мини-зарисовка
Николай Павлович, весёлый и жизнерадостный, всегда радовал графа. Когда император был в хорошем настроении, это означало, что он выспался и не занят. Обычно в такие моменты они с Бенкендорфом играли в теннис, и Николай неизменно одерживал победу. Он прекрасно изучил тактику своего оппонента и мог читать Александра как открытую книгу.
Николай Павлович был очень внимательным человеком, подмечая все детали. При особенно хорошем настроении он мог прийти в кабинет графа и, присев на край стола, попытаться отвлечь его от работы. Но сегодня у царя было ужасное настроение: он язвил и огрызался со всеми, не подпуская к себе никого ближе чем на метр. Это могло означать только одно — у правителя бессонница.
Сон напрямую зависит от настроения Николая Павловича. Если император не проспит свои восемь часов, он превращается в злой комок, который может укусить. В такие моменты к его величеству нельзя было приближаться, если не хотели получить немилости царя.
Единственный человек, который мог заявиться к императору в кабинет, когда тот был в дурном настроении, и не впасть в немилость, — это Александр Христофор Бенкендорф. С ним Коленька, пусть и бубнит что-то злое, обычно не проявляет ярко выраженной агрессии.
Когда Бенкендорф вошел в кабинет императора, тот был занят.
— Что? — спросил Николай с ноткой злости в голосе, не отрывая глаз от документов.
— Ваше высочество, вы сегодня крайне раздражены. У вас опять бессонница? — с беспокойством в голосе поинтересовался Александр, игнорируя злость в голосе любимого.
— Да, есть и так тебе то что? — незамедлительно проговорил правитель, взглянув на мужчину из-под лобья.
— Я волнуюсь.
— Не стоит, я сам о себе позабочусь.
Николай Павлович замолчал и закрыл глаза, чувствуя боль в переносице. Глаза были красные от бессонной ночи, которая уже стала привычной для него. На фоне стресса у него периодически возникали проблемы со сном, и бессонница стала верным спутником с тех пор, как он взошёл на престол Российской империи.
Эта вялость и раздражительность особенно действовали на нервы императору, особенно головная боль. Ему хотелось взять мушкет и застрелиться, чтобы избавиться от боли, которая возникала из-за недостатка сна и проблем, которые он был обязан решать.
Откинувшись на спинку кресла, император даже не заметил, как к нему подошёл граф. Внезапно он почувствовал крепкие объятия. Распахнув глаза, он увидел Бенкендорфа, который обнимал его. На пару секунд замявшись, император вскоре расслабился и закрыл уставшие глаза, медленно обвивая руками чужое тело.
— Сашенька, поспи сегодня со мной... Мне так плохо... — жалобно попросил Коля, прижимаясь к любимому. Он знал, что бессонница не будет тревожить его, если рядом будет любимый жандарм, который нежно гладил его по волосам перед сном, целовал и обнимал. С ним Николай Павлович чувствовал себя слабым и защищенным, с ним было хорошо, тепло и приятно, даже дышать становилось легче, а головная боль переставала беспокоить юношу царя своей невыносимостью.
— Я это и хотел предложить, — тихо ответил Бенкендорф, целуя императора в макушку. Только он умел успокоить, утешить и понять царя. Только Александр понимал, как нужно действовать с недовольным царем, чтобы задобрить его, и Коля был искренне рад, что именно Саша может это сделать.
