Глава 4
Рональд поднялся на поросший травой холм, держа перед собой ароматическую палочку. Голубоватый дымок пах сандалом. Этот запах должен был успокаивать, но у Рона от него только щекотало в носу. Он зажал рот рукой, чтобы не чихнуть. Мальчик оглянулся на своих друзей.
На лицах девочек была та же растерянность, которую чувствовал и сам Рон. Рэйвен тоже несла ароматическую палочку. Она так сильно сжимала её в руке, что суставы её пальцев побелели. Белла, тащившую целую корзину белоснежных цветов, пробирала дрожь.
Даже Томсан и Мэтью, у которых всегда была наготове очередная шутка, выглядели потрясёнными.
«Это самое печальное событие в нашей жизни — похороны бабушки Сидни», — думал Рон.
Над холмом пронесся прохладный осенний ветерок. Рон смахнул выступившую в уголке глаза слезу и поплотнее укутался в белую куртку. Вот наконец толпа скорбящих закончила долгий медленный подъём на холм посреди луга, где должна была состояться погребальная церемония. Одетые во всё белое, люди выглядели словно стая экзотических птиц.
— В Китае белый — это цвет скорби, — произнесла Сидни сдавленным голосом, после того как сообщила Браер по телефону печальную новость. — Цвет снега.
Сидни нужно было идти помогать родителям, но, прежде чем повесить трубку, она рассказала Браер ещё кое-что. Оказывается, её бабушка в юности тоже была одной из Стражей Сети.
Браер была потрясена.
«Магия не просто внезапно ворвалась в мою жизнь, — думала девочка, — она станет частью моей жизни навсегда! Я вхожу в сообщество Стражей. И однажды наступит день, когда я должна буду передать волшебную силу какой-нибудь ни о чем не подозревающей девочке!»
«Это только если вы не выполните свою миссию, — произнес внутри неё голос. — Если вы одолеете коварных захватчиков из Межмирья, в Стражах больше не будет нужды. Все зависит от тебя, Браер… от тебя… от тебя…»
Браер попыталась отогнать подальше тревожные мысли о будущем и вернуться в настоящее. Родственники и друзья покойной — все с белыми цветами или лентами в руках — разделились на небольшие группы и тихо переговаривались. Корнелия отметила, что все как один говорили о Эсмиральде с уважением и восхищением.
— Цвет снега, — пробормотала девочка себе под нос и поёжилась.
Церемония похорон подходила к концу.
«Ленты и цветы превращаются в снег, — думала Глория. — Всё изменяется и становится чем-то другим. Кто знает, сколько ещё раз изменится и наша жизнь…»
А ведь ещё пару дней назад всё было нормально. Ну, насколько это было возможно с тех пор, как у ребят появились магические способности.
В тот день Глория и Рэйвен оживлённо болтали во дворе Бранвордской школы. Глория наслаждалась этим моментом — у неё была порция свежих слухов, которыми так приятно было делиться с подругами.
Стоило только ребятам появиться во дворе, как Глория и их вовлекла в разговор:
— Слышали новость? Об этом говорит вся школа!
— Какую еще новость? — осведомилась Браер. Глория невольно улыбнулась, увидев, как на лице подруги промелькнуло ревнивое выражение. Ведь это была прерогатива Браер — узнавать последние сплетни и передавать их девчонкам.
«Думает только о себе», — пронеслось в голове у Глории.
— В кабинете директора — полиция! — сказала она.
Девочки зашагали к школьному крыльцу. Сидни озорно хихикнула.
— Бедная миссис Брокер. Она, конечно, противная, но ведь не настолько, чтобы сажать её за это в тюрьму!
— Придется разочаровать тебя, Сидни, — фыркнул Том. — Она пока остается на свободе. Ты разве не смотрела сегодня утром новости по телику?
— Нет, а что? — удивилась Сидни. — Я что-то пропустила?
— Об этом и в газетах написано! — воскликнул Браун. — Исчез мальчишка из нашей школы!
Глория вздохнула. Кажется, её новость не так уж и нова. Зато она могла назвать имя мальчика.
— Это Эндрю Ховард, — объявила она. — Помните такого?
— Ховард? Тот красавчик-блондин из старших классов?
— Именно, — кивнул Эрик. — Он не появлялся дома уже три дня, поэтому сегодня его официально объявили в розыск.
Девочки умолкли. Даже Браер! Глория с удивлением покосилась на свою обычно не закрывавшую рот подругу. Неужто Браер никак не отреагирует? Не выдаст никакого колкого комментария?
Видимо, нет. Браер явно чувствовала себя не в своей тарелке. Её обычно румяные щёки побледнели. Она с отсутствующим видом покусывала нижнюю губу, на которой уже почти не осталось помады. От Алекс тоже не укрылась странная реакция Браер.
— Эй, очнись, Браер! — она легонько пихнула подругу локтём. Потом достала из кармана своего широкого синего жакета толстый фиолетовый маркер, написала у себя на ладони «Эндрю» и сунула руку прямо Браер под нос, пока та не заморгала.
— Это случайно не тот парень, по которому ты сохла? — поинтересовалась Сидни.
— Ну-у, в общем, да, — пробормотала Браер, притормозив. Девочки уже были в вестибюле, недалеко от своих шкафчиков.
— В чём дело? — спросил Тони, взглянув на часы. — Если мы будем так плестись, опоздаем на первый урок.
— Ладно, — пробормотала Браер, решительно сдвинув брови, отчего между ними появилась глубокая складка. — Я давно хотела вам кое-что рассказать…
В этот момент дверь у неё за спиной распахнулась. И не какая-нибудь дверь, а дверь кабинета директрисы.
— Смотрите! — шепнул Артур. — Они выходят! Потянув друзей за собой, Артур нырнул за колонну и осторожно выглянула из-за неё.
Директриса попрощалась с двумя здоровенными полицейскими, и те зашагали прочь.
— Спасибо вам за помощь, мадам, — сказал один из полицейских, обернувшись. — Как только мы что-нибудь узнаем, сразу сообщим вам.
— Буду вам очень признательна, — откликнулась миссис Брокер. — Удачи.
Том с ухмылкой поглядела на Сидни.
— Видела? Они её не арестовали.
— Может, в другой раз? — состроив хитрую рожицу, хихикнула Сидни.
— Сидни! — неожиданно окликнула её миссис Брокер, заметив шушукавшихся за колонной друзей. — Мне нужно срочно с тобой поговорить. — Она что, слышала? — паническим шепотом спросила Сидни у ребят. Но те лишь пожали плечами.
Сидни оставалось только подчиниться миссис Брокер. Бросив на подружек полный ужаса взгляд, она поплелась к кабинету директрисы. Миссис Брокер стояла в дверях, и вид у неё, как и всегда, был весьма внушительный.
На голове возвышалась башня из седых волос, а прищуренные глазки за стеклами очков в роговой оправе казались совсем крошечными. Сидни проскользнула в кабинет мимо массивного корпуса директрисы, и Рон услышал её сбивчивые оправдания:
— Я могу всё объяснить, мадам! Это была просто невинная шутка и…
— Сядь, Сидни, — велела директриса и захлопнула дверь.
Теперь-то Рон знал, что никто тогда не собирался отчитывать Сидни. Миссис Брокер за минуту до этого позвонил отец Сидни. И там, за плотно закрытыми дверями, директриса должна была выполнить неприятную обязанность — сообщить девочке, что её бабушка этим утром умерла.
«Вот почему мы сейчас здесь», — печально подумал Рон. Пока он предавался воспоминаниям, похоронная церемония подошла к концу. Родственники и знакомые семьи Сидни начали покидать холм. Но Рон и остальные Стражи не спешили. Они ждали Сидни, которая в этот момент направлялась к родителям. Внезапно девочка разрыдалась и бросилась к ним в объятия.
«Если бы мы только могли использовать нашу магию, чтобы избавлять людей от страданий! — подумала Белла. — Тогда от неё было бы куда больше пользы…»
Она вздохнула. Рэйвен, Алекс и Кэтрин стояли рядом, глядя на Сидни. Вид у всех трёх был подавленный.
«Пугает ли девчонок магия так же, как и меня? — размышляла Алекс. — Ну, что Браер боится — это я знаю. Рэйвен переживает оттого, что её волшебство имеет совсем не такую природу, как наше. А вот Кэтрин… Если ей и не по себе, то не больше, чем если бы по телевизору перестали показывать "Мальчика-комету".
А я… Мне всегда хотелось держать всё под контролем. Знать, что в моей комнате всё устроено так, как мне удобно, пусть даже со стороны кажется, что там полнейший кавардак.
А теперь я ничего не могу контролировать».
— Спасибо, что пришли, — тихим сдавленным голосом произнесла Сдни, обращаясь к подругам. — Я вас так люблю.
Алекс открыла было рот для ответа, но так и не нашла, что сказать. И это тоже выводило её из себя.
«Я даже не могу быть для Сидни хорошей подругой, — думала она, со злостью пиная торчащий под ногами пучок травы. — Потому что… ну как я могу быть хорошей подругой для Стражницы, если я сама не хочу быть Стражницей?
А что самое ужасное, — вздохнула девочка, — с тех пор, как пропала Эллисон, мне даже не с кем поговорить по душам».
Вспомнив о своей подруге, Алекс прикусила губу. Эллисон не просто исчезла, она оставила ловушку для ребят, в которой до смерти напугали какие-то отвратительные межмирские монстры!
Для Алекс во всей этой истории самым чудовищным было предательство Эллисон. Она не могла заставить себя поверить в то, что её подруга способна на такое.
«Нет, — упрямо твердила она. — Это не может быть правдой».
Повторяя про себя эти слова, Алекс заметила, что Сидни высвободилась из объятий Рэйвен и теперь выглядывает из-за её плеча, быстро моргая заплаканными глазами.
«Нет, — снова сказала себе Алекс, решительно покачав головой. — Не могу поверить, что Эллисон плохая. Не…»
— Эллисон! — закричала вдруг Глория.
— Что?! — удивленно переспросил Артур. Глория показала рукой на подножие холма.
Артур обернулся и увидел старое дерево с узловатыми ветвями, вырисовывавшееся на краю кладбища. На дереве ещё оставались засохшие листья. К витой металлической ограде было прислонено несколько оставленных кем-то могильных табличек.
Но там никого не было.
Артур снова перевел взгляд на Глорию, чувствуя растерянность, боль и досаду.
Но Глория по-прежнему смотрела на дерево.
— Не может быть! — воскликнула она. — Эллисон!
Глория ещё раз окинула взглядом подножие холма. Никого. И от этого на душе стало ещё тяжелее. Она почувствовала, что сейчас разревётся.
«Этого не может быть, — мрачно думал она — У Глории, должно быть, помутилось в голове и появились галлюцинации. На самом деле никакой Эллисон там нет».