Берегите капитаншу
Ты сидела на палубе «Чёрной жемчужины», в тени паруса, слегка прижимая руку к животу. Волны качали корабль, чайки кричали где-то вдалеке, а вокруг суетилась команда. Никогда ещё матросы не выглядели такими внимательными и… осторожными.
— Осторожнее! — рявкнул Гиббс на юнгу, который попытался пробежать мимо тебя. — Ты что, слепой? Не видишь, капитанша отдыхает?!
Юнга, красный как рак, извинился и убежал подальше.
Ты улыбнулась — команда Джека относилась к тебе как к сокровищу, и это было приятно, пусть иногда и слишком навязчиво.
Но больше всех, конечно, старался сам капитан Джек Воробей.
Он появился рядом так тихо, что ты даже не заметила, как он сел напротив. В руках он держал кружку с водой (на удивление, не с ромом).
— Пей, любовь моя, — торжественно произнёс он. — Не то солнце сожжёт тебя, и что же тогда я буду делать?
— Джек, — рассмеялась ты, — я не сахарная фигурка, со мной всё в порядке.
— Неправда, — заявил он с видом великого лекаря. — Ты носишь моего наследника. Или наследницу. А это значит — никакой работы, никаких тяжестей, никаких волнений.
— Но я просто сидела…
— Именно! — он поднял палец к небу. — Продолжай сидеть. Сидеть у тебя получается великолепно.
Ты закатила глаза, но позволила ему вложить кружку в твою руку.
В этот момент мимо проходил один из матросов с корзиной фруктов. Джек мгновенно вскочил и выхватил у него яблоко.
— Отличная идея! — сказал он. — Моя жена должна есть только лучшее.
— Но это было моё… — пробормотал матрос.
— Теперь это её, — улыбнулся Джек и торжественно протянул тебе фрукт.
Гиббс усмехнулся с борта:
— Никогда не думал, что увижу день, когда Джек Воробей заботится о ком-то больше, чем о роме.
— Это потому, что ром не может родить мне наследника, мистер Гиббс, — парировал Джек и гордо обнял тебя за плечи.
Команда засмеялась, но ты заметила, что смех был добрый, тёплый. Они действительно переживали за тебя. Иногда даже чересчур — один предлагал подушку, другой хотел построить тент, третий тащил одеяло.
— Я, кажется, избалуюсь, — прошептала ты Джеку, когда он накрыл тебя своей шляпой от солнца.
Он наклонился, его глаза искрились хитростью, но голос был необычно мягким:
— Ты моя жена. И мать моего ребёнка. Если мир вдруг решит обидеть тебя — я переверну его вверх дном.
Ты улыбнулась и прижалась к нему. И в тот момент поняла: каким бы безумцем ни был Джек Воробей, он действительно умел любить так, как не умел никто другой.