livin' in a dream
После произошедшего Лиза ожидаемо избегает Медведеву, а, завидев ту, сразу же краснеет, стараясь спрятаться за чьими-то спинами. Кира проводит больше времени с Крис, они больше не срутся через каждые минут десять-пятнадцать, а вполне себе ничего ладят, шутят локальные шутки и поддерживают друг друга. Андрющенко становится совсем обидно, но она молчит. Кире то легче. Она вон какая общительная, харизмой прет через край. Еще и не боится никого, в отличие от Лизы, которая первые несколько недель на проекте чуть ли не с открытыми глазами спала. Ей всегда было трудно подружиться с кем-то. А будет ли по ней кто-то скучать вообще, когда она вылетит? А есть ли у нее фанбаза за стенами проекта? Может она зря тут жопу рвет и надрывается. Ей уже почти 25 — сука, золотой, мать его, возраст — за плечами ни денег, ни друзей, ни любимого человека. Только ебанная гора каких-то травм и несколько месяцев в психиатрической лечебнице. Вот это номер.
На девятой неделе она ближе знакомится с девочками с шестого сезона. Лариса и Оля милые и крутятся вокруг нее как две курицы-наседки. Крис Штрэфонд смотрит внимательным взглядом, а после знакомится и дает пару советов. Даже контакты свои пишет и засовывает Лизе в карман, мол, звони, если понадоблюсь, солнце. Во время их коротких переговоров Кира смотрит недовольно, сжимая губы в тонкую линию. Дистанцию держит, но, кажется, уже каждому второму из этой злоебучей компании понятно что к чему. От кого-то из чужой команды прилетает шутка про еблю в проекте на каждом сезоне. Они будто делают ставки. Когда они получают вино — а получают, они его, явно блять не просто так — происходит какой-то пиздец. К вечеру напиваются почти все. Даже Лера, в большинстве случае держащая себя в руках. Пару раз ударяет Вилку — их пытаются разнять, но выходит плохо. Малышенко тоже никакущая, взгляд какой-то заплаканный. Они вместе с Кирой укладывают ее спать и отходят в сторону. Когда становится уже совсем поздно и камеры выключаются, Кира кидает на плечи Лизы что-то наподобие пледа и берет ее за руку. Тащит на улицу. Лиза не пила, конечно, но чувствует себя примерно как та же Виолетта — хочется плакать и спать. На улице, где-то на углу дома Кира отпускает руку и закуривает. Лиза улавливает приятный, на удивление, ванильный аромат. — Ты же знаешь, что если тебя поймают, то тебе конец? — Лиза пытается звучать отчужденно, но, на самом деле, правда волнуется. За пределами проекта девочки пусть делают, что хотят. Но тут — за одну, мать его сигарету — привет ворота. Кира неопределенно пожимает плечами и упирается взглядом в карие глаза напротив, даже так, что Лиза немного тушуется. — Не надоело от меня бегать? — голос звучит очень грубо. Кира, видимо, пиздец какая недовольная. Лизе сказать нечего. Даже сигарету хочется выхватить, закурить тоже. Она молчит и пару раз легонько ударяет носком ботинка стену, натягивая пониже шапку рукой. — Да бля-ять, — Кира чуть ли не рычит, снова затягиваясь. — Скажи хоть что-нибудь. Я перестаралась в прошлый раз? Лизок, не кидай меня в игнор. Что-то не нравится — так и скажи, не морозься. Нехуй меня стесняться. Лиза кидает какой-то совсем щенячий взгляд. Смотрится нелепо. Она еще и выше нее, а ведет себя как ребенок какой-то. Может еще голосок милый сделать, Лиз. — Слушай, — она выдыхает. — То, что произошло в гостиной... Я и сама виновата, хах. Было бы противно или некомфортно — оттолкнула бы. Но ничего не выйдет, Кир. Она смотрит прямо, взгляд не отводит. Блять, да будто не моргает даже. Кира хмыкает, выкидывая окурок и достает из пачки новую сигарету. — Почему же? Сейчас может и нет, а после проекта. — И кем я стану? Очередной Чикиной? У тебя с ней тоже мутки были непонятные, если не ошибаюсь. — Кира хмурится и смотрит недовольно. — Или очередной жертвой абъюза? Спасибо, проходили. Просто секс — ха, спасибо, мне такое не нужно. Кира выгибает бровь и подходит ближе. — Про Чикину из сплетен каких-то крыс с проекта знаешь? Я тогда про тебя тоже многое рассказать могу. Пришла ради хайпа, с Мишель отношения не заладились потому что к Крис ее ревнуешь, с Дианой сосалась. Продолжать? — Медведева немного наклоняет голову в бок, ухмыляясь. — Я же молчу, вроде. Хочешь познакомиться поближе? Так, блять, давай, Индиго. Тебе никто рот не затыкал. Пока что. — Ага, жаль на детекторе лжи такие вопросы задавать нельзя было, — Лиза мнется. — Не хочу я сейчас говорить об этом. Мне достаточно тех травм, что уже у меня есть. Не хочу я еще чужие тащить и зарабатывать новые, Кир. А вот это звучало уже совсем неприятно. Кира закусывает щеки изнутри, смотря своим черным взглядом, а через секунду впечатывает Лизу в стену. Та больновато ударяется головой, потому морщится. — Ёбнулась? Еще увидит кто-то. — Тебя только это волнует, — она сейчас, кажется, совсем-совсем заведенная. — Слушай, то, что я говорила тогда в коридоре...нахуй это все. Ты мне нравишься, Лизок. Травмы? Да, мы, блять, сюда их прорабатывать и пришли. После проекта я продолжу заниматься с психологом. Наркоту окончательно брошу. Ты же сама меня хочешь. Она наклоняется чуть ближе, дышит почти что в самые губы. Лиза рефлекторно сглатывает и поворачивает голову резко, Кира мажет губами по щеке. — Только не ври, что это не так, — она дотрагивается до уха и проводит кончиком языка. — Я тебя, блять, насквозь вижу. Еще бы ты не ломалась. — Иди нахуй, — шепчет Лиза. Перед глазами пелена какая-то. От Киры немного несет вином, хоть и выпила она всего пару глотков, Лиза сама видела. И руки у нее сильные — Лиза обязательно после выхода отсюда узнает о ней и ее прошлом побольше. — Хочешь поговорим? — она упирается носом в Лизину шею. Он у Киры холодный до ужаса и Андрющенко легонько вздрагивает. — Задавай вопросы. Любые, даже можешь своим ебучим юмором приправить. Я буду задавать тебе. Она поднимает голову от шеи и Лизе просто хочется раствориться в омуте ее пиздецки черных глаз. Но давать себя узнать кому-то — вы, блять, серьезно? Кира, наверное, видит, как ее триггерит с обычной просьбы и снова хмурится. Лизе хочется разгладить эту морщинку меж темных бровей, но руки она не поднимает, а лишь сильнее прижимает к телу. — У меня после твоих выкидонов синяки на теле, Кир, — она пытается не разрывать взгляд. — Хотя, может, не стоило тебе этого говорить. Ты же от такого заводишься в секунду, сейчас с цепи сорвешься как собака и прямо здесь, возле пыльной стены, меня выебешь. Кира смеется в голос, все-таки ослабляя хватку. — Теперь лучше. Мне ты больше нравишься веселая и с улыбкой на лице, — Кира вновь щелкает ее по носу и это кажется настолько родным до боли, что Лиза невольно улыбается во все тридцать два. — Давай, солнышко. Я ведь не кусаюсь. Ну, в обычных разговорах. А там кто знает. Она немного отходит, полагая, что так Лизе будет комфортнее. Многим участницам с Медведевой под боком раскрыться легче, и поддержать она может не хуже, чем штатный психолог. Но Лиза, видимо, снова не как многие. — Ты же не изменяешь своей девушке сейчас? — Лиза делает серьезное выражение лица, а после теряется. — Ну, я имею в виду, нет ли у тебя отношений за проектом. Блять, ты поняла короче. — Флирт — это не измена, — Кира улыбается, снова, блять, закуривая. — Но нет, солнце. Лиза от неловкости начинает пинать камни под ногами и ковырять ногти. Глупая привычка. Тяга к селфхарму, наверное, какая-никакая. Когда уже совсем невмоготу становилось, а с собой ничего делать не хотелось — она записывалась на сеанс тату. Но тут, на шоу, у нее вряд ли чудесным образом появится такая возможность. Вот и спасается чем может. — Мои последние отношения закончились пару месяцев назад, — Лиза поворачивает голову, на пару секунд войдя в ступор. — И нет, Лиз, я не пытаюсь забыться — предугадывая твои следующие вопросы, если конечно хватит смелости их задать — ты просто классная, кисуль. Я тебе не враг. Лиза делает глубокий вдох, словно пытаясь подготовиться, чтобы что-то сказать, но все-равно молчит. Не говорит, но слушает. Взгляд сосредоточенный и остерегающийся, какой-то.
— Красиво в уши льешь. — Я могу красиво не только это делать, — Кира, из манеры общения «флирт», наверное, и под дулом пистолета не выйдет. Ее личная зона комфорта. — и ты бы это знала, если бы имела желание узнать меня получше. — Зато я увидела, кто сегодня прям тянулся узнать о тебе побольше, — Лиза ухмыляется, а Медведева кидает непонимающий взгляд. — Лариса. Вон как спелись, даже на коленках у тебя посидела. Может ты ей на ушко тоже парочку пошлостей нашептала — она прямо светилась после общения с тобой. Я-то ее не осуждаю, но кажется предупрежу ее, чтобы училась на моих ошибках, а не... — Завались, — Кира хмурится, хватая ту за руку и Лиза возмущенно смотрит, но и правда замолкает. — Кисуль, я тебе ничем не обязана. Контакт наладить пытаюсь, как могу, это ты выебываешься и иголки показываешь. Думаешь, долго я терпеть буду твой дохуя длинный язык? Смотри не допиздись. Кира злится, и по ее выражению лица это прекрасно видно. Лизе хочется чуть ли не закричать от восторга и она судорожно вдыхает воздух полной грудью, поднимая уголки губ. Кажется к психологу тут ходить не Кире нужно, а самой Андрющенко. — Может я ревную, — Лиза играет. Так легче, потому что сам не понимаешь, что именно из того что ты несешь ложь, а что — какая-то ебнутая правда. — А по-моему просто мое терпение испытываешь, — Кира выкидывает непонятно какой за вечер окурок — нервишки шалят — и кладет Лизе пальцы на подбородок, чуть сжимая его. — Хочешь, чтобы я обращала внимание только на тебя? Дай мне что-то взамен. Она с нажимом проводит по губам Андрющенко, и та чуть приоткрывает рот, втягивая через зубы морозный воздух. — Ну, так если хочешь меня, — Лиза немного расслабляется, — может, не только словами будешь раскидываться. Кира приближается и легонько трется носом о нос девушки. Когда жилистые руки Киры обвиваются вокруг ее талии, предварительно залезая под кофту — дышать становится тяжелее. А когда она чувствует горячее дыхание в районе шеи, а после короткий поцелуй в той же степи — из легких, блять, вышибают весь воздух. — О, я кажется слышу кое-что из этих намеков. — И что же? — Лиза чувствует, как у нее покраснели щеки и голос нещадно дрожит. — Может, — Кира на секунду делает задумчивое лицо, возвращая ухмылку на губы, — мне слышится «Возьми меня прямо здесь, Кира», — она прижимается губами к тонкой коже и прикусывает, да так, что Лизу немного подбрасывает вверх и она скользит тракторной подошвой по грязи, не в силах устоять на месте. — «Выеби из меня всю мою надменность, Кира». Лиза тихонько скулит, когда Медведева разводит своим коленом чужие дрожащие ноги и с силой проводит им же меж бедер. Все эти слова распаляют кровь, горячий шепот приятно обжигает ухо, а голова наполняется каким-то сладким туманом. Какие-то тревожные мысли, что кто-то может слышать, видеть, а, не дай бог, еще и снимать весь этот пиздец, уходят на задний план. — Хочешь прямо здесь? — Лиза тщетно пытается не смотреть в глаза перед собой, пока чувствует, как ловкие пальцы Киры оглаживают ткань свободных брюк, проходясь по резинке на талии, норовя вот-вот забраться под нее. — Чтобы нас кто-нибудь услышал. Увидел, если хочешь. Чтобы я выбила из тебя весь воздух, пока буду трахать этими же пальцами, — она резко поднимает руку вверх, хватая Андрющенко за лицо и сжимая щеки, заставляя в конце-концов посмотреть себе в глаза. Взгляд у черноволосой совсем никакой, и дыхание сбито. — Так, кисуль? Кира прижимается своими губами к тонким губам напротив, но не целуя. Она опускает колено вниз и заменяет его на вторую руку, с силой проходясь по ложбинке, чуть разводя чужие ноги в стороны. Лиза издает тихий, жалобный стон, зажмуриваясь. — Не делай такое лицо, солнце, — Медведева продолжает поглаживающие движения рукой, чувствуя, как распаляется все внизу у нее самой. В мыслях — ничего приличного. — Я бы сделала с тобой все те вещи, что шептала тогда вечером, — мурлычет она в самые губы, чуть высовывая кончик языка. — Или даже еще грязнее. Лиза болезненно ждет поцелуя, уже наплевав на свои же принципы, и приоткрывает рот в немом стоне, когда Кира ускоряет движение. Ткань брюк и нижнего белья сглаживают ощущения, делая их отчасти немного болезненными, но все удовольствие от трения и от слов Медведевой все это затмевают. — Пожалуйста, — хнычет она, но ничего не происходит — мучения снизу продолжаются еще пару долгих, болезненных секунд, и на этом все заканчивается. Кира аккуратно убирает руку и отходит в сторону, придерживая Лизу за талию. У той совсем ахуевший взгляд и она даже не сразу понимает, что Кира до сих пор хоть как-то ее касается. Через еще несколько секунд Лиза убегает с места происшествия настолько быстро, что Кира не успевает что-то сказать, но ощущения удовлетворительные. Лиза не глупенькая, чтобы всерьез надеяться на то, что это произошло бы на улице, когда за стеной половина девчонок пьяные, а половина пытается перезнакомиться с другим сезоном. Когда позже Наточий подходит с тупыми вопросами, Кира со спокойной душой посылает ее нахуй. Настроение какое-то слишком хорошее.