I needed you.

Ночью я не смог сом­кнуть глаз из-за вол­не­ния, ко­торое не утих­ло до сих пор. Я ска­зал вра­чу, что улуч­ше­ния точ­но бу­дут, по­тому что я до­веряю Луи, но... Это ведь ложь. Я не до­веряю ему. Ни кап­ли. Всю ночь ду­мал об этом. Мне ка­жет­ся, что сей­час Луи - че­ловек, ко­торо­му я до­веряю мень­ше все­го. Я так ве­рил в не­го, а он хо­тел уме­реть. Прос­то взял скаль­пель и пе­рере­зал се­бе ве­ны. Так как я во­об­ще мо­гу упот­реблять сло­во «до­верие», го­воря о нём? Я не знаю, бу­дет ли улуч­ше­ние прос­то по­тому, что, по­хоже, не знаю Луи.

Смот­рю на свои ча­сы. 9:45. Я дол­жен был зай­ти к не­му ещё пят­надцать ми­нут на­зад, но не мо­гу зас­та­вить се­бя вый­ти из ма­шины из-за стра­ха пе­ред его сос­то­яни­ем. Это мой единс­твен­ный шанс, а я про­сижи­ваю его в ма­шине. Пов­то­ряю се­бе сло­ва тре­нера о том, что Луи сто­ит то­го, что­бы за не­го бо­роть­ся. Сно­ва про­веряю, взял ли я ма­лень­кий чёр­ный блок­нот, ко­торый ку­пил вче­ра ве­чером и на­конец-то от­кры­ваю двер­цу ма­шины. По­еха­ли.

Под­хо­жу к стой­ке и мне впер­вые не го­ворят уй­ти от­сю­да. Жен­щи­на улы­ба­ет­ся, про­тяги­ва­ет мне про­пуск и го­ворит: «Он в 394 ком­на­те». Нап­равля­юсь к раз­водным две­рям, ког­да она ок­ри­кива­ет ме­ня и до­бав­ля­ет: «Всё прой­дёт хо­рошо». Ки­ваю ей и вхо­жу в ко­ридор. Мне бы её уве­рен­ность. На этот раз под­ни­ма­юсь на лиф­те и как пос­ледний иди­от поп­равляю во­лосы в зер­ка­ле. Как толь­ко ока­зыва­юсь пе­ред нуж­ной дверью, нес­коль­ко се­кунд не­под­вижно стою, глу­боко ды­ша. Ты до­веря­ешь ему, Гарри. До­веря­ешь. Да­вай. Я ве­рю в не­го.

Сту­чу в дверь - ти­шина, сту­чу ещё раз - сно­ва ти­шина. Сам вхо­жу в ком­на­ту и зак­ры­ваю за со­бой дверь. Он ле­жит на кро­вати, его го­лова по­вер­ну­та к ок­ну.

- Хей...

Он не дви­га­ет­ся, не от­ве­ча­ет, я да­же не уве­рен, слы­шит ли он ме­ня. У ме­ня бо­лит жи­вот. Его ком­на­та наг­не­та­ет, она боль­шая и бе­лая, ни­чем не от­ли­ча­ет­ся от обыч­ной боль­нич­ной па­латы. Кро­ме то­го, что на ок­нах ре­шёт­ки. А так, всё по стан­дарту: кро­вать, крес­ло, стол, шкаф, дверь, ве­дущая в ван­ную и сре­ди все­го это­го Луи, не­под­вижно ле­жащий на бе­лых прос­ты­нях. На сте­не ве­сит те­леви­зор, но он вы­нут из ро­зет­ки. Воз­ле кро­вати сто­ит мо­нитор и ка­пель­ни­ца, от ко­торых тя­нет­ся мил­ли­он про­водов. Здесь столь­ко все­го, а я смот­рю толь­ко на од­ну вещь - на его пе­ребин­то­ван­ные за­пястья. Об­хо­жу кро­вать, са­жусь с краю, на уров­не его бё­дер, и сно­ва пов­то­ряю:

- При­вет...

А он сно­ва мол­чит. Смот­рю на не­го и сер­дце сжи­ма­ет­ся. Его ко­жа не прос­то блед­ная, она бо­лез­ненно-бе­лая, чер­ты ли­ца ста­ли жёс­тче из-за скул, ко­торые те­перь нам­но­го глуб­же, и силь­но вы­ражен­ных си­няков под гла­зами, он очень по­худел. Но это не са­мое страш­ное, са­мое страш­ное - его взгляд. Он пуст. Бук­валь­но. Он не смот­рит ни в ок­но, ни на ме­ня, он буд­то со­вер­шенно ни­чего не ви­дит. Его здесь нет. Я не мо­гу с ним по­гово­рить, по­тому что го­ворить-то не с кем.

При­каса­юсь к его ру­ке и на гла­за на­вора­чива­ют­ся слё­зы. Его ног­ти подс­три­жены до ос­но­вания, ко­жа вок­руг них крас­ная, это дол­жно быть боль­но. За­чем они сде­лали это? Что­бы он не ца­рапал се­бя? Пре­под­но­шу его ру­ку к сво­им гу­бам и на па­ру ми­нут зас­ты­ваю в этом по­ложе­нии. Он всё ещё не­под­ви­жен. Он во­об­ще по­нима­ет, что я здесь? Или все эти ле­карс­тва слиш­ком за­тума­нили ему мозг? За­мечаю его днев­ник, ле­жащий на при­кован­ном сто­лике.

- Те­бе пе­реда­ли твой днев­ник?

Всё ещё ти­шина. Я не сво­жу с не­го взгляд, бо­ясь, что ес­ли от­вернусь - он ис­чезнет. Пос­ле той ужас­ной но­чи, я всё вре­мя вспо­минаю о его ок­ро­вав­ленном те­ле. Всё вре­мя.

- Ты жив.

Это са­мо выр­ва­лось, мой го­лос ох­рипший, но это единс­твен­ное, о чём я мо­гу ду­мать. Он ме­ня да­же не слы­шит, но я всё рав­но про­дол­жаю пов­то­рять.

- Ты так на­пугал ме­ня.

Взды­хаю, сно­ва пре­под­но­шу его ру­ку к сво­им гу­бам, не сво­дя с не­го глаз. Не знаю, сколь­ко вре­мени про­ходит, я ду­маю лишь о том, как же мне по­вез­ло, что он всё ещё здесь. Пусть не мо­раль­но, но фи­зичес­ки, он здесь. Я мо­гу при­касать­ся к не­му, я мо­гу ви­деть его и это то, без че­го я жить не смо­гу. Его сер­дце всё ещё бь­ёт­ся, а зна­чит, бь­ёт­ся и моё. По­вяз­ки на его ру­ках под­ни­ма­ют­ся до са­мых лок­тей и на­поми­на­ют мне о том, что сей­час я си­жу не на клад­би­ще, а в боль­ни­це, что всё мог­ло быть ку­да ху­же. Я хо­чу ска­зать ему столь­ко все­го, но не мо­гу. Я не мо­гу го­ворить с ним, ес­ли он да­же не смот­рит на ме­ня.

- Луи.

Дверь от­кры­ва­ет­ся, и к нам вхо­дит мед­сес­тра. Она смот­рит на Луи и, за­метив, что ни­каких улуч­ше­ний нет, грус­тно смот­рит на ме­ня.

- Ду­маю, вам по­ра ид­ти.

Уже?! Да я при­шёл все­го се­кун­ду на­зад.

- Дай­те мне ещё пять ми­нут, по­жалуй­ста, - умо­ля­юще смот­рю на неё и она ки­ва­ет, вы­ходя из ком­на­ты. Сно­ва пе­рево­жу вни­мание на Луи, силь­нее сжи­мая его паль­цы в сво­их. - Я не знаю, слы­шишь ли ты ме­ня, но... - зак­ры­ваю гла­за, сло­ва зас­тре­ва­ют в гор­ле, мне бы так хо­телось поп­ро­сить его вер­нуть­ся, выз­до­роветь, жить, но я не мо­гу. Я не мо­гу сми­рить­ся с тем, что я дол­жен го­ворить та­кие ве­щи. Не мо­гу сми­рить­ся с тем, что он зас­тавля­ет ме­ня их го­ворить. - Ес­ли те­бе не ста­нет луч­ше, то ме­ня боль­ше к те­бе не пус­тят, - ти­хо шеп­чу. - Я не знаю, хо­чешь ли ты это­го, но я хо­чу, мне нуж­но ви­деть те­бя. По­жалуй­ста, Луи, - ни­чего не про­ис­хо­дит, дверь за мо­ей спи­ной от­кры­ва­ет­ся, но я не сво­жу с не­го глаз. - Я... Я от­прав­лял те­бе мей­лы с от­счё­том каж­дый день, но... Так как ты не чи­тал их, я за­писал их в этом блок­но­те. Здесь все дни, что я про­вёл без те­бя. Я не про­пус­тил ни од­но­го, кля­нусь.

- Мис­тер Стайлс, вый­ди­те из па­латы.

Кла­ду блок­нот на кро­вать и встаю на но­ги, преж­де, чем нак­ло­нить­ся и по­цело­вать его в лоб.

- Вер­нись, по­жалуй­ста, ты ну­жен мне.

Вы­хожу из ком­на­ты не ог­ля­дыва­ясь.

Про­хожу боль­нич­ные ко­ридо­ры, опус­тив го­лову, ни на ко­го не смот­ря. Са­жусь в ма­шину, ме­ня все­го тря­сёт. Ру­ки на ру­ле под­ра­гива­ют. Это всё ка­кой-то бес­ко­неч­ный кош­мар. У ме­ня ни­чего не по­лучи­лось.

***

Я, на­вер­ное, пол­ча­са прос­то про­сидел в ма­шине, на гра­ни меж­ду ди­кой ис­те­рикой и ус­та­лым без­разли­чи­ем. Ког­да я вер­нулся к Луи до­мой, то це­лый день прос­пал со Джеком в кро­вати, ви­дя пе­ред со­бой эту пус­то­ту в его гла­зах. Эта пус­то­та за­мени­ла со­бой вос­по­мина­ния о его ок­ро­вав­ленном те­ле, те­перь я ви­жу толь­ко пол­ное от­сут­свие эмо­ций на его ли­це. Я всег­да лю­бил его гла­за, по­тому что они ярый при­мер то­го, что «гла­за - от­ра­жение ду­ши», по ним всег­да мож­но бы­ло про­читать, что он чувс­тву­ет, будь то лю­бовь, грусть, ра­дость или злость, но не на этот раз. На этот раз я не уви­дел там аб­со­лют­но ни­чего.

Вы­хожу из ван­ной ком­на­ты и за­мечаю свою джин­со­вую кур­тку на по­лу. И зна­ете, что стран­но? Это са­мое грус­тное, что я ви­дел в пос­леднее вре­мя, это буд­то удар ис­подтиш­ка. Я знал, что встре­ча с Луи бу­дет тя­жёлой, я ожи­дал это­го, но я не ожи­дал, что боль­нее все­го мне бу­дет, ког­да я за­мечу на по­лу свою чёр­то­ву кур­тку, ко­торая бы уже дав­но здесь не ва­лялась, будь Луи до­ма. Он бы по­весил её в шкаф и по­чис­тил бы в тот са­мым мо­мент, как я её ки­нул. Но его здесь нет, и по­это­му кур­тка всё ещё ва­ля­ет­ся. Па­ру се­кунд как-то глу­по не мо­гу ре­шить­ся са­мому уб­рать её. Это так по-дет­ски. Что со мной не так.

Бе­ру кур­тку и из кар­ма­на вы­вали­ва­ет­ся про­пуск из кли­ники, я ушёл так быс­тро, что за­был его от­дать. Да я ведь и не хо­чу его от­да­вать, я хо­чу сно­ва вер­нуть­ся ту­да. Пусть я и про­валил свой пер­вый шанс, но это не зна­чит, что я не зас­лу­живаю ещё. Ес­ли на­чать да­вать лю­дям толь­ко один шанс, то че­лове­чес­тво во­об­ще вым­рет. Мне нуж­но боль­ше вре­мени, а они дол­жны мне его дать.

***

Ран­нее ут­ро, но я уже в боль­ни­це. Я уви­жу Луи, я по­гово­рю с ним, ему ста­нет луч­ше. Я уви­жу Луи, я по­гово­рю с ним, ему ста­нет луч­ше. Я...

[...]

- Да пош­ли вы все!

Со злостью бро­саю про­пуск на пол и тол­каю мед­сес­тру, вы­ходя из боль­ни­цы. Я уже поч­ти доб­рался до ком­на­ты Луи, ког­да нат­кнул­ся на его ле­чаще­го вра­ча. Он ска­зал, что я, по­хоже, «не спо­собен по­мочь Луи», и что они про­дол­жат ис­поль­зо­вать свои ме­тоды. И мне не грус­тно, не обид­но, я прос­то так зол, что чуть не раз­долбал его го­лову о стен­ку.

Еду в уни­вер­си­тет, мне нуж­но по­пасть на ста­ди­он и по­гонять мяч, что­бы хоть нем­но­го ус­по­ко­ить­ся. Гром­ко зах­ло­пываю двер­цу ма­шины, нес­коль­ко че­ловек мне ма­шут, но я не об­ра­щаю вни­мания. За­хожу в раз­де­вал­ку и встре­чаю то­го че­лове­ка, ко­торо­го точ­но не дол­жен был встре­тить.

- Ка­кие лю­ди!

По­вора­чива­юсь к Джо­шу, сжи­мая зу­бы. Он в спор­тивных шта­нах, без фут­болки. Ви­димо, толь­ко вы­шел из ду­ша.

- Зат­кнись.

- Да что та­кого? С тех пор, как твой па­рень ре­шил стро­ить из се­бя са­мо­убий­цу, ты буд­то сквозь зем­лю про­валил­ся.

И он точ­но не дол­жен был это го­ворить.

[...]

- Гарри! Гарри, от­пусти его! Хва­тит! ГАРРИ!

Го­лос Эта­на при­водит ме­ня в чувс­тво. Чувс­твую, как ме­ня от­тя­гива­ют на­зад. Джош ле­жит на по­лу, весь в кро­ви. Что про­изош­ло? Пом­ню толь­ко свою злость, ко­торая всё ещё здесь, кста­ти. Ме­ня об­сту­па­ют нес­коль­ко че­ловек, и я толь­ко сей­час вос­при­нимаю их при­сутс­твие. Тре­нер то­же здесь, он нак­ло­ня­ет­ся над Джо­шем.

- НА ВЫ­ХОД, СТАЙЛ! ВОН ОТ­СЮ­ДА!

Бью по шкаф­чи­ку, на ко­тором от­би­ва­ет­ся кро­вавый след. У ме­ня все ку­лаки за­пач­ка­ны.

***

Чёр­ная ды­ра. Я не пом­ню аб­со­лют­но ни­чего, кро­ме то­го, что я за­шёл в раз­де­вал­ку, уви­дел Джо­ша, он ска­зал что-то не­подо­ба­ющее и я ему вре­зал. Но со­вер­шенно не пом­ню, как из­бил его до та­кой сте­пени, что пол кам­пу­са сбе­жалось. Я схо­жу с ума.

Вспо­минаю, как Луи на­чал драть­ся с этим пар­нем, Зей­ном, в клу­бе. С ним бы­ло то же са­мое? Мы те­перь что, идём по од­ной тро­пин­ке? Я, ко­неч­но, ни кап­ли не жа­лею, этот уб­лю­док Джош дав­но зас­лу­живал хо­рошей взбуч­ки, но я по­чему-то ду­мал, что её ему ус­тро­ит Найл. Я во­об­ще не аг­рессив­ный че­ловек, ни­ког­да не бью пер­вым и... Прос­то он ме­ня взбе­сил. Дол­банный уб­лю­док. Нуж­но бы­ло из­бить его в два ра­за силь­нее.

***

Я жи­ву у Луи две не­дели и ста­ло уже не­воз­можно от­кла­дывать стир­ку. Сна­чала я но­сил его одеж­ду, по­том свою, но те­перь у ме­ня не ос­та­лось ни од­ной чис­той фут­болки, а я не­нави­жу про­сить Ма­ну­эля де­лать та­кие ве­щи за ме­ня. В уни­вер­си­тет­ском кам­пу­се есть пра­чеч­ная, так что нап­равля­юсь ту­да.

По до­роге ре­шаю за­бежать в свою ком­на­ту, что­бы пос­мотреть, не нуж­но ли там то­же что-то взять на стир­ку. Слы­шу ша­ги за сво­ей спи­ной.

- Ты съ­ез­жа­ешь?

Уз­наю го­лос Найла, но не обо­рачи­ва­юсь.

- Я прос­то хо­чу одеж­ду пос­ти­рать.

Он вхо­дит в ком­на­ту, ос­та­нав­ли­ва­ясь в двух ша­гах от ме­ня.

- У Джо­ша сло­ман нос.

Сме­юсь.

- От­лично, он зас­лу­жил.

- Не спо­рю.

Зас­те­гиваю мол­нию на сво­ей сум­ке, пе­реки­дываю её че­рез пле­чо и по­вора­чива­юсь. Ли­ам за­гора­жива­ет вы­ход.

- Я нем­но­го спе­шу, так что...

- Эй, я не твой враг, ус­по­кой­ся. Мы на од­ной сто­роне.

- Ага.

Аб­со­лют­но не по­нимаю, по­чему я так ужас­но се­бя с ним ве­ду, не мо­гу се­бя кон­тро­лиро­вать.

- Пе­рес­тань, Гарри, это не­чес­тно.

- Да, ко­неч­но, это я ве­ду се­бя не­чес­тно. А те­перь, ес­ли ты за­кон­чил нес­ти чушь, дай мне прой­ти.

- Нес­ти чушь... Нес­ти, нес­ти чушь? Ты в сво­ём уме? Ты чуть до смер­ти не из­бил пар­ня из-за то­го, что он не­удач­но по­шутил и... Гарри! Да твою мать! Ты во­об­ще по­нима­ешь, что про­ис­хо­дит?

- Ты, блять, ду­ма­ешь, что я не по­нимаю?! Да я единс­твен­ный во всем ми­ре как раз по­нимаю, что про­ис­хо­дит! - ну вот, я ору на не­го. Мы зна­комы уже двад­цать лет и я ни­ког­да ещё без при­чины так с ним не об­ра­щал­ся. Взды­хаю, про­вожу ру­кой по ли­цу. - Прос­ти.

- Я знаю, что те­бе слож­но с тех пор как... - он за­пина­ет­ся. - Я по­нимаю, что эта си­ту­ация вы­водит те­бя из се­бя, но не сры­вай­ся на ме­ня, хо­рошо? Я всег­да го­тов те­бя выс­лу­шать.

Он прав, мне нуж­но ус­по­ко­ить­ся. Сно­ва взды­хаю и са­жусь на кро­вать, Ли­ам де­ла­ет то же са­мое.

- Они раз­ре­шили мне уви­деть­ся с ним.

Он удив­лённо под­ни­ма­ет бро­ви.

- И?

***

Я рас­ска­зал Найлу всё с са­мого на­чала. Мне приш­лось сно­ва прой­ти че­рез всё это и в кон­це я за­дал тот воп­рос, ко­торый не да­ёт мне по­коя уже очень дол­гое вре­мя. «Ты ду­ма­ешь, что он де­ла­ет ме­ня нес­час­тным?» По­тому что ме­ня по­сеща­ли та­кие мыс­ли. До то­го, как я встре­тил Луи, у ме­ня в жиз­ни всё бы­ло от­лично, глад­ко. Я хо­дил гу­лять, всег­да улы­бал­ся, сме­ял­ся в два ра­за боль­ше. Все мои проб­ле­мы сво­дились к пло­хим оцен­кам, я в бук­валь­ном смыс­ле жил на об­лачке. Рань­ше я ни­ког­да не пла­кал, ни­ког­да не злил­ся. Я бы ни­ког­да не из­бил че­лове­ка. Рань­ше.

- Нет. Ты ни­ког­да не был счас­тли­вее, чем ког­да был с ним.

От­вет Найла не вы­ходит у ме­ня из го­ловы. Кла­ду гряз­ное бельё в сти­раль­ную ма­шин­ку и пов­то­ряю его сло­ва сно­ва и сно­ва. В пра­чеч­ной ни­кого нет, ут­ром все обыч­но на па­рах. «Ты ни­ког­да не был счас­тли­вее, чем ког­да был с ним». Он прав, до Луи у ме­ня не бы­ло нер­вных сры­вов, но вся моя жизнь бы­ла ка­кой-то ис­кусс­твен­ной, в ней не бы­ло смыс­ла. Мне двад­цать два го­да и до то­го, как я встре­тил Луи, я ни­ког­да не за­думы­вал­ся о бу­дущем. О нас­то­ящем бу­дущем, бла­года­ря ко­торо­му хо­чет­ся ид­ти впе­рёд. Мне хо­чет­ся столь­ко все­го сде­лать, столь­ко все­го по­казать ему. Те­перь жизнь не ог­ра­ничи­ва­ет­ся тем, что вдол­бил мне в го­лову мой отец: за­кон­чить учё­бу, стать ад­во­катом, за­нять­ся се­мей­ным де­лом, же­нить­ся на де­вуш­ке, ко­торая пон­ра­вит­ся мо­ей ма­ме, за­вес­ти с ней де­тей и впасть в деп­рессию к трид­ца­ти го­дам, по­нимая, что я ужас­но нес­частен.

Вот что я дол­жен был ска­зать Луи, что бла­года­ря ему, в мо­ей жиз­ни по­явил­ся смысл.

- Гарри?

По­вора­чива­юсь и ви­жу у вхо­да сво­его от­ца. Не­под­вижно стою на мес­те, сер­дце про­пус­ка­ет удар. Мне тре­бу­ет­ся нес­коль­ко се­кунд, что­бы прий­ти в се­бя.

- Что ты здесь де­ла­ешь? Что-то слу­чилось с ма­мой?

- С ней всё в по­ряд­ке. Я при­шёл по­гово­рить с то­бой.

Сжи­маю зу­бы и ос­матри­ваю его с ног до го­ловы, преж­де, чем по­вер­нуть­ся к не­му спи­ной и про­дол­жить стир­ку.

- Тог­да мо­жешь ухо­дить.

Не хо­чу я с ним раз­го­вари­вать. Чувс­твую его взгляд на сво­ём за­тыл­ке, но даль­ше скла­дываю одеж­ду в ма­шин­ку.

- Твоя мать рас­ска­зала мне о тво­ём дру­ге.

- Пар­не. Он мой па­рень. Ты мог бы запомнить это за три года.

Он взды­ха­ет.

- Я при­шёл объ­яс­нить­ся с то­бой.

Со злостью сжи­маю па­ру джинс в ру­ках. Знаю, ему сто­ило ог­ромных уси­лий прий­ти сю­да, но мне пле­вать. Сле­ду­ет дол­гая ти­шина. Бе­ру сти­раль­ный по­рошок и со злос­ти вы­сыпаю чуть ли не пол пач­ки.

- Че­го ты хо­чешь, па­па?

- По­гово­рить.

Его от­вет так ме­ня злит, что я зах­ло­пываю двер­ку ма­шин­ки и рез­ко раз­во­рачи­ва­юсь к не­му.

- По­гово­рить со мной? Это что-то но­вень­кое.

- Гарри.....

- Нет, го­ворить бу­ду я. Ма­ма рас­ска­зала те­бе о Луи и тебя за­мучи­ла со­веть, да? Ты вспом­нил, что у те­бя есть сын? Ес­ли бы че­ловек, ко­торо­го я люб­лю, не пы­тал­ся по­кон­чить с со­бой, ты бы так и не при­шёл, не прав­да ли? - он опус­ка­ет гла­за, по­тому что я прав, я чер­тов­ски прав. - Ты при­шёл, что­бы те­бя пе­рес­та­ла му­чать со­весть, что­бы ты мог спо­кой­но спать по но­чам. Ког­да я на­шёл сво­его пар­ня в кро­ви, то ме­ня под­держи­вал его отец, а не мой. И зна­ешь что? Жи­ви с этим, - мне так обид­но, что го­лос ста­новит­ся ти­ше. - Те­перь я не хо­чу го­ворить с то­бой, ты боль­ше не моя глав­ная проб­ле­ма. Ухо­ди от­сю­да.

Я выг­ля­жу не­поко­леби­мо, но внут­ри ме­ня всё об­ры­ва­ет­ся. Зак­ры­ваю гла­за, в на­деж­де, что он прос­то ис­чезнет. Я хо­чу, что­бы он ушёл. И пусть нас­той­чи­вость и упёр­тость у нас се­мей­ное, но он не нас­та­ива­ет. Кла­дёт ру­ки в кар­ма­ны, взды­ха­ет и ухо­дит.

***

Прош­ло три дня с тех пор, как я ви­дел Луи, два дня с тех пор, как я ви­дел па­пу. Я гла­жу мор­дашку Джека, ко­торый ле­жит на мне, ког­да слы­шу зво­нок сво­его те­лефо­на. Но­мер за­сек­ре­чен­ный и мне это не нра­вит­ся, по­тому что за­сек­ре­чен­ные но­мера всег­да со­об­ща­ют пло­хие но­вос­ти.

- Ал­ло?

- Мис­тер Стайл?

- Да?

- Это из пси­холо­гичес­кой кли­ники, нас­чёт Луи.

Рез­ко прив­стаю.

- Что с ним?

- Всё хо­рошо. Очень хо­рошо, на са­мом де­ле. Я по­это­му и зво­ню. Он впер­вые за­гово­рил с тех пор, как его при­вез­ли к нам, - моё сер­дце на­чина­ет бить­ся в два ра­за быс­трее, ды­хание уча­ща­ет­ся. - Он ска­зал, что хо­чет уви­деть вас. Мед­сес­тра от­ве­тила ему, что это бу­дет воз­можно толь­ко в том слу­чае, ес­ли он сог­ла­сит­ся хо­тя бы пить са­мос­то­ятель­но.

- И?

- И он сог­ла­сил­ся.

Я ши­роко рас­кры­ваю гла­за, сер­дце прос­то взры­ва­ет­ся. Я весь дро­жу.

- Мис­тер Стайл, вы здесь?

- Ко­неч­но здесь! То есть, да, кхм, я здесь, прос­ти­те. Это зна­чит, что я смо­гу вер­нуть­ся?

- Оп­ре­делён­но. Зав­тра в пол­де­сято­го вас ус­тро­ит? Не ожи­дай­те слиш­ком мно­гого, это все­го лишь ма­лень­кий шаг с его сто­роны.

- Да-да, хо­рошо, знаю. То есть, спа­сибо. Я при­ду.

- До зав­тра, Мис­тер Стайл.

Он кла­дёт труб­ку, а я па­даю на кро­вать и на­чинаю сме­ять­ся так гром­ко и звон­ко, как не сме­ял­ся уже дав­но. Сво­лочь, дол­жно быть, чувс­тву­ет, что гря­дёт что-то хо­рошее и то­же на­чина­ет ви­лять хвос­том.

- Он вер­нётся, Джек! Луи ско­ро вер­нётся до­мой!

По­тому что я ве­рю в это. Изо всех сих, что у ме­ня ос­та­лись, я ве­рю. Да­же не так, я уве­рен, что Луи ско­ро бу­дет с на­ми. Это не «ма­лень­кий шаг», это «пер­вый шаг», а ес­ли есть пер­вый, зна­чит бу­дет и второй.

Я сно­ва уви­жу его.

***

«Вер­нись... » © Луи