3. Удачи, кошечка
Мы выходим в зал ночного клуба, где в это время ещё горит верхний свет, а за столиками сидят разве что несколько официанток и полуголые девицы со слишком ярким макияжем, оживлённо обсуждающие что-то, не обращая никакого внимания на курящего бармена и лениво оглядывающихся по сторонам охранников. Бурная ночная жизнь здесь, насколько я знаю, начнётся только часов с семи, когда в клуб начнёт стягиваться молодежь, преимущественно моего возраста, гоняющаяся за яркими эмоциями и желающая выглядеть круче, и люди постарше, которым просто нечем заняться дома этим вечером.
При виде нас с Тэхёном девушки умолкают и с любопытством смотрят в нашу сторону. Я невольно краснею, смущаясь от такого количества излишнего внимания. Мужчина только усмехается, вытягивая у бармена из пачки одну сигарету и спокойно прикуривая.
— Что смотрим? — разрывает тишину его раздраженный голос, и мне кажется, я даже вижу, как несколько девушек испуганно напрягаются. — Работы нет? Быстро все по своим рабочим местам! Парни, вы на входе должны стоять, — распоряжается он, поворачиваясь к охранникам. — Место официанток на кухне, девочки должны готовиться в гримёрной. Гону, разберись с поставкой, наконец, — последний приказ Тэхён отдаёт бармену и спустя пару минут в зале не остаётся никого, кроме нас.
Странно, я думала, мужчина поручит меня кому-нибудь из официанток. Или он настолько строгий и ответственный начальник, что даже учить меня ходить с подносом будет самостоятельно? Может, даже покажет, как форму нужно носить? От этой мысли я нервно хихикаю, что не укрывается от Тэхёна, наблюдающего за мной с хитрым прищуром.
— Я что-то смешное сказал? — спрашивает, затушив сигарету о пепельницу и делая ко мне пару неторопливых шагов. Я замираю на месте, смотря на него снизу вверх, и невольно комкаю в руках шарф, пытаясь справиться с внезапным напряжением. Мне кажется, теперь я знаю, как чувствуют себя заключённые в тюрьме... не завидую его подчиненным.
— Нет, — бормочу, опуская взгляд в пол. Остатки напускного веселья тут же угасают, и я лишь крепче цепляюсь пальцами за шарф, боясь лишний раз посмотреть в глаза мужчине. Но он неожиданно перехватывает двумя пальцами за подбородок и запрокидывает мою голову, заглядывая прямо в глаза. Никогда не любила людей, которые так просто в глаза смотрят, без страха и стеснения, будто бы в самую душу лезут... но в свою никогда не пускают.
— Ещё не передумала здесь работать, кошечка? — с издёвкой произносит мужчина, второй рукой опираясь о стол прямо за моей спиной.
— Не передумала, — качаю головой, невольно вжимаясь спиной в край этого самого стола, будто бы желая ускользнуть от его взгляда, спрятаться. — Тебе какое дело? Неужели на самом деле боишься, что выдам кому-то вас с Мунбёль?
— Идиотка, — он вдруг усмехается, большим пальцем проводя по моей нижней губе, от чего по телу проходится приятная дрожь. В памяти всплывают воспоминания, как моих губ касались его умелые губы, и я невольно сглатываю, что наверняка тоже не остаётся незамеченным. — Ты хоть понимаешь, что всё это не для тебя? Здесь каждый третий мечтает зажать тебя где-нибудь и как следует оттрахать.
— Ты тоже? — срывается с моих губ вместо испуганного возгласа, как он наверняка ожидал. Я вообще не понимаю, зачем ему запугивать меня, рассказывая всё это? Может быть, боится, что я расскажу Мунбёль о нашем поцелуе, и она его уволит?
— Я не трахаюсь с малолетками, — фыркает Тэхён, чуть ослабляя хватку. Слова звучат для меня неожиданно обидно.
— Конечно, нет, — соглашаюсь, отпуская шарф и сжимая руки в кулаки от злости. — Ты всего лишь отвозишь их к себе домой, укладываешь спать на своей кровати, а утром в лучших красках отзываешься об их... заднице. А, и ещё намекаешь на поцелуй... куда-то пониже. Ты ничем не лучше всех тех извращенцев, что ходят в ваш клуб.
— Возможно, — отзывается он, прожигая меня взглядом темнеющих голубых глаз, — но меня ты хотя бы хотела бы... а с ними твоего согласия никто спрашивать не будет.
— Хотела? — смеюсь я, но смех этот звучит неожиданно фальшиво и хрипло. — Ты слишком много о себе...
Не успеваю закончить фразу, потому что рот мне слишком наглым образом затыкают, врываясь языком через приоткрытые губы. Я мычу что-то нечленораздельное, упираясь ладонями ему в грудь... но непростительно быстро сдаюсь под напором его мягких губ и горячего языка, который ласкает мой рот, сплетается с моим языком, борется с ним. Дрожь волнами распространяется по телу, расслабляя, успокаивая, но вместе с тем распаляя во мне какое-то неведомое ранее чувство, поднимающееся снизу живота.
Тэхён подхватывает меня под ягодицы и рывком усаживает на стол, становясь меж ног. Пробирается пальцами под свитер, касаясь обнаженной кожи, тянет меня ещё ближе к себе, не прекращая дикой борьбы языков. Я сама не знаю, что со мной происходит, но я лишь крепче обхватываю его ногами, жмусь к нему, цепляюсь за его рубашку в отчаянной попытке удержать его возле себя, продлить это сумасшествие...
Мужчина прерывает поцелуй, и я откидываюсь на поверхность стола, выгибаюсь под ним, задеваю хорошо ощутимый бугорок на брюках, вырывая из горла шатена негромкий рык. В голове всё снова смешивается, разбегается, словно от алкоголя, и я сама не понимаю, что делаю, со стоном прижимаясь бёдрами к его паху, прогибаясь в спине.
Он снова накрывает меня своим телом, удерживая за бёдра, касаясь горячими губами шеи, которую я с готовностью подставляю, запрокидывая голову. Мужчина наверняка сам не отдаёт отчёт своим действиям, проходится пальцами по обнажившемуся животу и тянется к застёжке на джинсах, но в этот же момент слышится звон разбитого стекла и негромкое «ой, простите», что заставляет Тэхёна резко отстраниться, словно хищника, который разделавшись с одной жертвой, тут же собирается погнаться за другой.
— Стоять, Ара! — рычит он, пока я кое-как сажусь на столе, собирая разбегающиеся мысли в кучку. Закрываю лицо руками, стараясь скрыть собственное смущение. Вместе с неожиданным отрезвлением в голову приходят мысли о том, как всё-таки доступно я себя повела. Кто я теперь для него? Капризная малолетка, готовая лечь в постель с первым встречным?
— Простите, Господин Ким, — лепечет тем временем девушка, смотря на мужчину расширившимися от испуга глазами. — Я ничего не видела, правда. Я просто хотела... Простите, — с её глаз едва ли не слёзы срываются, и я всё больше поражаюсь, какое всё-таки влияние имеет Тэхён на персонал этого клуба. Мне кажется, даже Аджуму здесь меньше боятся.
— Выдай ей форму, — устало приказывает мужчина, забирая с барной стойки пачку сигарет и направляясь к выходу из зала, — и проследи, чтобы выучила меню. Всё ясно?
— Да, Господин Ким, — заучено отвечает официантка, прижимая к груди пустой поднос.
— Умная девочка, — одобрительно улыбается Тэхён, но голубые глаза остаются серьёзными. — Удачи, кошечка... Думаю, она тебе не помешает.
Как только мужчина выходит, девушка облегчённо выдыхает, опускаясь на корточки, собирая с пола осколки тарелки. Я запоздало спрыгиваю со стола и присаживаюсь рядом, чтобы ей помочь.
— Я никому ничего не скажу, — тихо обещает она, нервно потрепав между пальцами длинные рыжие волосы, собранные в хвост. — Но лучше тебе с ним не связываться. Мунбёль узнает – уничтожит.
— Они любовники? — прямо задаю вопрос, ответ на который, как по мне, очевиден.
— Я тебе ничего не говорила, — с этими словами Ара резко поднимается, направляясь к выходу. — Лучше помоги мне столики подготовить.