12
Чонгук
Выброс чистейшей силы застал нас за ужином. Мы как раз сидели вокруг костра и, пользуясь возможностью плюнуть на все этикеты, дружно поглощали кабана.
Отличного! Молодого! Зажаренного на вертеле, над углями, посыпанного солью и сдобренного изумительными специями.
Ещё у нас было лучшее вино! Оказалось, перед тем, как отправиться на старый материк, Сокджин тоже создал пространственный карман и позаимствовал несколько бутылок из особых запасников Совета. А Совет — те ещё драконы! Стоит лишь отвернуться, не стесняясь тащат всё лучшее к себе.
Мы сидели, ели, наслаждались... и тут защитный купол колыхнулся.
Он не упал, не развеялся, но с неким даже удовольствием пропустил сквозь себя волну магической силы высшего порядка. Сюрприз оказался до того внезапным, что Намджун подавился и уронил надкушенный кусок мяса прямо в костёр.
Повисла оглушительная тишина...
Потом я вскочил и выругался так, что подавились уже все, а Намджун повторно, воздухом.
— Быстро! — мой грозный рык.
Объяснять, разумеется, не пришлось.
В несколько прыжков одолеть расстояние до края небесного острова, прыжок, и вот я уже вошёл в частичную трансформацию и раскинул крылья. Сородичи оказались чуть медлительней, но не суть.
Главное — все мы стали свидетелями чудесной картины: полумрак, скромные постройки, уже привычный столп света от оранжереи, уходящий в небо, и три хрупкие, закутанные в плащи фигуры, бегущие к замку. Леди мчались как зайцы, учуявшие лису.
Я заложил вираж, потом ещё один... не узнать Лису было невозможно. Нет, лица, невзирая на драконье зрение, я не увидел. Но слишком уж красноречиво заныло в груди.
Первый порыв был чисто звериным — догнать!
Схватить, прижать к себе, а потом... зацеловать до горящих губ и полного, тотального, раскаяния в содеянном.
Но я всё-таки сдержался, слишком ясно понимая, что ни к чему хорошему такой поступок не приведёт.
Ещё три виража, и я более-менее успокоился. Мысленно обозвав дэйлиру неподобающим словом, устремился к оранжерее и хрустальному артефакту — было очевидно, что выброс силы произвёл именно он.
Дальше — интереснее... Сначала мы нарвались на нетрезвого человеческого сторожа, который начал вопить, что посещать оранжерею после обозначенного часа нельзя, а сам этот час уже вышел.
Пришлось бросить на старика лёгкое заклинание забвения. Вот после этого мы с сородичами хмуро переглянулись, и Намджун сказал:
— Ну и что это было?
— А ты ещё не понял? — отозвался Хосок. — Выброс силы высшего порядка.
— Да это-то как раз ясно, — огрызнулся Намджун. — Я говорю о том, что такого выброса быть не могло!
Действительно не могло. Хрустальные артефакты предназначены для поиска и обозначения пары. После этого они превращаются в маяк, который работает на совершенно ином уровне вибраций, недоступном для простых драконов. Такие вибрации улавливает только Непроявленный. Для остальных признаком активности артефакта остаётся лишь видимый обычным зрением свет.
На этом всё.
А явление, которое произошло несколько минут назад... делать однозначные выводы было рано, но, учитывая все прочие моменты, речь могла идти только об одном — о так называемом «благословении невесты».
Нонсенс! Ведь благословение характерно для других атрибутов — для алтарных камней и иных высших проводников. Оно случается предельно редко и исключительно в храмах, как правило в процессе брачной церемонии.
Но тут, у людей, всё вообще шло не так!
— Нам нужно посмотреть на леди Лису, — чуть севшим голосом, сказал Сокджин. — Пока не увидим её энергетическое тело, не поймём.
— А может это всё-таки что-то другое? — жалобно, явно сочувствуя мне, протянул Намджун.
Я стиснул зубы и мысленно взмолился: пожалуйста, пусть будет другое! Что угодно, только не...
Но чуда не произошло.
Новости оказались самыми безрадостными, нам даже не пришлось искать Лису. Хватило банального перехода на магическое зрение и взгляда на замок, чтобы увидеть — её энергетическое тело полыхает так, как не должно полыхать.
Это сияние было видно сквозь все стены и барьеры!
Да окажись человечка за десятки лиг отсюда, мы бы её всё равно заметили!
— Нужно подойти ближе и рассмотреть, — словно прочёл мои мысли советник.
Да, мы подошли.
Покинули оранжерею, прогулялись по извилистой дорожке и остановились у одной из стен замка. Именно тут, на втором этаже, располагалась комната дэйлиры и её подруг.
При близком рассмотрении всё оказалось ещё хуже. На энергетическом теле девушки мерцала дополнительная сложная отметина. Высшие силы оказались просто необычайно щедры — они вручили человечке некий дар.
— И что же ей подарили? — после долгого молчания, мрачно вопросил я.
Обращался к пространству, но ответил Сокджин:
— Да откуда ж нам знать? Высшие силы о своих подарках не отчитываются.
Я мысленно застонал.
Только этого не хватало. Игнорировать благословение гораздо сложнее, чем волю хрустального артефакта. От таких невест не отказываются! И что мне теперь делать?
— Гук, не горячись, — на плечо легла рука Хосока. — Выдохни и подумай обо всём завтра.
Отличный совет. Пожалуй, именно так я и поступлю.
Только когда наступило это самое «завтра», проще не стало. И первая неприятность — сама Лалиса. Она вошла в столовую с таким видом, словно ничего — то есть вообще ничего! — не произошло.
— Совести у этой девицы нет, — прокомментировал Намджун, набрасывая на нашу четвёрку полог от прослушки.
Я был полностью с другом солидарен.
Но всё-таки, а что дальше? Как мне быть?
— Может нужно решать проблемы последовательно? — словно прочтя мысли, предложил Сокджин.
— Это как?
— Ну, мы все знаем твою ситуацию, вступать в брачный союз ты как бы не можешь. Что будет после твоей встречи с Непроявленным — тоже неизвестно. Но, если ты выживешь в этой драке и, если она не приведёт к другой катастрофе... у тебя останется ещё несколько лет. Ты можешь прожить эти годы с леди Лалисой.
Я прикрыл глаза. Потом повернулся к Сокджину всем телом и спросил тише, чем шелестит ветер:
— По-твоему это честно? Несколько лет, а дальше? Что будет с Лалисой? Ты подумал о ней?
Лично мне вопрос казался очень сложным, но советник воспринимал его иначе.
— Позаботимся, Гук. Всё сделаем — и для неё, и для вашего потомства.
Я едва не плюнул огнём.
А Сокджин добавил:
— Раз она благословенна, то дети, вероятнее всего, будут. А раз у вас, хотя бы в теории, есть несколько лет, то... Возвращаясь к вопросу «что делать», я предлагаю наладить отношения. Добейся её симпатии. Сделай так, чтобы дэйлира бегала за тобой, а не от тебя. Ну и ещё...
— Ещё? — рыкнул я негодующе. — По-твоему, сказанного мало?
Советник кивнул, стал каким-то совсем уж невозмутимым.
— Интересно взглянуть на неё с точки зрения человеческой магии, — сказал он. — Понимаю, что людская магия нам чужда и находится в ином спектре, но что если именно там скрыта разгадка? Что если именно их магия каким-то образом повлияла на то, что Лалиса стала твоей парой?
Называть слова Сокджина бредом я не стал, просто и сам размышлял в том же ключе.
Лалиса — чистокровная человечка, при этом у неё проблемы с магией. Так может магия всему причиной?
— Хорошо, буду пробовать, — процедил я.
— Ты сейчас про симпатию или про взгляд с точки зрения человеческой магии? — встрял Намджун.
Я не ответил. Рывком снял выставленный сородичем полог и вернулся к еде.
Ну а позже, когда мы с леди встретились на лекции, я, для начала, уставился на её энергетическое тело и, отдельно, на яркий отпечаток, свидетельствовавший о сделанном высшими силами подарке.
На суть подарка света этот отпечаток, увы, не пролил.
Дальше, слушая бубнёж магистра Ицера, я стал тренировать смещение магического взора в сторону простейших, самых грубых спектров. Точкой сосредоточения стал ближайший к нам природный поток.
И вот когда мне удалось рассмотреть поток во всех его примитивных деталях, я перевёл взгляд на Лису и обнаружил интересное. Из «состояния смещения» сияние драконьего благословения не просматривалось. То есть вообще.
Отпечатка дара тоже не было, зато я обнаружил некие искажения, неровности тела, и задался вопросом — а может это нормально? Ведь я понятия не имею, как должен выглядеть «эталон». Какие из увиденных элементов являются нормой, а какие нет?
При повтором взгляде из «состояния смещения» я заметил кое-что ещё — тонкий шрам, расположенный в глубине. Впрочем, нет, шрамов было два — один поверх второго. Но без пристального, очень внимательного рассмотрения второй даже не зацепить.
Я нахмурился, пытаясь понять, а потом выдохнул. Ладно, разберёмся. Кто знает, может такие шрамы — тоже вариант нормы? Вдруг людям таким способом прививают магию? Или ставят родовую метку? Или что ещё?
Остаток дня я посвятил размышлениям о том, что всё-таки делать.
Вариант, предложенный Сокджином, звучал более-менее здраво, но подходит ли он мне?
Готов ли я принести человеческую девчонку на наш материк, ввести в свой дом и предложить ей всего несколько лет жизни? А если будут не годы, а всего день? Ведь никто не знает, когда мне придётся уйти.
А брать дэйлиру с собой в изгнание я точно не хочу.
Лалиса
День прошёл неплохо, я даже успокоилась и начала улыбаться.
Отдельная приятность — Салис. Кажется, приставучий, ревнующий к драконам ухажёр одумался — сегодня он в мою сторону даже не смотрел.
Спать я ложилась почти счастливая. Даже ящеры больше не пугали, и закралась оптимистичная мысль, что настанет час, и они действительно улетят. Упорхнут обратно за океан, а мы благополучно о них забудем.
А то, что намерения неясны — ну и ладно. Меньше знаешь — крепче спишь!
С этой мыслью я сладко зевнула, перевернулась на другой бок и почти сразу провалилась в дрёму. Практически уснула, когда осознанность неожиданно вернулась. Так бывает, когда спишь себе и вдруг чётко понимаешь — я во сне!
Со мной случалось. Всего пару раз, но было. Только тогда я моментально вскакивала с кровати, а тут...
Выталкивать излишне трезвое сознание сон не спешил. Даже наоборот — пелена вставшего передо мной тумана становилась всё реалистичнее.
Потом в тумане медленно проявилась дверь. Морёный дуб, обитый множеством стальных пластин, выглядел внушительно. Словно вход в королевскую казну.
Я сначала дрогнула, поёжилась, а потом... а почему нет? Рука сама потянулась и прикоснулась к зловещему кольцу-ручке.
Дверь тут же открылась. Приглашающе скрипнув, распахнулась вовнутрь.
В голове мелькнула трусливая мысль — а может не надо? Только прислушаться к ней я не успела. Просто там, за дверью, оказалась роскошная, обставленная с изумительным вкусом гостиная. Как и в случае с Перстом, меня словно на аркане потянуло. Конечно, я вошла.
Миг, и дверь захлопнулась. Я вздрогнула, оборачиваясь, и обнаружила, что здесь, внутри, она совершенно другая — не грозная, а нормальная.
Конечно я потянулась к ручке! И облегчённо выдохнула, обнаружив, что дверь открывается без малейших проблем, а снаружи... да, всё тот же туман.
Опять возникла мысль выйти. Убраться подальше от странного сновидения, но одновременно пришло ощущение этакой абсолютной безопасности. Понятия не имею откуда оно взялось, но оказалось настолько ярким, что все возможные страхи разбежались по углам.
Я осмотрелась опять. Судорожно вздохнула и отправилась исследовать это поистине интересное помещение.
Под ногами был добротный тёмный паркет. На кофейного цвета стенах висели светильники, картины и элементы доспехов. Мебель была вроде и простой, но я хорошо знала, сколько времени нужно мастерам на создание вот такой «простоты».
Я осмотрелась трижды, прежде чем открыть следующую дверь и очутиться в помещении побольше. Оно было выполнено в тех же тонах и стиле, но главным акцентом интерьера оказался огромный камин.
Возле камина стояла широкая кушетка — словно смотреть на огонь тут предлагалось лёжа. Стоило мне приблизиться, как дрова сами собой вспыхнули, в воздухе появились тонкие, приятные нотки дымного аромата.
Я присела на кушетку, полюбовалась пламенем и отправилась дальше. И чем дольше исследовала пространство, тем сильнее становилось моё удивление — а это вообще что?
За следующей дверью я нашла неожиданно светлую алхимическую лабораторию. Затем был склад каких-то странных, непонятных вещей. Я видела обломки чего-то! Какие-то камни, древки копий, слитки металлов и много другого, неясного.
Ещё обнаружила библиотеку — только прочитать названия книг не смогла, буквы словно расплывались. Кабинет тоже был, он примыкал к библиотеке и поражал масштабами.
Из того, что отсутствовало — это спальня и удобства. Впрочем, кто захочет поспать во сне? Посещать во время сна уборную — тоже тот ещё шаг.
Единственным, что меня настораживало, стали окна. В них лился белый свет, но я никак не решалась подойти и взглянуть.
Когда, наконец, любопытство пересилило, я, для начала, обнаружила ещё одну комнату, которая вызвала сильное недоумение. Это было что-то среднее между столовой, прихожей и кухней, где никогда ничего не готовили. Помещение явно имело хозяйственное назначение — словно пристройка для слуг.
Я сунулась туда, а осмотревшись как следует, замерла и окончательно утвердилась в мысли, что сны подчас бывают очень и очень странными. Знатоки говорят, что они содержат элементы наших воспоминаний, переживаний, мыслей и чего-то там ещё.
Вот и мой, оказалось, содержал! В этом доме, который понравился мне до состояния «хочу остаться!», на самой дальней стене «помещения для слуг», висел большой портрет Рэйтрайна.
Причём синеглазый ящер выглядел на нём непривычно.
Дракон был изображён в простой рубахе, с переброшенной через плечо курткой. Его лицо было совершенно безмятежным, а на губах играла открытая спокойная улыбка. Ни тебе рычаний, ни закатывания глаз, ничего.
Здесь Чонгук был красивым, спокойным и каким-то почти домашним. Прямо смотри и влюбляйся! Но...
Я влюбляться не собиралась, и вообще надулась, вспоминая его постоянное воркование с Вивироной. Потом подумала, и... Это же сон, а значит...
Действуя по наитию, я сконцентрировалась и вообразила, что над холстом завис чёрный уголёк.
Миг, и уголь действительно появился! Я сконцентрировалась опять, и очень скоро портрет дракона дополнился шикарными подкрученными усами, очками и парой огромных неэстетичных ушей. Хотела ещё рога дорисовать, но решила, что и так сойдёт.
Шалость была совершенно детской, но настроение сразу взлетело до небес. Я разулыбалась и, наконец, решилась взглянуть в окно.
А там, за идеально прозрачными стёклами, был город...
Я увидела небольшой пятачок площади, улицу и людей в ярких одеждах. Погода была солнечной, а небо голубым и высоким. У меня аж пятки зачесались — так захотелось посмотреть на город вблизи.
Пара секунд колебаний, и я всё-таки подошла к последней, совершенно обыкновенной двери. Толкнула её, и в лицо сразу пахнуло свежестью, а ещё незнакомыми ароматами. А солнечный луч пощекотал нос.
Осторожно, боясь передумать, я спустилась по ступеням каменного крыльца, и с изумлением поняла — это лучшее место из всех, что мне доводилось видеть.
Там, внутри непонятного дома, я ощущала себя в безопасности, а здесь наполнилась неподдельным счастьем.
— Эй! — крикнул кто-то. — Эй, госпожа Фрами!
Да, обращались не ко мне.
Какой-то мужчина в простой рабочей одежде окликнул женщину в ярком платье. Та несла корзину, из которой торчали перья лука и прикрытый тряпицей кувшин...
Город жил собственной жизнью, радостной и насыщенной. Кто-то из прохожих спешил, кто-то проплывал мимо как медленная важная рыба. Я же стояла возле крыльца и смотрела завороженно.
К счастью или наоборот к сожалению, меня никто не замечал.
После пары минут этого стояния я обернулась и посмотрела на строение, из которого вышла. То, что внутри воспринималось плоским, просторным и одноэтажным, оказалось компактной башней в четыре этажа.
Башня пусть не сильно, но возвышалась над окружавшими её домами, покрытыми красной и жёлтой черепицей.
Постояв ещё немного, я отправилась исследовать окрестности. Там обнаружилось столько всего!
Лавки и магазины, прачечная, книжный клуб... У меня прямо-таки глаза разбегались. Отдельным поводом удивляться была царящая буквально везде чистота.
Ни тебе канализационного рва, ни россыпи конских каштанов на брусчатке... Впрочем, лошадей тут вообще не было, словно в этой части города транспортом и не пользовались.
Люди тоже поражали. Я не видела ни нищих, ни оборванцев. Даже дети, которые найдут грязь везде, даже в стерильном лекарском кабинете, выглядели вполне сносно.
Бегали, визжали, но никого из них не хотелось схватить и отстирать.
Город имел крайне мало общего с городами, в которых я бывала раньше. Даже наша столица — образчик чистоты, культуры и архитектурного вкуса, казалась на его фоне цивилизационным плевком.
Когда я добралась до рынка, глаза разбежались ещё больше. Тут быть всё! Ткани самых ярких цветов, специи, фрукты, овощи, рыба и мясо. К счастью, хотя бы в рыбном ряду пахло не очень — а то я уже испугалась, что попала в какую-то выхолощенную сказку.
Но главным открытием стал... свадебный ряд.
У нас такого не было. Я даже предположить не могла, что свадебные платья и прочие атрибуты можно выставить как ту же рыбу. Получилось странно, но красиво настолько, что захватывало дух.
Платья! Платья! Платья! Чулки-подвязки-туфли! И снова платья... И гуляющие вдоль прилавков молодые девушки в сопровождении старших родственниц и подруг.
Я замуж пока не собиралась, но тоже пошла по ряду. От многообразия фасонов и красоты кружев приоткрылся рот.
Зато, когда натолкнулась на прилавок с разной свадебной мелочёвкой, челюсть тотчас вернулась на место. Восхищение схлынуло, потому что, кроме прочих сувениров, я увидела миниатюрные «Хрустальные Персты».
— Они приносят удачу, уж поверьте, — объяснял какой-то девушке немолодой торговец. — Когда-то, в стародавние времена, с помощью таких артефактов, юные драконицы призывали себе мужей.
Он говорил что-то ещё, но я уже не слышала. Меня словно по ушам ударило, звуки исчезли. Просто возникла одна догадка, которая не понравилась!
А что если я...