1 - Джексон
Солнце почти скрылось за горизонтом, окрасив небо над макушками деревьев во все оттенки оранжевого. С востока тянулись мрачные грозовые тучи, в которых мелькали вспышки молний. Через час всё поглотит тьма и хлынет дождь — надо торопиться.
Сэм поудобнее перехватила винтовку и перемахнула через низкую изгородь. Лес остался позади, отгороженный самодельным проволочным забором, который давно никто не ремонтировал. Калитка покосилась и висела на одной петле, а когда-то протоптанная дорожка заросла высокой травой. Сэм убрала за ухо прядь светлых волос, вечно выбивавшуюся из её тугого хвоста.
В сотне ярдов впереди притаился фермерский домик. Сэм сощурилась еще сильнее — глаза у неё и без того всегда казались улыбающимися, словно она вот-вот подмигнёт, — разглядывая издалека облупившиеся стены и потускневшие окна: зато крыша ещё держалась. Теоретически там можно было укрыться от дождя, дождаться пока грозовой фронт пройдёт стороной, а потом двигаться дальше. Но для начала стоило бы понять — далеко ли преследователи.
Интересно, сумеют ли те хотя бы проследить её путь по следам?
Трава почти полностью скрывала Сэм — невысокую, юркую, — пока она пробиралась к домику. Добравшись до него, она ступила на рассохшееся от старости, шаткое крыльцо. На ступеньках она позволила себе на секунду обернуться: тишина, нетронутое поле, выжженое солнцем, и полоска примятой травы, тянущаяся от леса. Держа винтовку наготове, Сэм толкнула плечом дверь и вошла внутрь.
В доме пахло сыростью и запустением. На полу, приглушая шаги, лежал толстый слой пыли. Голые стены будто кричали, что брать здесь давно нечего. Сэм щёлкнула фонариком — проникающий в разбитые окна свет заходящего солнца только отбрасывал на стены длинные тени. На дощатом полу проступала цепочка следов, уходящих на второй этаж. Здесь кто-то был, неделю назад, может меньше. Не те ли самые люди, что преследовали ее сейчас?
По скрипучей лестнице Сэм поднялась на второй этаж. Наступала осторожно, чтобы не провалиться сквозь прогнившие ступеньки. Следы в пыли тянулись во все комнаты, будто тот, кто был здесь до неё, бесцельно блуждал в поисках хоть чего-нибудь полезного. Сэм заглянула в одну комнату, во вторую, в третью. Пусто: голые стены, развороченные шкафы, пыльный матрас, изъеденный молью. Ну, хоть заражённых нет — уже плюс. За последней дверью, в глубине коридора, обнаружилась чья-то мастерская. Следы внутрь не вели.
Комнату загромождали составленные в стопки ящики и коробки, словно кто-то собирался переезжать, но в последний момент всё бросил. На стенах висели карандашные рисунки. Стол был придвинут вплотную к стене. Недалеко от окна лежал футляр от гитары с откинутой крышкой. Сама гитара стояла, прислонённая к подоконнику, а ветер колыхал шторку, то и дело задевая гриф.
Сэм перевесила винтовку за спину и подошла к стене, разглядывая рисунки. Темноволосая девушка, ребёнок, пейзажи... На гвоздике у окна отдельно от остальных болтался карандашный набросок: девушка с короткими волосами до плеч и татуировкой, тянущейся по правой руке до самого локтя.
Сэм протянула руку и осторожно сняла рисунок со стены. Губы тронула лёгкая усмешка: похоже, это и есть Элли. Та самая, за которой цикады охотятся с таким рвением.
Глядя на набросок, Сэм вспомнила, где впервые услышала это имя. Несколько месяцев назад она угодила в медвежий капкан и провела пару недель на единственной оставшейся базе цикад. Те радушно предложили помощь и лекарства в обмен на сведения, которых у Сэм за годы странствий накопилось немало.
Каждый день в лагерь приходили и уходили добровольцы с рюкзаками для дальних переходов. Слушая разговоры в медблоке и за обедом в столовой, Сэм поняла: помимо желания восстановить влияние, цикады отчаянно ищут лекарство. Для неё это выглядело нелепой мечтой, за которой гоняются только безумные фанатики.
Позже она узнала и про Элли — девушку со шрамом над бровью и татуировкой, скрывавшей укус заражённого. Она так и не обратилась. Но вместо нового шанса на жизнь Элли превратилась в мишень.
Очень символично: цикады всё равно летят на свет, не желая признать, что мир уже мёртв.
Сэм умыкнула у них подробную карту местности и сбежала с базы вместе с очередным «поисковым отрядом». Гоняться за мифическим лекарством и тем более убивать ради него людей она, конечно, не собиралась. Трофейная карта могла привести её в городок недалеко от канадской границы — Джексон, где последний раз видели Элли.
Выше в горах находилась военная база. Вот это уже гораздо интереснее: там наверняка можно было разжиться чем-нибудь полезным. Не пропадать же карте, тем более что других планов у Сэм не было.
До окрестностей Джексона Сэм добралась довольно быстро, не столкнувшись в пути с большими трудностями. Нога после капкана больше не болела, и длинные переходы её не утомляли.
Мирный городок раскинулся на реке, у подножия горы. В соседних лесах по-прежнему водилась мелкая дичь и редкие олени. Когда-то, ещё до того, как мир перевернулся с ног на голову, сюда приезжали охотники на открытие сезона. Следы тех времён сохранились до сих пор: по лесу кругом были разбросаны летние домики. Одни сгнили и покосились, другие упрямо продолжали стоять, всё сильнее сливаясь с чащей и становясь частью пейзажа.
Теперь в этих хижинах наверняка ночевали патрули из Джексона, остававшиеся за границами города после заката. Сэм надеялась, что ещё не подобралась достаточно близко, чтобы на них наткнуться. И всё же на пути ей встретились люди.
Сэм заметила их прежде, чем услышала: она поднималась вдоль ручья, и шум воды заглушал посторонние звуки.
Перед охотничьим домиком устроились двое бородатых мужчин в куртках защитного цвета без нашивок. Один свежевал зайца, другой сидел у костра и чистил сапоги. У крыльца стояли две лошади в полной сбруе, нерасседланные. Значит, задерживаться здесь они не собирались.
Кто они? Патруль из Джексона? Но у них не было рюкзаков, так что принять их за мирных путников вроде неё самой Сэм не могла.
Мужчины продолжали заниматься своим делом, не подозревая, что за ними наблюдают. Доверия они не вызывали, а интуиция — первый помощник в мире, где никому нельзя верить. Ружей видно не было, но в их наличии Сэм не сомневалась: не из рогатки же прикончили бедного зайца.
Прячась за деревьями, девушка решила мирно обогнуть хижину и продолжить путь. Лошади нервно прядали ушами, а при её приближении по очереди громко фыркнули, но мужчин это не отвлекло: те даже головы от своих занятий не подняли.
Приоткрытая седельная сумка манила своей доступностью — только протяни руку из кустов.
Ну что ж, сами виноваты. Надо лучше следить за своими вещами.
Выбравшись на открытое место, Сэм первым делом успокоила лошадь, проведя рукой по тёплому крупу. Та переступила с ноги на ногу, но больше никаких признаков недовольства не выказала.
Сэм помедлила мгновение, потом нырнула в седельную сумку и почти сразу наткнулась на карту. Везёт же ей на такие трофеи. Карта перекочевала в карман джинсов: пригодится.
На дне сумки лежали две консервные банки. Сэм повернула одну так, чтобы разглядеть этикетку. Консервированные персики.
Ну ничего себе, «патруль из Джексона»! Попроситься к ним в город, что ли? Может, у них даже кофе найдётся. И шоколад.
Сэм не подумала, что мужчин может быть больше: поспешно сделала вывод по числу лошадей.
Третий ухитрился подкрасться сзади. Видно, ходил к ручью, а на обратном пути шум воды предательски заглушил шаги, которые могли предупредить о его приближении.
Теперь придётся менять планы.
— Эй! — крикнул незнакомец, заметив у лошадей чужую фигуру.
Сэм взвесила в руке банку с персиками, вздохнула с досадой — и с потрясающей точностью метнула её в приближающегося мужчину.
Его товарищи вскинули головы, ещё не понимая, что происходит. Безоружные, только с ножом для разделки зайца, для Сэм они опасности не представляли.
Банка угодила новоприбывшему прямо в лоб и отлетела в сторону. Мужчина пошатнулся, зажал руками свежую ссадину; кровь мгновенно залила глаза, мешая ему разглядеть происходящее.
Сэм прихватила оставшуюся банку, потрепала лошадь на прощание по голове, проскочила мимо раненого и столкнула его в ручей. Потом нырнула в кусты и что было сил бросилась прочь.
В переделки Сэм попадала не впервые — иногда и сама их устраивала. Мужчины поначалу её особенно не тревожили. Она специально углубилась в самую чащобу: так её проще будет выследить по сломанным веткам и примятой траве, зато преследователи не смогут двигаться на лошадях и будут вынуждены идти пешком. Это давало Сэм неплохой шанс оторваться.
Колючки в бороде, заслон из сухих веток под ногами должны были отбить у преследователей всю охоту продолжать погоню. В конце концов, Сэм всего лишь девчонка. Какую угрозу она может представлять?
Но не тут-то было. Мужчины продолжали упорно проламываться сквозь бурьян, несмотря на растущее расстояние: легкой и проворной Сэм не составило большого труда вырваться немного вперёд. Тут уж одно из двух: либо она умыкнула архиважную карту, либо эти ребята во что бы то ни стало не хотели остаться без десерта.
Лес закончился, впереди показались признаки цивилизации: старый фермерский домик, окружённый морем высокой травы и обнесённый лёгким проволочным забором.
Сэм остановилась и обернулась. Хруст веток позади не смолкал, перемежаясь едва слышной руганью. Птицы стихли, приняв громких незнакомцев за сигнал опасности. Сэм не хотелось пока думать об этом, но если преследователи и дальше будут так упорствовать, придётся искать способ от них избавиться. Но это попозже.
Пока всё внимание Сэм переключила на домик в поле: на карте цикад не значилось, что в Джексоне имеются загородные дачи. Неплохо бы заглянуть в гости.
Не то чтобы у Сэм совсем не было инстинкта самосохранения. Скорее, он просто пребывал в спящем режиме.
Домик оказался пыльной заброшенной хижиной, из которой давно вынесли всё ценное. Ничего примечательного... разве что рисунки на втором этаже, оставленные, скорее всего, бывшими жильцами.
Сэм сама себе удивилась, заметив, сколько времени потратила, разглядывая карандашный портрет Элли. А если, и правда, эта девчонка особенная? Но даже если так ― что это меняет для мира, который давно рухнул?
Сэм свернула рисунок вчетверо и вместо того, чтобы бросить на пол, сунула в карман джинсов — рядом с похищенной картой, из-за которой её теперь преследовали.
Может, они наткнутся на домик в поле и решат сделать его конечной остановкой? Заметят свежие следы на полу, тщательно обыщут комнаты, проверят под кроватями и за пыльными шторами — вдруг Сэм решила спрятаться. Осмотр займёт время. Там уже и сумерки опустятся, и ветер с востока пригонит грозовые тучи. На месте незнакомцев Сэм предпочла бы переждать ночь под крышей, а погоню продолжить утром. Но она не на их месте.
Значит, пора заканчивать экскурсию по «художественной галерее» и делать ноги.
Пригнувшись, Сэм осторожно приблизилась к окну и выглянула наружу. Локтем случайно задела гитару — в звенящей тишине тихо дрогнули струны.
Из леса показались две фигуры. Они осмотрелись и перелезли через заборчик — должно быть, в том же месте, где Сэм десятью минутами раньше.
Заметить её они не могли, зато Сэм прекрасно видела чёрные стволы ружей, перекинутых через локоть. Тяжёлая артиллерия.
Интересно, а где третий? Взял лошадей и заходит с тыла? Ещё раз такой номер не пройдёт — пусть даже не надеются.
Прежде чем выйти из комнаты, Сэм уложила гитару в футляр, захлопнула крышку и закинула его на свободное плечо — на другом по-прежнему висела винтовка.
Мужчины тем временем продвинулись вперёд, но ненамного; то ли опасались засады в высокой траве, то ли просто лишний раз перестраховывались. Когда речь идёт о безопасности, о спешке думать не приходится. Ну и правильно, пусть не торопятся.
Сэм выскользнула из комнаты и быстро спустилась по лестнице. Ступени скрипели и стонали под её ногами, но таиться уже не было нужды: важно было только не свернуть себе шею. С этим она справилась — и выбежала из фермерского домика через заднюю дверь, ведущую на заброшенный огород, заросший травой.
Должно быть, когда-то здесь было по-семейному уютно: ровные грядки с кабачками и помидорами, возле крыльца — лейка, вдоль стены лопаты и грабли.
Сэм на миг задумалась: смогла бы она сама вот так осесть на одном месте, ухаживать за посевами, носить широкополую шляпу и притворяться фермером? Скорее уж нет. Сбежала бы через месяц, взвыв от однообразного вида за окном. Такая жизнь не для нее.
Сквозь высокую траву Сэм пробиралась, раздвигая её обеими руками. Нужно было добраться до края поля, пока её голову не заметили из окна второго этажа — отличный ориентир на фоне колышущихся зарослей, даже целиться особо не надо.
К тому же поле, оставленное без присмотра фермеров, было опасно само по себе: здесь невозможно издалека разглядеть заражённого и вовремя отреагировать.
В этот момент пошёл дождь. Первые холодные капли упали Сэм на лицо и руки. Сверкнула молния, и через несколько секунд небеса содрогнулись от раската грома.
За первым полем показалось второе. Придётся сделать крюк и вернуться под укрытие леса. Не то чтобы там её ждал бункер с термосом сладкого чая, но хотя бы капать будет не так сильно.
Если Сэм не уйдёт с открытой местности в ближайшее время, к сегодняшним злоключениям добавятся еще хлюпающие ботинки и насквозь промокшая куртка. Для одного дня многовато.
Стебли травы тяжелели и клонились к земле, прибитые крупными каплями. Дождь набирал силу. Пробираться становилось всё труднее, Сэм старалась не терять темп, отчего сбивалось дыхание.
И тут она заметила хижину, притулившуюся у самой кромки леса. Один этаж, крыша грязно-кирпичного цвета. Может, это и не дом вовсе, а амбар, почти затерявшийся среди деревьев. Казалось, он пятился, пока не упёрся в стену леса, и так там и остался.
Сэм решила рискнуть, пока не начался настоящий ливень. Сняла с плеча винтовку, положила палец на курок. Дверь скрипнула на петлях и закрылась за её спиной. Внутри сразу стало тише: звуки с улицы доносились приглушённо.
С минуту Сэм привыкала к полутьме, разглядывая помещение. К задней двери, заколоченной крест-накрест двумя широкими досками, кто-то придвинул стол, перекрыв путь к выходу. Она сделала несколько осторожных шагов; доски под ногами жалобно скрипнули — привычный звук в старых домах. Краем глаза уловила движение вдоль стены, вздрогнула и вскинула винтовку. Крыса. Всего лишь крыса. Сэм медленно выдохнула сквозь зубы. Никого. Она одна. Сколько ни тренируй себя, а тело реагирует по-своему. Она почти успокоилась, когда грубый мужской голос разорвал тишину:
— Стоять! Не двигаться!
Мощная рука схватила Сэм за шиворот и рывком отдёрнула назад. Она вцепилась в край стола, тот перевернулся и с грохотом рухнул набок, подняв облако пыли.
— Не дёргайся!
Её встряхнули, как тряпичную куклу, и поставили на ноги. Голос пробасил у самого уха, щёку обдало горячим дыханием, пахнущим луком. Сэм не рискнула делать лишних движений: сначала нужно понять, с кем она имеет дело. Один из преследователей? Жаль, что они не успели познакомиться ближе, чтобы она узнала его по одному лишь дыханию. Надо увидеть лицо.
В затылок упёрлось что-то холодное, металлическое. Щёлкнул предохранитель.
— Теперь ты заплатишь.
Вслед за этим прогремел выстрел.