Душа

Мадонна всегда была вредной. С характером. С огнём в глазах и упрямством, которое сводило с ума. Прошло всего два дня с того момента, как она оказалась в плену у Димы Матвеева — врага, бывшего любовника, больной любви всей её жизни. Он содержал её не как пленницу, а как королеву — знал, что с ней иначе нельзя. Новая одежда, бельё, косметика, даже редкий парфюм, который она когда-то обронила в разговоре — он запомнил. Всё это лежало аккуратно разложенным в её новой комнате.

Сегодня на ней были короткие алые шорты, будто специально подобранные, чтобы его провоцировать, и огромная чёрная футболка — его, с запахом табака и виски. Она бродила по дому как дикая кошка, то выглядывая в окно, то проверяя дверные замки. Легкой походкой она спустилась по лестнице и, зевая, вошла в гостиную, где он, как обычно, сидел с планшетом, просматривая карты территории.

— Мне скучно, — протянула она, облокотившись на дверной косяк. — Купи мне телефон.

Он даже не поднял взгляда.
— Чтобы тебя отследили и вытащили отсюда? — его голос был спокоен, как у человека, уставшего от её игр, но всё ещё вовлечённого в них до конца.

Она лениво прошлась к дивану, села напротив него, вытянув ноги.
— Почему бы и нет? — в голосе была усмешка, полупрозрачная издёвка. — От греха подальше. Или ты боишься, что я уйду?

Он отложил планшет и взглянул на неё пристально.
— Я не боюсь, что ты уйдёшь. Я знаю, что ты останешься.

— Слишком самоуверен, Матвеев. — Она скрестила ноги, бросая на него лукавый взгляд. — Знаешь, если бы я захотела, я бы уже давно спрыгнула со второго этажа и ушла босиком по лесу.

— Но ты же не спрыгнула, — спокойно заметил он, поднимаясь. — А значит, тебе тут не так уж и плохо. Или ты просто хочешь, чтобы тебя снова спасли?

Она усмехнулась.
— Нет, просто хочу новый iPhone. Желательно красный. И чтобы вай-фай был.

Он подошёл ближе, нагнулся и прошептал:
— Ты хочешь войну, Рендал, но ведёшь себя как избалованная девочка. Красный iPhone, короткие шорты и взгляд, который умоляет — посмотри на меня дольше, чем надо.

Она молчала, но глаза загорелись.
Да, они были врагами. Но между ними всегда было больше, чем просто кровь и пули.

Мадонна не могла сдержать улыбку. Как бы она ни старалась держать маску холодности, эта мелочь — красный iPhone — растопила её на мгновение. Она лежала на диване, уткнувшись в подушку, когда услышала, как он набрал Олега:

— Купи новый айфон. Красный. Самый последний. И чтоб завтра был здесь. — Голос Димы был твёрдым, почти ленивым, как будто речь шла о пачке сигарет, а не о дорогом смартфоне.

Он посмотрел на неё, как будто чувствовал, что за его спиной она расплылась в довольной ухмылке.

— Улыбаешься? — спросил он, всё ещё держа телефон у уха.

Она сразу сделала серьёзное лицо, поджала губы и попыталась изобразить скуку.
— Ничего я не улыбаюсь. Просто представила, как Шепс будет бегать по городу, выбирая айфон для "пленницы".

— Ты не пленница. Ты гость, который забыл, что сюда пришёл по приказу. — Он сел рядом, подложив руку за голову. — Или всё-таки не забыла?

— Я всё помню, Матвеев. Просто мне нравится, когда исполняют мои желания. Даже если это враг. Особенно если враг. — Она посмотрела на него с вызовом.

Он усмехнулся.
— Капризная сука.

— Ты влюбился в капризную суку, — парировала она, всё ещё с хитрой полуулыбкой.
— Значит, ты безнадёжен.

— Ты даже не представляешь, насколько.

— Но вместе нам не бывать. — Голос Мадонны стал тише, но твёрдость в нём не исчезла.

— Я знаю, — спокойно ответил Дима, глядя на неё с полуприкрытыми глазами. — И, наверное… немного хотелось бы избавиться от капризной суки.

Мадонна резко повернула к нему голову, её глаза вспыхнули.

— Тварь, — выдохнула она, почти шепотом, почти с дрожью.

— Знаешь, — он встал и медленно подошёл ближе, — ты называешь меня тварью, но всё ещё сидишь здесь, в моей футболке, на моём диване, в шортах, которые я тебе купил.

— Потому что ты меня похитил, псих. — Она отстранилась, но встать не спешила.

Он ухмыльнулся, наклоняясь к её уху:
— А ещё потому, что ты не хочешь уходить.

Она не ответила. Только стиснула зубы, чтобы не сорваться и не закричать. Потому что, чёрт возьми, он был прав.

— Может потому что, меня окружает миллион охранников, и здесь повсюду сигнализация, и окна заколоты? — сквозь зубы процедила Мадонна, вскидывая на него взгляд, полный огня.

Дима усмехнулся, спокойно сев напротив и закинув одну ногу на другую.

— Звучит, как забота. Я же обещал тебе безопасность.

— Безопасность или золотая клетка, Матвеев?

— Без разницы, если в клетке ты. — Его голос стал ниже, опаснее.

— Ты больной.

— А ты — моя болезнь, Рендал.

Она отвела взгляд, стиснув пальцы на подлокотнике. Чёрт, всё это чертовски похоже на игру без правил, где никто не хочет проигрывать. Но оба уже пали.