Эмоциональный якорь
После того как Рон выскочил из комнаты, а Гермиона заплакала, в гостиной Гриффиндора воцарилась тяжелая тишина. Лилианна, сжимая кулаки, посмотрела на Гарри.
— Мы не можем работать, пока они оба... кипят, — сказала Лилианна, ее голос звучал напряженно и немного возмущенно. — Это неэффективно.
Она посмотрела на Гарри, давая негласное распоряжение.
— Ты идешь к Рону. Ты лучше знаешь, как бороться с его эмоциональными сбоями, — она вздохнула. — А я... я попытаюсь успокоить Гермиону.
Гарри кивнул, не говоря ни слова. Он знал, что утешение — самое сложное, что можно поручить Лилианне.
С Роном
Гарри нашел Рона одного в спальне, тот сидел на кровати, сжав кулаки.
— Он любит ее, — сказал Рон, не глядя на Гарри. — Крам. Он, конечно, любит ее, иначе бы не пригласил. А она...
— Он пригласил ее на бал, Рон, — сказал Гарри спокойно, садясь рядом. — И что? Ты сам видел, как она там себя чувствовала. Она была взволнована, но не влюблена.
— Да что ты понимаешь! Ты... ты пошел с Лилианной, тебе не о чем волноваться. Ты нравишься ей, и ты нравишься всем!
— Нет, — твердо ответил Гарри. — Помнишь, когда назвали мое имя в Кубке? Ты со мной не разговаривал. А Лилианна смотрела на меня, как на доказательство теоремы, которую я не смог решить. Я чувствовал себя предателем и одиноким. Я знаю, что такое думать, будто тебя все бросили.
Гарри говорил не о Краме, а об их дружбе. Это прорвало броню Рона.
— Но это другое, — пробормотал Рон, но уже без прежней злобы. — Крам — чемпион.
— Ты наш друг, Рон. Ты единственный Рон, и ты мой друг, — сказал Гарри. — Иди, извинись. Она напугана. Мы все напуганы.
С Гермионой
Лилианна подошла к Гермионе, которая сидела в кресле, уткнувшись лицом в ладони.
— Гермиона, пожалуйста, прекрати, — сказала Лилианна, ее тон был не строгим, а скорее усталым. — Слезы не помогут. Это перегружает все вокруг.
Гермиона подняла заплаканное лицо.
— Не говори со мной, как с механизмом, Лили! Ты никогда не понимала, каково это!
Лилианна села напротив, ее тело было напряжено.
— Я понимаю факты, — ответила она, избегая слова "иррациональность". — Факт: Рон просто не справился с входящей информацией. Он увидел Крама, увидел, что ты ему нравишься, и его логическая цепочка сломалась. Это не имеет отношения к твоей ценности или к тому, что ты сделала. Он просто... боится, что теряет тебя.
Лианна на секунду замолчала, словно собираясь с силами.
— Твоя ценность — это твой мозг, и он нам нужен для второго задания. Он — не стоит твоих слез, — сказала она, и в ее голосе прозвучало нечто, похожее на нежность.
Она неловко протянула руку и слегка погладила Гермиону по плечу. Под этой неловкостью Гермиона почувствовала искреннюю защиту.
— Спасибо, Лили.
— Не благодари. Мы команда.
Возвращение
Вскоре Гарри и Рон вернулись в гостиную. Рон выглядел виноватым и смущенным.
— Прости, Гермиона, — пробормотал Рон.
— Все в порядке, Рон, — устало сказала Гермиона, вытирая глаза.
Лилианна, увидев их примирение, тут же переключилась на главное.
— Итак. Эмоциональный конфликт временно устранен. Теперь к фактам. Нам нужен способ дышать под водой дольше часа. Есть предложения?
Гарри и Лилианна, снова работая вместе, стали эмоциональным якорем и логическим центром для своей компании.
— Мы найдем это, цветочек, — сказал Гарри, и это прозвище стало для Лилианны своеобразным обещанием спокойствия и тепла посреди хаоса.