2. Ты?
С момента моей первой и последней встречи с Тэхёном прошло почти два месяца. Летние каникулы благополучно закончились, как и энтузиазм моих подруг, так сильно желавших свести меня с кем-нибудь. Целый месяц они таскали меня по всевозможным клубам, барам, кафе, паркам... под конец даже по библиотекам, но в итоге устали и со словами «ладно, живи, как хочешь» оставили эту затею, позволив мне выдохнуть спокойно. Дело было не в том, что я никому не нравилась или даже, что мне никто не нравился. Несколько парней показались мне очень интересными, нам было о чём поговорить, но... мне вечно не хватало в них чего-то, хоть я толком не понимала чего именно. Только где-то в глубине души понимала – моё сердце уже давно несвободно. Возможно, со временем удастся преодолеть это, забыть, а пока вечерами я лучше буду наслаждаться компанией интересной книги и любимого кота.
Утром я просыпаюсь от жуткого холода и громкого мяуканья Локи прямо над ухом. Укутавшись одеялом, чтобы не задубеть окончательно, бреду на кухню за недовольным котом и сразу замечаю, что окно распахнуто настежь. Тихонько чертыхнувшись про себя, захлопываю створки и оглядываюсь вокруг, невольно отмечая, что брат со своей компанией вчера повеселились на славу. Не просто так они мне вчера до трёх часов ночи спать не давали. На столе пустые бутылки из-под алкогольных напитков, упаковки из-под чипсов, сухариков, ещё какой-то гадости... Я делаю глубокий вдох и разом собираю весь мусор со стола, со злостью швыряя в мусорное ведро, хоть попадает туда далеко не всё.
Кот снова надрывно орёт, вертясь вокруг своей пустой миски. Я брезгливо бросаю в ведро очередную отвратительно воняющую бутылку, и открываю шкафчик, где на полке должна стоять банка кошачьего корма... Но её там нет, как и ещё нескольких банок, которые я покупала с расчётом на месяц. Господи, они и это съели?! До чего допиться нужно было! Со злостью хлопаю дверцей шкафчика и открываю ящик, где обычно храню деньги на продукты, чтобы высчитать, сколько из этой суммы могу потратить на корм для Локи... Денег нет тоже. Я снова глубоко вдыхаю, чтобы успокоиться, но теперь это не помогает. Закрываю ящик и устало прислоняюсь к закрытой дверце шкафчика, сжимая кулаки в попытке справиться с собой и не расплакаться от бессилия. Он всё прогулял. Опять. А ведь я рассчитывала жить на эту сумму почти месяц. Есть, конечно, ещё какие-то деньги у меня в сумке, но этого едва хватит мне... а ещё и кот...
Словно понимая, как мне плохо, Локи успокаивается и запрыгивает на тумбочку, пытаясь ткнуться носом мне в лицо. Я невольно улыбаюсь, почесав урчащего кота за ухом.
— Ничего, дружок, как-нибудь выкрутимся, не в первый раз, — бормочу, раздумывая, что вообще могу сделать в такой ситуации. — Найду работу...
Я скармливаю коту остатки колбасы, которую планировала съесть на завтрак, кое-как привожу себя в порядок, переодеваюсь, хватаю сумку и почти бегом отправляюсь в школу. Учителя уже начинают привыкать, что я всё время опаздываю, но когда-нибудь хочется всё же прийти вовремя и не видеть насмешливых взглядов, направленных в мою сторону.
По дороге невольно засматриваюсь на объявления о работе, пытаясь подыскать что-нибудь подходящее. Но я, увы, не слесарь, не грузчик... и даже не парикмахер, ведь из всех причёсок знаю только как наскоро соорудить кривой пучок.
Мой брат и раньше подставлял меня с деньгами, поэтому я давно привыкла прятать их в разных местах. Но в этот раз потеряла бдительность. Как раз вчера я получила ежемесячное пособие, но была такой уставшей, что просто бросила большую часть суммы в ящик и пошла спать. Не думала же, что Ыну именно в этот день решит заявиться домой. Наивная. А потом я так и не решилась выйти из комнаты, боясь наткнуться на его пьяных друзей. В прошлый раз один из них сказал, что из меня выйдет шикарная шлюха, при этом как-то совсем недвусмысленно ущипнув меня за попу... поэтому с тех пор я отсиживаюсь в комнате с котом. Так намного безопаснее, ведь Ыну, откровенно говоря, наплевать, что могут вытворить со мной его друзья. Я должна заботиться о себе сама.
В школе на большой перемене я рассказываю о взвалившейся на меня неприятности подругам, потому что больше поговорить особо не с кем. Сердобольная Йена сразу же покупает мне две булочки и сок, ещё и предлагая сегодня вечером придти к ней домой поужинать, от чего я ощущаю одновременно умиление и высшую степень своей ничтожности. Неудобно быть у кого-то на попечении.
— Знаешь, моя мама как раз подыскивает официанток себе в клуб, — выдаёт вдруг молчавшая до этого Соён, переходя на полушепот. Мама Соён – достаточно влиятельная и успешная женщина, владелица собственного ночного клуба, который считается одним из самых популярных в нашем городе. Кстати, именно там я познакомилась с Тэхёном. — Думаю, она могла бы тебя взять. Ты ей всегда нравилась.
— Нравилась? — удивляюсь, невольно вспоминая Соёнкину маму. Она всегда казалась мне слишком строгой, властной, даже где-то жесткой. Насколько знаю, Чанг Мунбёль выросла в довольно бедной семье. Всего, что есть у неё сейчас, добилась сама, и это сильно повлияло на её характер. Вместе с тем, она не желает, чтобы Соён, которая росла уже в достатке и роскоши, сильно зазнавалась, считая, что в жизни всё достаётся просто так. Поэтому для начала отправила дочь в обычную государственную школу, а потом и устроила на работу в какую-то фирму, когда моей подруге было пятнадцать. Сейчас Соён зарабатывает себе на жизнь почти сама, но именно это почему-то заставляет меня побаиваться её матери. Если уж она так строга с собственной дочерью, то вряд ли будет добра к кому-то другому.
— Она говорит, что ты очень аккуратная, вежливая, умная... — перечисляет девушка, слегка нахмурившись. Она старается этого не показывать, но наверняка её задевает, что Аджума хвалит кого-то при том, что сама Соён редко слышит от неё хоть пару ласковых слов в свой адрес. Я сочувственно вздыхаю. — А если работать к ней пойдёшь, так вообще в восторге будет. Хочешь, позвоню ей, она назначит собеседование?
— Не знаю, — пожимаю плечами, потупив взгляд на поверхность стола. Меня не слишком тянет работать в клубе. Там темно, шумно, вечно много народу... Но другого выхода, похоже, нет. — Тем более, я же несовершеннолетняя.
— Ой, да брось, — отмахивается Соён, доставая из сумки мобильный телефон. — Сейчас на это мало кто смотрит. Главное - чтобы работала хорошо... Алло, мам... — спохватывается она, когда в трубке прерываются гудки.
Примерно через десять минут Соён заканчивает разговор и небрежно бросает мобильный обратно в сумку.
— Сегодня в пять часов подъезжай в клуб. Мама лично тебя примет, — извещает девушка, быстро допивая свой кофе, потому что перемена подходит к концу. — Я, к сожалению, с тобой пойти не смогу, у меня работа... Но охранник знает, что ты придёшь, пропустит.
— Х... хорошо, — киваю, хоть всё ещё неуверенна, что хочу там работать. В этот же момент звенит звонок.
В половину шестого вечера я уже сижу в кабинете Аджумы, немного нервно вертя в руках свой вязанный шарф, почти машинально отвечая на задаваемые вопросы.
— Завтра приступить сможешь? — слышу, и в этот раз киваю вполне осознанно. Значит, остальные мои ответы ей понравились. — Учти, если будут проблемы с учёбой – сразу же уволю. Мне не нужно, чтобы ты лишилась будущего, так и оставшись официанткой.
— Да, конечно, — бормочу, прикусив нижнюю губу от волнения. Надо же, какая забота. — Я и сама не собиралась задерживаться здесь надолго.
— Хорошо, — Аджума удовлетворённо кивает, нажимая на какую-то кнопку на стоящем на столе телефоне. — ***, позови ко мне управляющего.
— Да, Госпожа Чанг, — незамедлительно следует ответ, и некоторое время мы снова сидим в тишине.
Когда открывается дверь, я буквально застываю на месте, потому что в кабинет входит... Тэхён. Мужчина, кажется, даже узнаёт меня, но никак этого не показывает. Я тоже молчу о нашем знакомстве, хоть сердце предательски колотится в груди.
— Ты что-то хотела? — бесцеремонно спрашивает он, подходя ближе к столу, скрещивая руки на груди.
— Да, — отвечает Аджума, неожиданно тепло улыбнувшись ему. Вместе с тем в карих глазах женщины появляется едва заметная... нежность? Я делаю глубокий вдох, потому что от странных догадок у меня начинает кружиться голова. Соён говорила, что у её мамы появился молодой любовник, но... Нет, я что-то себе навыдумывала. — Покажи, пожалуйста, девочке как здесь всё устроено. Она новая официантка.
— Не слишком ли мала? — интересуется мужчина, кивая на меня.
— В самый раз, — фыркает женщина, ещё раз окидывая меня взглядом. Я вдруг начинаю чувствовать себя неуютно. Словно я вещь в магазине, к которой прицениваются. — Я в её возрасте уже давно сама себя обеспечивала.
— Хорошо, как скажешь, — отзывается Тэхён, хоть по его тону ясно, что он недоволен. Но чем? Не хотел больше меня видеть? — Прошу, — мужчина указывает жестом на дверь, и мне приходится пойти за ним.
Но едва мы отходим от кабинета, как шатен подталкивает меня к стене и ставит руки по обе стороны от моей головы. В коридоре темно, поэтому вряд ли кто-то нас сейчас увидит. А вот не заметить потемневшие от злости глаза Тэхёна просто невозможно.
— Какого чёрта ты здесь делаешь? — рычит он, склонившись к моему уху; я вздрагиваю, шумно втягивая носом воздух.
— А что, помешаю трахать начальницу? — выпаливаю я, от чего щёки вспыхивают алой краской смущения. Сама не ожидала от себя подобных «наездов». Но в груди больно сжимается какое-то смутно знакомое чувство, похожее на... ревность?
— А вот это, кошечка, не твоё дело, — шипит мужчина, склонившись ко мне так близко, что я почти ощущаю его губы на своих губах. Значит, я права... Больно.
— Тогда и то, почему я здесь, тебя не касается, — огрызаюсь, с силой пихая его ладонями в грудь. — Просто покажите мне моё рабочее место и можете возвращаться ублажать Мунбёль... господин управляющий.