Тайна «Лютика»
Приятного чтения!❤️
Время не просто текло — оно проносилось мимо, а Милия, казалось, прошла сквозь него, как сквозь густой туман, не замечая смены дней. Четыре месяца пролетели незаметно, оставив за собой лишь смутные воспоминания: первый турнир по квиддичу в этом году, где победу Гриффиндору принёс их невероятный новый ловец Гарри Поттер; Хэллоуин, омрачённый нападением тролля, который едва не погубил Гермиону, если бы не Рон и Гарри. Для Милии эти события были словно выцветшими картинами. Она отвечала на уроках автоматически, зарабатывая баллы для факультета, и с головой уходила в тренировки по квиддичу, не позволяя себе ничего чувствовать. Это был её способ защиты.
Спасали лишь близнецы Уизли. Фред и Джордж, чувствуя её состояние, не лезли в душу с расспросами, не копались в её ранах. Они просто были рядом: болтали о пустяках, шли с ней на занятия, проводили вместе каждую свободную минуту. Их неизменное присутствие стало тем якорем, что удерживал её на плаву.
Неожиданной поддержкой стало сближение с Гермионой Грейнджер. Поскольку Милия теперь проводила большую часть времени в библиотеке, пытаясь заглушить мысли учёбой, первокурсница с пышными волосами часто оказывалась рядом. Ранкор, к своему удивлению, ловила себя на том, что с удовольствием объясняет Гермионе сложные темы, которые та не понимала. Их объединила тихая, взаимная тяга к знаниям. Профессор Макгонагалл, узнав о затянувшемся конфликте Милии с однокурсницами, воспользовалась моментом и переселила её в комнату к Гермионе, которая как раз пустовала.
Всё чаще взгляд Милии стал задерживаться на Гарри Поттере. Она пыталась понять, как он живёт с грузом утраты, что скрывается в глубине его изумрудных глаз, и каково это — быть «избранным», которого все обожают, не зная по-настоящему. В его одиночестве, странным образом, она видела отражение своего собственного.
И вот наконец наступили рождественские каникулы. Половина Хогвартса разъехалась по домам, и в замке воцарилась непривычная тишина. Проснувшись утром, Милия не обнаружила Гермиону в комнате и вышла на небольшой балкончик, выходивший в гостиную. Оттуда она увидела, как Гарри и Рон с восторгом распаковывают подарки под ёлкой. На её губах впервые за долгое время появилась искренняя, невымученная улыбка.
Не заметив, как сзади к ней подкрались двое, она вздрогнула, услышав хор весёлых голосов:
— Счастливого Рождества, Малышка Ми!
Она обернулась и увидела сияющие лица близнецов.
— С-счастливого, — смущённо выдохнула она, и тут её взгляд упал на свёрток в руках у Фреда.
— Это... мне? — недоверчиво протянула она, принимая подарок.
— А кому же ещё? — с лёгкой ухмылкой ответил он.
Развернув бумагу, Милия замерла: внутри лежал тёплый, ручной вязки свитер с большой буквой «М» — фирменный подарок от миссис Уизли. Это был её первый свитер. Комок подкатил к горлу. Не думая, она поднялась на цыпочки и поцеловала обоих парней в щёки, но тут же отпрянула, охваченная смущением.
— Мне же нечего вам подарить, — прошептала она, и в голосе её послышалась искренняя досада и стыд.
— Главный подарок от тебя у нас уже есть, — начал Джордж, подмигивая.
— Это твоя улыбка и хорошее настроение, — закончил Фред, и в его глазах мелькнула необычная для него нежность.
Спустившись в гостиную, они обменялись праздничными приветствиями с первокурсниками. Вдруг Гарри, немного запинаясь, протянул Милии маленькую изящную коробочку.
— Вот, держи... Она лежала тут, и, похоже, для тебя, — произнёс он, избегая прямого взгляда.
Они почти не общались все эти месяцы, если не считать редких разговоров на тренировках. Милия замечала его странные, задумчивые взгляды, но не придавала им значения.
— Спасибо, — мягко улыбнулась она в ответ.
Внутри коробочки, выстланной бархатом, лежал шёлковый амулет для сна, наполненный успокаивающими травами, и маленькая записка с чётким, узнаваемым почерком:
«Даже самым ярким умам нужен отдых. Спи спокойно.
Миссис Кошка»
Прозвище, которое она в порыве детской нежности когда-то дала профессор Макгонагалл и которое давно позабылось, вызвало в душе Милии тёплую волну. Сердце сжалось от щемящей благодарности. Она бросилась в комнату, натянула свой новый, невероятно уютный бордовый свитер с зелёной буквой «М», надела мягкие штаны и на скорую руку заплела волосы в небрежную косу. Спрятав драгоценный мешочек под подушку, она вернулась к близнецам, и они, взяв её под руки, направились на праздничный обед.
Войдя в зал, Милия сразу увидела профессора Макгонагалл. Не в силах сдержать порыв, она подбежала и крепко обняла её.
— Спасибо вам... большое, — прошептала она, зажмурившись и уткнувшись лицом в строгую профессорскую мантию.
В этот момент она снова была той маленькой, беззащитной девочкой, которую когда-то нашла и защитила Минерва. Профессор на мгновение замерла, а затем мягко прижала её к себе и ласково погладила по голове.
— Пожалуйста, милая. Я горжусь тобой, — тихо сказала она, и в её обычно твёрдом голосе прозвучали несвойственные ему, материнские нотки.
Эти слова поразили Милию сильнее любого заклинания. Внутри всё перевернулось от тёплой, счастливой боли.
— Я вас не подведу, — пообещала она, уже отходя, и бросилась к своему столу, чувствуя, как горит лицо.
Макгонагалл с непривычной мягкостью в глазах проследила за ней и вернулась на своё место.
— Всё же вы воспитали её правильно, Минерва, — заметил Дамблдор, поедая лимонный щербет.
— Она удивительная девочка. Её родители могли бы ею гордиться, — с лёгкой грустью прошептала профессор.
— Не позволяйте ей опускать руки. Её родители были сильными волшебниками, которые не унывали даже в самые тёмные времена, — сделал паузу директор. — Им удалось сохранить в столь тяжелый момент это чудо, — он мудрым взглядом посмотрел на Милию, беззаботно смеявшуюся за гриффиндорским столом.
Сидя между близнецами, Милия заливалась звонким, искренним смехом. Она была живой, настоящей, и в это было трудно поверить, вспоминая её потухший взгляд всего несколько дней назад. Фред разглядывал её, не скрывая своего восхищения, пытаясь запечатлеть в памяти этот миг. Он боялся, что завтра она снова замкнётся в себе, снова станет грустной Малышкой Ми. Он буквально завис, наблюдая, как она, такая маленькая и одухотворённая, внимательно слушает рассказ его брата, и на её лице играет неподдельный интерес. И тогда он с внезапной ясностью осознал, что что-то в нём самом изменилось. Что-то новое и ещё не понятное, но уже необратимое. И он был бесконечно благодарен судьбе, что в тот самый первый день на распределении их пути пересеклись.
Следующий день застал Милию в гостиной Гриффиндора, погружённую в изучение древних рун. Перси, с присущей ему педантичностью, объяснял ей сложные символы, а она, в свою очередь, задавала точные, продуманные вопросы. Настолько увлекшись, что не заметила, как он удалился, а на его месте по обе стороны от неё на диване устроились близнецы Уизли.
С удивлением подняв глаза от пергамента, она уставилась на них.
— Вы давно тут сидите? — попыталась она сориентироваться, сколько времени прошло.
— Мы тут кое о чём подумали, — начал Джордж, перебирая кисточку её шерстяного шарфа.
— И решили спросить: ты пойдёшь с нами в Хогсмид? — закончил Фред, его глаза блестели азартом.
Милия на секунду задумалась, а затем её губы тронула лёгкая улыбка.
— Мм, почему бы и нет? — согласилась она. — А когда?
— Прямо сейчас! — ответили они в унисон.
— Сейчас?!
Без лишних слов она поднялась и направилась в спальню собираться. Пока она пыталась привести в порядок свои непослушные волосы, в окно раздался настойчивый стук. Обернувшись, Милия увидела незнакомую ушастую сову. Приоткрыв окно и впустив птицу внутрь, она заметила в её клюве конверт. Взяв его и нежно почёсывая пернатую гостью за головой, она дождалась, пока та улетела. Конверт был простым, без лишних отметок, лишь две строчки, выведенные чётким почерком:
«Для Милии Ранкорн. От Лютика»
— «Лютика»? — прошептала она, перебирая в памяти все возможные знакомства. Это прозвище ей ни о чём не говорило.
Вскрыв конверт, она не нашла внутри письма. Там лежала лишь изящная серебряная цепочка с чёрной жемчужиной, тёмной и глубокой, как ночное небо. Она переливалась таинственным блеском, и Милия не могла оторвать от неё взгляд, когда в дверь постучали.
— Можно? — послышался знакомый голос Фреда.
— Да.
Он вошёл и застал её сидящей на кровати, уже одетой в брюки и тёплый бордовый свитер, подаренный миссис Уизли. Рядом лежали коричневая куртка и шарф. Его взгляд сразу упал на сверкающую цепочку в её руках.
— Откуда это? — спросил он, подходя ближе.
— Только что сова принесла, — пожала плечами Милия.
Фред взял пустой конверт и нахмурился.
— «Лютик»? Кто это такой? — он заглянул ей в глаза, в его взгляде читалась лёгкая настороженность.
— Без понятия, я сама ломаю над этим голову, — протянула ему цепочку. — Поможешь?
-А вдруг на ней чары?-с недоверием произнес Фред.
Взяв свою палочку с прикроватной тумбочки, она навела её на украшение: «Специалис Ревелио!» Никакой магической ауры не проявилось.
— Видишь? Ничего нет, — повернулась к нему спиной, чтобы он помог с застёжкой.
Фред, всё ещё не до конца убеждённый, аккуратно застегнул цепочку. Её холодок приятно отдавал в кожу. Надев куртку и наскоро повязав шарф, они втроём, вместе с поджидавшим в гостиной Джорджем, направились в Хогсмид.
Дорога до деревни пролетела в весёлой болтовне и смехе. Близнецы наперебой рассказывали забавные истории о Роне.
— А на прошлой неделе он пытался наколдовать себе бороду, чтобы выглядеть солиднее, — хохотал Джордж, — и в итоге у него вырос такой густой куст, что мама чуть не упала в обморок, когда он написал ей вызовом!
— А помнишь, как он в первый раз увидел паука в своей кровати? — подхватил Фред. — Визжал так, что Фильч подумал, что на него напали.
Милия смеялась вместе с ними, а по пути шепотом рассказала Джорджу о таинственном подарке и своём недоумении.
Устроившись в уютном уголке «Трёх Метелок» с бокалами сливочного пива, они продолжили беседу. Близнецы, сидя напротив, с азартом делились планами по созданию новых вредилок. Милия кивала, что-то отвечала, но часть её внимания была обращена внутрь себя. Она наблюдала за ними и думала, насколько они разные. Джордж был для неё как тихая гавань — надёжный, спокойный, всегда знающий, что сказать для поддержки. Фред же был подобен фейерверку — непредсказуемый, яркий, своим бесшабашным энтузиазмом создававший вокруг неё невидимый щит, отталкивающий любую хандру.
И тут Джордж, отхлебнув пива, неожиданно спросил, глядя на неё прямо:
— Ми, а когда мы снова увидим ту самую Милию с первых двух курсов? — в его глазах читался не вызов, а тихая надежда.
— Что? — она не сразу поняла, о чём он.
Фред, скрестив руки на груди, внимательно наблюдал за их диалогом, его выражение лица было серьёзным.
— Почему ты это спрашиваешь, Джордж? — переспросила она, чувствуя, как внутри всё сжимается.
— Ты стала другой. Более... ранимой. Притихшей, — его взгляд смягчился, стал проницательным. Ему было важно понять, что надломило её привычную дерзость, что случилось в тот роковой день, с которого началась её отстранённость.
Милия молча смотрела на него. Говорить об этом не хотелось категорически, но она видела в их глазах искреннюю заботу и понимала, что обязана им хоть крупицей доверия.
— Я... я просто... — она пыталась собраться с мыслями, подбирая слова.
Внезапно Фред и Джордж одновременно протянули руки через стол и взяли её ладони в свои. Молчаливый жест говорил сам за себя: всё в порядке, мы с тобой, мы не осудим.
И тогда девушка, глядя на запотевший бокал, тихо, с паузами, рассказала им. Не обо всём, конечно. О навязчивом, тревожном сне, преследовавшем её тогда, о накопившейся до предела усталости, о нескончаемом потоке тяжёлых мыслей, природу которых она не стала уточнять. Это было не всё, но это было хоть что-то — первая трещинка в её броне.
— Спасибо, что поделилась, — мягко сказал Фред, и в его улыбке не было привычной насмешки.
— Нам правда это важно, — добавил Джордж, слегка сжимая её пальцы.
Милия дала им понять, что устала, и они, расплатившись, двинулись в обратный путь. По дороге Фред ненадолго исчез, чтобы вернуться с небольшим пакетиком, из которого доносился соблазнительный аромат шоколадных лягушек и тыквенных пастилок. Эта маленькая забота тронула её до глубины души.
Едва они переступили порог замка, к ним подошёл мистер Филч, его лицо исказила привычная гримаса недовольства.
— Ранкорн, профессор Макгонагалл ждёт тебя в своём кабинете, — буркнул он и, брезгливо фыркнув, зашаркал прочь.
Трое друзей переглянулись. Милия собралась идти одна, но близнецы, не сговариваясь, встали по бокам от неё, всем своим видом показывая, что никуда не отпустят её одну. Так они и шли по коридорам — маленький отряд, готовый поддержать свою подругу перед лицом неизвестности.
Чтобы было вам интереснее,то вы можете вмести с Милией разгадывать тайну:кто она такая,кто ее родители,а так же кто такой «Лютик». Находите в тексте подсказки значение имен,двойной смысл,цвета. Это все поможет вам для разгадки тайны😉