Часть 55
Уже со следующего дня начинается учеба, и, после долгих споров на тему «я умею быть самостоятельной», её все же отвозят домой и убедительно просят не пинать хуи, а реально обратить внимание на лечение гипертонии.
— Как-то очень много вы обо мне беспокоитесь, — задумчиво произносит Юля, когда они с преподавательницей пересекают снежную дорожку, ведущую к высокому зданию общежития.
—Надоедает? — Юля оборачивается, смотрит на профиль девушки и тут же качает головой.
— Нет... просто так... ну, почему именно я? — неловко, кусая губы, спрашивает девочка, остановившись около двери общаги.
— Я тоже задаюсь этим вопросом, — хмыкнула Валя, вытягивая руку. Юля тут же пожимает ее и, решившись, подается вперед, сцепляя руки за спиной преподавательницы и прижимаясь к ней максимально близко, угождая в теплые объятия. Девушка резко выдыхает, не ожидавшая такого жеста, но быстро расслабляется и кладет руку ей за шею. — Спасибо за все, — раздается лепет около уха, когда Юля трется носом о её открытую шею, вдыхая запах лаванды. Преподавательница как-то отрывисто дышит, и, кажется,Юля даже ощущает её ускоренный ритм сердца, как и её собственный, но не придает этому значения. Наверняка, кажется. Потому что от неё ни у кого сердце не забьется быстрее, тем более у Валентины Васильевны . Только не у неё.
— Береги себя, — севшим голосом просит Юля , поглаживая её по волосам.
— И вы тоже, — шепнула он, не спеша отстраняться.
— Кого? Тебя? — слышится добрая усмешка, и Юля улыбается, как влюбленная дурочка , благо, этого не видно, когда она прячется за теплым воротником пальто Валентины Васильевны.
— Меня тоже можно, но лучше себя, — фраза остается без ответа. Они стоят в тишине еще несколько секунд, а затем дверь в подъезд вдруг отворяется, и наваждение между двумя спадает. Девушки отстраняются друг от друга довольно резко, и Юля тут же неловко лепечет что-то вроде «до-свидания-спасибо-было-здорово-вы-да-я-да-что-я-говорю-вообще», а Юля смеется, провожая её взглядом. Юля почти врезается в стену, но вовремя делает шаг вправо и вписывается в дверной проход. Преподавательница же, стоит студентки пропасть из виду, медленно выдыхает, прикрывая глаза и упирается руками в железные перила.
Она— твоя слабость.
***
Юля приваливается к двери с обратной стороны и закрывает горящие щеки руками, пряча за ними лицо. Что ты ей опять наговорила, барашкин ты домик?
Она еще недолго мнется в коридорчике прежде, чем пройти в просторный зал, где в центре стояли кресла и журнальный столик, а чуть сбоку стойка, за которой стояла коменда, и с унылым выражением лица разгадывала какой-то завалявшийся кроссворд. Удивительно, но, несмотря на свое состояние, Юля она заметила сразу, о чем она жалела заранее.
— Юля! — как-то слишком громко выкрикивает она, на что девочка морщится и снимает с себя пальто, стараясь нацепить на лицо максимально искреннюю доброжелательную улыбку.
— Да? — женщина обходит стойку и, уперев руки в бока, становится напротив.
— Соседа к тебе подселила сегодня, где там тебя носит только... ну, в общем, ты пойдем, пойдем, я тебе все по пути расскажу, — она подталкивает её вперед за плечи, и Юля не способна ни на что большее, кроме как двигаться вперед.
— Сосед?.. — только и переспрашивает она, волоча ноги по ступенькам.
— Ну тебе что говори, что не говори... — жалуется коменда, махнув на неё рукой и продолжая идти чуть впереди.
— Сосед, мальчик, хороший парень вроде, сразу после сессии, предупреждала же, ну! — Юля лишь вздыхает, послушно следуя за причитающей женщиной. Сосед, значит... Хорошенький, значит...
Женщина уже стучит в нужную дверь, пока Юля , стоя рядом, задумчиво хмурится, глядя под ноги. Коменда так и не дает мальчику по ту сторону двери сориентироваться и открывает дверь нараспашку, подталкивая вперед зеленоглазую шатенку.
— Вот, значит, жить вместе будете, вопросы какие — я там, в общем, — она указывает куда-то вниз, как бы намекая, что место ее обитания — первый этаж, но Юле порой кажется, что живет она куда глубже — в Аду, например... ну, а что? Где их таких говорливых находят?
— Разберемся, — немного грубо прерывает она ее, но тут же исправляется и спешит добавить улыбку. — Не маленькие же, — женщина хмыкает, шепчет что-то под нос, и махнув в их сторону рукой, произнося при этом что-то вроде «Боже, сохрани», уходит. Юля, наконец, выдыхает и разворачивается, проходя в комнату. Она заносит ногу для еще одного шага, когда взгляд цепляется за мужской силуэт, и замирает, удивленно округляя глаза. Да ладно, блять.
— О... э... привет? — Юля борется с желанием ударить себя по лбу, но тогда её новый сосед точно посчитает её психом. Юля в ответ лишь кивает и поднимает на неё взгляд небесно-голубых глаз. Они такие светлые, почти бирюзовые, но оттенок сейчас приглушен из-за плохого освещения. Девочка стоит у края стола, что-то набирая на своем телефоне, и, одарив Юлю взглядом, убирает гаджет в карман и делает пару шагов вперед.
— Никита, — без предисловия представляется она, протянув руку. Юля мысленно кричит «ОФИЦИАНТ», но лишь сдержанно пожимает ладонь, хотя в какой-то момент понимает, что их руки соединены слишком долго, и она резко отпускает его ладонь, чуть ли не отскакивая назад. — Юл...я, — выдавливает из себя девочка, осматривая уже знакомого ранее персонажа с ног до головы. Что же, судьба, видимо, избрала её своим любимцем, раз так пытается «поднимать настроение» своими шутками.
— Эй, да расслабься ты, — хохотнула мальчик, легко пихнув её в плечо и проходя мимо, останавливаясь у кухонной тумбы, ставя кипятиться чайник. Пока та работает, Никита опирается о край тумбы бедром и, сложив руки на груди, изучающе осматривает Юлю.
— А я не напряга... — девочка прерывается, оборвав предложение, когда телефон в кармане оповещает о новом сообщении.
21:34
Я застряла в пробке, класс. Ты как?
Девочка широко улыбается, глядя в экран, даже не замечая этого. Рядом с сообщением в миниатюре красуется фотография любимой Вали, и её широкая улыбка, кажется, заразна даже на расстоянии. Она сменила фотографию контакта вчера, на этом фото девушка вышла особенно удачной — веселая, кажется, даже подвыпившая, смотрит мимо объектива, и выглядит так живо, что...
— Твой парень ? ... что?
— А? — Юля отрывается от сенсора и смотрит на официанта, который, наконец, дождавшись, чтоб чайник вскипел, отворачивается, наливая кипяток в прозрачную чашку, и зеленые чаинки, подхваченные водой, создают мини-ураган внутри сосуда.
— Просто предположил, — примирительным тоном отзывается Никита, пересекая комнату и садясь на корточки перед еще неразобранной спортивной сумкой, принявшись копаться в содержимом. — Не угадала? —Юля не сразу переключается с фотографии на диалог, а потом, встряхнув головой, словно собака, отряхивавшаяся от капель воды, спешит дать ответ:
Не... не-не-не, не моя... то есть, не парень. Ну, в смысле... ну нет, короче, — хорошо сказала, молодец. Никита коротко смеется, находя, что хотел, и вынимает пакет конфет.
— Как скажешь, — легко соглашается она, вываливая содержимое пакета на стол.
— Будешь? — предлагает он, кивнув на сладости. Юля морщится и кривит губы. Кокосовые.
— Не, спасибо, — отмахивается она, плюхаясь на кровать и открывая диалог. Она так и не ответила.
21:38
Ко мне подселили соседа. Я больше не одинока. Ура?
21:39
Кто он?
— Никит, — Юля хихикнула, переводя взгляд на парня, уже устроившегося на своей кровати с чашкой чая и конфеткой «баунти» в руке.
— Кто ты?
— Че? — неуверенно отзывается парень, изогнув бровь.
— Ну, допустим, я маленький пушистый крокодил, — на пробу произносит он, явно не ожидая, что ответ вполне удовлетворит собеседницу.
21:41
Он маленький пушистый крокодил :)
21:42
Ты что-то приняла или да? Если да — тебе пизда.
22:43
О-о, да вы поэт! В вас Пушкин умирает! Не хотите написать и мне что-нибудь?
22:44
Дурочка малолетняя.
22:44
))
22:46
И все же, кто он — твой сосед?
22:48
Официант из кафе, где работает Катя. Он, вроде, неплохой, но пытается накормить меня кокосовыми сладостями.
22:49
Я накормлю его пиздюлями, если ты по его вине сожрешь хоть что-то с кокосом.
22:50
Уии, мило
22:51
Пробка тронулась. Че милого? Никаких кокососодержащих продуктов, я сказала!
22:52
Все равно мило
22:52
Да что милого-то?
22:53
Вы :)
Юля нерешительно тарабанит пальцами по телефону, то блокируя его, то вновь активируя, но Валентина Васильевна больше не пишет, оставляя после себя тишину, от которой Юля чувствует себя неловко. Может быть, она немного переборщила? Хотя, после того, через что они прошли — такая мелочь вряд ли введет преподавательницу в неловкость или что-то вроде.
Комната погружена в тишину, да и Юля уже почти уснула, поджав под себя ноги и обняв руками, когда лежащий на углу стола телефон мигает неярким свечением.
23:47
Фух, я дома. Заезжала по пути кое-куда. Тупые пробки. Ты тоже, Юль.
Юля трет глаза, стараясь разлепить их по-человечески, несколько раз перечитывает сообщение, но картинка в голове никак не выстраивается, и она решается написать ответ, не с первого раза попадая по нужным клавишам и минуты полторы исправляя ошибки.
23:49
Что я тоже?
23:50
Милая. Ты тоже милая. Уже поздно, почему не спишь? Спи. Спокойной ночи)
23:51
И вы спите. Добрых снов :)
Юля засыпает с легкой улыбкой на губах, а ночью... ночью ей снится она.
— Валя, зачем ты повела нас гулять в дождь? — юля плетется за преподавательницей, оглядываясь по сторонам, а Валя улыбается — искренне, широко растягивая губы, с запалом в глазах глядя на неё, для чего приходится обернуться через плечо, ведь девушка шествует впереди.
— Мы ведь идем в Красный октябрь, — Юля не знает, почему она улыбается, но просто не может отказать себе в таком удовольствии, глядя на самую шикарную в мире улыбку возлюбленного человека.
***
Кабинет политологии напоминает обыкновенный школьный класс — ряды парт, большая зеленая доска, несколько шкафов с картами, конспектами, учебниками и большим количеством всячины. Словно она не студентка, а снова школьница. Есть в этом легкая ностальгия. — Павел Алексеевич, на минуту, — до начала пары остается минут пять от силы, когда в дверном проеме появляется Валя. Юля замирает с поднесенной к губам ручкой и устремляет взгляд в сторону знакомого голоса, и тело покрывается мурашками, когда их взгляды сталкиваются. Преподавательница смотрит на неё секунд пять, не больше, а затем резко оборачивается на подошедшего преподавателя и буквально выволакивает за собой из кабинета, громко хлопнув дверью. Юля заинтересованно привстает с места, но тут же опускается обратно, ведь и так обратила на себя внимание пары однокурсников, также находившихся в кабинете.
Валя идет на кафедру, не оборачиваясь, и её товарищу приходится принять правила негласной игры и послушно следовать по пятам. Поскольку пара уже началась, о чем даже оповестил звонок, установленный для порядка, ведь инциденты с задержкой пар или их преждевременным начинанием были ранее не редкостью, и подбивали успеваемость учащихся. Именно поэтому кафедра была пуста.
— Бля,Валь, заебенила, говори уже, — не выдерживает Паша, закрывая за собой дверь и складывая руки на груди. Девушка нервно проходит вдоль всей комнаты, разворачивается и снова делает пару хаотичных шагов.
— Я ебала! — выпаливает Валя раньше, чем успевает прикусить язык. Хорошо, что рядом не было студентов.
Коротко, но не ясно. Прям как история, — подтрунивает Павел Алексеевич, подходя ближе, и насильно усаживая Валю на стул, сильно надавливая на плечи.
— А теперь аргументируй.
— Легко сказать! — возмущенно выкрикивает Валя, на что её товарищ морщится, прося быть тише.
— Я не могу больше! Не-мо-гу! Она меня с ума сведет просто, — с каждым словом тон все тише и тише, и последняя фраза почти тает в воздухе, но благодаря абсолютной тишине вполне различима. —Гаврилина? — нерешительно спрашивает Павел Алексеевич, и Валя в ответ лишь устало кивает, накрывая глаза ладонями и низко опуская голову, затем резко ведя пальцами по волосам, пропуская сквозь них пальцы и ероша.
—Гаврилина , — соглашается она, и в комнате повисает тишина.