Глава 17
Антон Шастун, одетый в простой костюм для верховой езды — травянисто-зеленые брюки, сапоги и белую блузку, стоял на нижней доске беленого забора, которым был обнесен кораль, и был свеж, как горный лавр в утренней росе. Он заставил себя перевести взгляд и увидел его 10-летнего кузена, который стоял в загоне рядом с маленькой отвязанной лошадкой. Мальчик держал в руках пустой повод и казался таким же деревянным, как гладильная доска.
— А если он укусит меня или лягнет? — спросил Влад тонким испуганным голоском.
— Ты же не сахарный и не морковный! — крикнул ему Арсений. — Если не будешь делать резких движений, он тебя не тронет.
Антон быстро обернулся, ухватившись за ближайшую стойку забора, чтобы не упасть.
— Мистер Попов?
Глаза Антона округлились, щеки запылали, дыхание прервалось. Последние 2 ночи он ворочался без сна в постели и молотил кулаками ни в чем не повинные подушки, тщетно пытаясь прогнать этого человека из своей памяти, и говорил себе, что его реакция на вечеринке у Добровольских — всего лишь результат отчаянного положения и его неожиданного рыцарства.
Но он отлично знал, что простая благодарность не объясняет того невольного волнения, которое охватывало его при воспоминании о его руке на своей талии. А как приятно было упасть в его сильные объятия! Он прижал его к своей крепкой груди... Эта мускулистая грудь не шла у него из головы. Стоило хоть, на секунду забыть про приличия и ослабить контроль над собственными мыслями, как перед внутренним взором тотчас возникал обнаженный мужской торс.
— Здравствуйте, мистер Шастун. — Арсений чуть приподнял край своей шляпы и зашагал к парню. — Мистер Дмитрий сказал, что вы учите мистера Влада верховой езде.
— Да, это так. — Три слова — вот все, что он смог из себя выжать, стараясь при этом не опускать глаза.
Он прислонился плечом к стойке забора и посмотрел в щель между досками на мальчика и лошадку. «И откуда в нем эти дерзкие манеры?» — мысленно проворчал Антон. Небрежная сутулость Попова словно бросала вызов целому свету: дескать, найдите мне что-нибудь любопытное, чтобы я распрямился!
— Интересный метод учить верховой езде: поставить столбом.
— Он еще никогда не подходил близко к лошадям. — Парень нахмурился, напомнив себе, что под этим хорошо сшитым костюмом кроется не только голая грудь и капелька рыцарства. Этот человек — отвратительный наглец, склонный к... — Я хочу, чтобы он привык стоять рядом с лошадью, прежде чем на нее забраться.
Арсений понизил голос, глядя на Влада:
— Мне кажется, вам следует дать ему больше свободы... скажем... пусть пристегнет повод и поводит коня по кругу.
— Я собиралась сказать ему об этом в следующей части урока, — коротко объявил Антон, потом обернулся к своему кузену. — Пристегни повод, Влад, и поводи коня по загону. Ходи рядом с ним. Будь внимателен. Следи, чтобы он тебя видел.
Взглянув на Арсения, Влад расправил плечи и заставил себя подойти к лошади. Он закрепил крючок повода в кольце на уздечке и повел маленькую лошадку по коралю. С каждым шагом вид у мальчика становился все более уверенным, он то и дело останавливался и похлопывал коня по шее.
Антон скосил на Арсения глаза и невольно обратил внимание на его загорелую кожу... четкую, рельефную линию подбородка... надвинутую на глаза шляпу. С головы его взгляд опустился к плечам и скользнул по крупным рукам, которые откинули полы пиджака и теперь упирались в бедра. Даже в обычном деловом костюме он сохранял гибкость и небрежную грацию.
— Когда урок закончится, велите ему почистить коня и дать ему воды. Пусть заботится о животном. Это очень важно для...
— Я сам знаю, как его учить, — огрызнулся Антон, сердито сверкнув глазами и краснея от собственных мыслей. — Я начал ездить верхом и ухаживать за лошадьми, когда был маленькой девочкой.
— Вот как? А много ли вам известно о мальчиках?
— Дети есть дети, мистер Попов.
— Вот где кроется ваша ошибка, мистер Шастун.
— Моя ошибка?
— Насколько я знаю, молодые парни любят лошадей меньше, чем взрослые мужчины. Чтобы животных правильно обучить, требуется сильная рука и упорство.
— И откуда, разрешите узнать, у вас такие поразительные познания? — резко спросил парень, скрестив на груди руки.
Он насмешливо улыбнулся:
— Когда-то я сам был молодым парнем.
С этим трудно было спорить. Антон невольно представил себе Арсения Попова маленьким мальчиком: худые вздернутые плечи, лохматые вихры, в беззубом рту — бесконечные леденцы... большие озорные глаза цвета океана. Его бедная старушка мать, наверное, не чаяла в нем души. Как, впрочем, и все остальные женщины, с которыми ему когда-либо доводилось встречаться. Антон не сомневался, что за ним тянулся шлейф из разбитых сердец.
Заслышав приближающийся топот копыт, конь Влада испуганно вскинулся на дыбы. Антон поднял глаза и посмотрел мимо Влада, за угол конюшни.
— Держи его! — крикнул он мальчику. — Будь спокойным и уверенным. Покажи ему, что бояться нечего.
Арсений проследил за его взглядом, и они одновременно заметили всадника. В головах их возникла одна и та же мысль: «Нет, только не это!»
— Вот ты где! — крикнул Стас Шеминов, натягивая поводья и спешиваясь. Парень слез с изгороди и обернулся, придерживаясь руками за доску забора. — Не ожидал увидеть тебя во дворе, милый. — Тут он узрел Арса, вопросительно глянул на Антона, потом кивнул его гостю: — Попов, если не ошибаюсь? Что вы здесь делаете?
— То же, что и вы, надо полагать. — Арсений наградил его двусмысленной улыбкой.
— Как видишь, мы преподаем урок верховой езды, — объяснил Антон.
— Да? Отлично. — Стас привязал свою лошадь, подошел к Антону и стал смотреть, как Влад с растерянным видом крутит в руках повод. Он нахмурился. — Что делает мальчик?
— Водит коня по кругу, привыкает к нему, перед тем как сесть в седло, — ответил он сердито.
Стас расхохотался.
— Привыкает к нему? Есть только один способ привыкнуть. Пусть мальчик сядет на коня и прокатится по саду. Именно так учился ездить верхом ты сам, если мне не изменяет память. Или ты забыл все, чему я тебя учил?
Не успел Антон ответить, как Стас прошел в калитку.
— Эй, парень! — Он взял седло, висевшее на перекладине забора рядом с дверью конюшни. — Пора тебе поучиться самостоятельности.
Растерявшийся Влад кое-как оседлал коня и с помощью Стаса взобрался на него с забора. Антон наблюдал за ним, стоя неподалеку. Губы его были сжаты, глаза сверкали от возмущения. Все указания, которые он давал Владу, тотчас отменялись Стасом. Наконец парень вмешался и объявил, что для первого раза достаточно.
— Достаточно? — Стас засмеялся. — Не говори глупости. Мальчик только приступил к самому интересному. — Он поднял голову и взглянул на Влада. — Он должен вывести лошадь из загона... почувствовать поводья и седло... немного поработать пятками.
— Послушай, Стас, мне кажется, в самом деле доста...
Но Стас отклонил его протест, шагнул к двери и крикнул конюху, чтобы тот седлал его лошадь. Он метнул на него недобрый взгляд и сам направился к двери конюшни.
— Оседлай Черныша для мистера Попова, — велел Антон подошедшему конюху, после чего обернулся к Арсению: — Вы составите нам компанию, не правда ли?
— Мистер Попов одет по-деловому, — заявил Стас, неприязненно глядя на Арсения. — У него наверняка есть неотложные заботы где-нибудь в другом месте.
Это прозвучало как приказ, а приказы такого рода всегда задевали за живое независимого Арсения.