Наследница

Сидя за столом, обставленным привычными для замка изысканными блюдами, Джарет не мог думать о манящей сочными ароматами еде, замечая подозрительно яркую радость в глазах дочери, которая, как ему думалось, не сулила ничего хорошего. Одна часть его была счастлива лицезреть счастье той, что чуть не погибла, но другая, более рациональная, помнила, каким дерзким нравом обладало чадо, и что приводило это не к лучшим последствиям прежде. Сидящий рядом с ней племянник сохранял спокойствие, но подмечал мужчина и то, с каким неимоверным трудом парню удаётся оставаться беспристрастным. Сама его удивительная близость расположения к Эбигейл смущала столь же сильно. Девушка редко позволяла такое. Оба что-то скрывали, и спроси он напрямую, правдивого ответа получено не будет.

Джарет видел такое же смятение и во взгляде Сары. Она знала Эбби гораздо лучше его, как бы иногда не было сложно признать это. Однако, в последнее время, с тех пор как мать с дочерью пришли к примирению спустя года, жена не давила на девушку, молча отмечая каждую пугающую искру в словах, действиях, жестах или же зрачках Эбигейл, делая выводы сначала у себя в голове, после делившись ими с супругом. Последний жаждал завершения ужина, дабы услышать, что тревожит его сокровище, и обозначить собственную точку зрения. Правитель был убеждён – эти двое посещали человеческий мир.

— Мы будто на похоронах сидим, Ей Богу! – с долей агрессивности откинув вилку, подал голос Тоби. — Где обычные ссоры? Я хочу безумия! Скучно-о-о-о!

— А у нас имеется тема для конфликта? – бросив на парня испытывающий на прочность взор, парировал Джарет, с растущей ухмылкой наблюдая, как выражение лица Тобиаса на миг помрачнело.

— С чего… с чего вы взяли, Ваше Величество? – поколебавшись в выборе слов, ответил тот, вальяжно откинувшись на спинку стула, демонстрируя мнимую непринуждённость. — Всё в порядке, правда же? – выдавив смешок, полный неловкости, добавил он.  —Просто хочется шоу! Вы же всегда найдёте к чему придраться!

— То есть, ты называешь меня тираном? – увидев, как парень дрогнул от лёгкого удара по ноге, улыбка мужчины стала шире. — Эбигейл, осторожно, ты ранишь нашего драгоценного мальчика.

— Вы?! Тиран?! Не-е-ет, ни в коем случае! – с открыто читаемым сарказмом, ответил Тоби, поспешно возвращаясь к трапезе.

— Всё же доверить ему фоллиант твоего отца не было лучшей моей идеей, – прошептала Сара на ухо кивнувшего Джарета, обдав брата зрительным холодом, под которым тот сжал плечи, быстро поймав уничтожающий взгляд.

— Придумаем что-то другое, драгоценность,– едва слышно, произнёс тот женщине, не прекращая смотреть на смельчака, подтвердившим их догадки.

Эбигейл, теперь растерявшая блаженное счастье, не смогла бороться с охватившей её тревогой, прекрасно осознавая, что кроется за всеми репликами отца. Девушка поспешно вытерла губы салфеткой, нарушив воцарившуюся гробовую тишину скрипом ножек стула по мраморному полу, и резко встала со своего места.

— Ужин был замечательным, благодарю. Он достоен похвалы, но блюда настолько сытные, что я утолила свой аппетит в полной мере, – протараторила она, собираясь тут же покинуть столовую, но сникнув под гневным материнским взором, понимая, что так быстро не отделается.

— Как давно ты выражалась столь изысканными речами? – с открытым сарказмом съязвила женщина.

— Читать стала больше.

— Да, бульварные романы, – усмехнувшись в стакан с соком, поднесённым к губам, подал голос Маркус.

— В них романтики больше, чем от тебя! – бросила та, наступив парню на ногу, с ухмылкой подметив, как тот подавил вскрик, сжав пальцами скатерть.

— Зря ты так, а я уже был готов покупать синюю краску и совершить пытку над своими волосами, – продолжая есть, невозмутимо парировал он.

— Краску? Синюю? – подняв в изумлении бровь, спросила Сара, скрестив пальцы под подбородком. — Для чего же, интересно узнать?

—Для реализации её мечты, Ваше Высочество.

— Ты совсем рехнулся?! – наклонившись к парню, прошептала Эбби, кипя от переполняющего раздражения. — В следующий раз моя стопа окажется в твоём самом нежном…

— Будь добра, подбирай слова при своих родителях, – и не думая говорить тише, ответил Маркус, протягивая ей со стоящей рядом вазочки конфету.  —Будешь, сладкая? Говорят, шоколад успокаивает.

— Да пошёл ты! – рявкнула та, удалившись прочь.

— Женщины… что с них взять, правда, дядя?

— И всё же ты очень зря злишь её, племянник. Она огненная штучка, не забывай, – не опуская уголки губ, демонстрирующие наслаждение от возникшей перепалки, произнёс Джарет, вставая из-за стола и целуя руку супруги, прежде чем направиться к выходу. — Пожалуй, я тоже утолил своё аппетит. С вашего позволения, я покину вас.

***

Правителю не пришлось искать дочь долго. Как и всегда, она заперлась в своей комнате, периодически кидая вещи, увеличивающие улыбку Джарета, что через считанные секунды возник из дыма по другую сторону двери, встретив ужас в глазах Эбби, попятившейся ко стене.

— Стучаться не учили?! – восстанавливая дыхание, вскрикнула она, приглаживая одной ладонью взъерошенные волосы.

—Бросаться различными предметами, будучи обнажённой, весьма травмоопасно. Особенно, если некоторые из них сделаны из хрупкого материала, что, собственно, является правдой, – хмыкнув, заговорил мужчина, оценивая количество битого стекла на полу. — Следовательно, одежда на тебе была, и я мог войти.

— И что же тебя сюда привело, дай угадаю?! Ах, точно! Отчитать за моё поведение перед своим будущим мужем! Бедный Маркус!

— Сейчас он повёл себя глупо.

— Конечно же, я снова виновата, и… погоди, что?

— Он договорился хранить твою тайну, и вдруг так бестактно стал её раскрывать. Даже я так не поступаю. По крайней мере, чересчур часто.

— Какую тайну? Не понимаю, о чём ты, – начиная избавляться от погрома, максимально беспечным голосом ответила Эбигейл.

—И этот секрет может нас с Сарой разозлить, иначе бы ты не рычала на него после слов о… причёске синего цвета? Серьёзно? – присаживаясь на край кровати и наблюдая за мельтешащей по спальне сгорбленной девичей фигурой.

—Хочу добавить его бесящей насыщенности яркости.

—Это только часть истины.

— С чего ты взял, что за этим желанием кроется нечто большее?! – разогнувшись, отразила та атаку.

— Это необычная прихоть. За странностями всегда прячется нечто глобальное. Особенно в твоём случае, – продолжил Джарет наступление, сделав акцент на последней сказанной фразе.

— Мы вчера немного выпили, и это было нашей шуткой, – в очередной раз как-бы отмахиваясь, ответила Эбби, садясь напротив на скромный по габаритам пуфик.

— Я знаю, когда ты пьяна. Знаю, что трезвость легко убирается с лица вечно сдержанного племянника, и сего не обнаружил.

— Мы немного выпили.

— Тогда, позволь спросить, где? – немного подавшись вперёд, озвучил правитель вопрос, который девушка так боялась услышать.

— Здесь. В замке. Где же ещё?

— Не убедительно, доченька. Не убедительно, –цокнув языком и покачав головой в притворном разочаровании, произнёс тот.

— Отчего же?

— Мой слух бы уловил ваше веселье.

— Мы пили тихо.

— Не в твоём духе.

— Пришлось предать свои принципы.

Джарет звонко засмеялся, запрокинув голову, тут же вернув на лицо былой холод со сквозящими нотками охотящегося хищника.

— Я правильно понимаю тебя? Один из твоих жизненных принципов заключается в громких эмоциях во время пьянства?

— Не цепляйся, я не так подобрала слова.

—Что не удивительно, учитывая твои литературные предпочтения.

—Дьявол, да Марк пошутил! Или моё воспитание, как принцессы, не окончено, и я обязана прочитать серьезные книги?

— Шутка заключалась в том, что ты читаешь хоть что-то? Да, действительно забавно, у племянника отменное чувство юмора.

— Я же говорила! Ты пришёл меня унижать!

Любой намёк на игривость исчез из завораживающей ауры Джарета, и на секунды воцарилось гнетущее молчание.

— Ты ходила в мир людей, – наконец заговорил мужчина, не спрашивая, а констатируя факт.

— Доказательства?

— Бесполезно оттягивать время, Эбигейл.

— Ты слышал о презумпции невиновности?

— Она действует лишь там, где ты шаталась.

— Ты пудришь мне мозги. Наверняка, суд есть и в этом мире, и без сего…

— Не переживай, он тебе не грозит. Тебе стоит бояться иного, более страшного.

— Ты не сможешь выместить на мне свой гнев! Я только недавно из могилы ногу вытащила, а это значит, что ты будешь более тщательно оберегать меня!

— Значит, ходила, – хмыкнул тот, медленно вставая и расправляя плечи в властной осанке, глядя на дочь свысока. — Верно, отныне я стану охранять тебя с усиленной заботой, которую ты осознаёшь, но намеренно отвергаешь.

—Не отвергаю! Я не возвращалась домой!

— Твой дом здесь, Эбби.

—Именно! И я находилась тут! Никуда не…

— Хватит пускать мне пыль в глаза.

—Тогда почему же ты не отчитываешь Маркуса?!

— Он действовал по твоему указанию, верно? Стало быть, совершил такой проступок ради тебя, ибо любит. Настоящий мужчина, заслуженный наследник трона. Советовал бы не отвергать его впредь.

— А если бы сего захотел он? И если бы он попросил меня посетить человеческий мир, и я бы сделала это ради него? Тогда бы похвалы я была достойна?

— Разумеется, – сухо ответил Джарет без тени язвительности.

— Ты будешь рад любому нашему взаимодействию, не так ли?! Наш брак был ключом к примирению твоего королевства с королевством эльфов, но мне думается, это свершилось и без сего явления. Так почему ты просто не позволишь мне решать самой, чего я хочу?!

— Это я и хотел услышать. Причину такого риска.

— Какого риска, папа?! Какого риска?! Я жила среди людей с рождения долгие годы!

— Дело не в них, Эбигейл. Дело в портале между нашими вселенными. Для того, чтобы научиться его создавать, требуются годы. Некоторые маги имеют к сему способность с ранних лет, но не многие. Не ты сама. Если бы что-то пошло не так, если бы не оказалось рядом Маркуса… Я могу догадаться, что изначально ты собиралась реализовать это самостоятельно, но кто-то по имени Тоби тебя, благо, натолкнул на мысль иную, – правитель сократил между ними расстояние, нежно обхватив пальцами девичий подбородок, заставляя установить прямой зрительный контакт. — Я чуть не потерял вас с Сарой из-за этого.

— Но мне нужна своя рок-группа… Прошу…

— Вот, значит, что… – кивнув, мужчина отстранился, скрестив на груди руки. — Я не стану обрезать тебя крылья, иначе падение окажется больным.

— Правда? Только… не говори…

— Не стану. Но Маркус всегда должен быть рядом.