9 - Джексон
Дышать в маске было тяжело, а видеть — ещё сложнее. Сэм осторожно ступала по влажной грибнице, мягкой и упругой под ногами, стараясь подавить подступившее отвращение. Луч фонарика скользил по стенам, вырывая из мрака тела, приросшие к стенам и уже совсем не похожие на людей; мебель, оплетённую мицелием и ставшую частью грибницы. И, конечно, щелкуны. Даже один был бы смертельно опасен, а здесь их бродило не меньше дюжины.
Сначала они услышали звук. Клик-клик-клик. Для многих переживших встречу с этими тварями он становился источником ночных кошмаров. Щелкуны были слепы, но ориентировались в пространстве с помощью этих щелчков — словно летучие мыши эхолокацией.
Элли осторожно перелезла через упавший шкаф, почти полностью погребённый под грибницей. Потом протянула руку и помогла Сэм: в маске и с гитарой за спиной той было труднее. Локоть задел бледно-коричневый, мягкий нарост — и в воздух взметнулось облачко спор. Сэм невольно испугалась за Элли, но та лишь отмахнулась, будто ничего не произошло.
Первого щелкуна они встретили сразу за шкафом. Он стоял неподвижно и прерывисто хрипел. Эти звуки напоминали Сэм гнилое дыхание. Время от времени тварь щёлкала, потом замирала, подрагивая и покачиваясь из стороны в сторону. Кордицепс разорвал её голову изнутри: грибные наросты торчали, словно лепестки уродливого цветка, а во влажных складках засохли грязь, пыль и кровь. На глазах у Сэм щелкун ожил и двинулся дальше по коридору, так и не заметив их.
Элли едва заметно кивнула и двинулась за ним, прижимаясь к стене. Сэм, обливаясь потом под маской, шла след в след.
Чем дальше они углублялись, тем старее становилась грибница под ногами: уже не мягкая и пористая, как у двери, а окаменевшая, похожая на гипс, хрустевший при каждом шаге. К счастью, не настолько громко, чтобы насторожить заражённых. Сэм радовалась, что не чувствует запахов, но легко могла вообразить — влажную гниль и сырость, висящие в воздухе. Держаться ближе к стене было безопаснее, но им всё равно приходилось замирать на долгие минуты, прежде чем рискнуть сделать ещё пару шагов.
Щелкуны бродили по коридору, как сомнамбулы. Одни застыли на месте, другие медленно и бесцельно шаркали рядом. Сэм не пыталась их считать — только мечтала поскорее уйти отсюда. Подумать только: ведь это когда-то были люди. Теперь же все они казались одинаковыми — мерзкими, отвратительными тварями. Кроме одного.
Этот щелкун разительно выделялся. Когда-то он, должно быть, был высоким и крепким военным. Грибные наросты, серо-бурые, как трухлявое дерево, разрослись на его голове особенно сильно. Дай ему ещё немного времени — и он превратится в топляка. Элли тоже заметила урода: проводила взглядом и снова сосредоточилась на пути впереди. Щелкун-гигант развернулся и зашаркал обратно. Под его шагами грибница трескалась и ломалась, и этот звук тут же привлекал внимание других тварей. Казалось, стоит ему протянуть руку — и он достанет до потолка, покрытого окаменевшими наростами, куда прочие и близко не дотянулись бы.
Впереди показалась развилка. Сэм посмотрела на Элли, ожидая, что та выберет направление. Но Элли лишь нахмурилась. Воздух дрожал от хрипов, стонов и щелчков заражённых, и Сэм уловила ещё одно — прерывистое дыхание у самого уха. Элли, явно нервничая, пожала плечами. Сэм не сомневалась: дорогу та запомнила. Скорее всего, схема просто прохудилась именно в этом месте — старая бумага редко выдерживает испытание временем.
Сэм осторожно коснулась ладони Элли, привлекая её внимание, и указала на себя, затем на правый коридор. Позади шаркал щелкун, сипя и хрипя, и девушкам пришлось замереть, затаив дыхание. Секунды тянулись мучительно долго, пока заражённый наконец не ушёл дальше. Сэм воспользовалась паузой и закончила объяснять свой план: указала на Элли, махнула в сторону левого коридора и вопросительно вскинула брови. Если разделиться и пройтись каждая в свой конец на разведку, они сэкономят время, которое иначе пришлось бы провести в этом жутком месте.
Элли нерешительно кивнула — видно, лучшего плана у неё не было. Сэм улыбнулась из-за маски и, выждав момент, когда уродливые грибные наросты — там, где когда-то было лицо заражённых, — отвернулись, сделала несколько осторожных шагов вперёд. Продвижение состояло из долгих пауз и редких шагов между ними. Впереди тянулась лишь грибница, а за спиной — целое шоссе заражённых, каждый шёл по своему выверенному маршруту, не задевая других. Среди них особенно выделялась массивная фигура: когда под ногами гиганта громко треснула окаменевшая грибница, кликанье вокруг стало громче, тревожнее, но вскоре стихло.
В какой-то момент Сэм боковым зрением перестала замечать свет фонарика Элли. Сердце сжалось. Она резко обернулась: звуки оставались прежними — те же хрипы, то же щёлканье. Но всё равно что-то было не так.
Элли всё ещё стояла почти там же, где они разделились. Просто так она бы не задержалась — значит, была причина. Её руки сжимали правую лодыжку.
Это был не щелкун-гигант, поняла Сэм: под ногой Элли хрустнула грибница и стиснула её, как в тисках, не позволяя выбраться. Элли яростно пыталась освободиться. Сэм вспомнила, как совсем недавно в её собственную ногу вцепился медвежий капкан — старая рана тут же заныла, напоминая о себе. Мысль о разведке исчезла: приоритеты изменились. Элли, заметив её, раздражённо махнула рукой — мол, никакая помощь ей не нужна и не понадобится.
Сэм, может, и послушалась бы, но прямо на Элли медленно двигался щелкун. Он пока её не заметил, просто бесцельно слонялся по коридору вместе с другими, но как только наткнётся — исход будет плачевным. А Элли даже пошевелиться уже не могла, боясь ненароком привлечь внимание.
На миг Сэм представила, как отворачивается и оставляет Элли разбираться самой. В конце концов, они чужие люди, а главное правило выживания — прикрывать в первую очередь свою спину. Сэм почти слышала, как эти слова звенят в голове, отголоски незваного прошлого. Нет, такое уже было раньше, и она не позволит этому повториться.
Стиснув зубы, Сэм сунула руку в карман и нащупала банку персиков, найденную Элли в кладовой базы. Почти без замаха она метнула её в покрытую наростами спину громилы-щелкуна. Попасть было нетрудно: банка с глухим ударом врезалась в свою цель, кусок гриба отлетел в сторону и с влажным чавканьем плюхнулся на пол. В ту же секунду все щелкуны в коридоре с истерическим визгом рванули к новому источнику звука. Громче всех выл гигант: его голос, казалось, пробирал до костей, заставляя невольно подкашиваться ноги.
Мгновением позже Сэм оказалась рядом с Элли, выхватив из ножен охотничий нож. Нога, похоже, угодила в отверстие, оставшееся после того, как хрупкая оболочка грибницы рассыпалась под ногами щелкуна-гиганта. Элли одарила её взглядом, который мог бы убить на месте, если бы взгляды обладали такой силой. Сэм не обратила внимания и принялась работать ножом у её ступни, намереваясь освободить.
Несмотря на твёрдую, словно гипсовую, корку, внутри грибница была мягкой, влажной и липкой. Сэм старалась не думать о мерзости, в которой ей приходилось копаться. Нога застряла плотно, увязнув в отвратительной субстанции, которая упорно не желала отпускать. Щелкуны тем временем смолкали, перестали толкаться в попытках первыми добраться до банки и постепенно возвращались к своей рутине.
Сейчас или никогда.
Сэм вонзила нож в мягкую грибницу и с усилием надавила, пытаясь отломить ещё фрагмент твёрдой корки. Та громко хрустнула, словно сухая ветка, и в следующее мгновение с влажным чавканьем отпустила ногу Элли.
Сердце у Сэм пропустило удар. Слишком громко.
Все отвратительные «лица» щелкунов одновременно повернулись к ним. Скрываться уже не было смысла.
— Бежим! — Сэм схватила Элли за руку, рывком подняла на ноги и рванула к развилке. В какую сторону?.. Была не была. Она свернула направо. Элли двинулась следом, а за ними понёсся визг и топот дюжины ног.
Коридор оказался коротким — и заканчивался тупиком. Стена была сплошь заросла грибницей, никаких признаков двери или прохода. Элли перехватила дробовик, готовясь к бою. Сколько там патронов? Четыре до перезарядки, плюс винтовка и пистолет. Этого не хватит, даже если бы щелкуны вежливо подходили по одному.
— Рюкзак сними. Я подсажу тебя к потолку, — скомандовала Сэм, не придумав ничего лучше при стремительно утекающем времени. — Перелезешь через заражённых и отвлечёшь их выстрелом.
Элли не стала возражать. Рюкзак уже валялся на полу, дробовик она закинула за спину. Сэм сцепила ладони, Элли наступила на них, упёрлась руками в её плечи и, когда та выпрямилась, ухватилась за нарост на потолке. Несколько мгновений она болталась, готовая сорваться вниз, но всё-таки удержалась и смогла подтянуться.
— Держись крепче, они хрупкие! — крикнула Сэм ей вслед, имея в виду грибные наросты. На потолке они разрослись особенно сильно; когда-то отсюда свисали мотки проводов, теперь полностью оплетённые грибницей. Заражённые визжали уже за ближайшим поворотом.
Она ведь может сбежать и не вернуться, прошептал внутренний голос.
Она не такая, отрезала Сэм мысленно. Не такая, как моя семья.
У тебя больше нет семьи.
Сэм подняла пистолет. Лучше сохранять тишину, не двигаться, иначе план не сработает. Но просто так умирать она не собиралась. Она будет ждать — до самого последнего момента.
Один из заражённых споткнулся о нарост грибницы и повалился, второй последовал за ним, но остальные упрямо приближались. Двигались они уже не так стремительно, потеряв источник звука, но направление запомнили. Это было лишь вопросом времени — они доберутся до конца коридора и вместе с ним до своей жертвы.
Элли они тоже заметили. Подпрыгивали, тянулись к дробовику, свисавшему у неё за спиной, — но не доставали. Их тела, изъеденные грибком, и наполовину сгнившие рты заставляли Сэм мечтать о том, чтобы зажмуриться. Она не осмелилась. Даже убеждала себя, что ей не страшно, хотя сердце неистово рвалось из груди. Казалось, в маске не хватает воздуха, и так хотелось сорвать её и вдохнуть напоследок полной грудью.
Только не в этой мерзкой дыре.
Ещё не конец.
Сэм подняла пистолет, готовясь снять с предохранителя и выстрелить. Элли и обнадёживающий свет её фонарика она потеряла из виду.
И тут раздался выстрел. Потом ещё один. Толпа щелкунов замерла. Несколько секунд казалось, что часть из них всё же продолжит продвигаться к ней. Сэм крепче сжала рукоятку пистолета, но все до единого твари развернулись и, визжа, понеслись к новому, ещё более громкому звуку. Как хорошо, что их мозги давно превратились в грибковую кашу.
Подхватив Элли рюкзак и закинув её лук на плечо, Сэм быстро зашагала по освободившемуся коридору, готовая в любой момент выстрелить, если заметит хоть малейшее движение. Элли тоже не теряла времени: оставила стрельбу, развернулась и побежала в тот коридор, откуда они с Сэм пришли. Наступила на оплетённый грибком шкаф, подпрыгнула и ухватилась за нарост под потолком. Подтянулась — и замерла. Путь ко второй развилке оставался свободным. Сэм могла бы сбежать. Но на этот раз она даже не дала внутреннему голосу закончить предложение.
Щелкуны столпились под Элли, зависшей под потолком и упиравшейся ногами в стену для опоры. Она старалась не двигаться, но руки предательски дрожали, пальцы цеплялись за наросты из последних сил. Щелкуны перестали визжать, слепо шарили своими уродливыми руками вокруг шкафа и, не находя добычи, постепенно успокаивались. Если Элли продержится ещё немного, у них появится шанс выскользнуть из коридора незамеченными.
Сэм позволила себе искру надежды — и тут же разочаровалась: к месту, где притаилась Элли, шагал щелкун-гигант. Более мелкие твари поспешно расползались в стороны, уступая ему дорогу. До потолка он не доставал, даже несмотря на буйно разросшийся гриб на месте головы. У Элли всё ещё оставался шанс продержаться.
Вот только её дробовик на ремне висел куда ниже.
Ещё шаг — и монстр заденет его. Тогда он поднимет руки и схватит Элли.
Сэм схватилась за винтовку, прицелилась и выстрелила. Приклад больно ударил в плечо. Голова щелкуна-гиганта откинулась в сторону, но он не упал. Другие заражённые взвились в истерическом вое и рванули к Сэм. Она дёрнула затвор, снова прицелилась. Гильза звякнула об пол. Второй выстрел сбил громилу на колени.
У Элли не осталось сил держаться — она спрыгнула на пол. Пара щелкунов тут же бросилась к ней. Одному она врезала прикладом дробовика, второго Сэм застрелила из винтовки. Но к ней самой уже рванула целая толпа. Сэм ждала до последнего, стоя у выхода в правый коридор, чтобы ни один из заражённых не бросился туда, где они с Элли видели единственное спасение. То, что она приняла за дюжину, на деле оказалось минимум в полтора раза больше.
Поняв, что ещё секунда — и щелкуны до неё доберутся, Сэм опустила винтовку и рванула в левый коридор. Через несколько мгновений её догнала Элли, и Сэм перебросила ей рюкзак. Сзади гремел топот множества ног, но ни одна из девушек не решилась обернуться.
В конце коридора оказалась дверь, заросшая грибком. Элли дёрнула ручку и тут же схватилась за нож, понимая: иначе не пробиться. Сэм встала у неё за спиной и стреляла по щелкунам, пока в винтовке не кончились патроны.
— Чёрт! — выругалась Элли. Сэм рискнула на секунду обернуться и увидела: лезвие застряло в двери, а в руках у неё осталась только бесполезная ручка. Сэм выдернула свой нож из ножен и сунула Элли. Потом подняла пистолет и выпустила всю обойму по ногам заражённых. Те спотыкались и валились, выигрывая девушкам несколько лишних секунд. В ушах гремело, и Сэм уже не понимала, от выстрелов ли это или от стука собственного сердца.
В конце коридора показался щелкун-гигант. Два выстрела из винтовки не смогли удержать его надолго.
— Элли?.. — позвала Сэм дрогнувшим голосом.
— Ещё чуть-чуть, — сквозь зубы бросила та, изо всех сил стараясь освободить дверь от вросшей за годы грибницы.
Здоровяк сделал шаг в коридор, потом ещё один, и ещё. С каждым движением он ускорялся, пока не рванул вперёд, словно убийственный снаряд, который невозможно остановить. От топота дрожали стены.
— Элли, не хочу тебя торопить, но у нас больше нет времени.
— Ещё немного... Готово!
Позади скрипнула дверь, которую не открывали годами, и Элли схватила Сэм за капюшон, затащив в новое помещение. Девушки едва успели захлопнуть дверь и навалиться на неё всем весом, когда что-то неудержимое врезалось с той стороны. Элли отбросило в сторону — она упала на пол, а Сэм удержалась только потому, что упёрлась ногами в стену. Лёжа на спине, Элли вскинула дробовик и выстрелила в щель между дверью и косяком. Чудовище отпрянуло на миг обратно, в покрытый грибницей коридор. Сэм вжалась спиной в дверь, удерживая её.
— Динамит! Быстро! — крикнула Элли. Сэм понадобилась лишняя секунда, чтобы понять, о чём она говорит. Потом трясущимися руками она вытащила заветную шашку из кармана и перебросила Элли. Та чиркнула зажигалкой, подожгла фитиль. Сэм распахнула дверь, Элли выстрелила и тут же метнула туда зажжённый динамит. Вдвоём девушки опрокинули металлическую этажерку и повалили её перед дверью. Раздался звон металла о пол, и с той стороны снова возобновился яростный штурм.
— Бежим-бежим-бежим! — Элли схватила замершую Сэм за рукав и рванула по коридору. Пятно света фонарика бешено прыгало по стенам. Сэм не отставала. Впереди показалась лестница, и девушки взлетели по ней до середины пролёта, когда сзади грянул оглушительный взрыв, за которым последовал металлический скрежет. Дверь сорвало с петель.
Отброшенная взрывной волной, Элли рухнула на четвереньки, перекатилась на спину и вскинула дробовик. У неё оставалось всего два выстрела. Сэм, у которой не было больше ни одного патрона, замерла двумя ступеньками ниже.
По полу докатился до подножия лестницы ошмёток гриба. И больше ничего.
Коридор безмолвствовал.
— Кажется, я умерла, — выдохнула Сэм, убедившись, что по их души никто больше приходить не собирается.
— Не сегодня, — отозвалась Элли.
Когда адреналин схлынул, ноги у обеих начали дрожать. Они добрались до верха лестницы и опустились на последнюю ступеньку. Сэм сняла маску и вытерла пот со лба. В новом помещении не было ни следа грибницы — ни на стенах, ни на потолке.
— Это было офигенно! Ты бы видела себя, как висела под потолком. Я думала, сейчас сорвёшься! А потом — бах, взрыв! А ты ведь могла меня бросить... но я в тебе ни секунды не сомневалась!
— Сумасшествие, правда? — Элли всё ещё тяжело дышала; уголки её губ дрогнули, чуть приподнявшись.
— Ты улыбнулась, — Сэм даже привстала на локтях, чтобы убедиться.
— Что? Нет.
— Улыбнулась! Я видела.
— Нас чуть не убили.
— Можно я тебя обниму?
— Что?.. Нет. Даже не думай.
— Ну пожалуйста?
— Всё ещё нет.
— Ладно... Тогда идём?
Сэм поднялась и протянула руку. Элли всё ещё сжимала дробовик, но тут выпустила его и всё-таки приняла помощь.
— Прости, Элли.
— За что?
Сэм рывком подтянула её к себе и крепко обняла, уткнувшись на секунду в шею. Элли даже не успела оттолкнуть — Сэм уже отстранилась и бодро зашагала по коридору, будто ничего не произошло.
— Сэм.
Она обернулась. Элли держала нож в вытянутой руке, но прежде чем Сэм успела напрячься, развернула его рукояткой вперёд.
— Твой нож. Возвращаю.
— Я уж подумала, ты собираешься меня прикончить.
— Не только у тебя ужасное чувство юмора.
Сэм убрала нож в ножны и криво ухмыльнулась.
— Ну что, по жизням мы сравнялись?
Элли сделала вид, что считает в уме.
— Ты всё ещё должна мне две.
— Две? С чего вдруг?
— Я сказала не трогать меня. А ты? Так что я великодушно сохранила тебе жизнь.
— А могла бы просто порадоваться, что есть люди, готовые тебя обнять, несмотря на аромат помойного квартала.
— От тебя несёт не лучше.
— Да и плевать. У меня, кажется, обоняние уже отказало.
— Ты куда? Нам налево.
Сэм замерла, занеся ногу над ступенькой.
— Зачем?
— Проверим медблок.
— А-а-а, — Сэм расцвела искренней улыбкой. — Значит, ты всё-таки не такая черствая и бездушная, какой хочешь казаться.
Элли промолчала, но быстро отвернулась. Сэм решила, что та просто смутилась.
Медблок, несмотря на заброшенность базы, оказался почти нетронутым. Девушки обошли ряд кушеток, добрались до шкафчиков и принялись изучать этикетки на ампулах и коробках. Элли притащила рюкзак с аптечками и вытряхнула его содержимое, освобождая место. Сэм сгребала то, что показалось полезным — всё, что заканчивалось на «ин»: морфин, кодеин, лидокаин, новокаин. Элли добавила к этому напроксен и кеторолак. В рюкзаке ещё оставалось немного места, и Сэм набила его ближайшими упаковками, решив, что пригодится.
Элли помогала тащить рюкзак до лестницы. Поднявшись на три пролёта и не встретив больше заражённых, девушки оказались перед круглой металлической дверью с вентилем посередине. На стене висела покрытая пылью табличка: «Аварийный выход». Элли вцепилась в вентиль, пытаясь сдвинуть его с места, потом ударила по нему прикладом дробовика. Подключилась Сэм, и вместе они наконец сорвали с места заржавевший за годы механизм. Толкнули дверь — и разом вывалились наружу, жадно вдыхая прохладный воздух. Над деревьями уже вставала полная луна.
— Фух, как же я рада, что мы выбрались, — выдохнула Сэм, обессиленно прислонившись к двери.
Элли задержала на ней долгий, пристальный взгляд.
— Ночь только начинается.