12 глава
И так уже четыре месяца вы ищете хоть какие-то зацепки, которые могли бы показать, где может быть новая база ПОРОКа.
— У меня есть новости! — Винс зашёл в комнату. — Их заметили. Они постоянно перевозят их с одной точки в другую. Нам удалось узнать, что чуть меньше чем через месяц их снова будут перевозить. Мы знаем откуда и на чём.
— На чём? — спросила ты.
— На поезде. Нам главное — вычислить, в каком именно вагоне будут вести их. К сожалению, их осталось чуть больше девяти, и это, скорее всего, один вагон.
— Нам нужен чёткий план, — подал голос Томас. За это время он очень возмужал, как и все парни. — Наша главная цель — вагон с нашими, все остальные вагоны нам не нужны.
— Да, но на чём мы его заберём? Или как мы заберём столько человек? —, смотря в глаза Томасу, спросила ты.
— Нам нужен самолёт.
— У них есть воздушное сопровождение, — вставила Бренда. — Если мы заберём их самолёт, его мощности хватит, чтобы поднять вагон.
— Да, но кто умеет управлять этой махиной? — добавил Винс.
Ты тяжело выдохнула.
— Обещала себе, что никогда больше не сяду туда... но это важнее.
— Т/и? — осторожно спросила Бренда.
— Меня тренировал Дженсон. Думаешь, откуда у меня эти навыки? Быстрый бег, меткость, борьба.
— Так, тогда нам нужно прописать чёткий план. У нас на всё — чуть меньше месяца.
Вы начали составлять план.
...
Сутками напролёт ты сидела с Томасом над картами и схемами, перебирая каждый возможный вариант, каждую лазейку, каждый шанс. Усталость прочно поселилась в его взгляде, но упорство всё ещё горело в глазах — как и в твоих.
Ты крутила в пальцах карандаш, снова и снова, пока, наконец, он не выскользнул и не упал на пол.
— Томас, — позвала ты, и он поднял на тебя взгляд.
— А что если... отвлекающий манёвр? Сделаем так, чтобы они подумали, будто мы слишком предсказуемы. Пусть думают, что знают наш план. Что они на шаг впереди... а мы будем на два.
— Каким образом? — насторожился он.
Ты встала, шагнула к столу и раскрыла карту.
— Где-то тут... — пальцы скользнули по грубой бумаге. — Здесь мы и осуществим саму операцию. Но до этого момента все внимание должно быть на одной машине. В ней — я, Хорхе и Бренда. Нас заметят, нас остановят. Мы обезвредим воздушное сопровождение. Пока они будут возиться с нами — вы догоняете поезд, запрыгиваете на нужный вагон, фиксируете трос.
— А вы в это время захватываете корабль... — Томас начал складывать в голове картину. — ...и прикрываете нас с воздуха.
— Именно. Как только вы будете готовы — сигнал, мы поднимаем вагон и летим в направлении, которое им неизвестно. Быстро, чётко и без второго шанса.
Он выпрямился.
— Отличный план. Осталось проработать детали.
Вы тут же позвали остальных и начали раскладывать всё по полочкам. Каждый шаг. Каждый тайминг. Каждого человека.
— Итак, — начала ты, стоя в центре импровизированной комнаты совещаний. — Хорхе, Бренда — вы со мной. Поможете выиграть время. Пока солдаты будут заняты вами, я проскользну к кораблю, отключу GPS-датчики, закреплю трос с крюком. Когда всё будет готово — подам сигнал: три холостых выстрела. Тогда вы — быстро убираете солдат и бежите ко мне. Мы взлетаем и идём на прикрытие.
— Может, лучше я останусь на земле, — вмешался Хорхе. — Мы с Брендой поставим пушку на машину и прикроем снизу. А ты с воздуха. Это безопаснее.
Ты кивнула после короткой паузы.
— Хорошо. Но мне нужен второй пилот.
— Я. — Поднялся голос Винса. — Я буду вторым пилотом.
Ты взглянула на него, внимательно. Потом уверенно кивнула.
— Отлично. Тогда план такой: вы отвлекаете, я и Винс — на корабль. После сигнала — вы к нам, мы взлетаем и прикрываем группу сверху. Сигнал — три холостых выстрела. Не спутайте.
— Я считаю, план прекрасный, — спокойно произнёс Ньют, стоя у стены, скрестив руки. — Чёткий, без пафоса и с долей дерзости. В твоём стиле.
— Спасибо, — ты улыбнулась, но в глазах у тебя уже была сосредоточенность. Начиналась самая важная часть — подготовка.
Вы разошлись. Пора было действовать.
Ты была в оружейной. Просторное помещение, где пахло сталью, маслом и чем-то холодным, опасным. На тебе уже был тактический пояс — туда ты уложила несколько заточенных ножей, пистолет, запасные магазины и горсть патронов. Единственное, за что можно было быть благодарной ПОРОКу — это за склад оружия, который вам удалось унести после одного из захватов.
Ты сидела за верстаком, точила ножи с точной, механической сосредоточенностью, когда услышала шаги. Обернувшись, ты увидела Ньюта.
— Привет, — сказал он тихо, почти нерешительно.
— Привет, — ты улыбнулась, стараясь скрыть напряжение в голосе.
Ньют опустился рядом, чуть ближе, чем просто по-дружески. Его взгляд был спокойным, но ты сразу поняла — он пришёл не просто так.
— Что, Ньютик? — мягко спросила ты. — Что-то хотел?
Он кивнул.
— Возник вопрос. Мы с Томасом обсуждали кое-что.
Ты отложила нож, посмотрела на него внимательно.
— Я слушаю.
— Мы подумали... — начал он, подбирая слова. — Есть вероятность, что её не будет там. Ну... ты сама понимаешь. Если она уцелела, они наверняка держат её не в поезде. Скорее всего, в центральном комплексе. У них же всё строго.
Ты замерла. Пальцы сжались в кулак. Это прозвучало как молот по голове. Просто и логично. Безжалостно логично.
— Тогда я их найду. И им всем... пиздец, — прошипела ты, сжав нож так сильно, что побелели костяшки пальцев.
— Мы тебя не бросим, — тихо сказал Ньют, но твой ответ был острым:
— Вы не обязаны. Это моя дочь. Моя ответственность. Я должна её спасти. А вы — нет.
— Т/ишка... — он посмотрел на тебя так, будто хотел обнять взглядом. — Она твоя дочь, да. Но ты — наша. Наша подруга. Семья. Мы понимаем тебя. А Галли... я провёл с ним три года бок о бок. Он был моим другом, как и всем нам. Да, он ошибался, но мы все по нему скучаем. Даже Томас. Поверь.
Он помолчал, прежде чем добавить:
— Это ваш ребёнок. Единственная память о нём. После его смерти. Поэтому если так выйдет, что её не будет в вагоне — мы пойдём туда. Все. Мы вытащим её.
Тишина. Только твои слёзы, которые начали стекать по щекам, и нож, что давно выскользнул из пальцев и тихо лежал у ног.
— Спасибо, Ньют, — прошептала ты. Голос дрожал.
— Если хочешь выговориться — говори, — мягко сказал он. — Ты же знаешь, я рядом. Всегда.
Ты не выдержала. Просто потянулась к нему, прижалась, как ребёнок, как человек, который слишком долго держал всё в себе. А он обнял тебя крепко, как будто боялся, что ты рассыплешься, если отпустит.
— После того как я вспомнила... в Лабиринте... про нас с ним... — прошептала ты, уткнувшись в его плечо. — Я так боялась, что никогда не услышу от него «люблю». Когда рассказала... когда показала фото... Он сказал. Он сказал это. Я была самой счастливой. Мне было всё равно, где мы, что с нами. Он был рядом, и этого хватало. А потом... он не пошёл с нами. И внутри... всё порвалось. На миллиарды кусков.
Ты всхлипнула, вцепившись в ткань его рубашки.
— Когда он умер... я умерла с ним. А потом — узнала, что если бы остался, был бы жив. И чувство вины... Оно до сих пор грызёт. Потом — беременность, потом Элли. И во всём этом... в какой-то мере виновата я.
— Нет... — прошептал Ньют. — Ты не виновата. Обстоятельства были сильнее. Никто из нас не знал, как будет правильно. А он... я не думаю, что хотел бы, чтобы ты себя мучила. Не после всего.
Ты покачала головой.
— Каждую ночь он мне снится. С Элли. И каждый раз говорит: «Скоро встретимся». Может... я скоро умру? А Элли... может, она уже мертва?
Ньют погладил тебя по спине.
— Не говори так. Всё будет хорошо. Мы спасём её, ты увидишь. Мы не позволим тебе потерять её.
Ты сидела, долго, выматывающе плача у него на плече. Может быть, именно этого тебе и не хватало всё это время — чтобы кто-то просто выслушал. Обнял. И сказал: «Я рядом».
...
Тот же день. Вечер.
Ты сидела на скале, в одиночестве, глядя в тёмное небо. В лагере давно стихло — кто-то спал, кто-то просто лежал молча, усталый, разбитый. А ты... ты всё не могла найти покоя.
Ветер чуть трепал пряди волос, прохладный, колкий. Ты обхватила колени руками и, прижимаясь лбом к ним, прошептала в пустоту:
— О милый... я бы так хотела, чтобы ты был живой. Чтобы сидел рядом. Обнимал. Целовал.
Тихая дрожь в голосе.
— Я так скучаю по нашим разговорам перед сном, по твоим объятиям... по тебе.
Слёзы стекали по щекам, горячие, немые.
— Если это правда, что ты бы остался жив, если бы не пошёл за нами... прости. Прости меня.
Ты вздохнула, с трудом удерживая голос.
— Мне так жаль, что ты никогда не узнаешь об Элли... о маленьком человеке, который растёт внутри меня благодаря тебе.
Ты положила ладонь на живот, так осторожно, будто оберегала самое хрупкое на свете.
— Я точно люблю их больше жизни. Потому что в них есть твоя частичка. Хотела бы я, чтобы всё было по-другому. Мы бы жили счастливо, вместе... и не было бы всего этого.
Слёзы закончились внезапно. Как будто внутри всё выгорело. Осталась только тяжесть — глубокая, глухая, в груди. Ты просто сидела и дышала, вглядываясь в темноту, в которой не было ответов.
Ближе к трём ты, наконец, поднялась. В лагере было тихо, даже дежурные не издавали ни звука. Забравшись в постель, ты быстро уснула. Сон был тот же. Всё повторялось.
Утро.
После простого, наскоро приготовленного завтрака ты направилась к Томасу. Он сидел, облокотившись на стол, рассеянно чертя что-то на клочке бумаги. Завидев тебя, он сразу улыбнулся.
— О, Т/ишка, — сказал тепло. — Как ты?
— Нормально, — ты чуть кивнула. — Когда мы едем?
— Винс сейчас узнает. Когда скажет — будем знать точно. Пока что приблизительно: на днях. Завтра... может, послезавтра.
— Я поняла. Хорошо.
Вы замолчали. Просто сидели, рядом, каждый в своих мыслях. Спокойствие было обманчивым.
Примерно через час пришёл Винс. Он шагал уверенно, лицо его было серьёзным.
— Итак. Завтра, — сказал он. — Завтра они едут.
— То есть, сегодня готовимся? — уточнила ты.
— Да, — кивнул он. — Сегодня.
Вы все тут же разошлись по своим задачам.
Ты начала с оружия: проверила ножи, каждый — до остроты бритвы. Проверила патроны, пересчитала, уложила в подсумки. Затем пошла за одеждой.
На тебе были тёмно-зелёные штаны с множеством карманов, майка и рубашка поверх. Прочные ботинки, затянутые плотно. Всё — готово.
На улице уже вовсю шла подготовка. Кто-то чистил оружие, кто-то снаряжал рюкзаки, кто-то молча стоял, вглядываясь вдаль.
— Итак, — голос Томаса пронёсся над площадкой, и все обернулись. — Завтра подъём в 4 утра. На сборы — полчаса. Нам ехать два часа. Он будет проезжать возле нужного места в 7:30. Мы должны быть готовы. Время может сдвинуться.
Он оглядел всех, серьёзно, твёрдо.
— Всем желаю хорошо отдохнуть. Завтрашний день будет тяжёлым.
Люди стали расходиться. Ты тоже пошла спать. И, к своему удивлению, уснула почти сразу. Сон был крепким — телу нужно было восстановиться.