V
Столь редкому счастью не было предела, Градимир дышал полной грудью, он почувствовал себя свободным ото всех только сейчас, хоть и покинул родную деревню целых пятьдесят лет назад. Запах пшеницы напоминал ему мать и сестру. А яблоня неподалеку напоминала об отце и его учениях. Только сейчас он не думал об их смерти, а думал о тех счастливых часах и минутах, проведенных с ними. Спустя столько лет он обрел мудрость, все они прожили прекрасную жизнь, все моменты, связанные с ними, поистине прекрасны.
Пролежав на поле, усеянном пшеницей, пару часов, Градимир вспомнил о своей нынешней голодавшей семье. Если коровы с овцами могут пожевать травы, то мопс Уилфред не любит траву и ждет хозяина.
Сорвав пару пучков пшеницы с особенной любовью, как делал вместе с матерью, Градимир направился обратно, к яблоне. Исследуя лес с отцом, Градимир тогда мог забраться на дерево и собрать все яблоки. Сейчас прыжок или любой скачок вымотали бы старика, и ему бы не хватило сил на возвращение в долину. Поэтому он и собрал только те яблоки, до которых смог дотянуться.
Бросив последний мимолетный взгляд полный радости и удовлетворенности на пшеничное поле, Градимир побрел в свою долину пешим шагом. Пытаясь залезть на дерево, чтобы перейти лес по веревочным лестницам, он рисковал обронить набранные припасы.
В родной долине все еще лежал не растаявший снег. Ходьба по нему вызывала у Градимира особенное чувство, скрип ободранной подошвы приносил ему радость. Снег шелестел, словно листья на деревьях, этот звук давно полюбился Градимиру. А в исполнении снега шелест был не просто прекрасен, а великолепен.
Вскоре стал слышен чужой топот о мокрый снег. Это Уилфред учуял старика по запаху. Собака прыгала, радостно гавкала и бегала у ног давно ушедшего хозяина. В его отсутствие, Уилфреда не морил голод, его мучило одиночество без любимого человека.
При виде хозяина, коровы тоже ожидающе замычали. Градимир погладил и Ночку, и Ветра, а затем занес все набранное в дом. Одно яблоко он положил в миску Уилфреду, которое собака стала грызть с небывалым умилением, остальные же он оставил на столе в деревянной тарелке. Грибы тоже попали на стол, а вот два пучка пшеницы остались в корзине, в память о маме.
Выйдя на улицу, Градимир вдохнул этот прекрасный свежий воздух полной грудью, снег придавал воздуху небывалую свежесть. Жара давно утомила Градимира за всю его долгую жизнь. Холод – это все, о чем он мог мечтать. Любые ветра он встречал с истинным наслаждением, а радость во время снега была непередаваема.
Подойдя к роднику, защищенному от снега миниатюрной деревянной крышей из дощечек, Градимир испил воды. Потом он лег на землю и стал наслаждаться холодом, который пробирал всю его дряхлую спину. Закончивший трапезу пес прибежал к хозяину, запрыгнул на него и стал любяще и по-детски облизывать лицо, словно благодаря за вкуснейший деликатес.