2 - Джексон
Сэм почувствовала, как на шею сзади брызнула тёплая кровь. В ушах звенело — стрелявший стоял слишком близко. Она не успела опомниться, как щёлкнул затвор, и повторный выстрел сотряс крошечную комнату. Дробовик. Но у преследующих её мужчин ведь были охотничьи ружья. Сэм едва сдерживалась, чтобы не обернуться: что творилось у неё за спиной?
Холодная сталь перестала вжиматься в затылок, и с глухим стуком тело мужчины рухнуло на пол. Сэм осторожно скосила глаза вниз, стараясь не дёрнуть ни единым мускулом, чтобы не стать следующей. В поле зрения мелькнула клочковатая тёмная борода и рукав куртки без нашивок. Да, это был один из её преследователей — кажется, тот самый, что чистил сапоги. Осторожно, Сэм разжала пальцы, до сих пор цеплявшиеся за ствол винтовки, и подняла руки на уровень головы.
— Сдаюсь, — прошептала она. Голос прозвучал хрипло от долгого молчания. В голове было пусто; Сэм действовала лишь на инстинктах самосохранения. — Можно мне повернуться?
Вновь щёлкнул затвор: дробовик был приведён в боевую готовность. Минутой ранее она уже простилась с жизнью, и теперь готовилась принять любой исход. Воздух со свистом вырвался из лёгких, когда Сэм выдохнула сквозь стиснутые зубы. Не дождавшись разрешения, она медленно повернулась, по-прежнему высоко держа поднятые руки.
В неё целилась совсем юная девушка, не старше самой Сэм. Брови сурово сдвинуты, дробовик поднят на уровень груди. Между ними, двумя неподвижными грудами тряпья, лежали поверженные мужчины. Оба были мертвы; второму выстрел разнёс череп, и кровавое месиво разлетелось по всей комнате. По дощатому полу растекалась густая тёмная кровь. В ноздри ударил резкий металлический запах крови, смешанный с чем-то приторным и удушливым... смертью. Сэм подавила непроизвольное желание стереть с шеи капли крови. Куртка на спине, наверняка, тоже была вся в брызгах. Но есть и плюсы: пулю в череп получила не она. Пока что.
Девушка напротив нетерпеливо переступила с ноги на ногу.
— Винтовку на пол, — приказала она.
Сэм подчинилась, оттолкнув оружие ногой в сторону.
— Кто ты и что здесь делаешь?
От ответа зависело, выйдет ли Сэм из фермерского домика на своих ногах или присоединится к мертвецам на полу.
— А сколько у тебя есть времени? Я, в принципе, и до утра могу болтать.
Девушка вскинула дробовик и пальнула в потолок. Сверху посыпались щепки и пыль. Намёк ясен: местные живут без чувства юмора.
Ствол снова указывал Сэм в грудь. Она медлила, с интересом рассматривая незнакомку: правую бровь пересекал шрам; из-под рукава грязной клетчатой рубашки выглядывал узор — скорее всего, татуировка; приклад дробовика сжимала рука, на которой не хватало двух пальцев, мизинца и безымянного.
— Ты ведь Элли, так?
В ответ — только пристальный взгляд и молчание.
— Ладно, давай так: ты спасла мне жизнь, я взамен помогу тебе, и мы разойдёмся каждый своей дорогой. Идёт?
С таким же успехом Сэм могла разговаривать с голыми стенами. Разве что те хотя бы не стреляют.
— Считаем, что мы договорились. За тобой охотятся цикады. У них новый лидер — Эбби Андерсон. Знаешь такую? У меня сложилось впечатление, что вы с ней... давние друзья.
Заметив, что дробовик поднимается выше, Сэм инстинктивно развернулась и нырнула за упавший письменный стол. Последовавший выстрел вдребезги разнёс чудом сохранившееся стекло в оконной раме.
Рюкзак остался при ней, а вот футляр с гитарой свалился с плеча. Укрытие было так себе — тонкие доски стола дробь прошьёт легче, чем нож режет масло. Но Элли ведь и не целилась в неё: стреляла чуть выше, в сторону. С такого расстояния никакие кульбиты не спасли бы от прямого выстрела. Жаль, Сэм поняла это слишком поздно — иначе бы и не стала прятаться.
Значит, Элли всё-таки покорена её харизмой с обаянием и настроена еще немного поболтать.
— Ладно, возвращаемся к твоим вопросам. Меня зовут Сэм. А насчёт того, что я здесь делаю: я не с цикадами, если ты об этом. Иду по своим делам. Чуть выше в горах есть военная база. Может, проводишь? Ты же местная?
Пуля пробила крышку стола в опасной близости от её плеча. Элли, похоже, устала палить из дробовика и перешла на её винтовку.
— Эй! В следующий раз целься правее! Ты меня чуть не задела!
— Что ты обо мне знаешь?
— У тебя ужасные манеры.
Выстрел. На этот раз — сильно правее.
— Слышала про иммунитет. Про Джоэла. Про Сиэттл. И про цикад — но их мы уже обсудили. Эбби оказалась очень информативной.
Сэм затаилась, ожидая ещё один выстрел, но его не последовало. Она осторожно выглянула из-за стола, а потом поднялась во весь рост.
— Хочешь убить меня — стреляй. А нет, так я пошла. Спасибо, что помогла с этими, — она кивнула в сторону мертвых мужчин.
— Цикады снова ищут лекарство? — тихо спросила Элли. Винтовку она не опустила, но хотя бы перестала стрелять.
— Я знаю только, что у Эбби остались наработки её отца и есть какой-то суперсекретный штаб с командой, куда никого не пускают. Одно могу сказать точно: они над чем-то работают и ищут тебя. Так что будь осторожна.
Сэм сделала шаг вперёд и по-хозяйски протянула руку, явно ожидая, что Элли вернёт оружие. Та лишь отступила и снова положила палец на курок.
— А ты?
— Я не верю в лекарство, — Сэм пожала плечами. — Ещё стараюсь не вредить людям. Если только они не засранцы. И не пытаются меня убить.
— Как благородно.
— Ну, с твоей пальбой без разбора, конечно, не сравнится.
Элли устало опустила оружие и махнула рукой:
— Проваливай.
Она развернулась к Сэм спиной, будто та перестала хоть как-то её волновать. Винтовку прислонила к стене возле входной двери, а сама прошла в угол хижины и опустилась на пол, положив на колени верный дробовик. Адреналин схватки выветрился, и вместе с ним из неё словно вышел весь воздух. Сэм отметила глубокие тени под глазами и ссутулившиеся плечи девушки. В ней не осталось ни сил, ни желаний — только привычки и инстинкты: «стреляй или будь убитым». Не такой представлялась «девушка с иммунитетом» из рассказов Эбби. Казалось, в ней что-то безвозвратно сломалось.
— Ну? Особое приглашение нужно? — повысила голос Элли, заметив, что Сэм не сдвинулась с места.
— Там же дождь.
От такой наглости Элли только закатила глаза, но промолчала. На улице уже почти совсем стемнело, дождь лил сплошной стеной. Потоки воды затекали в хижину сквозь разбитое выстрелом окно и смешивались с густой вязкой кровью на досках. Сэм подтянула ногой футляр с гитарой и присела на него. Теперь их с Элли разделяли трупы мужчин, растянувшиеся на полу. К счастью, сгущавшиеся сумерки избавили её от необходимости рассматривать кровавые подробности. Через несколько минут начало капать и с потолка — в тех местах, куда Элли угодила дробью.
— Кажется, твой дом сильно потерял в цене на рынке недвижимости.
— Я разрешила тебе остаться. Так что заткнись, будь добра.
— А чем мне, по-твоему, ещё заняться? У тебя тут никаких развлечений.
— Поспи.
— Ага, как же. С тобой здесь?
— Если стесняешься, могу отвернуться.
Сэм усмехнулась. Всё-таки Элли оказалась не такой мёртвой внутри, как показалось сначала.
Снова воцарилась тишина, нарушаемая только дробным стуком капель по крыше. Кровавая лужа на полу всё расползалась, подбираясь к самым носкам ботинок. Сэм подогнула ноги, стараясь отодвинуться подальше. Металлический запах щекотал ноздри.
Забавно, как вышло: мужчины оказались в хижине раньше неё. Наверное, знали местность лучше и сразу двинулись сюда. Может, бросили погоню, решив переждать дождь под крышей. Но как они не заметили притаившуюся здесь Элли? Или та появилась в самый момент, когда ей самой понадобилась помощь? Столько вопросов. А ответы... не так уж важны.
— У них, кстати, ещё был третий, — заметила Сэм, к явному недовольству Элли снова нарушив молчание. — У трупов, в смысле. Только тот еще жив.
Она поддела ботинком ногу ближайшего мертвеца. Элли не удостоила её ответом — лишь переложила дробовик так, чтобы дуло смотрело на дверь.
— Они из Джексона? — продолжала допытываться Сэм. Либо Элли в конце концов её пристрелит, либо всё-таки заговорит.
— Нет. Чужаки. Уже пару недель шастают по лесам. Я зову их браконьерами.
— Их что, много? — Сэм подалась вперёд, мгновенно заинтересовавшись. Браконьеры... интересно. Только звучало это так, будто охотятся они вовсе не на зверьё. Элли, наверное, пожала плечами, но в темноте этого не было видно. — Тебе не кажется, что они могли что-то задумать?
— Да нет, что ты, — фыркнула Элли. — Я всегда верю только в хорошее в людях. И убиваю исключительно засранцев.
— Джексон ведь твой дом, — Сэм пропустила колкость мимо ушей.
— Уже нет. — В её голосе просквозил металл; Элли явно раздражало, что о ней знают слишком многое.
— Но ты же не ушла отсюда.
Элли промолчала. Сэм и без слов догадалась, каким был бы ответ. Ей просто больше некуда идти.
Стук дождя постепенно стихал. Сэм поднялась, обошла трупы браконьеров и выглянула в окно. Небо было затянуто свинцовыми облаками до самого горизонта, но бесконечные потоки воды больше не падали сверху. Придёт ли третий мужчина сегодня или выждет до утра? Элли сказала, что в лесах их много, а значит, скорее всего он подождёт — и вернётся уже с подкреплением.
— Уже уходишь? — Элли вскинула голову, когда Сэм подошла к двери.
— Я думала, ты обрадуешься.
— Не хочу, чтобы у тебя осталось неверное впечатление о моих «ужасных манерах».
— Не переживай, у тебя ещё будет шанс меня переубедить.
Сэм толкнула плечом дверь и выглянула на улицу. Совсем стемнело: золотистое днём поле теперь казалось зловещим чёрным морем, колыхавшимся на ветру. Она подхватила винтовку и обошла хижину кругом. С задней стороны в траве валялись старые садовые инструменты: грабли без зубцов и лопата с наполовину отломанным черенком. Ни со стороны леса, ни со стороны поля не доносилось ни звука. Сэм подняла лопату, взвесив её в руке. Не то чтобы находка пришлась совсем некстати.
Она сняла рюкзак и куртку, закатала штаны до колен, чтобы не цеплялись за мокрую траву, собрала длинные волосы в пучок на затылке. Перехватив поудобнее лопату, взялась копать. Почва, раскисшая от дождя, липла к металлу и замедляла дело; короткий черенок больно упирался в ладони. Лопата была ржавая и тупая, и Сэм приходилось бороться за каждую горсть земли. Время от времени она замирала, прислушиваясь, но темнота вокруг оставалась безмолвной.
— Зачем ты это делаешь? — спросила Элли из окна.
Сэм к тому времени уже углубилась по колено.
— Хочу разбить палисадник. Что тебе больше по душе — крапива или чертополох? — Сэм воткнула лопату в землю и выпрямилась, разминая затёкшую спину. Элли стояла, скрестив руки на груди; дробовик висел на плече. — Может, поможешь? Всё-таки в твоём доме трупы.
— Это не мой дом.
— Зато твои трупы.
— Я уже начинаю жалеть, что тебя спасла.
— Отличная возможность всё исправить. Вот, я даже спиной к тебе встану.
Элли не ответила. Закончив, Сэм выбралась из ямы и вернулась в хижину, где лежали трупы браконьеров. Одного за другим она с трудом вытащила их наружу, едва не кряхтя от усилий, таща за ноги и осторожно ступая спиной вперёд. Раздробленный череп волочился по земле, оставляя в траве кровавый след из ошмётков. В другой жизни это зрелище наверняка показалось бы Сэм чудовищным, но теперь она едва задержала на нём взгляд.
— Не хочешь поучаствовать в обшаривании карманов? Может, узнаем, что эта шайка делала возле Джексона, — предложила Сэм.
Ей всё не давало покоя: решительная Элли из рассказов Эбби никак не вязалась с разбитой и опустошённой девушкой в хижине.
— Почему они тебя преследовали? — уставшее лицо Элли появилось в тёмном проёме окна.
— Я стащила у них карту и банку консервированных персиков.
— Персиков? — в голосе Элли впервые за весь разговор прозвучал неподдельный интерес.
— Я тоже решила, что десерт для них важнее.
У браконьеров нашлись только спички, сухпаёк и горсть патронов для ружей. Сэм сложила всё в кучку на траве, а потом столкнула тела по очереди в яму. Они падали в размокшую грязь с отвратительным чавканьем. Сэм засыпала их землёй и воткнула лопату в изголовье вместо креста.
— Ну что ж, добрыми самаритянами вы явно не были... но хотя бы покойтесь с миром, — пробормотала Сэм и, обогнув хижину, вернулась к своим вещам.
Элли осталась молча стоять у окна.
Без мёртвых мужчин хижина уютнее не стала. По полу растекались кровавые лужи, валялись осколки стекла, а стены испачкали безобразные потёки. И ещё этот запах — приторный, до тошноты сладковатый. Находиться здесь Сэм было не по себе. Она подхватила футляр с гитарой и вышла наружу.
После дождя воздух казался чистым и свежим, и без физической работы лопатой быстро становилось прохладно. Прежде чем накинуть куртку, Сэм скептически её оглядела. Придётся завтра отстирывать кровь в ручье. Элли, конечно, умеет целиться.
В ветвях деревьев зашумел ветер, вдалеке ухнул и сразу смолк филин. Сэм нахмурилась, вглядываясь в поле перед собой. Уши не улавливали ничего, но интуиция подсказывала, что спокойствие обманчиво.
Элли подошла сзади — бесшумная, словно тень. Ремень дробовика пересекал грудь поперек, а оружие покачивалось за спиной. Сэм невольно скосила взгляд на свою винтовку, оставленную у стены хижины. Странно, как быстро враждебность уступила место хотя бы подобию доверия.
— Это моя гитара? — Элли кивнула на футляр.
— Только если ты жила в роскошном обветшалом пентхаусе в полумиле отсюда, — Сэм пододвинула ей футляр. — Думаю, да. Твоя.
В конце концов, она ведь видела рисунки — принадлежать они могли либо Элли, либо кому-то, кто знал её очень близко. Сэм невольно вспомнила про набросок, который спрятала в карман, но решила, что доставать его сейчас будет неуместно.
Футляр недолго оставался без внимания. Элли присела рядом на корточки, откинула крышку и достала гитару. Сэм наблюдала за ней с невольным интересом. Когда весь мир катится в тартарары, особенно странно видеть такие вещи — когда-то обыденные, а теперь такие нелепые, почти чужие. Никого уже не удивишь десятилетним ребёнком с пистолетом на боку, а вот человек, который умеет извлекать мелодии из старого инструмента... вот это действительно редкость.
— Сыграешь что-нибудь? — спросила Сэм. Без двух пальцев зажимать аккорды должно быть мучительно неудобно, но в тот момент она об этом не подумала. Ей показалось, что в инструменте таилось для Элли что-то личное.
— Нужно соблюдать тишину, — та недобро усмехнулась, перехватив гитару обеими руками за гриф, будто бейсбольную биту.
Догадка вспыхнула в голове Сэм яркой искрой. В следующую секунду она уже бросилась вперёд.
— Не надо! — Сэм вцепилась Элли в запястья, не давая поднять руки и ударить гитару о землю. Одного замаха хватит, чтобы хрупкий инструмент раскололся в щепки.
— Отпусти! — прорычала Элли, дёрнув гитару на себя, но Сэм держала крепко.
— Нет!
— Это моя чёртова гитара. И я больше даже не могу на ней играть! — последние слова Элли почти выкрикнула.
Сэм не отпускала. Их лица оказались совсем близко; она видела расширенные зрачки Элли, светлый ободок радужки и чувствовала её горячее дыхание на щеке.
— Если очень захотеть, можно и сыграть, — упрямо бросила Сэм.
— Да что ты понимаешь?! — Элли резко отпустила гриф и толкнула её так сильно, что Сэм едва удержалась на ногах и вынуждена была отступить. В этом движении чувствовалось больше отчаяния, чем злости.
Сэм вернула спасённый инструмент в футляр и с вызовом посмотрела на Элли.
— Ещё как понимаю. — От короткой стычки выбившаяся прядь упала ей на лицо, и она быстро заправила её за ухо. — Самый близкий тебе человек — мёртв. Друзья — мертвы. На руках — кровь. А покоя в душе так и нет. Наверняка видишь их в кошмарах. Всех, кого ты убила.
В следующее мгновение Сэм ударилась затылком о землю — всё произошло слишком быстро, чтобы она успела осознать происходящее. Элли сидела сверху: колено вдавливало живот, под подбородок ткнулось что-то острое. Сэм дёрнулась было к ножу на поясе, но Элли перехватила её руку и прижала к земле.
— Я говорила не только про тебя. Все сейчас так живут, — прошептала Сэм. Каждое слово заставляло холодное лезвие сильнее впиваться в кожу. Элли перехватила нож, прижимая его уже всей плоскостью к горлу. Мир будто стал чётче: цвета, запахи, каждый вздох ярче, чем раньше. Но страха Сэм не чувствовала. Наоборот, едва удерживала улыбку.
Элли заметила, как дрогнули губы у девушки, которую она прижимала к земле, и наклонилась ближе — проверить, не показалось ли. В этот миг Сэм подняла голову, резко сократив последние дюймы между ними, и прижалась к её губам.
Металл обжёг шею, прочертив тонкую линию. Сердце Сэм пропустило несколько ударов, а нож в руке Элли дрогнул. Её губы были сухими и горячими. На мгновение Элли застыла, а потом резко отдёрнулась, словно от удара током.
— Какого?.. Зачем? — Элли была сбита с толку; теперь в ней не осталось ни угрозы, ни злости. Она приземлилась в траву неподалеку, от неожиданности не удержавшись на ногах.
Сэм тихо рассмеялась, приподнявшись на локтях и откинув голову назад. Элли демонстративно вытерла губы тыльной стороной ладони.
— Что угодно, лишь бы выжить, — Сэм провела рукой по шее. На ладони остались следы крови от пореза. Неглубоко и не смертельно. — Ну что, перемирие?
— Иди к чёрту, — Элли рывком поднялась на ноги.
В этот момент из леса донёсся хруст веток под тяжёлыми шагами и глухое бормотание, перемежаемое протяжными стонами.
Сэм резко повернула голову и встретилась взглядом с Элли.
Заражённые.