VI
В долину Градимира вновь пришла весна. На дворе значительно потеплело, приятный восточный ветер ласкал листья, а кролики повылезали из нор и стали бегать, радуя Градимира топотом своих лап.
Теперь Градимир посещал ту поляну почти каждую неделю, довольствуясь сочными красными яблочками и прекрасным ароматом свежей пшеницы. Его животным тоже очень полюбились яблоки, особенно мопсу Уилфреду. Собака больше предпочитала их, нежели свежие ягоды или грибную похлебку.
С того самого дня, как выпал снег, Градимир спал спокойно. Воспоминания больше не терзали его душу, только приносили радость.
Пришла весна, и Ночка стала охотно нести молоко и не только ночами, а даже днями. С едой, у Градимира, теперь также не было проблем. Яблоки он брал с той самой яблони из соседней долины, и даже посадил свою яблоню вблизи дома, через пару лет она должна была принести свои первые плоды. Весна принесла в долину множество различных ягод и грибов, теперь не нужно было ходить в чужую долину за припасами.
Уилфред чувствовал счастье хозяина и пытался помогать по хозяйству. Калитки в загоны к овцам и коровам он открывал сам. Ведра с корзинами он таскать не умел, но зато открывал дверь в дом. Из родника он пил самостоятельно, лишая Градимира обязанности наполнять миску. Когда хозяин забывал положить в миску ягоды, яблоко или грибную похлебку, Уилфред довольствовался свежей травкой.
Сегодняшний день закончился достаточно быстро, для весны это было редкостью, обычно дни были долгими, даже затянутыми. Градимир подоил Ночку, повесил отцовскую куртку на балку загона, отнес молоко в дом и стал ложиться спать. Уилфред укладывался на хозяина и, только тогда, Градимир укрывался. С того самого, снежного дня, каждую ночь Уилфред был одарен доброй улыбкой хозяина, хотя раньше в его лице он видел лишь печаль, тоску и пятидесятилетнюю скорбь.
Полночи уже миновало, рассвет был не за горами, Градимир и Уилфред сладко спали, как вдруг собака учуяла незнакомый запах и залаяла.
Градимир вскочил с постели, осмотрелся и кинул удивленный взгляд на собаку.
Не переставая громко лаять, Уилфред чувствовал продвижение этого самого запаха.
В один момент входная дверь выпала из проема. В дом вошли два человека в камуфляжной одежде с ружьями и скинули Градимира с кровати.
Хозяин незаметно спрятал собаку под кровать и повернулся.
- Ну, здравствуй, старец, древний житель леса. И каково же тебе здесь живется? Может, и мне перебраться? – спросил один из разбойников. А затем заговорил со вторым, - Смотри-ка, глаза те же, да и на морду ничуть не изменился. Ей-богу, седая копия с рисунка. Вот что значит спокойная, непомеченная лихолетьем, тихая старость. Это ведь ты, верно? – разбойник показал Градимиру рисунок углем.
На картинке был сам Градимир, но еще маленьким мальчиком, учившимся, в то самое время, тайнам леса и премудростям различных трав.
- Ты, Градимир, верно говорю? Градимир Велимудрович, если быть точным, – заговорил второй и краем глаза заметил маленького мопса под деревянной кроватью. – Отвечай немедля, иначе твоей псине конец! – сказал он, взяв Уилфреда за шкирку и подставив дуло к его маленькой голове.
- Я... это я Градимир Велимудрович... - с трудом проговорил Градимир, не использовавший речи много лет.
- Так значит, это ты... - продолжил разбойник, отпустив Уилфреда. – Как же ты умудрился найти такое хорошее место, мы ищем тебя практически с рождения, Градимир Велимудрович.
Освободившись из злых рук, Уилфред выбежал из дома и спрятался в ближайшие кусты.
- Что вам... от меня надо?.. Я спокойно живу в лесу... уже больше пятидесяти лет... никого не трогаю... - еле-еле говорил Градимир, запинаясь и откашливаясь на каждом слове. Горло было не приспособлено к непринужденной беседе. – Это вы... верно? Вы те разбойники...
- О нет, Градимир, мы не те разбойники. Они умерли еще лет двадцать назад, мы их сыновья. И, сколько мы себя помним, отцы каждое утро уходили в лес, а возвращались поздней ночью. В тех лесах они искали одного человека. И вот, спустя столько времени, мы нашли тебя, Градимир.
- Зачем вы пришли?.. Катитесь к черту, ради бога... Я не трогаю вас... а вы не трогайте меня... - сказал Градимир, постоянно закашливаясь.
- Разве ты еще не понял? Велимудр совершил плохой поступок, пятьдесят лет назад, устроил бунт на всю деревню против наших отцов, и они тогда были с позором выгнаны, за что твоя семья и была сожжена. После чего ты трусливо сбежал в лес. Я, с малых лет, не могу понять, зачем ты ушел? На твоей стороне была вся деревня, а еще у тебя был родной дядя, его звали, кажется, Уилфред, точно... - сказал старший охотник.
Только сейчас Градимир вспомнил о своем дяде Уилфреде, который любил его и заботился о нем. У Велимудра было два старших брата, разъехавшихся по разным городам. Когда Градимиру было пять, младший из братьев вернулся. Он учился у отца раньше, чем Велимудр, оттого и знал больше, после помогая в познаниях леса маленькому Градимиру.
Сейчас Градимир и сам не понимал, отчего же он не остался с дядей. Только сейчас, в самый последний момент, он вспомнил любимого дядю, который порою проводил с ним больше времени, чем родной отец, занятый работой.
- Не хочешь отвечать, никто и не просит. Просто посиди смирно, пока мы тебя подожжем, – попросил младший разбойник.
- Что ты сказал? Вы хотите и со мной покончить?.. Причем, тем же образом?.. Видно, не ошибся я в вас, в людях. Жестокость, страх и ярость повелевают вами.
- К сожалению, такова наша сущность. Мы обещали отцам найти тебя и сжечь, как они однажды сожгли твоего отца, – сказал старший и достал из кармана коробок спичек.
Градимир напал на него, ударив в живот. Младший разбойник выстрелил ему в правую ногу. Градимир упал на, и без того, больные ноги, скорчившись от мучительной боли.
Младший охотник облил весь дом керосином, а старший кинул горящую спичку. Выбежав из дома, они стремглав помчались на восток, через минуту их и след простыл.
Из самых последних сил, Градимир стал выползать из дома. Ветхой, затекшей под весом тела, рукой он открыл дверь и выполз на улицу.
Взглянув в лицо хозяину, Уилфред открыл калитки в загоне коров и овец. Животные жалобно мычали и визжали, окидывая любящего хозяина последним взглядом. Овцы и коровы облизнули обреченного Градимира и убежали прочь.
С хозяином остался только Уилфред, он жалобно и тоскливо скулил, зная о предстоящем прощании с любимым человеком. Он схватился зубами за его майку и поволок.
- Нет, Уилфред, нет, оставь меня, отпусти. Мне было суждено умереть уже давно. Я должен умереть в огне, понимаешь? Ты не умрешь вместе со мной... Иди... Беги вдаль, найди какую-нибудь деревню, свой новый дом... - поцеловав Уилфреда в мохнатый лоб, Градимир швырнул его вперед со всей нежностью.
Любовь к хозяину терзала душу Уилфреда всеми возможными способами. С каждым шагом, он оборачивался, бросая грустный, тоскливый, сожалеющий, полный одиночества взгляд. Всю свою собачью любовь он отдавал этому человеку, а теперь он умрет, исчезнет из его жизни навсегда.
Градимир подполз к коровьему загону и снял с балки отцовскую куртку. Его глаза наполнились горькими слезами счастья и грусти. Укрывшись курткой отца, он вспоминал семью, теперь и дядю Уилфреда, все моменты, проведенные с ними. Как и в последнее время, он вспоминал семью с радостью. Несмотря на их смерть, в его жизни были коровы, овцы и мопс Уилфред, любящие его всем своим сердцем. Градимир больше не мог быть с ними, оттого его слезы были наполнены еще и грустью. Последний взгляд Градимира упал на горящий дом, он вспомнил маленького Уилфреда-найденыша в темном лесу, в этом горящем доме он перевязывал его вывихнутую маленькую лапку. На сморщенном, покрытом слезами, лице Градимира мелькнула последняя улыбка.