4. Культ
Глава 2 - Вишня.
Мор не спала — будто ночь и мозг сговорились не пускать её в забытье. Часы тянулись, как вязкая смола: ни в час ночи, ни в два, ни после сотой попытки просто закрыть глаза и переждать не пришло облегчения. Мысли крутились, цеплялись друг за друга, не давая ни секунды покоя. В конце концов она сдалась и вышла на улицу.
Холод и дождь не отрезвили, а, напротив, опьянили ещё сильнее. Они обволакивали, как нежная тюль, проникали под кожу, смешивались с хаосом в голове. Жёлтые фонари мерцали вдалеке, манили, как одинокая лампа манит мотылька в глухом лесу. Ей было всё равно, что тело мёрзнет и дрожит — она видела только этот свет.
Он вырывал из ночи лоскуты пространства, искажал их, превращал обычный город в место, где реальность трещала по швам. Фонарь впереди то гас, то вспыхивал вновь — и Морриган замерла, заворожённая. Полчаса она стояла, не шевелясь, дыша в такт его миганию. Глаза болели от резкого света, но она не отворачивалась — боясь прервать этот странный ритуал. Точно такой же фонарь был виден из окна комнаты Монте...
Под этим фонарём её и стошнило — остатки переваренной пиццы выплеснулись на мокрый асфальт. Всё, что копилось внутри — тревога, усталость, отчаяние — вышло разом. И сразу фонарь стал обычным. Просто кусок металла и стекла, испускающий тусклый жёлтый свет.
Ноги сами выбрали путь — тот единственный маршрут, что ещё держался в памяти.
Ранним утром её, полусонную и промокшую, заметил охранник на ступенях колледжа. Старый добродушный дедушка с морщинистым лицом и тёплым взглядом. Он протянул ключи от санузла, лишь спросил коротко:
— Лунатишь?
Морриган кивнула. Возвращаться к машине — значит идти несколько километров по грязному после дождя городу. Она без раздумий прошла внутрь. Умыться. Хоть немного прийти в себя.
К последней паре — анатомии — силы почти оставили её. Даже сидя на первой парте, она не могла разобрать слов преподавателя. Голос доносился, будто сквозь толщу воды: монотонный, тягучий, усыпляющий. Когда она опиралась головой на согнутые в локтях руки и прикрывала глаза, её затягивало в сон — тревожный, вязкий, как болото. Вздрагивая, она просыпалась, выпрямлялась, но через минуту голова снова тяжелела, опускалась... И всё повторялось.
Преподаватель бормотал что‑то про строение мышц, а студенты перешёптывались о Кире — она так и не появилась дома. Голоса то затихали, то вновь возникали, а Морриган снова проваливалась в сон, который тут же забывала.
Резкий щелчок двери вырвал её из полудрёмы. Мор открыла глаза — прямо перед ней висела табличка: «аудитория 207».
— Извините, что прерываю занятие, но нас обязали провести небольшой анонимный тест среди студентов, — произнесла женщина, остановившись у входа. Её голос прозвучал слишком чётко, слишком резко. Нервничает?
Картер бросил на неё быстрый взгляд и кивнул:
— Думаю, сегодня мы можем себе это позволить. Тема всё равно не из критичных.
Женщина прошла по кабинету, цокая каблуками. Она раздавала бланки медленно, методично, иногда сверяясь с каким‑то списком. Сквозь пальцы и растрёпанные волосы Мор взглянула на распечатку:
«Ваши родители лунатят ночью?»
«Вы когда‑нибудь лунатили?»
«Замечали ли вы резкие изменения в своих родственниках или в себе?»
В углу листа — набор цифр: 2070103.
Мор не стала читать дальше. На все вопросы она ответила «нет» и отложила лист. Третий вопрос дал понять: это очередной способ найти пропавшую студентку. Когда исчезнут следующие — они будут искать совпадения в ответах. Никакой анонимности. Мор сидела на первой парте третьего ряда. 2070103... Они просто проверят камеры — кто сидел на этом месте. При чём тут лунатизм? Об этом она уже не думала.
Морриган бросила взгляд на Сайласа — может, удастся незаметно вздремнуть? Но он смотрел прямо на неё. Не отводил глаз. Их взгляды встретились, и он не дрогнул. Мор устало смотрела в ответ. Ей было всё равно, почему он так смотрит — она просто ждала, когда он отвлечётся, и она сможет уснуть.
Темнокожий студент прошёл по аудитории, собирая листы. Тест Морриган оказался сверху стопки. Он сам вызвался помочь, а после о чём‑то переговорил с Картером.
— Закругляемся, сегодня отпущу вас пораньше, — объявил преподаватель, закончив разговор.
Студенты шумно собрали вещи и высыпали из аудитории. Морриган лениво смяла лист, который использовала вместо тетради — там были каракули, обрывки стихов, бессмысленные рисунки, создававшие видимость работы. Выходя в коридор, она бросила его в мусорную корзину.
До встречи с куратором оставалось чуть больше получаса. Вечер окутывал колледж тишиной — многие группы отпускали раньше, ведь к этому времени преподаватели и сами уставали.
Морриган бродила рядом со старой частью корпуса, высматривая кабинет куратора. Кира упоминала фамилию — Дубова. Охранник подсказал что ее кабинет где-то здесь. На двери должна быть табличка с фамилией. По крайней мере, на других кабинетах такие висели.
Мор шла медленно, почти лениво, как будто у неё было бесконечно много времени, а не жалкие тридцать минут. Здесь воздух не гулял, он висел.
Краска на стенах облупилась, местами проступал бетон. Лампочки под потолком горели через одну, и свет от них был тусклый, желтоватый, будто уставший. Пол скрипел под берцами, и этот звук казался слишком громким для пустого здания.
Мор скользнула взглядом по дверям. На некоторых висели новые таблички. Она читала фамилии без интереса, машинально, будто просто убивала время.
Дранникова... Нет.
Дубровская. Тоже не то.
Она уже собиралась развернуться и выйти обратно, когда в конце коридора мелькнуло движение. Картер.
Мор узнала его сразу — по походке, по этой неуместной уверенности. Его благородная фигура выделялась среди потрепанного окружения. Рядом с ним шёл тот самый темнокожий студент из аудитории. Они о чём-то говорили, тихо, почти вполголоса, слова до Мор не доходили — только ритм.
Она не стала кричать вслед. Просто остановилась на секунду, прищурилась — и пошла следом. Не из интереса. В этом корпусе оставили рабочими только преподавательские, да и Картер не был похож на наркомана, чтобы прятаться по темным углам. Возможно, этот коридор вел в его кабинет, к тому же он был последним, который Мор не осмотрела, так что им в любом случае было по пути. Если окажется что и там нет кабинета Дубовой - Мор напрямую спросит Картера, как только он остановится. Она не хотела бегать за ним как глупый щенок.
Её шаги стали мягче, почти бесшумными. Она держалась на расстоянии, не прячась, но и не догоняя. Картер не оборачивался. Студент тоже. Им и в голову не приходило, что за ними кто-то может идти.
Коридор постепенно сужался, потолок становился ниже. Свет — слабее. Запахло сыростью.
Они свернули налево, потом ещё раз — и вышли к двойным дверям спортзала. Старые, тяжёлые, с потёртыми ручками.
Картер толкнул одну из створок. Они зашли внутрь.
Мор дошла до двери и остановилась. Рука сама легла на холодный металл ручки, но она не открыла сразу. Просто стояла, слушала. Внутри кто-то перешептывался.
Она поморщилась — в нос ударил густой запах мокрой псины вперемешку с чем-то сладковато-кислым. Мор чуть склонила голову, будто пытаясь распробовать его, как вкус.
Где-то на краю памяти что-то зашевелилось. Волчица. Но мысль не зацепилась — соскользнула, как вода.
— Плевать, — тихо пробормотала она себе под нос.
Пальцы сжали ручку.
Мор приоткрыла дверь ровно настолько, чтобы можно было заглянуть внутрь.
Внутри было слишком много людей.
Все в мантиях. Темные, одинаковые, все одного размера. Они стояли вдоль стен, почти не двигаясь, и бормотали — не слова, а полу-вой, вязкий, тянущийся, как плавленый сыр, только звук.
Свечи ещё не горели, но их уже расставляли. Тяжёлые тумбы скрипели по полу, звук отдавался глухо, как будто пол был полым.
Кто-то протащил кушетку — широкую, обшарпанную. На обивке темнели пятна крови.
Вторая дверь в зале была приоткрыта — оттуда шел сквозняк. Вот почему эта дверь была закрыта снаружи, а не изнутри. Остальные вошли с другого входа.
В углу — клетки. Мор не стала всматриваться дальше. Хватит.
Она уже собиралась закрыть дверь, когда движение внутри сбилось с общего ритма. Темнокожий студент в наспех накинутой мантии почти бежал. Быстро. Нервно.
Он не смотрел на неё — глаза в пол, шаги сбиваются. Он не заметил Мор, просто спешил.
Морриган спокойно закрыла дверь и сделала шаг назад. Толпа слишком плотная. Картер там растворился, как капля в чернилах.
Дверь распахнулась раньше, чем она успела развернуться.
Тот студент врезался в неё и отшатнулся, резко втягивая воздух.
— Чёрт, почему ты ещё не на собрании? Оно давно началось. — он говорил быстро, раздражённо, стряхивая пыль с мантии.
Мор чуть склонила голову, глядя на него так, будто он заговорил с ней о чем-то рутинном.
— А без меня уже начали приносить в жертву или я ещё успеваю на самое интересное?
Он замер. Парень поднял глаза — и встретился с ней взглядом. Сначала его лицо исказило удивление, потом страх, затем замешательство.
И, наконец, улыбка. Широкая. Слишком широкая.
— Прости-прости... — он отступил на шаг. — Я думал, ты из театрального кружка. Мы готовим... особый спектакль. Никто о нём не знает. Не ожидал увидеть тут кого-то ещё.
Мор молча смотрела на него пару секунд. Она никогда не торопилась понапрасну.
— Спектакль про секту? — спокойно спросила она.
Парень нервно усмехнулся.
— Мне нельзя рассказывать. Это... секрет. — он глубоко вдохнул, будто вспоминая, как дышать. — Так чего ты тут забыла?
Мор пожала плечами.
— Заблудилась. – Она сделала паузу. — Знаешь, где кабинет Дубовой?
— Я провожу.
И почему она не подумала спросить у него раньше?
Он пошёл вперёд, видно совсем забыв о том, что куда-то спешил.
Мор двинулась следом. Она ни разу не обернулась.
Морриган успела ровно ко времени.
Когда она зашла, куратор не стала медлить. Это была женщина лет пятидесяти, не сильно высокая, крашенная под шатенку и чуть полная. С очень добрыми глазами. Как мать смотрит на свое дитя она смотрела на все, что ее окружает. Даже на Мор. Она добавила ее в общую группу, объяснила несколько правил. Отчитала она Морриган только за внешний вид – слишком легкая одежда для нынешней погоды.
- Подожди, еще кое-что, - Ирина Дуброва остановила Мор, когда та уже приоткрыла дверь, и всунула ей в руки бумажку. – Вот, можешь выбрать что понравится. За участие в кружке будет плюсик к портфолио после выпуска. Ты, это, попробуй хотя бы. Походи, посмотри.
- Как раз сегодня смотрела на театральный кружок. – Мор ответила ей из вежливости. Хорошие отношения с куратором могут пригодиться.
- Театральный? Дак его распустили. Поставили какой-то скандальный спектакль и все тут, прости прощай вся репутация.
- Про сектантов?
- Не знаю, милая. Чеши давай домой пока совсем не похолодало, не дай бог простудишься, в одной футболке-то.