Глава 4.
Москва не прощала задержек. Едва Фая успела отдохнуть после дороги, её уже ждали в старом гараже на окраине.
Они поехали за город, на промзону. Там, среди ржавых цехов, Фая впервые увидела его — Костю, которого все называли Инженером. На вид лет тридцать пять, худой, в очках, в сером плаще. В руках у него были тетрадь и карандаш, а рядом — ящики с разобранным металлоломом.
— Это она? — спросил он у Бора, прищурившись. — Она, — подтвердил парень. — Казанская.
Инженер смерил её взглядом сверху вниз.
— Бабу в это дело звать не хотел. Но раз Бибик сказал, значит, придётся.
Фая усмехнулась: — Ты думаешь, меня интересует, хотел ты или нет?
Инженер кивнул, словно проверку она прошла.
— Тут всё серьёзно. Мы не стволами торгуем, а делаем то, что потом из рук в руки ходить будет. Твои задачи — смотреть за сборкой, гонять левых и держать людей в тонусе.
Бор тем временем возился с ящиком, подмигнул Фае:
— Ну что, командирша, готова к новой игрушке?
Она бросила на него косой взгляд, но внутри что-то кольнуло. Он был младше её всего на год, наглый, живой — напоминал дворовых пацанов из Казани, но с московским размахом.
— Игрушки — это для детей, Борька, — хрипло сказала она, подкуривая сигарету. — А мы тут будем работать.
Инженер между тем уже раскладывал чертежи.
— Начнём с малого. Сегодня ты просто посмотришь. Завтра — уже твоя ответственность.
Фая прошла за Инженером в цех. Внутри пахло железом, маслом и гарью, где-то в углу жужжал станок, а по столам были раскиданы детали: железки, пружины, какие-то трубки.
— Гранаты, — сказал Инженер, будто читая её мысли. — Не армейские, а наши. Самопал, но работает надёжно.
Он поднял заготовку — металлический корпус с резьбой. — Корпуса делаем тут. Начинка приезжает отдельно.
Фая скрестила руки на груди, глядя на всё это без страха. — И зачем я тебе? Ты же и сам всё контролируешь.
Инженер усмехнулся уголком губ:
— Я — мозги. Но мне нужен человек, чтобы люди слушались. А московские пацаны бабу слушать не будут. А вот «казанскую» — попробуют. У тебя репутация. Мурка, как-никак.
— Репутацией живы не будут, — ответила Фая. — Тут работать надо.
В этот момент Бор подсунул ей в руки холодный корпус гранаты.
— Держи, Мурка. Тяжёленькая, да?
Она покрутила его, взвесила на ладони. Металл будто отдавал морозом в пальцы.
— Неплохо, — кивнула. — Только знаешь, Борька, игрушка эта такая... один раз поиграл — и всё.
Бор рассмеялся, показав белые зубы: — Тебе идёт, когда ты так говоришь.
Она бросила на него взгляд, и в этом взгляде было предупреждение. Но Бор сделал вид, что не заметил, только поправил куртку и наклонился ближе:
— Если что, я всегда рядом. Тут свои порядки, а ты всё-таки не москвичка.
Фая затянулась и, выпуская дым, усмехнулась:
— Я и без тебя в порядке.
Инженер, будто не слыша их перепалки, снова постучал карандашом по чертежу. — Завтра начнёшь. У тебя люди будут. Молодняк, которых надо держать. Покажешь, что умеешь.