28. Океаны
Тэхён уже несколько минут не сводит взгляда с дисплея мобильного, отбивая пальцами рваный ритм на подлокотнике кресла. Он морщится от дыма сигар, буквально заполнившего помещение, и сжимает губы в тонкую полоску, когда злость, отчаянье и ощущение собственного бессилия отзываются в груди тупой болью, от которой хочется орать и пробивать кулаками стены. Внешне он непоколебим, но внутри бушует настоящий ураган, грозящийся вот-вот выбраться наружу. Ким был таким, сколько себя помнит: импульсивным, вспыльчивым, агрессивным... упрямым волчонком, которого в своё время удалось обуздать только одному человеку... Тому, кто сейчас сидит перед ним, выпуская в воздух облако светлого дыма.
Мужчина, сидящий напротив, лениво поворачивается в кресле, докуривая очередную сигару. Он усмехается краешками губ и неосознанно проводит пальцами по тёмным волосам, чуть тронутым сединой. Кажется, ситуация только забавляет его. Ничего удивительного, ведь вряд ли он мог ожидать, что тот, кто больше всех стремился от него дистанцироваться, вдруг снова окажется в этом кабинете, в этом кресле. Такой же растерянный, беспомощный, враждебный, каким он запомнил его пятнадцать лет назад. Только теперь в глазах некогда подобранного им мальчишки читаются ещё решительность, смелость и преданность, что определённо повод гордиться для Иана. Жаль только, предан этот парень по-прежнему не ему.
— Мы зря теряем время, — ворчит Тэхён, проверяя пропущенные звонки на телефоне, словно он не следил за ним всё это время.
— Я не могу действовать, пока не получу точную информацию, — фыркает Иан, стряхивая пепел в фарфоровую пепельницу. — Если бы я каждый раз шел на риск, уже давно потерял бы всех своих людей. Повтори-ка, что нам известно?
Дверь в кабинет бесшумно открывается. Входит девушка, неторопливой походкой направляясь в сторону дивана у противоположной стены. Мужчины, кажется, не обращают на неё никакого внимания, но Ким украдкой прослеживает её взглядом. У неё тёмные волосы, собранные в высокий хвост и глаза светло-синего цвета, напоминающего синеву океана в ясный день... но в самих глазах, кажется, бушует шторм. На ней платье вишнёвого цвета, а губы накрашены таким насыщенным красным, что на фоне бледности кожи делаются кровавыми. Девушка усаживается на диван, скрещивая ноги, и терпеливо ждёт, пока разговор продолжится.
— Её забрал её брат, — произносит Тэхён ровным тоном, заставляя себя не смотреть на брюнетку. Он сжимает руки в кулаки и сосредотачивается на мобильном телефоне перед собой, — в этом нет сомнения. Нам удалось выяснить, что он присылал сообщение на её номер, с просьбой встретиться. По адресу оказалось расположено кафе. Запись с камер наблюдения подтверждает, что встреча состоялась, а из кафе они вышли вместе, — его голос так спокоен, что он, кажется, говорит о совершенно постороннем человеке. Не о той девушке, ради спасения которой он готов был пожертвовать самым дорогим – свободой. — Так же известно, что её брат является членом псевдоорганизации, которая проповедует ненависть к убийствам и выступает за уничтожение всех наёмников.
— Как же нелепо, — Иан смеётся, поворачиваясь в своём кресле, — противники убийств призывают убивать. Кто возглавляет эту шайку?
— Мун Сихван, Ворон, — отвечает брюнет, и лишь сцепленные пальцы выдают в нём напряжение. — Он был крупным бизнесменом в конце девяностых. Но конкуренты заказали убийство его жены и дочери. Тогда он на время залёг на дно, а теперь, оказывается, стал спонсором тайной организации.
Ухмылка Иана становится шире, но вот взгляд, наоборот, серьёзный, даже в чём-то раздраженный, от чего вид у него какой-то дьявольский. Тэхён едва заметно напрягается, сжимая подлокотники кресла, а девушка, молча сидящая на диване, крепче сжимает в руках планшет для бумаг.
— Вижу, неплохо я тогда Ворона потрепал, — мужчина пытается пошутить, но даже он, похоже, осознаёт серьёзность ситуации. — До сих пор забыть не может.
— Так это твоих рук дело? — Ким вздыхает, и губы его сжимаются в тонкую полоску. Он задаёт вопрос, но ответ для него уже очевиден: — Кто был исполнителем?
— Ниндзя, кто же ещё, — Хо пожимает плечами, откидываясь на спинку кресла. — Сколько времени потребуется, чтобы выяснить, что она его дочь?
— Считанные часы, — цедит шатен, с трудом сохраняя самообладание. — Ниндзя не потрудился зашифровать документы. Я обнаружил связь сразу же, — он делает глубокий вдох, прежде чем снова начинает говорить: — Если она ещё жива... нельзя терять время.
Девушка откидывает хвост за спину и встаёт с дивана, выходя в центр кабинета. Тишину комнаты разрывает цокот каблуков по мраморному полу. Мужчины не сводят с неё взгляда, словно она последний человек, который может исправить ситуацию.
— Что у тебя, Лиа? — спрашивает Иан, но ей, кажется, не нужно было разрешение, чтобы начать говорить.
— Мы выяснили, что Ворон может находиться в одном из трёх своих убежищ, — она внимательно смотрит на планшет, хоть знает написанное там дословно. — На даче за городом, на вилле в Пасадене или в охраняемом особняке в Подсеулом. Проанализировав полученную информацию, я сделала вывод, что сейчас он с наибольшей вероятностью находится на даче. Поскольку вывести девушку за границу без документов будет слишком трудно, а дом является уязвимым местом и находится за тысячи километров отсюда. Мало кто отвозит жертву так далеко, чтобы просто убить её. Если это не похищение с целью выкупа, похитители выбирают самое близкорасположенное и, по их мнению, безопасное место, — её речь словно отрепетирована сотню раз и звучит без единой запинки. Порой, когда Тэхён закрывает глаза, ему кажется, что он слышит голос идеально обученного робота. — Но в таком случае, у нас осталось мало времени. Счёт идёт на часы. Я могу только сделать прогноз, что Воронов захочет растянуть её смерть, якобы в качестве отмщения своему врагу. Это типичное поведение в такой ситуации.
— Обозначь план действий, — командует Хо, даже не смотря на брюнетку.
— Сформированы четыре группы захвата, — чеканит Лиа, отрываясь от бумаг в своих руках, и смотря прямо в глаза Киму. — Три из них отправятся на дачу Воронова. Наступление будет вестись с трёх сторон, до полного осаждения дома и захвата его обитателей. Территория будет зачищена, живые заложники освобождены. Одна группа уже отправлена в особняк Ворона для разведки. В случае обнаружения противника, будет проведена срочная операция по его уничтожению.
— Я поведу одну из трёх групп, — вызывается Тэхён, поднимаясь с кресла. Он впервые за это время не чувствует себя бесполезным. Сколько раз он командовал людьми Иана... и как давно не держал в руке пистолет. — Устал сидеть без дела.
Железное самообладание девушки, кажется, на несколько секунд даёт трещину, и планшет с бумагами едва не выпадает из её рук. Но затем она поправляет волосы и смиренно кивает, смотря не на шатена, а куда-то в сторону.
— Я проинформирую группу, — отзывается Лиа, затем поворачивается к Хо. — Могу приступить к реализации плана?
Мужчина кивает, и только после этого девушка той же спокойной, уверенной походкой выходит из кабинета. Но не успевает она закрыть дверь, как следом за ней выходит Тэхён.
— Ты рискуешь, — говорит она мужчине, не замедляя шаг. Крепче прижимает к себе планшет и по-прежнему на него не смотрит.
— Ты тоже, — парирует он, мысленно отмечая, что её волосы стали на несколько сантиметров длиннее, а выражение лица более сосредоточенным. Она стала красить ногти в алый цвет и ещё реже улыбаться, от чего лицо её походит на безжизненную маску. Идеальную маску.
— Это мой выбор, — Лиа всё усиленнее отводит взгляд, и каблуки увереннее выстукивают ритм на деревянном паркете.
— Врёшь, — качает головой Ким и тянет её за руку.
Она останавливается, отточенным движением поворачиваясь к мужчине. Волосы падают ей на плечо, а идеальная маска словно сползает в сторону, на секунду демонстрируя её уязвимость. Но лишь на секунду. Она стискивает планшет, держа его прямо возле груди, как символический щит между ними.
— Вру, — соглашается девушка, впервые поднимая на него взгляд. — Я продала душу, чтобы освободить тебя, Тэхён. А теперь твоя душа в руках Иана взамен на жизнь этой девчонки. И я беспомощна.
— Я не просил тебя освобождать меня, — рычит он, заглядывая в синеву её глаз. Океан внутри них словно грозится вырваться наружу. Ким беспомощен перед этой силой. — Но я готов на всё, чтобы освободить её. Без тебя мне не обойтись.
— Я знаю, — кивает она, пожимая плечами. — Поэтому сделаю всё, чтобы ты вернул её живой.
— Почему? — его взгляд блуждает по её лицу в поисках ответа. Но там лишь бескрайние океаны. — Не только ведь из-за верности Иану?
Она молчит некоторое время, и буря в её глазах могла бы пустить на дно сотни кораблей.
— Знаешь, я всегда хотела семью, — шепчет Лиа едва слышно и планшет выпадает из её рук, устилая пол ровным слоем бумаг. — Такую уютную, с маленькими детишками, тёплым чаем... Но для нас это невозможно, правда? Мы мертвы внутри. А эта девчонка ещё жива и, может, она сможет оживить что-то внутри тебя. Если так, мои жертвы не напрасны.
— Тебе ещё не поздно уйти отсюда, — уверенно заявляет Тэхён, сжимая её запястье. — Клянусь, я придумаю, как вытащить тебя отсюда...
— Я видела, как матери расчленяют своих детей ради денег, Тэхён, — её голос ломается, хрипнет, но тон всё такой же спокойный. А слёзы замирают в уголках глаз, так и не скатившись. — Если я позволю себе нормальную жизнь, просто сойду с ума. Мой дом здесь. — Она высвобождает руку и проходит мимо него, погребая бумаги под ногами. Маска невозмутимости, словно по щелчку, возвращается на её лицо. — Группы выезжают на захват ровно через сорок пять минут. Тебе лучше поторопиться.