Дочь мента

— А... — протянула Рябова, смотря на Рому, тот резко обернулся, — Хорошо-хорошо, я промолчу, — девочка напряженно хихикнула, наконец подходя к широкой кровати и плюхаясь на нее.

В силу всей неловкости ситуации и детской влюблённости, в спальне царила просто неописуемая атмосфера. Рассматривая комнату подруги, Рома остановил свой взгляд на книжной полке, вперемешку, одно за другим, виднелись потертые названия. Также, если присмотреться, за книгами выглядывали верхушки каких-то детских рисунков. Слегка пожелтевшая от времени бумага была настолько смята и испачкана в мокрой пыли, что с трудом можно было рассмотреть хоть одну деталь. Красивые, но немного побитые статуэтки стояли в какой-то немой сценке. Жидкий блик растекался ручейком по керамике, оставляя за собой слабый рефлекс от подходящего к ней мальчика. В глянцевом отражении Рома увидел себя, как вдруг по комнате пронесся ледяной вихрь, который смог даже сдвинуть статуэтку.

Свет быстро заморгал, ребята переглянулись, после чего краем глаза заметили какое-то странное движение за окном. Пятифан слегка сощурился, вглядываясь в прозрачные шторы. Быстро сдвинув керамическую фигурку на место, паренек медленно направился к окну. Таня громко выдохнула и подошла к однокласснику, резко разводя длинные занавески в разные стороны. По комнате очередной волной ударил ледяной ветер. Волосы девочки разлетелись в разные стороны, Ромка успел услышать меж замерзшего елового запаха мимолетный аромат шампуня Рябовой, что не могло не смутить хулигана.

— Что там? — спросил Пятифан, немного отодвигая подругу. — Вот жопа... — заявив это, он слегка пошатнулся, увидев за окном меж еловых бревен черную здоровенную тень.

Таня застыла на месте, перед глазами начали мелькать ужасные воспоминания. Казалось, вот оно! Забыться во влекущей суете романтики, как выяснилось, очень просто, однако сейчас это бесполезно.

Страх снова атаковал юное тело, проникая под кожу колючими иглами, что отдавали холодком по телу. Ноги онемели, казалось, что Таня стоит на каком-то облачке или скомканном одеяле. В голове появился знакомый туман, что распространялся с бешеной скоростью. Брови Рябовой непроизвольно изогнулись в кривые дуги, а губы вытянулись в ниточку.

Ромка, заметив Таню, что почти не шевелилась, медленно подошел к ней и, протянув с опаской руку к ее плечу, медленно выдохнул, пытаясь выровнять свое прерывистое дыхание.

— Все уже закончилось, — слегка проведя по плечу девочки, Пятифан медленно развернул одноклассницу к себе. Бледное, как холст самой чистой бумаги, лицо слегка озадачило хулигана. — Я с тобой.

Задернув шторы, Рома посмотрел в пустые, стеклянные глаза, которые после его слов становились все живее и живее. Где-то внутри у хулигана что-то щелкнуло.

Таня слабо улыбнулась, вдыхая сладостный аромат, который распространялся с кухни. Видимо, Саша решила что-то приготовить на ночь. Она так часто делала в Новосибирске, когда нервничала. Сейчас, кажется, она готовит любимые всей семьей гренки. Таня отмечала, что каждый раз после ночной готовки Рябова старшая брала в руки какую-нибудь книгу. Зачитывалась. Мысли матери терялись меж интересных приключений героев.

Мальчуган убрал руку с плеча Рябовой, а затем, что-то пробубнив себе под нос, двинулся обратно к шифоньеру. Девочка почувствовала, как на том месте, где только что лежала грубая рука одноклассника, резко стало холоднее. Видимо, у Ромки всегда руки такие горячие.

— Странно это все, — тихо сказала Татьяна, проводя пальцами по запястью и крепко сжимая его, да так, что аж кожа бледнела. Качнувшись, она села на край кровати. Рассматривая узоры на старом ковре, Рябова тяжело вздохнула, продолжив, — Ты тоже не знаешь, о чем разговаривать? — переведя карие глаза с пола на одноклассника, она посмотрела на него серьезным взглядом.

— Все было бы проще, если бы ты не задавала глупых вопросов, — буркнул Пятифан, крутя в руках такую понравившуюся ему фигурку. — В любом случае, для начала нужно разобраться с этим, — он поднял взгляд на Таню и кивнул в сторону окна.

— Антон тоже про что-то такое рассказывал. Это случилось, вроде, после того, как вы хотели его побить, — закинув ногу на ногу, девочка строго посмотрела в Ромкины глаза, что виновато убежали от серьезного взора подруги.

— Ой, ну, — начал Пятифан. — Просто он был какой-то подозрительный. Мало ли... Вот и решили его проверить.

— Так, а что, пока я болела, вы его не трогали? — хищно посмотрев на мальчугана, Таня сощурилась, словно чувствуя, что Пятифан что-то не договаривает. Перед глазами Рябовой снова всплыл образ расчлененного Семена, рвотный рефлекс не заставил себя долго ждать. Рома обеспокоенно шагнул навстречу однокласснице, но та подняла руку. — Все нормально, просто Семена вспом... — прикрыв рот рукой, она медленно выдохнула носом.

— Господи, — нахмурив брови, мальчуган перевел взгляд на книги, что лежали на столе девочки. На него нахлынули воспоминания. Совсем недавно там стоял чай, который он принес в комнату Тани, когда та болела. Щеки Ромы на мгновение полыхнули слабым румянцем. — Как потом оказалось, не Тоха первый на жирдяя полез, вот мы и решили его не трогать. Так еще и ты со своим пневматом Бяшу до смерти напугала, — Ромка рассмеялся, вспоминая потерянное лицо друга.

— Так ты все-таки понял, что это был пневмат, — улыбнулась Таня, чувствуя на себе теплый взгляд Пятифана.

— Ага, не сразу, конечно, но понял. — посмотрев на порозовевшие щеки Рябовой, хулиган спокойно выдохнул. — У меня батя... В Афгане воевал. Вот я у него и поднатаскался... — с тоненькой ноткой грусти в голосе Пятифан скатился по стене, присаживаясь на пол.

— Твой папа настоящий герой, — улыбнулась Таня, вспоминая своего отца. В душу девочки внезапно проникло какое-то мерзкое ощущение.

Ромка тоже улыбнулся. Спокойствие и мягкая тишина. Она была совершенно не напряженной, а скорее наоборот, она расслабляла, нагоняла легкую сонливость на ребят. Таня видела, как Ромка уже потихоньку клевал носом в сжатые в замок руки. Тихо поднявшись с кровати и продефилировав к выходу из комнаты, Рябова младшая отправилась на кухню, где и находилась Александра, читающая книгу. Впрочем, ничего нового.

— Мам, помоги Роме постелить, — тихо, даже шепотом сказала девочка.

— Конечно, в зале такой бардак, поспите в одной комнате? Ничего же, зайчонок? — виновато протараторив, спросила Саша, заправляя кудрявые блондинистые волосы за уши.

Было видно, что женщина очень сильно вымоталась, ее выдавали уже ярко светившиеся синие круги под глазами и слегка опухшие веки. Руки Александры немного подрагивали, видимо, женщина очень сильно разнервничалась за текущий вечер.

— Ничего, мам, — прошептала Таня, слабо улыбаясь. — Ты прости, — девочка села напротив матери, заключив руки в замок. — Что убежала, я просто не подумала...

— Ничего страшного, золотко, — Рябова старшая улыбнулась, но вдруг губы женщины задрожали, а на глазах выступили неконтролируемые слезы. — Главное, что с тобой все в порядке, милая...

— Мам, — девочка быстро вскочила, заключая маму в крепкие объятия. Даже на глазах Татьяны выступили маленькие капли прозрачных слезинок.

С горем пополам девушки семейства Рябовых успокоились и принялись стелить другу Тани спальное место. Достав из шифоньера слегка потрепанное постельное белье, пару лишних подушек и матрас, они, с помощью Пятифана, конечно же, дотащили все до комнаты девочки.

Аккуратно устроив однокласснику импровизированное ложе, Таня обессилено плюхнулась на свою кровать. Девочка думала о том, как же хорошо, что сегодня пятница и завтра выходной. Сама того не заметив, она очень устала за сегодняшний день.

Быстро переодевшись в ночнушку, Таня потупила взгляд на Рому, что стоял в спортивном костюме. Саша, глупо хихикнув, достала из шкафа футболку и старые шорты своего мужа, что были тому малы. Сказать, что Рома выглядел забавно в одеянии Стаса, не сказать ничего. Даже сам хулиган рассмеялся от комичности всей ситуации.

В течении следующего часа вся квартира погрузилась во мрак, к каждому медленно начал подступаться сон. Как кошка, аккуратно подходящая к человеку, но Таня, кажется, спугнула животное. Девочка не могла отвести взгляда от окна, за которым бушевала буря. Тихо прикрыв глаза, Рябова попыталась заснуть, но без толку. Страх сковал разум, Таня думала, что погрузившись в сон, она снова попадет в адски холодное и ужасное место. Что она снова увидит Вову, Семена и девочку. Громко и резко вздохнув, девочка задрожала.

— Танюх? — спросил Рома, что лежал около кровати. — Все хорошо? — мальчуган обернулся к подруге.

— Я не могу уснуть, — выглядывая с кровати, прошептала Рябова. — Перед глазами всплывают одни ужасы...

— Вытяни руку, — шепотом сказал Пятифан.

Девочка на секунду помедлила, сейчас она мысленно была счастлива, что Ромка не видит ее лица. Казалось, будто оно пылало жарким огнем. Но сейчас ей меньше всего хотелось быть одной, Таня медленно протянула тонкую ручку вниз. Грубые пальцы мальчика мельком коснулись юной кожи, по телу обоих прошла небольшая дрожь, после чего их ладони неожиданно нежно сплелись в крепкий узел.

Пока Рома держал Таню за руку, слегка поглаживая ее своим большим пальцем и будто передавая ей свое тепло, девочке становилось так спокойно. Настолько умиротворенное и безмятежное состояние быстро погрузило ребят в глубокий сон.