| 18 глава |
Утро встретило его не пением птиц и солнечными лучами, а тяжёлой головной болью, противным привкусом во рту и подступающей тошнотой.
— Блять... — с губ парня сорвался болезненный стон, когда он медленно приходил в себя.
— Где этот засранец?! — доносилось откуда-то снаружи.
— Отец, мы не специально! — этот голос, такой знакомый, звучал взволнованно.
— ДА Я ЕМУ СЕЙЧАС НА ЖОПЕ КЛЕЙМО ПОСТАВЛЮ!
Дверь с грохотом распахнулась, заставив Юнги инстинктивно нырнуть под одеяло и зажмуриться, недовольно пробормотав что-то себе под нос. Но передышка была недолгой. Сильная рука грубо сдернула одеяло, заставив его поежиться от холода, а следом по ногам прошлась адская полоса боли.
— Ай, сука! — Юнги подскочил на кровати, поджимая под себя ноги. Генерал стоял с тростью в руке, хмуро оглядывая собственного сына.
— Смирно, майор Юн! — Юнги помятым взглядом посмотрел на отца, с опозданием встал и поднёс руку к виску. — Только посмотрите на него. Совсем от рук отбился. Майор Юн, постарайтесь объяснить мне вчерашние происшествия и причину, по которой вы с утра не на плацу?
— Пап, мы... — в дверях мялся Тэхен. Судя по виду, его тоже мутило с похмелья, но он изо всех сил старался держаться.
— Не к вам обращаюсь, лейтенант! — Намджун строго взглянул на младшего сына, не отводя гневного взора от старшего.
— Я... ик... — майор поморщился, пытаясь не пошатываться и подавить слабость в теле. — Мы... — не выдержав, Юнги бросился к туалету, прикрывая рот ладонью.
— Алкашня! Разве я так воспитывал сыновей? — гневный взгляд генерала переключился на Тэхена, который съёжился. — Помоги брату-идиоту. Юнги! — из-за двери туалета в ответ донёсся мат.
— А как же солдаты? — неуверенно спросил младший.
— Уж спасибо сержанту, который сегодня займётся строевой подготовкой.
— Что?! — измождённое бледное лицо с выражением возмущения показалось из-за двери.
— У вас со слухом проблемы, майор? Сегодня вы остаётесь дома, напишете мне объяснительную и примете наказание за ненадлежащий вид и поведение.
— Я должен тренировать солдат!
— Лейтенант, вы меня слышали! На этом всё! — Намджун развернулся и вышел.
— Блять... — Юнги дополз до кровати и начал надевать форму.
— Юнги, это приказ отца, — робко начал Тэхен.
— Похуй, я иду. Чтобы какой-то сержант тренировал моих солдат... — парень натянул штаны, туго затянув ремень.
— Нам нельзя в таком состоянии.
— Дай таблетку и не заезжай. Хочешь — сиди дома и напиши за меня объяснительную. — взглянув в зеркало, Юнги поморщился. По лицу будто танк проехал, а волосы были похожи на воронье гнездо.
— Лады, пошли... — Командиры собрались быстро и постарались проскользнуть мимо кабинета генерала незамеченными. Свежий воздух ударил в голову, немного улучшая самочувствие. До тренировочного поля было недалеко. Юнги изо всех сил старался идти ровно, не выдавая слабости. Его взору открылся плац, где солдаты занимались разборкой-сборкой автоматов. И тут его внимание привлёк заливистый смех.
— Че за блять? — майор недовольно уставился на картину перед собой. Чимин собирал автомат, а рядом стоял сержант, увлечённо что-то рассказывавший, что вызывало у солдата смех. Тот же сержант хвалил и других бойцов, которые отвечали ему улыбками.
— Молодцы! Субин, Лиам, Минхо — отлично! Чонгук, постарайся. — сержант обошёл строй, одаривая всех улыбками, затем остановился рядом с Чимином, обнял его за плечи, что-то шепнул на ухо, от чего тот оживился с интересом.
— Что, мать вашу, здесь происходит?! — гневный рёв прокатился по плацу, словно гром среди ясного неба. Все испуганно уставились на командира, а сержант отпрянул от солдата.
— Майор Мин! Лейтенант! — сержант улыбнулся, подходя ближе и отдавая честь. Юнги одарил его ледяным взглядом.
— Сержант Ким, как дела? — Тэхен нервно улыбнулся, видя, как брат закипает.
— Прекрасно! Солдаты — большие молодцы! Многим уже можно подавать на повышение, особенно Чимке! — молодой командир сиял, окидывая солдат беззаботным взглядом и задерживая его на рядовом Паке.
— ЧИМКЕ?! — рявкнул майор, толкая младшего брата, который растерялся. — Сержант, кажется, вы забыли устав. Хотите, чтобы я вам его напомнил, инициировав ваше понижение?
— Что? — глаза сержанта забегали, пытаясь понять, в чём провинность. — Я просто отношусь к солдатам по-человечески. Гуманность — залог успеха в обучении...
— Не мне объяснять основы успеха! Эти девчонки ни на что не способны, бездари! Им бы юбки носить! — майор гневно орал, окидывая солдат взглядом, от которого те мгновенно стали серьёзными и разочарованными.
— Зачем вы так? — растерянно проговорил сержант. — Они делают успехи. Их нужно поощрять.
— Это мои солдаты, и я буду решать, как с ними обращаться. — майор толкнул сержанта в плечо. Тот нахмурился, стиснув зубы от злости.
— Юнги, прекрати, — прошипел Тэхен, чувствуя нарастающее напряжение.
— Можете идти, сержант, — усмехнулся майор, выпрямив спину. — Остальные — продолжить занятие! — Солдаты нехотя вернулись к автоматам, а Чимин хмуро следил за командирами.
— Генерал лично поручил мне тренировать солдат сегодня, — мрачно произнёс Ким.
— Свободен, сержант, — ухмыльнулся Мин. Сержант стиснул зубы, злобно оглядел его, затем перевёл взгляд на лейтенанта, который умоляюще кивнул.
— Солдаты, — сержант повернулся к строю, улыбаясь. — Был рад познакомиться. Это не прощание. Я ещё навещу вас. Не сдавайте позиций!
«Насыщенный индюк,» — Юнги закатил глаза.
— Чимин-а, подумай над моим предложением, — сержант бросил взгляд на солдата, и тот застенчиво кивнул. — Отлично, буду ждать. — Между ними явно пробежала искра, которую уловили все, а майор скрипел зубами.
— Рядовой Пак! — зарычал он. — Вам не понятен приказ? — Майор грозно смотрел на них обоих. Чимин недовольно цокнул, отворачиваясь и принимаясь за оружие. Сержант ещё раз отдал честь и поспешил удалиться, в последний раз бросив взгляд на того самого солдата.
— Юнги, я пошёл писать объяснительную.
— Лады, — Тэхен ушёл. Майор ходил вдоль строя, наблюдая за солдатами. Прогресс был налицо: многие уже справлялись со сборкой на скорости. Остановившись рядом с одним из бойцов, Юнги заметил, как ловко тот управляется с деталями, но колкое чувство зависти кольнуло его в груди, заставляя пылать яростью.
— Что, рядовой Пак, ручонки как у девчонки, не справляешься? — это была ложь. Его пальцы, хоть и не длинные, двигались быстро и точно, изящно смотрясь на фоне грубого металла. Чимин нахмурился и мрачно поднял взгляд. И только сейчас майор заметил, что повязки на его лице не было. Лицо было испачкано пылью и потом, что придавало коже легкий блеск на солнце. Через бровь и щёку шёл тонкий, не совсем ровный шрам. Синяк от удара почти сошёл. Эта маленькая отметина придавала лицу брутальность и мужество. Взгляд Юнги скользнул ниже, к пухлым губам, которые были плотно сжаты.
*«Губы... Мягкость... Дыхание...»* — в голову, как наваждение, полезли обрывки вчерашних воспоминаний. По телу пробежал холодок страха от осознания.
Его растерянный взгляд забегал по лицу рядового, и тот, будто уловив этот страх, улыбнулся. Пухлые губы растянулись в дьявольской усмешке.
— Вы что-то сказали, господин майор? — и эта улыбка бросила в дрожь. Старший нервно стиснул зубы, пытаясь собраться с мыслями, но в голове стояла туманная пелена.
*«Я и он?... Или нет?»* — голова гудела, боль отдавала в виски.
— Ничего... — он потер висок и устало прикрыл глаза. — Берём автоматы и идём на стрельбище.
Весь день майора не покидало странное чувство. Словно вчерашние события были и не были одновременно. В голове крутилась одна мысль: был этот чёртов поцелуй или нет? Его взгляд раз за разом находил того самого рядового, и каждый раз, ловя это внимание, тот ухмылялся.
— Господин майор, разрешите обратиться? — ближе к вечеру, когда солдаты уже шли в казармы, к командиру подошёл Чимин.
— Разрешаю.
— Мне нужно завтра увольнительную.
— В каком смысле? — Юнги нахмурился. Вид у рядового был самодовольный.
— Так как в мой законный выходной я выполнял задание, я хотел бы получить выходной завтра в качестве компенсации, — разъяснил младший. Командир прекрасно знал устав, но бесила та наглость, с которой рядовой это требовал. Жилы на шее Юнги натянулись, когда он вспомнил сержанта и его «предложение».
— Позволь узнать, для чего?
— А это уже не ваше дело, господин майор, — вот такую наглость Юнги точно не прощал. Сжав кулаки, он осекся. Трости с ним не было — он специально её не взял, понимая, что может снова пустить её в ход.
— В таком случае, вынужден отказать. Свободен. — Майор усмехнулся и направился к дому, мысленно рисуя себе возмущённое лицо солдата.
— Майор, а вы целуетесь, как девственница. — слова, брошенные вслед, прозвучали как выстрел. Сердце ёкнуло. Юнги замер на месте, не в силах сделать шаг. Тело предательски задрожало. Собрав волю в кулак, майор обернулся и ледяным взглядом уставился на солдата.
— Не неси чушь, рядовой. — он сделал шаг, пытаясь заглушить бешеный стук сердца.
*«Значит, всё-таки был...»* — пронеслось в голове. *«Или нет?»*
Сомнения разъедали его изнутри.
— А фоточка и твои стоны говорят об обратном. — ухмылку и наглый тон старший чувствовал даже затылком. Не выдержав, он быстрыми шагами вернулся к рядовому и, с силой схватив того за обмундирование, притянул к себе.
— Что ты несёшь? — Чимин достал телефон, открыл галерею и выбрал один файл среди множества других. Холод пробежал по спине, когда на экране он увидел себя и рядового. Майор на фото прижимал солдата к стене. Снимок был тёмным и мутным, но отчётливо видно было, как его губы впились в губы другого.
— Ну как, майорчик? — Чимин огляделся, убедился, что вокруг никого нет, и приблизился к шокированному командиру. Наклонился и сладко прошептал: — Господин майор не хочет, чтобы кто-то узнал, как страстно ты вчера меня целовал, как стонал и как...
— Хватит... — по лицу градом катился пот, а глаза с ужасом смотрели на рядового.
— Ну что вы так, майор. А разве вы не помните? — ухмылка снова озарила его лицо, заставляя Юнги стискивать зубы от бессильной злости. Не выдержав, ударил. Прямо в челюсть. Солдата сбило с ног. В ушах гудело, а сердце бешено колотилось.
— Удали, — приказной тон дался с огромным усилием.
— Ну что вы, майорчик. Я думал, мы договоримся по-хорошему. — Пак сидел на земле, вытирая разбитую губу и сплёвывая кровь. — Такое фото может оказаться в интернете или на столе у генерала... — Чимин поднялся, лукаво улыбаясь.
—«У генерала? Чёрт! Отец меня убьёт...»— Юнги боялся не столько отца, сколько позора, снятия с должности и того, как люди будут смотреть на него, видя в нём гея.
— Удали... — на этот раз это прозвучало почти жалобно. Юнги не отрывал взгляда от парня, который надвигался на него, заставляя невольно отступать.
— Уж нет. Вы дадите мне этот чёртов выходной, иначе сами знаете, что будет. — Чимин впервые почувствовал эту власть. Власть над майором. Это было восхитительно — видеть в этих всегда каменных глазах страх, шок, смятение. Он заставил это невозмутимое лицо играть новыми, живыми красками.
_______________________________________
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
_______________________________________