Глава 7
Пайпер крепче сжала пистолет, чтобы рука не дрожала. Она изо всех сил удерживала себя от нажатия курка, хотя Мика этого заслуживал.
Похоже, ее урок о наивности еще не был завершен. Она снова была слишком уверена. Она привыкла к инкубам. Они даже не могли сравниться с деймонами типа Майсиса, Раума или Эша. Но они были по-своему опасны. Она забыла об этом. Она думала, что понимает, на что способна афродизия, но ошибалась. Мика превратил ее в животное, одержимое гормонами, беспомощно потакающее нуждам тела. Если бы у нее не было пистолета, она бы не смогла остановить его. Она бы и не попыталась.
Желание пристрелить мерзавца было почти таким же сильным, как задержавшееся желание его прикосновения.
Она ткнула пистолет в его живот. Он оскалился.
— Начнем, — холодно сказала она. — Когда ты в последний раз видел Эша?
Он обнажил зубы.
— Это о нем? Ты…
— Отвечай! — она прищурилась, сосредотачиваясь изо всех сил на его ответе.
— Я не видел его с той ночи, когда украл у тебя чертов поддельный камень.
Она знала, что он врет, до того, как камень вспыхнул жаром на ее коже.
— Врешь. Когда ты его видел?
— Я сказал…
— Не зли меня, Мика, — она ткнула его пистолетом. — Говори правду, и мы покончим с этим быстрее.
— Восемь дней назад.
Надежда всколыхнулась в ее груди.
— Где?
— Асфодель. Все знают, что он там. Почему ты спрашиваешь?
Она глубоко вдохнула, ей было плохо из-за того, что с местом они угадали, но знать было и радостно.
— Он был в порядке, когда ты его видел?
Он пожал плечами.
— Я лишь мельком его заметил.
Она прокрутила пистолет, прижимая к нему, отталкивая Мику к стене.
— Я хочу настоящий ответ, Мика. Сейчас.
Он с болью вдохнул.
— Он не выглядел здоровым. Я не знаю, что с ним.
Он говорил правду. Она расправила плечи.
— Как Самаэл управляет Эшем?
Мика моргнул.
— Откуда я знаю?
Кулон не отреагировал. Разочарование пылало в ней, Пайпер почти перешла к следующему вопросу, а потом вспомнила, как обошла способности Майсиса видеть правду. Она прищурилась.
— Да или нет. Ты знаешь, как Самаэл управляет Эшем?
— Нет.
Кулон вспыхнул жаром.
— Ложь, — прошипела она. — Говори. Живо!
— Я не могу… не могу! Хватит тыкать меня пистолетом. Самаэл убьет меня, понимаешь? Я узнал случайно.
Она медленно вдохнула. А потом подняла пистолет и сунула под его подбородок, заставляя отклонить голову.
— Ты скажешь мне, Мика, или я пристрелю тебя. Самаэл может убить тебя позже, но я убью тебя сейчас, если ты не ответишь.
Мика тихо зарычал.
— Хорошо. Я тебе скажу, раз ты так настаиваешь. Эш никогда не будет перечить Самаэлу, но только из-за того, что всесильный дракониан сентиментален.
— Как это понимать? — осведомилась она.
— О, это большой секрет, — он скалился, стараясь скрыть тревогу. — Самаэл не хочет, чтобы хоть кто-нибудь знал. Видишь ли, все думают, что она мертва.
Пайпер похолодела.
— Кто?
Улыбка Мики была жестокой.
— Сестра Эша.
— Невозможно, — слабо прошептала она.
— Очень возможно, — сказал Мика. — Редкие знают, что она живал. Если Эш будет хорошо себя вести, Самаэл ее такой и оставит. Когда Эш лажает, Самаэл не наказывает Эша. Он наказывает невинную сестренку.
Пайпер сглотнула. Конечно, Эш предал ее, чтобы украсть Сахар.
— Ты все получила, — сухо закончил Мика. — Я узнал случайно, подслушал разговор. Если Самаэл поймет, что я знаю, он меня убьет. Обрадуешься?
Она нахмурилась и отступила. Но пистолет не опустила.
— Плакать точно не буду, — фыркнула она. — А теперь с глаз долой, пока я не решила, что хочу сделать дальше.
Он издал недовольный звук, убрал руки от груди. Сверкнув зубами в оскале, он повернулся…
И вернулся так внезапно, что она смогла лишь дрогнуть. Его ладонь сжала ее руку, ногти впились в кожу. Он поднял рывком ее руку и насмешливо поцеловал, как лорд, приветствующий леди.
— Отлично, как всегда, Пайпер.
Его хватка была крепкой до боли. Она поздно подняла пистолет, но он уже отпустил. Холодно, как кот, улыбаясь, он поправил одежду и вскинул бровь.
— Последнее, Пайпер, — заговорщически сказал он. — Узнай, что такое Кровавый поцелуй. Лучше узнай это до того, как пойдешь за Эшем.
— О чем ты? — рявкнула она.
— Та-дам, — пропел он. Помахав рукой, он пошел глубже в темный коридор. Она провожала его взглядом, сердце колотилось. Он пропал во тьме. Ушел. Слава богу.
Дрожа, Пайпер опустилась в облачке белого шелка. Чтобы не дать ей победоносно уйти, он показал напоследок силу и скорость деймона. Она повернула руку и увидела пятно крови на запястье, где ее задело кольцо на его указательном пальце. К утру появится синяк в форме его ладони. Она посмотрела на пистолет и чуть не заплакала, радуясь, что взяла его. Она была глупой. Загонять в угол инкуба в пустом коридоре? Ей повезло, что все не прошло еще хуже.
Глубоко дыша, Пайпер прижала ладонь к груди. Тело болело. И сердце.
Теперь она понимала, что ни Вейовис, ни Эш не говорили, что его сестра мертва, Пайпер сама сделала такой вывод из их слов. Теперь были понятнее слова Вейовиса. Когда Эш попытался сбежать с сестрой, он был так ранен, что не мог продолжать. У Вейовиса было два варианта: спасти сестру Эша и забрать в безопасное место или исцелить Эша, обрекая его и его сестру на возвращение в ад, из которого Эш старался сбежать. Конечно, Эш ненавидел Вейовиса за этот выбор.
Она теперь понимала, что освободит Эша: спасение его сестры. Но как? Она не могла рассчитывать на помощь Эша. Он может даже играть против них. Ему придется слушаться Самаэла. Он не мог перечить, иначе заплатит сестра.
Она взяла себя в руки, спрятала пистолет и встала на ноги. Она поправила платье и вытерла пальцами мокрые щеки. Они были черными. Ее макияж точно испачкал все лицо. Она потерла щеки, зная, что это бесполезно. Ей нужно было вернуться. Все увидят ее испорченный макияж и начнут сочинять истории о том, что случилось.
Еще одна слеза покатилась по щеке. Она была такой глупой. Почему она не позвала Майсиса с собой против Мики? Почему решила, что справится сама? У нее не было магии. Она не могла состязаться с деймонами. Обвив себя руками, она глотала слезы. Она ощущала себя грязной, жалкой и слабой. Бесполезной.
Подошва шаркнула об пол за ней. Она развернулась.
Квинн стоял в десяти шагах и смотрел на нее. Пайпер смотрела на отца огромными глазами. Она не могла разобрать выражение его лица в тусклом свете, но могла его представить. Ее затопило унижение. Она развернулась и закрыла лицо руками. Опустив плечи, она тихо вытирала слезы. Почему? Почему он нашел ее сейчас?
— Пайперель.
— Уйди, — выдавила она.
Миг тишины, а потом он пошел. Его шаги приблизились, замерли рядом с ней. Она напряглась, в любой миг ожидая взрыв. Вместо этого его голос был тихим и нейтральным. Может, даже почти добрым.
— Идем, Пайперель. Идем домой.
Она подняла голову, хмурясь. Он коснулся ее плеча, двигая ее в сторону, куда ушел Мика.
— Но…
— Мы не будем ни о чем говорить этой ночью, — перебил он. Она пыталась понять его тон. — Мы обсудим случившееся завтра.
Она всхлипнула.
— Отец, я…
— Знаю, Пайперель. Я знаю, какой Майсис. Думаешь, почему я годами предупреждал тебя насчет деймонов?
Она вытерла слезу, все еще не зная, улавливает сочувствие или разочарование. Может, все понемногу. Она открыла рот, чтобы спросить, как он ее нашел…
Крики донеслись из бального зала.
Пайпер и Квинн повернулись к свету в конце коридора. Где-то там зло кричал мужчина и выла женщина.
— Что происходит?
Лицо Квинна было мрачным.
— Четверо рухнули за последние двадцать минут. Они подозревают убийцу.
— Убийца здесь?
— Да. Нам нужно идти.
— Хорошо, — прошептала она с большими глазами.
Конечно, он пошел искать ее. Разве охрана не должна была предотвратить такое? Крики показывали, что хотя бы один страж пал, а то и хуже. Она ускорилась. В конце коридора пожарный ход вел на пустую лестницу с выходом наружу. Они выбрались на свежий ночной воздух, удивив четырех стражей, Пайпер была рада оказаться здесь. И она не горела желанием идти на этот праздник в следующем году.
* * *
Машина ехала тихо. Пайпер смотрела в окно. Ей стоило переживать из-за убийц, что пробрались на праздник, но она могла думать лишь об Эше. Она всегда обижалась на его мрачное поведение, думала, что притворство. Теперь было понятнее, почему она ни разу не слышала его смех. Тревога билась в ее голове, но она ничего не могла сейчас сделать. Ей нужна была вся возможная поддержка. Спасение Эша — и его сестры — требовало плана. Может, Лир будет знать, с чего начать.
Она нашла бумажный платок и бутылку воды и принялась оттирать тушь со щек, пока машина ехала по темному городу. Квинн смотрел вперед, стиснув зубы.
Пайпер не сразу решилась нарушить тишину:
— Ты знаешь, кто пострадал?
Он оглянулся.
— Три Надземных деймона и политик, симпатизирующий Надземному миру, — пауза. — Один из деймонов был кузеном Майсиса.
Ее глаза расширились.
— Отравлены?
— Скорее всего.
Она сглотнула.
— Кто мог это сделать?
Она потерла пострадавшее запястье. Если смог пробраться Мика, это мог сделать и убийца.
— Без доказательств подозревать можно любого.
— Наверное, это был Самаэл, — мрачно сказала она.
Квинн взглянул на нее краем глаза.
— Почему?
— Он же ненавидит надземных деймонов? Особенно семью Ра. Они заставили его отдать Сахар.
До атаки на Консульство пять недель назад семьи Аида и Ра согласились запечатать Сахар, чтобы его никто не получил. План не удался.
— Самаэл не стал бы отправлять убийц из мести, — сказал Квинн. — Правящие семьи осторожны, не стоит разбрасываться обвинениями. Самаэл участвовал в переговорах насчет Камня, как и семья Ра.
— Ты его встречал?
— Нет. Он присылал представителей.
— А еще он организовал кражу Сахара до того, как его заперли, так что переговоры были не из добрых побуждений.
— У меня есть причины верить, что Ра устроили то же самое. Самаэл просто действовал первым. Они не хотели лишаться Сахара.
— Но…
— Потому я создал несколько фальшивых Камней заранее. Если бы мне не помешали Гаяне, я смог бы запечатать Камень, к недовольству семей Аида и Ра, — он вздохнул.
— Ты не считаешь Самаэла злым? — медленно спросила она.
— Не хуже других деймонов-правителей. Они амбициозные, жадные, желающие власть. Но я могу так же сказать о людях, получивших власть здесь.
Пайпер сжала кулаки.
— Самаэл — зло. Ты не знаешь, что он делает с драконианами? Он держит их как рабов.
— Это слух.
— Это правда! Он держит сестру Эша в плену, чтобы заставлять его…
Квинн повернулся к ней, не обращая внимания на ухабистую дорогу, водитель повернул на длинную улицу, ведущую к Консульству.
— Эш — наемный убийца, — его лицо было строгим. — Он помогал тебе, но он известен как убийца.
— Но Самаэл…
— Хорошо ему платит, уверен.
Она закрыла рот, кипя.
— Ты все еще видишь деймонов черными и белыми, — сказал он. — Самаэл не зло. Эш не невинен. Никто не только хороший.
— Эш спас мне жизнь, — упрямо сказала она.
— Да. Это стирает жизни, которые он отобрал до спасения твоей?
Ее желудок сжался.
— У него не было выбора. Самаэл заставил его.
Квинн вздохнул, машина остановилась.
— Мы можем обсудить это позже.
Она хмуро скрестила руки, а он вылез из машины. Пайпер тоже вылезла и поправила платье, холодный ночной ветерок окутал ее. Было почти одиннадцать ночи. Она решила, что позвонит Лиру, как только войдет, а потом ляжет спать. Она пошла за Квинном к крыльцу. Они добрались до двери, ее внимание привлекла трель вдали. Пайпер огляделась. На углу дома стояла тень дракончика. Цви издала трель снова, звук был требовательным.
— Секунду, — сказала она отцу. — Цви меня зовет.
— Зачем? — спросил он, хмурясь.
— Кто знает? Может, дядя Кальдер закрыл мое окно, или что-то еще. Я посмотрю.
— Скорее.
Она кивнула и неловко пошла на каблуках, пока Квинн ждал на крыльце. Цви секунду смотрела на нее, а потом юркнула за угол, пропав из виду и издав трель.
— Цви, — позвала Пайпер. — Погоди.
Она забежала за угол. Цви двигалась впереди нее, останавливаясь через каждый двадцать ярдов, чтобы проверить, идет ли Пайпер за ней. Она издала трель снова, золотые глаза сияли.
— Что такое? — выдохнула Пайпер.
Цви побежала снова, направляясь к лесу на границе владений Консульства. Дракончик остановилась на краю леса, щебеча. Пайпер замедлилась, приближаясь. Кожу покалывало.
Среди деревьев была тень. Пайпер замерла в трех шагах от ближайшего ствола.
Тень переместилась, приняла силуэт человека. Луч света коснулся ее лица.
Сердце Пайпер затрепетало. Она не могла дышать.
— Эш? — прошептала она.
Он кивнул, темные волосы упали на глаза. Он посмотрел мимо нее, когда отец крикнул ей поторапливаться. Радость раздула ее грудь так, что Пайпер едва дышала.
— Эш! — охнула она. — Я думала… Как ты сбежал? Я…
Он посмотрел на нее и слабо улыбнулся. Он выглядел замучено, был бледным. Что Самаэл с ним сделал? Она потянулась к нему, желая коснуться, понять, что он настоящий, что он, наконец, в безопасности. Он поднял руку к ее руке, не сводя взгляда.
Их пальцы не успели соприкоснуться, ее каблук провалился в землю. Она пошатнулась, посмотрела на землю, чтобы не упасть. Взгляд упал на Цви, стоящую рядом с Эшем, напряженно глядящую на нее. Желудок Пайпер сжался.
Дракончик был слишком большим для Цви.
Она отпрянула, Эш схватил ее за руку. Размахивая руками, Пайпер отшатнулась, уходя от него. Он не последовал на ней, не вышел из леса. Только смотрел. Стиснув зубы, она искала подсказу. Выражение его лица не изменилось, он терпеливо ждал. Она снова посмотрела на дракончика.
— Хорошая попытка, Раум, — прорычала она.
Он склонил голову. Он не убирал иллюзию, не признавал правду. Сомнения затрепетали в ней. Это мог быть Эш? Но дракончик точно не был Цви.
— Где Цви? — осведомилась она.
— Пайперель?
Она в панике оглянулась, Квинн выходил из-за угла дома. Он заметил ее и тень в паре футов от нее. Он побежал. Дракончик размытым движением промчался мимо нее. Его вдруг окружила черная вспышка света.
Дракон появился из темного волшебного огня. Он расправил огромные крылья и взревел. Квинн застыл, безумно пятясь, дракон шагнул к нему.
— Пайперель! — завопил он. — В дом!
— Отец! — завопила она.
Дракон прыгнул к нему. Квинн пригнулся, перекатился и встал на ноги, бросил голубой шар огня в голову дракона. Огонь скользнул по чешуе, не навредив.
— Пайпер.
Она повернулась к иллюзии Эша, скалясь.
— Голос тебя выдал, Раум. Хватит. Отзывай дракона!
Он смотрел на нее глазами Эша.
— Нет.
— Ты…
Он вытянул руку.
— Идем, Пайпер. Если откажешься, Нили убьет твоего отца.
— Ты не убьешь Главного консула, — она пыталась скрыть панику. Дракон за ней взревел.
— Я — нет. Но обезумевший дракончик Эша мог бы. У нее не осталось хозяина, и драконианы знают, что дракончик, долго разделенный с хозяином, становится нестабильным.
— Это не Цви. Это твой дракончик.
— Кто скажет? Даже тогда… — он указал на свое лицо, скрытое иллюзией. — Эша видели на сцене жестокого убийства. Все знают, что он убийца, и теперь он обезумел.
— Но, если бы Эш убил Главного консула, это выглядело бы как заказ Самаэла, — выдавила она.
— Нет. Самаэл докажет, что не отдавал такой приказ, лично казнив убийцу. Удобное решение многих проблем.
Паника сдавила ее легкие.
— Мерзавец, — прошипела она.
— Время, — он поманил ее пальцами. — Считаю до трех.
— Пайперель, — кричал Квинн. — Пайпер, уходи!
— Один, — сказал Раум.
Дракон зарычал. Воздух загудел, Квинн применял магию.
— Два.
— Ты мог просто схватить меня, — процедила она. — Я стою здесь. Если тебе мешали бы земли Консульства, ты не пытался бы убить моего отца на них.
— Я мог бы, — тихо согласился он, — но Самаэл предпочел бы, чтобы ты пошла по своей воле.
— Что? Почему?
Тень мелькнула в его глазах.
— Самаэл умеет ломать дух.
Она стиснула зубы, ненависть кипела в ней, борясь с ужасом, который она едва сдерживала.
Раум перевел взгляд на отчаянный бой за ней.
— Три, — сказал он.
Квинн закричал от боли. Пайпер развернулась, а дракон отбросил ее отца на землю. Голова поднялась, пасть целилась в голову Квинна.
— Нет! — завизжала она. Пайпер бросилась к Рауму.
Его руки сомкнулись вокруг нее. Он рявкнул приказ дракончику. Дракон отпрянул, вскочил, и крылья забили по воздуху со звуком грома. Квинн в панике посмотрел на Пайпер, пока Раум держал ее. Он посмотрел на дракониана, и его глаза расширились.
— Аштарот, — прорычал он.
— Нет, — в отчаянии завопила Пайпер. — Это не…
Раум отпрянул в лес. Он закинул ее на плечо и побежал. Она яростно размахивала руками и ногами, но он крепко прижал ее руки и удерживал на плече. Темные деревья проносились мимо. Она кричала от страха и злости.
Другие побежали рядом с ними. Четверо солдат Раума окружили их, оружие было в руках, они разглядывали тени. Среди них была женщина, которую ранила Пайпер, она уже была здоровой. Раум не замедлился, он едва замечал препятствия. Его темп не изменялся, пока они не выбрались на полянку. Раум быстро остановился, разбрасывая мокрую траву. Он бросил Пайпер на землю.
Она рухнула на спину, охнув. Иллюзия лица Эша пропала. Бледно-голубые глаза Раума прожигали ее, длинный шрам шел от его виска до челюсти, портя красивое холодное лицо. Он поднял черный шарф, скрывая нижнюю половину лица. Его дракончик уменьшился и вылетел из тьмы на его плечо.
Она села и схватилась за край платья. Она выхватила пистолет из кобуры и направила его на Раума. Она нажала на курок. Звук выстрела взорвался в тишине ночи.
В тот же миг воздух зашипел магией. Пуля попала по щиту, что Раум поднял между ними. Сила сбила его на шаг, пуля отлетела во тьму.
Ладони обхватили ее руку, не дав сделать следующий выстрел. Пайпер яростно вопила, два деймона выхватили у нее пистолет. Еще один схватил за руки и завел их за ее спину. Пайпер пыталась вырваться, но они были сильными.
Раум подошел ближе и опустился на ее уровень. Он без эмоций схватил ее за челюсть.
— Поздно бороться, — пробормотал он. — Ты теперь принадлежишь Самаэлу.
— Как ты? — рявкнула она.
Тень снова мелькнула в его взгляде.
— Да, — согласился он.
Его глаза помрачнели, кожу покалывало там, где касалась его рука. Пайпер ощутила, как чары впитываются в мозг с волной сонливости.
— Его тут нет, — тихо прошептал Раум, пока она боролась с туманом в голове, — Я дам тебе совет вместо Эша.
Пайпер ощущала, как мышцы становятся обмякшими. Ее голова упала на его плечо. Он придерживал ее за челюсть, сплетая чары.
— Ты не можешь бороться с Самаэлом силой, — прошептал он. — Покорность — твое единственное оружие. Помни это, и ты можешь выжить.
Тьма закрыла ее глаза. Мир пошатнулся вокруг нее.
— Но я сомневаюсь в этом, — тихо добавил он.
Все почернело.