралась поднимать панику, если с ней всё нормально. Быстро ответив: «Да, всё хорошо!» — она положила телефон обратно. Но внутри неё поднималась тревога. Почему Лаура так беспокоилась? Что стояло за этим?
Параллельно, как мы видим, у Лауры тоже не всё шло гладко. Она чувствовала, что всё ближе к своей цели. Следующим шагом будет момент, когда Изабелла заметит ещё несколько странных мелочей, которые могут заставить её более внимательно присмотреться к происходящему. Лаура понимает, что если она будет действовать слишком быстро, всё может сорваться. Но если она выдержит паузу и сделает всё вовремя, успех не заставит себя ждать.
***
Матч закончился. Стадион гудел от восторга, как живое сердце, бьющееся в унисон с игроками на поле. Изабелла, в 21-ом номере, вся в пыли и поту, с трудом сдерживала эмоции — победа была важной, личной. Она уже хотела направиться к команде, когда рядом с ней появился мужчина в строгом костюме с бейджем Федерации.
— Изабелла Флорес? — его голос был ровным, почти безэмоциональным. — Пройдёмте, пожалуйста. Вы выбраны для допинг-контроля.
Она моргнула, не сразу поняв смысл слов. Это был первый раз. Первый вызов. Сердце замерло, но она не дала себе времени на сомнения.
— Конечно, — ответила она спокойно, почти автоматически, даже не заметив, как в этот момент Саломе резко повернулась в её сторону.
— Что? Сейчас? — удивлённо пробормотала Саломе, глядя ей вслед.
Вики и София переглянулись. Даже у них что-то внутри кольнуло.
— Это всего лишь рутинная проверка, — осторожно сказала Вики, но звучала неуверенно. — Правда?
София пожала плечами:
— Странно, что сразу после такого важного матча.
Изабелла обернулась к ним на секунду. Улыбнулась — сдержанно, почти чтобы их успокоить, не себя.
— Всё хорошо. Девочки, я же ничего не принимаю.Будьте спокойнее. —сказала она улыбаясь.
С этими словами она направилась за сотрудником, вглубь коридоров стадиона. Пространство будто стало тише, звук трибун приглушился. Свет менялся — лампы то гудели, то мигали, будто добавляя напряжения. Она чувствовала, как бешено стучит сердце, но шла твёрдо, шаг за шагом.
А в это время, у самого выхода с поля, в тени тоннеля стояла Лаура. Её волосы слегка трепал ветер, глаза были прикованы к исчезающей фигуре Изабеллы. Рядом проходили люди — персонал, игроки, кто-то выкрикивал поздравления — но она не слышала никого. Лишь наблюдала, как Изабеллу уводят.
На лице Лауры появилась тонкая, почти невидимая улыбка. Не злорадная — спокойная. Рассчитывающая.
Она достала телефон, и, словно отчитываясь кому-то невидимому, прошептала:
— Всё идёт по плану. Теперь — только ждать.
На экране отразился список вызовов. Последний — без имени. Только инициалы. И рядом галочка.
А где-то в глубине под трибунами Изабелла садилась на скамейку перед белыми дверьми, где её ждал специалист и стерильный пакет с надписью "Образец №34".
Она не знала, что именно сейчас её жизнь медленно начинает скатываться по склону.
Но кое-кто знал.И очень хорошо.
__________
Извините за отсутствие, дел было много)
Приглашаю вас в свой тгк где выходят плейлисты для глав и там вы ведем обсуждения.Ссылка в шапке профиля🤍🤍