Глава 23
После ссоры с Августом я была так зла и рассержена, что еще долго не могла найти себе места и минут пятнадцать просто наматывала круги по гостиной. Когда мысли более-менее пришли в порядок, и я перестала проклинать все на свете (особенно властей, нашу игру и Августа), я вспомнила реакцию ребят в кругу и решила, что раз мои слова так оскорбили зеленоглазого блондина, то возможно стоит разъяснить ситуацию и с остальными.
Выдохнув, я вышла к костру и извинилась. Сказала, что имела в виду совсем не то, что получилось и прошу прощения за свои слова.
- Да ладно, Этель. Ну, сказала глупость - бывает,- произнес Тензин и слабо улыбнулся.
Остальные же, оказалось, не восприняли те мои слова как что-то важное. Откровенно говоря, большинству было все равно. Я помню, тогда еще взволновались Джил и Пол. Но сейчас они наверное были слишком заняты друг другом.
Вернувшись в дом, я забралась на свое спальное место и уткнулась лицом в подушку, чтобы не видеть никого. Сама не заметила, как начала рыдать, хотя и беззвучно. Это вообще-то мне несвойственно. Я даже не знаю, что повлияло на мое состояние - ссора с Августом, его слова о взрыве и обмане, или мои собственные ошибки? Да и тема ошибок для меня болезненная.
Я вспомнила, как мы с Августом несколько дней назад обсуждали главарей с определенных земель: голубоглазую Энн, кареглазого Дуэйна и зеленоглазого Корнелиуса. Тогда Август сказал, что все они думают только о себе. Я же ответила, что у них непростая задача - возродить человечество и скрыть ошибки прошлого. Я не придала этому значения, но Август сказал, что некоторые ошибки нельзя скрывать, а даже наоборот, их нужно помнить и оговаривать, а еще делать все, чтобы их не повторить. Теперь я понимаю, что он хотел сказать. И я тоже чувствую эту боль.
Слезы закончились, и я начала засыпать. Только горло все еще жгло, а нос стал красным. Рыдания определенно вредят моему образу. Оставалось надеяться, что к утру все пройдет.
Только этого не случилось. Проснувшись, я с трудом открыла глаза и тяжело поднималась на ноги. Голова была тяжелой, глаза, казалось, опухли, из носа не переставало течь, а хрипота не спадала. Перебирая мысли, я поняла, что, судя по всему, купание в водопаде стоило мне многого. Когда по пути на завтрак я оглушительно чихнула, сомнений не осталось - я заболела.
- Выходим через полчаса. Ничего не забывайте,- проинструктировал Конор,- Мак, уложи одеяло. Талия продукты взяли? Хорошо. Оставьте что-то Тензину.
- А что с Тензином?- почти шепотом спрашиваю я Талию.
- Очень плохо себя чувствует. Конор решил, что ему лучше остаться здесь. Тензин не пойдет дальше.
Мое сердце сжалось. Надеюсь, Тензин отдохнет и поправится. Невыносимо представлять себе иной расклад.
- Впереди самая сложная часть пути, а теперь мы еще и без картографа, так что будьте готовы ко всему,- голосом предводителя говорил Конор,- У нас нет права на ошибку. Малейшая оплошность и вся система может дать сбой. Так что все вместе, все как один единый организм. Договорились?
Мы прощались с Тензином, и я чувствовала некоторую вину, хотя прекрасно осознавала, что моей здесь нет. От меня будто оторвали кусочек. Я буду правда скучать по Тензину.
А дальше все как в тумане. Каждый шаг давался с трудом, каждый вздох сопровождался хрипом или шмыганьем. Я чувствовала себя отвратительно, но понимала одно - идти, идти только вперед. Я начала эту историю, я веду людей, я не могу быть слабой.
Когда мы шли уже третий или четвертый час, я оказалась в хвосте отряда, рядом с Джил. Девушка пристально смотрела на меня в течение десяти минут, после чего решилась спросить, все ли у меня хорошо.
- Все в порядке,- я попыталась улыбнуться, но, судя по реакции Джил, вышло не очень.
Я отвернулась, желая закрыть тему, но Джил все еще смотрела на меня, после чего резко выкинула руку вперед и дотронулась до моего лба.
- Джил!
- Да у тебя жар!
Она сказала это громче, чем хотелось бы, поэтому я шикнула на нее, а затем оглянулась посмотреть, не услышал ли кто ее слов.
- Этель, ты вся горишь!- шепотом, но очень строго сказала Джил.
Странно. Я ощущала скорее холод.
- Это от волнения. Скоро пройдет,- промямлила я. Язык не слушался.
- Ты никому не скажешь, Джил.
Девушка хотела что-то еще добавить, но передумала. Я вздохнула, потому что мы подошли к уступу и сейчас предстояло взбираться на него. Я смотрела вперед, где ребята уже начинали подъем. Август обернулся и на мгновение наши взгляды встретились. Он быстро отвел глаза.
Мак все-таки нес Кейди на спине, что тоже показалось бы мне забавным, не будь я в таком состоянии. Не помню как, но в какой-то момент я сама оказалась на спине, только у Мэтта. Мои руки и ноги ослабли, я мало что видела и с трудом узнавала. Меня то бросало в жар, то обдавало холодом. Короче говоря, Этель расклеилась.
- Как это ее так резко? В смысле, это очень странно,- говорит Джаред.
Мы сидим у костра. День близиться к закату. Меня поят какой-то горячей жидкостью, и она яростно обжигает горло.
- Сомневаюсь, что это влияние природы,- твердит Талия,- Похоже, кто-то просто... простудился.
Ага, простудился. Спасибо водопаду!
Талия растирает какие-то листья, добавляет их в мой напиток и заставляет выпить. Слушаюсь.
В кругу сегодня тихо. Или так кажется только мне.
- А как ты вообще себя чувствуешь?- спрашивает Конор.
- Холодно,- я ежусь, не хочу, чтобы меня жалели.
- Я знаю!- вдруг выкрикивает Мак. Он скрывается в палатке и через секунду вылетает оттуда со своим любимым одеялом.
- А вы говорили - не пригодится!
Меня кутают в одеяло Мака и я сижу, как первый блин, который всегда комом. К слову, на мне уже надеты еще одна футболка и кофта с длинными рукавами - щедрые пожертвования моих друзей из отряда. Не уверена, что помню, что происходит дальше. Я допиваю целебный (надеюсь) напиток от Талии и, скорее всего, меня отправляют спать. Похоже, что у меня температура. Да, сон лишним не будет.
Я засыпаю почти сразу, но сплю очень плохо. Я в бреду, вижу дом и дипломатов, лес и связную. Ко мне является Кейди с ножом. Она превращается в огромную змею и кусает меня.
Несколько раз я просыпаюсь. Мне то жарко, то снова холодно. Хотя ближе к часам двум ночи, наверное, то есть, проспав уже около восьми часов, я вдруг открываю глаза и делаю вполне свободный вдох и не менее свободный выдох. Конечно, веки еще тяжелые, но жар кажется, спал, и это не может не радовать. Сонная, я думаю о том, что хорошо бы, чтобы это не было сном, и теперь кутаюсь в одеяло Мака, отмечая тот факт, что мне на самом деле очень тепло. И в тот момент я понимаю, что, кроме всего прочего, с двух сторон меня греют два человека: справа, прижавшись спиной, спит Сара, а слева, практически врастая в одеяло, мирно посапывает Август.
Я закрыла глаза и стала погружаться в сон, радуясь тому, что мои друзья не побоялись неудобств и в трудную минуту пришли мне на помощь. Только утром, едва открыв глаза, уже никого не обнаружив рядом, прокручивая в голове события предыдущего дня, я ужаснулась: я что, спала рядом с Августом?