|19 глава|
—Что за чёрт?! — возмущению Тэхена не было предела, когда он увидел брата. Юнги, всегда такой собранный и уверенный, сидел на краю кровати с потухшим взглядом, его плечи были безвольно опущены. Впервые в жизни Тэхен видел его настолько подавленным и растерянным.
— Я поцеловал его, Тэхен... — голос Юнги был тихим, почти беззвучным шепотом. Он вцепился пальцами в собственные волосы и принялся дёргать их, будто пытаясь физической болью заглушить внутренний хаос.
Вернувшись в комнату после сурового внушения и наказания отца, братья остались наедине, и именно тогда Тэхен узнал о вопиющем инциденте с рядовым.
— Поцелуй — это ещё полбеды, — Тэхен скептически фыркнул, пытаясь оценить масштабы катастрофы. — Но то, что он всё так нагло сфотографировал... Вот это я понимаю — продуманный ход. Обалдеть, этот Чимин хитёр как лис.
Он замолчал, заметив, как плечи брата съёжились ещё больше. — Эй, братиш, ну чего ты как опущенный?
— Это полный пиздец, Тэ, ты понимаешь? — Юнги поднял на него взгляд, полный отчаяния и ярости. — Я попался на его крючок. Теперь этот мерзавец будет вертеть мной, как захочет. А самое ужасное, что я ничего не могу с этим поделать, блять!
— Мда... — Тэхен задумался, перебирая варианты. — Может, разбить ему телефон? Или припугнуть как следует? Не знаю... Набить морду?
— Думаешь, я не отреагировал? — Юнги сердито уставился на брата, его глаза сверкали. — Так он, сука, встал и начал напирать в ответ! Тем более я ему желание проиграл, поэтому и пришлось согласиться. Блять, я никогда в жизни не был в таком смятении. Я просто растерялся! И что, по-твоему, мне надо было избить его до полусмерти прямо там? — Его взгляд лихорадочно метался по комнате в поисках ответа, но в ответ он услышал лишь сдавленный смешок брата, который не утешал, а лишь сильнее нагнетал обстановку.
— Ой, Юнги... Боюсь, ты в глубокой, стратегической жопе.
— Да я и сам знаю! — раздражённо фыркнул Юнги и со злости шлёпнул Тэхена по плечу.
— Да ладно тебе, он всего лишь выходной выпросил. Глядишь, успокоится и забудет.
— Ты правда так думаешь? — во взгляде Юнги вспыхнула слабая искра надежды. Тэхен энергично закивал, хотя внутри не был уверен ни на каплю. Чимин уже успел продемонстрировать свою упрямую и целеустремлённую натуру. Однако лёгкая надежда позволила Юнги наконец выдохнуть; он отчаянно цеплялся за веру в то, что рядовой проявит благоразумие. Новый выговор от генерала и слухи, ползущие по части, были последним, чего он хотел — ни ему, ни его отцу. Глубокое раздражение смешивалось с кипящей злостью. Быть загнанной в угол мышью — невыносимо, особенно когда тебя впервые в жизни застали врасплох.
***
Следующий день прошёл на удивление спокойно. Рядовой Пак не попадался на глаза, что давало Юнги возможность перевести дух и немного успокоить нервы. Но расслабиться полностью было невозможно: давящее осознание, что твою карьеру и репутацию могут разрушить одним неосторожным словом, висело над ним тяжёлой глыбой.
— Вот видишь, день прошёл более-менее нормально, — Тэхен ободряюще похлопал брата по плечу, пытаясь развеять его мрачные мысли.
— Да, наверное... — Юнги устало вздохнул, потирая напряжённую шею. Солдаты уже строились и расходились по казармам, а офицеры, завершив вечернюю проверку, направлялись к себе.
— Рядовой Пак был в казарме? — вдруг, словно почувствовав неладное, спросил Тэхен.
Юнги остановился как вкопанный, мысленно пробегаясь по спискам, и с ужасом осознал, что этого наглеца там не было.
— Нет, — проскрипел он сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как знакомая волна злости снова начинает закипать у него внутри. — Он что, совсем обнаглел?.. — но не успел он договорить, как из-за угла донёсся заливистый, беззаботный смех рядового и весёлый голос сержанта. Из-за угла вышли двое, настолько увлечённые оживлённой беседой, что сразу не заметили командиров.
— Майор, лейтенант! — сержант, увидев их, мгновенно вытянулся в струнку, приняв стойку «смирно».
— О, господин майор, лейтенант! — Широкая, наглая улыбка озарила лицо рядового Пака, и он тоже щёлкнул каблуками.
— Рядовой Пак, где вы должны находиться в это время? — сквозь плотно стиснутые зубы процедил майор. Он и сам не мог понять, что бесило его больше: вид этого сержанта или довольная, вызывающая физиономия рядового, который так тепло смотрел на сослуживца, а на него — с откровенной усмешкой.
— Мы уже направляемся в казарму, господин майор, — невозмутимо, почти лениво ответил Пак. — Сержант Ким меня сопровождает.
— Сержант, свободен! — приказным, стальным тоном бросил старший Мин. Тэхен стоял в стороне, с интересом наблюдая за разворачивающимся спектаклем.
— Но у него сегодня выходной... — растерянно начал сержант, но был грубо оборван.
— Я сказал, свободен!
Чимин лишь коротко улыбнулся сержанту на прощание, а затем медленно, подчёркнуто дерзко перевёл взгляд на майора. Тот в ответ лишь язвительно изогнул бровь. Смелости рядовому было не занимать.
— Что такое, господин майор, не выспались? — с наигранной, сладковатой заботой произнёс он, ехидно ухмыляясь.
— Не позволяй себе лишнего, — голос Юнги зазвенел опасной сталью. — Или ты снова хочешь оказаться в лазарете? — он оскалился, и атмосфера между ними накалилась до предела.
— Ну-ну, господин майор. Ещё посмотрим, кто кого, — противная, торжествующая ухмылка расползлась по лицу солдата. Он сделал короткий, вызывающий шаг вперёд, пристально вглядываясь в глаза майора и с нескрываемым наслаждением отмечая мелькающее в них смятение. — Спокойной ночи, лейтенант. И сладких... — младший по званию наклонился к самому уху Юнги так близко, что тот почувствовал его дыхание, и прошептал обжигающе тихо: — ...и эротических снов, господин майор.
Отстранившись, он мило, почти невинно улыбнулся и, развернувшись, неспешно направился к казарме, оставив обоих командиров в полном, оглушительном шоке. В этот момент Юнги готов был рвать и метать от бессильной злости и унижения.
***
— О, Чимин, а ты где шарахался? — Чонгук радостно засиял, заметив наконец своего друга в казарме.
— Отдыхал, душу радовал, — парнишка с размаху плюхнулся на свою кровать, сгребая в беспорядочную кучу одеяло и подушку. — Ох, ты бы видел лицо майора, бля... Такое грех не запечатлеть на память. — Ехидная, довольная улыбка расползлась по его лицу, когда в голове всплыли свежие воспоминания.
— Мда, я до сих пор в шоке, с тебя конечно... — Чонгук уселся на соседнюю койку, с недоумением уставившись на друга. — Как ты вообще умудрился сфоткать его, когда он... ну, типа, целовал тебя?
— А это, братец мой, мастерство рук и никакого мошенничества, — парировал Пак, разваливаясь поудобнее.
— Я тебя умоляю, избавь меня от подробностей на тему того, что, где и как твои руки умеют, — Чонгук брезгливо сморщился, вспоминая сомнительные подвиги их бурной гражданской жизни.
— Да я не про это! — фыркнул Пак и швырнул в него подушкой. — Смотри сюда, тугодум, — он ловко достал телефон и открыл тот самый компрометирующий кадр. — Это называется нейросеть, гений. Берёшь фоточку майора, берёшь фоточку меня, и эта умная программа сама делает тебе такой коллаж. Да хоть интимный, но это я, пожалуй, приберегу для особого случая.
— То есть... он тебя на самом деле не целовал? — Чонгук всё ещё не мог до конца понять махинацию.
— Чонгук-а, ты тупой или прикидываешься? — начал терять терпение его друг.
— Ладно, ладно, не кипятись. И что дальше-то собираешься делать? — скинув тяжёлые сапоги, Чонгук удобно устроился на своей кровати.
— А вот тут, мой друг, — на лице Чимина расплылся широкий, хищный оскал, от которого у Чонгука стало слегка не по себе, — я буду действовать по вдохновению. По наитию.
И только одному Богу было известно, что уже успел придумать этот бесшабашный гений по имени Пак Чимин.
_______________________________________
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
_______________________________________
Ну как глава?
больше отзывов,