Глава 19
Арсений и Влад поскакали по тропинке через поля и рощи. Арсений задал лошадям легкий галоп на разумной скорости, а Влад, пользуясь советом Арсения, сумел на удивление естественно держаться в седле.
— У тебя неплохо получается для первого раза. А теперь давай немножко развлечемся. — Он поддал своей лошади коленями, разогнавшись быстрее.
Вскоре мальчик и его конь летели, слившись в стремительном движении, которое доставляет истинную радость бывалому всаднику.
Когда они подъехали к краю сада и сбавили темп до шага, Влад едва дышал и улыбался во весь рот.
— Здорово! — крикнул он, похлопывая своего коня. — Давайте опять разгонимся!
— Дай отдышаться лошади. Ты всегда должен помнить: на ней лежит двойная нагрузка. Если тебе трудно дышать, если ты устал или хочешь пить, то твоя лошадь испытывает все то же самое, только вдвойне. Там, где я родился, довольно суровые условия, и если падет твоя лошадь, тебе самому не выжить. Там быстро усваиваешь, что надо заботиться о своем коне. Он становится твоим партнером.
— Хорошо, я буду заботиться о своей лошадке! — пылко воскликнул Влад. — Антон сказал, что даст мне коня, как только я научусь ездить верхом. Большого взрослого жеребца... черного как смоль и быстрого как вихрь.
— Жеребца? — Арсений покачал головой. Интересно, что бы сказал Антон в ответ на эту новость? В следующее мгновение он уловил знакомый звук и остановился, прислушиваясь.
— Что это? Кажется, рядом вода?
— Да. Здесь, внизу, течет ручей. — Влад показал на деревья, растущие в низине. — Поехали!
Влад ударил пятками в бока своей лошади и одновременно сильно натянул поводья. Испуганный конь встал на дыбы, потом дернулся под ним и стремглав помчался по лугу. Мальчик взвизгнул, замахал руками и в конце концов сумел ухватиться за переднюю луку седла.
— Держись! — закричал Арсений.
Он увидел, что Влад не может дотянуться до свисающих поводьев, и понял: ему придется воспользоваться собственной лошадью, чтобы остановить коня мальчика... Это решение было сопряжено с некоторым риском. Арсений поскакал вперед, чтобы конь Влада мог видеть его лошадь, потом нагнулся и подхватил сползшую уздечку. Когда он дернул поводьями, обе лошади постепенно сбавили скорость.
— С тобой все в порядке? — спросил Попов тяжело дыша.
Влад был бледным как полотно — до самых пальцев, цеплявшихся за край седла.
— Я... я упустил поводья, и он понесся как безумный... — Его голубые глаза стали огромными от страха, и у Аосения возникло странное чувство, что перед ним Антон. Нахмурившись, он взял поводья и протянул их Влад, который отпрянул. — О-о-о, нет... я слезаю!
— Нет, не слезаешь! — Арсений схватил его за руку и удержал на месте. Мальчик весь дрожал. — Ты совершил большую ошибку, но остался жив. Если сейчас ты слезешь с лошади, то совершишь еще большую ошибку. Мужчина должен учиться преодолевать свои страхи. Ему надо уметь признавать свои ошибки, делать из них выводы и двигаться дальше.
От страха и стыда глаза Влада наполнились слезами. Через мгновение Арсений разжал руку. Его голос сделался таким же низким и рокочущим, как гром:
— Возьми поводья. Сейчас мы спустимся к ручью, и ты потренируешься слезать с лошади.
Когда они добрались до ручья и Влад спешился, раздражение Арсения уже прошло. Глядя на горящее от стыда лицо мальчика, он живо вспомнил, каково это — разочаровать человека, которого так сильно хотелось порадовать... хуже того, разочаровать самого себя. Он дождался, пока Влад поднимет голову.
— Я думаю, со временем из тебя получится отличный наездник, — сказал он с усмешкой.
Здесь и нашли их Антон и Стас Шеминов, остановившись через несколько минут на краю поросшего травой ручья, чтобы напоить своих лошадей. Ни парень, ни Шеминов ничего не сказали по поводу маленькой царапины Влада, и это значило, что они ее просто не заметили. Влад то и дело бросал на Арсения умоляющие взгляды, призывая его к молчанию. Но Арсений не нуждался в предупреждениях. Он чувствовал, что лучше сохранить это происшествие в тайне.
— Влад, с тобой все в порядке? — спросил парень, заметив необычную покладистость кузена.
— Конечно, — хмуро отозвался мальчик, потом взглянул на Арсения и энергично почесал в затылке. — Просто мне хочется опять сесть на лошадь и покататься, вот и все.
Когда они снова тронулись в путь, Антон не стал дожидаться, когда Стас начнет диктовать правила верховой езды. Он настоял на том, чтобы Влад ехал рядом с ним. Арсений остался сзади, вместе с раздраженным Шеминовым.
Мужчины ехали молча, не желая вступать в разговор, который мог легко перейти границы светскости. Только когда впереди показались конюшня, Шеминов обернулся к Арсению.
— Мне кажется, вам следует знать одну вещь, Попов. Хочу заранее избавить вас от неловкости... Видите ли, мы с мистером Шастуном достигли своего рода взаимопонимания. Через несколько недель, на своем дне рождения, он сделает некое объявление.
— Вот как?
Арсений окинул взглядом Шеминова, чья подчеркнуто гордая поза в седле делала его похожим на бронзовое изваяние в центре парка. Так и казалось, что на голову ему усядутся голуби. «Черта с два! — подумал Арсений. — Парень не станет стремиться покинуть комнату, где находится его жених». Видимо, Шеминов, который чувствовал угрозу своим брачным планам со стороны Арсения, был в отчаянии.
— С удовольствием вас поздравлю, — проговорил Попов с убийственной серьезностью, — когда это объявление состоится.
К тому времени, когда они вернулись в конюшню, Влад едва держался в седле. Антон видел, как он поеживается в своем новом костюмчике и чешется, чешется... На ней самой тоже был шерстяной костюм, но не такой теплый. Парень не на шутку встревожился, глядя на его раскрасневшееся лицо и унылый вид. Что же с ним такое? Спешиваясь, он зацепился ногой за стремя, упал на землю и остался лежать.
— Влад! — Он бросился к нему и усадил. — В чем дело? Ты плохо себя чувствуешь? — Мальчик обмяк в его объятиях. — Влад? — Он пощупал его лоб. Он был горячим и потным. — Влад... посмотри на меня. У тебя что-нибудь болит?
— К-как жарко! — Он вяло провел рукой по мокрым волосам. — У меня зудит... все тело.