Элис Морган

Замереть?.. кричать?.. обвинять всех?.. или бежать, пока хватает сил?..
Нет времени было думать.
Секунды застыли, как картина на стене. И сквозь неё нельзя было пройти. Только смотреть. И чувствовать.

— Габриэль... — прошептала она почти беззвучно. Не голосом — душой.

Покачиваясь, как пьяная, она бросилась вперёд и рухнула на колени рядом с ним.
Вокруг что-то происходило — люди, голоса, беготня. Но она не слышала. Она была в своём аду.

Схватив его руку, она почувствовала, какая она холодная. И вместе с этим её глаза наполнились горькими слезами, которые тут же скатились вниз, смешиваясь с кровью.

— Элл... не бойся, всё хорошо... слышишь меня? — его голос был едва слышен, и от этого стало только больнее. Он хотел её утешить, её, чёрт возьми, её, хотя сам умирал.

Слёзы лились по её подбородку, падали, как молчаливые капли прощания. Она хотела что-то сказать, но ком в горле мешал. Только через усилие выдавила:

— Скоро... скорая приедет...

— Беги... Элл... не оставайся здесь...

— Да пошло оно всё к чёрту! Не думай обо мне, идиот...

Гнев, отчаяние, страх в ней слились в крик. А он... он вдруг улыбнулся. Настолько тепло, насколько позволяла боль.

— Моя милая Элл... уходи... тут опасно... со мной всё... всё будет в порядке... — и скривился от боли.

Он бледнел. Прямо на её глазах. Его грудь едва поднималась.

— Габриэль... не закрывай глаза... пожалуйста, останься со мной...

Но он уже не слышал.
Его рука соскользнула с её щеки... и безжизненно упала на мрамор. Как обломанная кукла.
Элис закричала. Она цеплялась за него, пыталась оттолкнуть всех, кто хотел оттащить её прочь. Не хотела отпускать. Не могла.

Врачи, которые прибежали, уже уносили тело Габриэля.
Он ушёл. Остался только след... красный, как печать боли на белом.

Люди говорили. Искали виновных. Подозревали.
Кто-то смотрел на неё с презрением, кто-то с жалостью. Элис не могла это выносить.
Она вырвалась и выбежала из зала. Сбежала... сжалась от одиночества, исчезла в ночи.
И снова пошёл дождь. Как дурная примета.
Снова та же картина — одинокая Элис, бегущая прочь, оставляя позади того, кто нуждался в ней больше всего.

В зале полиция отпустила всех, кроме тех, кто контактировал с Блэквудом и его спутницей. Женщин допросить почти не удалось — они были в шоке от случившегося.
— «Чтобы такое произошло в Dream's Hall?..» — повторяли многие, не веря собственным глазам.

Мужчины же давали совершенно противоречивые показания — больше делились своими догадками, чем фактами.

— Вы были знакомы с сэром Габриэлем Блэквудом? — задал очередной вопрос Джеймс Картер.
— Только слышал о нём, — ответил Опенховский.
— А с его спутницей?
— О, с той прелестной леди? Успел немного побеседовать с ней. Только вот этот ваш Блэквуд всё испортил.
— Испортил?
— Подошёл очень строго и увёл её.
— Почему, по-вашему?
— Кто знает... Может, она была его возлюбленной.
— А имя девушки вы случайно не узнали?
— Конечно, узнал.

Картер уже был готов услышать ожидаемое имя, но ответ Опенховского застал его врасплох:

— Её звали Элеонора Вазовски. Отец — русский.

Разочарование мгновенно пронеслось по лицам офицеров.

— Пол, проверь по списку.
— Уже, сэр, — ответил МакКуэйн и вскоре сообщил:
— Человека с таким именем на бале не зарегистрировано.
— Что?

Удивились и Картер, и сам Опенховский. После этого мужчину отпустили.

— Может, это была няня? — предположил МакКуэйн.
Картер нахмурился.
— Прямо у нас под носом...
— Но, с другой стороны, есть несоответствие, сэр.
— Какое ещё несоответствие?
— Из показаний Опенховского выходит, что эта леди была дорога Блэквуду.
— Не начинай свои сентиментальные теории. Мы и так в тупике. Приказано срочно найти девушку — и вот теперь это.
— Просто у нас снова нет никаких улик.
— Думаешь, это могла быть Морган?
— С одной стороны — да, с другой... Не уверен, что Блэквуд...
— Пол, ты понимаешь?! Это объясняет всё!

МакКуэйн вопросительно посмотрел на него. Картер закурил, выпустил облако дыма и произнёс:

— Если эта таинственная девушка действительно была Морган, тогда ясно, почему Блэквуд заинтересовался делом. Он вышел из тени, чтобы защитить её.
— Думаете, он её защищает?
— Следи за ним, Пол. С самой больницы. Если я прав, он сам выведет нас прямо к няне. Кстати, куда его отвезли?
— В больницу святого Варфоломея.

В этот момент зазвонил телефон у входа в зал. Картер снял трубку:

— Лондонская полиция, говорит сэр Джеймс Картер... Прекрасно. Мы выезжаем.

Он положил трубку и с загоревшимися глазами сказал:

— Стрелявшего поймали, МакКуэйн. Идиот выбросил оружие в ближайшую урну — нашли по отпечаткам.
— Тогда не теряем времени, сэр.
— Нет. Ты мне нужен в больнице. Следи за Блэквудом.
— Есть, сэр.

Похлопав МакКуэйна по плечу дважды, Картер направился к выходу. Всех оставшихся людей эвакуировали из зала.

***

Это помещение сложно было назвать комнатой — скорее камера: влажная, пустая, с запахом сырости.
В центре — металлический стол и два стула по разные стороны: один для следователя, другой для задержанного.

Через два часа ожидания в помещение вошёл инспектор Джеймс Картер, сопровождаемый сержантом Полом МакКуэйном.
Последнему не было смысла ехать в больницу — Габриэль всё ещё находился на операционном столе.
Поэтому он остался с Картером, заняв место в углу, наблюдая за процессом допроса.

Картер же сел в свой, немного более удобный стул, переплёл пальцы и, пристально глядя на подозреваемого, начал допрос.

— Для протокола, пожалуйста, назовите ваши имя и фамилию.

Подозреваемый молчал. Следователь повторил, уже строже:
— Имя... фамилия.

Снова тишина. Арестованный смотрел на полицейского с откровенным отвращением и не произнёс ни слова. Тогда Картер перешёл к другим мерам — тем, что время от времени приходилось применять, чтобы заставить заключённых сотрудничать.

— Что ж, сэр, похоже, вы не намерены сотрудничать с полицией. Знаете ли вы, что происходит в таких случаях?.. Не знаете? Хорошо, я объясню. В полиции не дураки. Мы в любом случае выясним вашу личность, потом — личность ваших родственников. А дальше... ах, пожалуй, моя любимая часть: ваши близкие тоже попадут под подозрение. Кто знает — может, вы действовали вместе? Ведь вы отказываетесь говорить правду. И поверьте мне, их жизнь уже никогда не будет прежней. Их начнут сторониться, на них будут смотреть косо, сплетни расползутся по всему городу. Их будут бояться... избегать. Короче говоря, ваши родственники перестанут существовать для общества.

Подозреваемый опустил глаза. Некоторое время он молчал, затем, тяжело вздохнув, произнёс:
— Вы обещаете, что с моей семьёй ничего не случится?
— Лично прослежу, чтобы всё было как надо. Если... начнёте отвечать на мои вопросы конечно.

Тот кивнул.

— Тогда начнём сначала. Ваше имя и фамилия?
— Роберт Шеншоу. Я из Техаса.
— А-а, американец значит. Скажите, пожалуйста, на найденном несколько часов назад у мусорных баков возле "Dreams Hall" пистолете обнаружены ваши отпечатки, верно?
— Верно.
— Это вы открыли стрельбу в зале?
— Да.
— Кто был вашей целью?
— Детектив Габриэль Блэквуд.
— Хм... Знаете ли вы, что за покушение на сотрудника полиции срок увеличивается? Отлично. Тогда скажите, зачем вы это сделали?
— Мне поручили устранить его.
— То есть вас наняли убить Блэквуда?
— Да. Предложили крупную сумму, а мне тогда отчаянно нужны были деньги. Я согласился.
— Хорошо. Кто дал вам этот приказ и зачем?
— Этого я не знаю. Почтальон, как обычно, принёс письма, и одно из них было без обратного адреса. Мне показалось странным, я открыл его первым.
— Письмо у вас осталось?
— Нет. Там было написано, что после прочтения нужно его сжечь. Так я и сделал.
— Деньги вы получили?
— Да.
— Каким образом?
— Опять же — анонимно. Конверт, присланный по почте. Примерно через полчаса меня арестовали.
— Пол?..
— Конверт изъяли и проверили, — сказал Пол. — Я связался с экспертами: ничего, кроме отпечатков мистера Шеншоу, не найдено.
— Понятно... понятно.

В кабинет вошли двое других офицеров и увели подозреваемого — к его дальнейшей судьбе.

Оставшись вдвоём, Пол МакКуэйн сказал Картеру:
— У меня есть подозрение, что это дело связано с убийством Нормана Грейса.
— Многие хотят убить Блэквуда. В этом нет ничего необычного.
— Да, но почему именно сейчас? Когда он занялся этим расследованием. Тот, кто способен спланировать убийство, не оставив ни следа, — человек очень организованный. Он мог найти Блэквуда в любой момент. Но выбрал этот.
— Потому что Блэквуд начал копать.
— Именно. Репутация у него такая, что преступник уверен: если Блэквуд взялся — он обязательно всё раскроет.
— И потому решил убрать его с дороги.
— Вы так не считаете?
— Напротив, Пол, это очень похоже на правду. Очень...
— Тогда странным выглядит связь с мисс Морган. Мы склонялись к тому, что она убила спонтанно. Но теперь видно — всё куда глубже, продуманнее.
— Верно, МакКуэйн. Но в любом случае — эта девушка остаётся нашей главной ключевой фигурой.

Они вышли и пошли по полутёмному коридору.

— Что с Блэквудом? — спросил Картер.
— Его прооперировали. Всё ещё без сознания.

Картер затянулся в последний раз и швырнул окурок прочь.

— Сэр, может, всё-таки бросите курить? Это вредно.
— Ты что, второй Блэквуд у меня на шее? — раздражённо бросил он. — Этого только не хватало...

Всю ночь полицейские почти не сомкнули глаз.
Они разбирали имеющиеся материалы, сопоставляли, строили версии.
Но дело не двигалось с места. Казалось, они ходят по кругу —
задавая одни и те же вопросы, находя ответы,
которые всё равно не приближали их к истине.

В каждом эпизоде не хватало чего-то —
мелкой, но ключевой детали,
словно кто-то нарочно вырвал её из картины.

И как бы ни было горько это признавать,
на данном этапе у них не оставалось ничего,
кроме бесконечных догадок.