цветущая улыбка
Чуя, запыхавшись, вбежал в палату, молниеносно хватая Осаму за запястье, проверяя его пульс. Слишком низкий для нормы. Врачи перенесли юношу на каталки. Чуя сел сверху, укладывая руки ему на грудь, делая сердечно-легогочную реанимацию, пока их везли в операционную. В какой-то момент рыжий почти потерял самообладание и чуть не растерялся. У него было так однажды и, казалось, вечность назад. Это было похоже на волнение, переживание и.. боль? Но не то, что он испытывает к остальным пациентам:тут был Дазай Осаму. Разбираться в том, что это было и почему у Чуи совершенно не было желания, да и время неподходящее, ведь если он сейчас потеряет бдительность, то второй раз потеряет человека на своих руках. Причем не просто человека, а того, кто кажется что-то да значил для него.
— что произошло? - наконец спросил он, все еще продолжая делать СЛР и искусственную вентиляцию легких.
— Йосано сказала он потерял сознание во время физиотерапии, а после перестал дышать. От еды, кстати, отказывается, сил у него естественно не будет, вот и в обморок упал, а после и головой мог удариться, отчего и произошла остановка дыхания. - сообщил Тачихара, завозя каталки в операционное помещение. Чуя слетел с бедер Дазая, позволяя другим заняться ИВЛ, а сам поспешил надеть перчатки.
— эндотрахеальную трубку срочно! - скомандовал Чуя. Медсестра ринулась исполнять поручение, но резко остановилась, когда Тачихара сообщил:
— Накахара-сан, остановка сердца. - он все продолжал давить на грудную клетку, но ни дыхание, ни сердце так и не восстанавливались.
— дефибриллятор твою ж мать. - Чуя, казалось, был зол и раздражён, но на деле его сердце переполняло беспокойство. Он и сам не понимал почему и боялся, что Дазай умрет на его руках. И дело было не в том, что он в целом не хочет ничьей смерти, то был другой случай. Важный аспект состоял в том, что этот случай был Осаму. Будь то другой человек - не он - Чуя вряд ли бы так паниковал. А вот что это значило выяснять совсем ему не хотелось.
С помощью дефибриллятора и эндотрахеальной трубки, Чуя смог восстановить жизненные показатели Дазая до нормы. Он едва сам не умер, пока пытался спасти жизнь брюнета. Давно его так не перекашивало.
Накахара мыл руки, когда к нему подошел Мичизу, упираясь руками о раковину. Он ехидно улыбнулся, склоняя голову вбок. Накахара вопросительно воззрился на него, приподнимая бровь.
— давно же ты так не переживал, Накахара-сан. Это всё из-за того, что он - Дазай-сан? - рыжий толкнул его локтем, начиная возмущаться:
— херни не неси. - огрызнулся Накахара, скрываясь из поля зрения Мичизу.
Дазай очнулся через два дня. Поначалу он едва мог понять свое состояние и почему он чувствует такую слабость и обезвоживание. Встать оказалось сложнее, чем он предполагал, а потому обессильно упал на свою подушку, отчаянно хватаясь за воздух, которого ему, кажется, не хватало, хотя все должно было быть в порядке. Быть может, в нем отзывались воспоминания, когда он не мог дышать, находясь в обмороке. Чужая рука коснулась его груди, привлекая на себя внимание, отчего брюнет потихоньку начал успокаиваться и его дыхание нормализовалось.
— Дазай-сан, вы в порядке? - спросила девушка, подавая юноше стакан. Он наконец притронулся к блаженной воде.
— позову Накахару-сана. - но его звать и не пришлось, он вошел через секунду, как медсестра встала с койки. Завидев, что Осаму наконец очнулся, Накахара ускорил шаг к нему, усаживаясь с краю его кровати.
— ох, Осаму, я тебя лично придушу. - глаза Дазая округлились. Он только проснулся, а его уже хотят убить.
— ты чуть умер! У тебя сердце остановилось, да и у меня чуть ли не вместе с тобой. Вот скажи на милость, почему ты не питаешься?!
— не фанат я больничной еды...
— ну конечно, стейк тебе подавай? - Осаму вздрогнул:часто люди полагали, что раз у него есть деньги, значит он каждый день ужинает в ресторанах и ест лобстеров.
— ошибочное суждение.. Спасибо, что подумал так же, как и все остальные. - брюнет отвернулся от рыжего, закрывая лицо одеялом. Чуя положил руку на спину Осаму, слегка поглаживая по ней.
— прости.. Просто заставил ты меня поволноваться. Я же думал, что не спасу тебя. - и тут сердце Осаму часто забилось. За него волновались? Да быть не может. Так ему казалось раньше. А сейчас это оказывается вполне возможным. Нет ничего милее, чем замечать, как суровый и холодный человек, становится нежным и мягким рядом с тобой. Чуя всегда был отстранённым, а сейчас он словно начинал расцветать. А его редкая улыбка ощущалась, как ханаэми.
— я прощаю тебя. Но с тебя шоколадка.
— куплю ка я тебе нормальной еды для начала. А потом и шоколадку, м? Что тебе нравится из еды?
— да Чу, не надо. - отнекивался Дазай.
— еще раз услышу - убью. Хватит болтать всякое, говори нужное. Не зли меня. Жду список, пока пойду свои дела доделаю. - Чуя потрепал Осаму по голове и вышел с палаты.