6 глава.
Уже дома, захлопнув за собой дверь, Кэтрин пулей взлетела по лестнице, даже не поздоровавшись с мамой. В комнате — привычная безопасность: мягкий свет, её кровать, зеркало, стол. Но теперь всё казалось тесным и душным.
Она достала телефон и начала судорожно его проверять — не установлено ли что-то лишнее, не включен ли GPS, не активирована ли камера. Всё выглядело нормально... но кто его знает. Этот псих явно не из простых.
Кэтрин зашла в общий чат с Даной и Сэм, чтобы написать о случившемся, рассказать всё, от начала до конца. Ей было плохо — страшно, одиноко и жутко тоскливо.
Пальцы дрожали над экраном.
Но тут — вибрация.
Новое сообщение от Тома.
«Все кто узнает обо мне — умрёт.»
Кэтрин вскинула взгляд, дыхание перехватило. Она замерла.
— Как?.. — прошептала она. — Он знает? Он что, читает мой телефон?..
В панике она заблокировала его. Тут же. Руки тряслись. Она кинула телефон на кровать, отшатнулась, обняла себя.
Но едва отошла к окну и сделала глубокий вдох — вибрация снова.
Телефон засветился, будто насмехаясь.
Новое сообщение.
Снова от него.
«Блокировка не работает, звездочка .»
Её охватила волна паники, и в голове закружилась одна мысль:
Он повсюду.
Кэтрин стояла в своей комнате, вжавшись спиной в стену, будто пыталась спрятаться от самой реальности. Телефон лежал на кровати, экран потух, но ощущение, что он всё ещё смотрит, не отпускало. Она сделала глубокий вдох — один, второй. Этого психа не должно быть в её голове. Не должно быть в её жизни.
Собрав всю волю в кулак, она медленно вышла из комнаты и спустилась вниз, туда, где всегда было безопасно. Где пахло кофе и ванильным освежителем, а не страхом.
В гостиной сидела мама, с книгой в руках и пледом на коленях. Она только услышала шаги дочери, как тут же отложила книгу в сторону, подняла глаза — и сразу прочитала беспокойство во взгляде Кэтрин.
— Ты в порядке, солнышко? — мягко спросила она, приобняв дочь, как только та села рядом. — Ты выглядишь... напряжённой.
Кэтрин вжалась в её бок, как в детстве, положила голову на плечо и закрыла глаза.
— Всё хорошо, мам... Просто хочу немного побыть с тобой.
Мама не стала расспрашивать. Не стала давить. Она лишь погладила дочь по волосам, и всё вокруг, хотя бы на секунду, стало тише. Теплее. Безопаснее.
В этот момент Кэтрин почти поверила, что ей больше ничто не угрожает. Почти.
— Знаешь что? — вдруг сказала мама, откидываясь на спинку дивана и с любопытным блеском в глазах глядя на дочь. — А давай сегодня устроим себе девичий вечер. Только ты и я. Что скажешь?
Кэтрин слегка улыбнулась, впервые за весь день по-настоящему.
— Давай... Мне это сейчас очень нужно.
Мама хлопнула в ладоши:
— Отлично! Значит, так — сначала решаем, что будем заказывать. Я, например, умираю за роллами. А ты?
— Бургер, — тихо, но с лёгкой усмешкой ответила Кэт. — И картошку, много картошки.
— Тогда берём всё сразу, — рассмеялась мама и уже тянулась к телефону.
Пока ждали доставку, они возились на кухне, готовя домашние печенья. Мука в волосах, шоколад на пальцах, тепло от духовки — всё это было таким простым, обычным... но сейчас бесценно нормальным. Кэтрин смеялась, когда мама случайно просеяла муку мимо миски, а потом обвела ей нос, как в детстве.
Когда еда пришла, они сели под плед, укутались вдвоём на диване. Перед ними — две огромные коробки еды, на столе — горячие печенья и чай, а на экране — список фильмов, между которыми они никак не могли выбрать.
— Комедию? Или ужас? — спросила мама, прокручивая список.
— Давай... драму. Только не слишком слёзную. И без психов, — добавила Кэт с горькой усмешкой.
Мама, не зная всей глубины этих слов, просто кивнула с пониманием.
— Договорились.
Фильм начался. В комнате стало чуть темнее, но Кэтрин чувствовала себя в уютной крепости — рядом с человеком, которому по-настоящему можно доверять. Даже если внутри всё ещё клокотал страх, даже если её душа всё ещё звенела, как натянутая струна — сейчас она была дома.
Сейчас она была не одна.
В комнате было тепло. Телевизор уютно мигал огоньками, бургер уже наполовину съеден, а плед слабо обвивал ноги Кэтрин. Мама ненадолго встала, отвечая на звонок.
— Алло... Да... — произнесла она и, сделав Кэт знак рукой, вышла в коридор.
Кэтрин не обратила особого внимания — продолжила смотреть фильм, подложив под голову подушку. На экране кто-то спорил о любви, она механически слушала диалоги, но взгляд был расфокусирован. Мысли всё ещё возвращались к утру, к сообщению, к Тому. К Лео. К лесу.
Прошло не больше пяти минут, как дверь в гостиную открылась снова. Мама вошла с странно тревожным выражением лица. Глаза не были в панике, но и не были спокойны — в них читалась озабоченность и, возможно, чувство вины.
Кэтрин тут же насторожилась.
— Мам? Всё в порядке?
Женщина села рядом, убрав волосы за ухо.
— Твоя сестра приезжает...
Кэт удивлённо подняла брови.
— Сестра? С каких пор у меня... — она запнулась, — то есть, я... я помню её. Кажется. Прошлым летом мы виделись. Провели лето вместе.
Мама замерла.
— И папа... — добавила Кэт. — Я даже не знаю, как он выглядит. Почему ты мне ничего не рассказывала? Где он? Почему он не с нами?
Воздух в комнате стал плотным, будто надавило с потолка. Мама опустила глаза, поёрзала.
— Мам, скажи! — голос Кэт дрогнул, страх быстро поднимался из груди к горлу. — Почему отец и сестра не с нами? Почему ты всё это скрываешь?
Но мама не ответила. Она лишь покачала головой и сказала устало:
— Это не тот вечер, Кэт. Не сейчас. Давай просто... подождём, пока приедет твоя сестра. Ладно?
— Но..-
— Кэтрин, — перебила она твёрдо, но мягко. — Я всё расскажу. Обещаю. Просто не сегодня.
Кэтрин опустилась обратно в подушки. Внутри всё сжалось.
Не сегодня. Всегда не сегодня.
Но она больше не была маленькой девочкой. И если мама молчит — значит, что-то действительно серьёзное. И это «что-то» скоро прорвётся наружу.