Благовония с ароматом лотоса.

Игра с духами недавно закончилась.

Вэй Усянь, добившись конфликта с Лань Ванцзи, исчез, зализывая раны. Сам же Второй Молодой Господин Лань, исполненный ярости и невыпущенной злобы, исчез вместе с группой Адептов Гусу Лань. Цзян Чэн же, злобно выстрелив молниями из глаз в сторону Вэй Ина, ушёл на дальнее стрельбище, чтобы выпустить пар.

- Не понимаю... - бормотал он, - Что ему от этой каменной колонны надо...

Тетива туго щёлкнула, отправив стрелу прямо в центр мишени. Где-то поодаль слышалась грозная отповедь Не Минцзюэ, ещё чуть дальше заливисто хохотал Вэй Усянь. Цзян Чэн еще больше разъярился, выхватив сразу две стрелы и послав их вперёд. Одна угодила точно в цель, но другая просвистела мимо, исчезнув в зелёных зарослях кустов. Цзян Чэн шипяще выругался и сунул руку в колчан, почувствовав пустоту. Еще ругательство, уже громче. Выдохнув, юноша пошел к мишеням, крепко сжимая в кулаке невинный лук. Он даже натужно затрещал, грозясь располовиниться. Почему-то Цзян Чэн прошел мимо целей, метя взором прямо в кусты. Раздвинув ветви, юноша заприметил свою пропажу, запутавшуюся в ветвях. Он потянулся за стрелой, что сверкала тонкой сталью острия, иногда слепя глаза. Коснувшись пальцами оперения, Цзян Чэн почувствовал, как ему закрыли глаза тёплой ладонью. Он вздрогнул и попытался развернуться, но безуспешно. Сильная рука обвила его за талию и перехватила руку, прижав ее к груди.

- Кто вы?! - Цзян Чэн дернулся вперёд, - Отпустите меня!!

Ноль эмоций, кончики пальцев чужака погладили влажный от пота лоб. Нежно-нежно, словно успокаивая. Но юношу это только нервировало. Цзян Чэн не понимал, почему не мог вырваться из этих странных, крепких объятий. Ему будто не хватало сил.

- Ты хоть знаешь, кто я такой?! Ты в курсе, кто мои родители?!

Послышался тихий смешок. Носа Цзян Чэна коснулся тонкий запах усыпляющего снадобья. Он почувствовал, как его сознание постепенно уплыло, а ноги предательски ослабли и подкосились. Если бы не медвежья хватка на талии, он бы не смог стоять. В глазах потемнело. Юношу аккуратно перехватили, и, подняв на руки, понесли куда-то. Картинка перед глазами плыла, и ему виднелось лишь красное пятно. А затем он, тихо пробормотав ругательство, отключился. Чужак замер, глядя на ношу в своих руках и вздохнул, прислонив голову Цзян Чэна к своей груди. А затем нежно коснулся губами макушки и снова пошел, быстрыми и широкими шагами удаляясь со стрельбища в сторону леса.

Уйдя достаточно далеко, человек выбрал ярко освещенную солнцем поляну и опустился на колени, выпуская спящего человека из рук. Это был юноша прекрасной наружности и кроткого на вид нрава. Он вгляделся в лицо Цзян Чэна и нежно коснулся наморщенной точки между бровями. Опять послышался тихий смешок, сменившийся тяжёлым вздохом.

- Простите, молодой господин Цзян, больше такого не повторится, - произнес юноша, нежно проведя кончиками пальцев по переносице спящего, - Вы об этом и не вспомните. Я Вам обещаю, никто не узнает. Просто... я хотел бы еще раз... Простите.

Юноша склонился над распростёртым на земле Цзян Чэном и коснулся его губ своими. Нежно мазнув по ним, он оставил поцелуи на каждом миллиметре спящего, немного напряжённого лица. В глазах юноши плескалась невообразимая грусть и непринятие. Он откинулся, поглядел в небо, а затем прилег рядом, мягко приобняв чужие плечи, и осторожно устроил бессознательного Цзян Чэна на своей груди.

- Вам очень идёт красный, молодой господин Цзян... - тихо прошептал юноша, прислонившись немного зарумянившейся щекой к чужой макушке, - Нет, Ваньинь. Ты такой красивый... Кружишь мне голову. Зачем я тебя встретил тогда, ты не знаешь? Зачем я в тебя влюбился? Ох... Почему я не могу забрать тебя куда-нибудь, подальше от людей и жить с тобой? Только вдвоём, м? Я хочу быть только с тобой, знаешь... Какие глупые мысли. Я не имею даже права на... это. Но, почему бы не помечтать? Всё равно ты ничего не будешь знать. Давай, послушай, а я пока помечтаю за нас двоих... За себя.

Юноша прочистил горло, поудобнее перехватил спящего Цзян Чэна и еще раз заглянул тому в лицо. Морщинка между бровей разгладилась и выражение стало мягким, тёплым и умиротворенным. Похититель не удержался и еще раз поцеловал мягкие, сладковатые и податливые губы. Затем улыбнулся и поднял карие глаза к небу, начиная свой рассказ:

- Мы бы ушли отсюда далеко-далеко. Туда, где никто бы нас не знал, никто не искал и не пытался учить и воспитывать. Жили бы в уединении, на вершине какой-нибудь красивой горы. Только вдвоём. Спали бы на одной кровати, вместе завтракали, охотились и ловили рыбу в озерке неподалёку от дома. Иногда ходили бы на ночную охоту, чтобы просто размяться и немного отвлечься. Отошли бы от дел мирских и тратили свое время только друг на друга. Я бы каждый день заваривал для тебя чай, готовил бы твою самую любимую пищу. Научился бы даже варить тот самый суп, о котором как-то слышал. С лапшой, свининой и сычуаньским перцем. Я бы каждый день расчесывал твои волосы, перебирал их пальцами, массировал тебе голову, лицо, все тело и ступни. Вечером мы бы устраивались где-нибудь на траве, разглядывая предзакатное небо. Я бы крепко-крепко тебя обнимал, вдыхая твой тёплый, нежный запах и... - юноша вдруг покраснел, виновато покосившись на спящего Цзян Чэна, - И целовал бы тебя. Каждый кусочек твоего лица, рук, тела... - он запнулся, чувствуя как запылали щеки, - И что-то еще. Я был бы для тебя примерным возлюбленным. А ты для меня. Лучше не придумаешь, правда?

Послышался тихий вздох. Грустный, наполненный сожалениями и нескрываемой болью. Карие глаза юноши, обнимавшего другого, заблестели, вдруг наполнившись влагой. Он тут же сморгнул и душераздирающе усмехнулся сам себе:

- Но так не будет... Ты станешь главой ордена, я стану главой ордена. Мы оба женимся, у нас будут свои семьи. Ты будешь жить в Пристани Лотоса, я в Облачных Глубинах. Пересекаться мы будем чрезвычайно редко, только на Советах орденов. Я смогу лишь вежливо тебе улыбаться, кивать. И так каждый раз. Но если вдруг тебе понадобится помощь, я никогда не откажу. Я всегда буду готов пожертвовать чем-то ради тебя, твоего дома и счастья. Я готов любить тебя вечно. Тихо, чтобы ты никогда не узнал... Зачем я тогда тебя поцеловал... Знаешь, мне так больно... Но ты в этом не виноват. Ты ни в чем никогда не будешь виноват. Я... Я люблю тебя. Спасибо за то, что ты просто есть. Каждый день смеешься, говоришь, улыбаешься, ругаешься и ходишь по этому беспечному миру. Спасибо. Ты сделал мою жизнь такой... Такой...

Юноша замолк, нежно потершись лицом о макушку Цзян Чэна. Затем еще раз, напоследок, поцеловал.

- Я... Я возьму твою ленту? На память, ладно? Прости, конечно, тебе придётся распустить волосы... Но никто не узнает, что я ее взял. Просто... Просто мне нужно хоть что-то твое, чтобы не было так одиноко. Пока моя стрела в полете, буду здесь ради тебя. И в следующей жизни, я надеюсь, мы встретимся вновь. Но... Но будем вместе каждый день.

***

- Цзян Чэн! Цзян Чэн, просыпайся!

- М-м-м... Что? Где это я?

Перед заспанным взором Цзян Ваньиня возникло обеспокоенно лицо Вэй Усяня. Он выглядел так, будто увидел нечто невообразимое.

- Что ты так смотришь? - у юноши дернулась бровь, - Вэй Ин, что, мать твою, на тебя нашло?

- П-ф-ф... Ничего... Не Хуайсан, правда ведь? - глаза Вэй Усяня заискрились хитрецой.

- Да-да, все в порядке, - поддакнул выскочивший из-за угла юноша, прикрыв странную улыбку веером, - Все просто идеально...

Цзян Чэн нахмурился, чувствуя огромный подвох в лучезаной улыбке Не Хуайсана и хитрой интонации Вэй Усяня. Он привстал и огляделся. Хм, когда он уснул? Вроде только недавно из лука стрелял? А сейчас он где-то в жилой зоне... Черт, совсем не в состоянии вспомнить. Странно все это...

- Цзян-мэй, - позвал Вэй Усянь и в голос расхохотался, упав на Не Хуасана, который странно захихикал.

- Смерти ищешь!? - тут же взвился Цзян Чэн и подскочил на ноги, - Совсем двинулся!?

И тут юноша почувствовал, как его длинные волосы мягко заструились по плечам. Он вздрогнул и воровато огляделся по сторонам, а затем потянулся к голове. Нащупав в волосах несколько цветков, он пораженно замер:

- Какого дьявола!? Вэй Усянь, ты...

- Это не я, это не я, - сквозь смех выдавил последний, - Когда я явился, ты был, а-ха-ха, уже в цветах! Братец Не подтвердит. Не знал, что тебе подходит чайная роза!! Ты прям таким кротким стал!

- Вэй Ин!!

На другой стороне двора, на втором этаже, двое заклинателей в белом сидели на балкончике, мирно попивая чай и глядя на заваруху внизу.

- Ванцзи, тебе не кажется, что это весело? - спросил Лань Сичэнь, глядя на убегающего от Цзян Чэна Вэй Усяня.

- Нет, - ответил Лань Ванцзи, не поведя и бровью.

- Ты совсем зачерствел, мы же ещё молоды, - вздохнул старший, пригубив чай.

- Брат, что с тобой? - вдруг подал голос младший, - Ты, кажется, без настроения.

- Тебе только кажется.

***

Вдохновение для написания я получила, увидев этот безусловно замечательный арт. Никогда не чувствовала себя так грустно, на самом деле. Но... Но в итоге они оба счастливы, верно?