Капитанская ревность
Быть женой капитана Джека Воробья — значит привыкнуть к его вечным странностям. Но даже ты не ожидала, что он может ревновать… к собственной команде.
Ты всегда была доброй — помогала раненым матросам, делилась водой и даже могла выслушать истории о том, кто как попал в пиратскую жизнь. Для тебя это было естественно — заботиться, ведь в море все зависели друг от друга.
Вот только Джек видел это совсем иначе.
Однажды вечером, когда ты перевязывала плечо Гиббсу, который умудрился пораниться о собственный крюк, капитан появился из каюты. Он молча смотрел, как ты аккуратно накладываешь повязку, а потом вдруг шагнул вперёд, резким движением отодвинув Гиббса в сторону.
— Достаточно, спасибо, дружище, — с его фирменной улыбкой сказал Джек. — Она моя жена, не медсестра на весь корабль.
Гиббс заморгал, но, понимая, что спорить с капитаном бессмысленно, тихо ретировался.
— Джек, — ты нахмурилась, — ты что творишь?
— Я? — он театрально развёл руками. — Я всего лишь защищаю честь своей жены.
— От Гиббса? Ему пятьдесят лет, у него больная спина!
— Вот именно! Он слишком слаб, чтобы работать, но достаточно умен, чтобы прикинуться бедняжкой и получить твоё внимание! — заявил Джек с такой серьёзностью, что ты чуть не рассмеялась.
На следующий день история повторилась. Один из молодых матросов попросил у тебя помощи с парусами. Ты, конечно, согласилась. Но едва ты коснулась каната, как рядом возник Джек.
— Прекрасная идея, мой мальчик, — сказал он матросу, — но если хочешь, чтобы моя жена помогала тебе, лучше сначала научись держать верёвку сам, а не показывать ей свои мышцы.
— Джек! — возмутилась ты.
— Что? Я всего лишь наставляю команду, — парировал он, хитро прищурив глаза.
Вечером, когда вы остались вдвоём в каюте, ты не выдержала:
— Джек, ты ревнуешь.
Он сделал вид, что ужасно обиделся:
— Я? К этим оборванцам? Невероятно! Я — капитан, легенда, я…
— Ты ревнуешь, — перебила ты, улыбаясь. — И знаешь что? Это даже мило.
Он замер, потом склонился ближе и прошептал у самого уха:
— Ты моя. И я не собираюсь делить твою доброту ни с кем. Даже если это просто перевязки и улыбки.
Ты рассмеялась и, прижавшись к нему, прошептала:
— Тогда не мешай мне заботиться о твоей команде, капитан. Ведь без них твой корабль далеко не уплывёт.
Джек вздохнул, как человек, которому только что объяснили очевидное. Но потом хитро подмигнул:
— Ладно. Но если хоть один из них улыбнётся тебе слишком широко — я вышвырну его за борт. С балластом, так сказать.