Кто ты, Перси Уизли?

Проснувшись на следующий день, Перси с удивлением почувствовал себя немного отдохнувшим. По всей видимости мадам Помфри решила не будить его, дав ему возможность всласть выспаться. Несмотря на поздний час, он вполне бодро позавтракал, выпил целую батарею различных зелий, в основном витаминных, и с удовольствием перечитал учебник по трансфигурации. Настроение начинало уверенно ползти к отметке «удовлетворительно».

Вуд явился ровно в час дня. После пробуждения, и, наплевав на всякие запреты мадам Помфри, протащил в лазарет банку кофе.

— Я тебя почти люблю, Олли. — Улыбнулся он. — Спасибо.

— Не за что. Как ты тут?

Простой вопрос ставил в тупик: действительно — как он?

Ночной приступ рефлексии теперь казался таким же далёким, как и ужас, преследовавший его по пятам со дня нападения на Колина Криви. Но совсем новое, слишком сильное чувство, внезапно стало жечь сильнее Адского огня. Ненависть. Именно она захватила всё существо. Впервые проснувшись в Больничном крыле после той злополучной ночи, сразу после четырёхчасовой истерики, он ощутил не пустоту, а именно её.

— Я... Меня отпустило. — Неуверенно сказал он. — Пока я больше не хочу убивать направо и налево.

— Значит, обойдёмся без санитаров. — Вразрез со сказанным Оливер не улыбался, а только внимательно смотрел на него.

Стоически перетерпев часовой визит грустно опускавшего уши Вуда, Перси со смесью жалости и стыдливого любопытства просмотрел очередной концерт в исполнении Локхарта. Мужчина безвозвратно повредился в уме и теперь не давал спокойно жить мадам Помфри. Гилдерой регулярно задавал ей одни и те же вопросы: о себе, о ней, о Перси — обо всём, что он видел. Отведя глаза, Уизли невольно поёжился — сохрани Мерлин от такой же участи.

«Хотя, надо признать, что от части воспоминаний избавиться бы стоило», — фыркнул внутренний голос. — «Желательно весь прошедший год вырезать, чтобы вменяемым остаться».

Персиваль поморщился. Настроение снова стремительно рухнуло. Радовало одно: буквально послезавтра состоится праздничный пир, и он покинет замок.

— Гнев, богиня, воспой Ахиллеса... — Пробормотал он.

***

— Ты слышал новую сплетню? — Оливер выхватил учебник.

— Вуд, гадюка ты подколодная, я тебя прокляну. — Перси взвыл и резко повалил его на спину. — Экзамены через две недели, ты думаешь мне есть дело до сплетен?

— Это я ещё гадюка? — Он охнул от чувственного точка под рёбра. — Это ты тут ядом плюёшься, а не я. Не отдам.

Перси смерил его тяжёлым взглядом и уселся на нём поудобнее. Вуд ухмыльнулся и только плотнее вжался в матрас, пряча учебник по истории магии за спиной.

— Нечего похабно скалиться. — Вспыхнул Уизли, непримиримо вжав кулак в грудь Оливера.

— И ничего я не скалюсь. Какое тебе дело до сплетен трёхсотлетней давности, собранных этой старой кошёлкой Бэгшот? У меня свежее.

— Эта «старая кошёлка Бэгшот» — самый значимый историк двадцатого века. А ты самый значимый тупица двадцатого века.

— Но всё-таки значимый? — Оливер поиграл бровями, тут же уклоняясь от очередного тумака. — У твоего брата язык без костей, ты знаешь?

— Вуд... — Перси тяжело вздохнул, пытаясь внутренне примириться с непробиваемостью капитана гриффиндорской сборной. — Что опять?

— Рон, это твой пятый брат, если ты забыл за всей этой подготовкой к экзаменам, — ехидно ввернул он, перехватывая руку Перси, готовую отвесить затрещину, — говорит, что две недели назад был в хижине Хагрида, когда его сослали в Азкабан, а Дамблдора отстранили.

— А Ронни там, верно, был под мантией у Дамблдора. — Участливо покивал Перси. — Ты меня внеочередными бреднями решил накормить?

— Я всего-навсего пересказываю. — Вуд обезоруживающе улыбнулся. — Говорит, видел, как Люциус Малфой вручил Дамблдору решение Попечительского Совета и как Фадж лично увёл Хагрида.

— А министру, я так понимаю, заняться нечем, кроме как лесников из собственных хижин до Азкабана сопровождать. Неплохой такой эскорт.

Оливер вдруг выбил руку, упёртую ему в грудь. Не успев среагировать, Перси попытался другой упереться в матрас, но был мгновенно захвачен в объятия Вуда.

— И как это понимать?

— А нечего руки распускать. — Оливер уткнулся ему куда-то в шею.

— Всем ученикам немедленно вернуться в свои спальни. Всем преподавателям собраться в учительской. Пожалуйста, как можно скорее. — По всему замку громом пронёсся голос МакГонагалл.

Перси вздрогнул и на миг замер и закрыл глаза, плотнее прижавшись к Оливеру. Тот зарылся носом в его волосы. Уизли мягко отстранился тут же вставая. Накинув мантию на плечи и, поправив очки, он виновато глянул на хмурого Вуда.

— Идём? — Перси протянул руку. — Нужно пересчитать всех.

— Еще минуту. — Оливер подошел очень близко, осторожно переплетая их пальцы и просто стоял с ним так.

Прошло явно больше пяти минут, но Перси и сам не хотел отстраняться.

— Идем. — Негромко сказал Вуд, с сожалением отпуская руку.

Пересчет студентов не занял много времени. Весь Гриффиндор стекался из спален в гостиную. Напряжение стояло в комнате, как тот слон, которого никто не хочет замечать. Но стоило понять, что никто не видел Рона последние час-два, а вместе с ним и Поттера, в воздухе сразу повисла легкая паника. Когда же Перси не досчитался Джинни, страх стал ощущаться почти физически. Он читался в закаменевших лицах Фреда и Джорджа, в бегающем взгляде Оливера, в судорожно сжатой переносице Перси, в каждой первокурснице, бесконечно оправляющей юбку и в каждом тревожном взгляде старшекурсников. Страх проник в тихие короткие переговоры между приятелями, во всхлипы Лаванды Браун.

Висела нехорошая, тяжелая тишина. Обычно отворявшийся незаметно портрет Полной Дамы сейчас заставил вздрогнуть всех. Макгонагалл вошла необычно. Она была мрачна, как никогда. Оглядев присутствующих, она на миг задержалась взглядом на сбившихся в кучу Перси, близнецах и Оливере и тут же устало прикрыла глаза.

— Здравствуйте. — Она начала неуверенно, почти вопросительно. — Как все поняли, у меня плохие новости. — Минерва помолчала. — Произошло внеочередное нападение. Больше так продолжаться не может. — Будто собираясь с силами, она подняла глаза на свой непривычно тихий львятник. — Завтра все вы возвращаетесь домой. Пятые и седьмые курсы будут сдавать экзамены в Министерстве в июне. Остальные будут проинформированы о порядке проведения аттестации позже.

По гостиной начала пробегать волна шепотков. Перси прикрыл глаза. Едва слышно выдыхая.

— Кто окаменел? — Вякнул кто-то из толпы.

Один вопрос мгновенно породил вакуум. Казалось, что весь факультет на несколько ужасно долгих секунд перестал дышать. Декан собиралась с силами.

— Не окаменел. — Макгонагалл перевела взгляд на Перси. — Её утащило чудовище в Тайную комнату. Это... — Она сглотнула ком в горле. — Это Джинни Уизли.

У Перси выбило землю из-под ног. Он не упал только из-за вовремя перехватившего его Вуда. Гостиная взорвалась шумом. Голова шла кругом. Фред рванулся к Макгонагалл, принявшись что-то выяснять у неё, горячечно размахивая руками. Джордж, вцепившись в мантию Перси, обмахивал его не пойми откуда взявшейся газетой. В глазах сначала темнело, затем болезненно пекло. Он не чувствовал впившуюся ему в плечо едва не до синяков руку Оливера. В нос ударил чей-то едкий парфюм. Вместе со слабостью резко накатывала тошнота.

Слабо взглянув на мелко подрагивающие руки Джорджа, он резко прикусил себе щёку изнутри. В голове набатом заколотила единственная мысль: нельзя разваливаться. Рот немедленно наполнился привкусом крови. Встав на ноги он несколько раз мотнул головой, пытаясь остановить поплывшую гостиную и, кое-как собравшись с мыслями в несколько нетвёрдых шагов прошёл к МакГонагалл.

— Мэм, как вы планируете спасать нашу сестру? — Непослушные пальцы больно кололо.

— Перси, ваши родители уже поставлены в известность. — Осторожно начала декан. — Они прибудут с минуты на минуту. Я пришла ещё и сопроводить вас в ним. В кабинет директора.

— Понятно. — Сфокусировав взгляд на носу у Минервы он взял за локоть Фреда. — Помимо Джинни мы с Тайлер не досчитались Поттера и Рона.

Макгонагалл помрачнела ещё сильнее. Обратись она кошкой, шерсть стояла бы дыбом.

— Перси, берите близнецов. Отправимся в кабинет сейчас же.

Вуд закипал и явно хотел пойти с ним. Перси с усилием оторвался от Фреда. Оливеру не стоило идти с ним. Не в этот раз. Чувствовалось, что вся кровь отлила от лица. Он едва слышно пробормотал подошедшему Вуду:

— Останься здесь. Пожалуйста. Я справлюсь.

Оливер кивнул совсем тяжело. Пожал руку. Чуть дольше положенного. Его тепло едва не обожгло обледеневшую ладонь. Единственный жест поддержки, доступный на публике. Он глубоко вдохнул и тут же принялся помогать Эмили Тайлер наводить порядок в гостиной, разгоняя всех по спальням.

Он не запомнил дорогу. Только опущенные плечи Фреда, идущего чуть впереди, и напряженную руку Джорджа, ведомого Перси под локоть. Он полностью сосредоточился на дыхании. Холодный воздух кое-как отрезвлял.

Мама сидела в кухонном переднике, вжав ладони в лицо. Отец в служебной мантии обнимал её за плечи. Близнецы во мгновение ока подлетели к родителям. Мама всхлипнула, судорожно комкая мантии на их плечах. Папа стоял как оглушённый, поглаживая братьев по спине. Перси неловко подошёл к ним. Отец обнял его поперёк груди. С усилием он перевёл взгляд на кресло директора. Дамблдор.

— Сэр.

— Персиваль. — Кивнул он. — Как вы?

— Как скоро прибудет аврорат? — Он предпочёл проигнорировать вопрос.

— Альбус, Перси говорит, что на факультете не хватает ещё и Поттера с... — Макгонагалл перевела взгляд на маму. — С Роном.

Мама обмякла в кресле. Перси осторожно сжал её плечо, Фред наколдовал стакан воды.

— Это усложняет ситуацию. — Директор провёл рукой по бороде. — Но и меняет её в положительную сторону.

— В положительную? — Переспросил отец. — Что положительного в том, что двое наших детей и Гарри исчезли в неизвестном направлении?

— В том, что вашу дочь уже спасают.

— Альбус, вам не кажется, что возлагать миссию по спасению Джинни на второкурсников это как-то чересчур? — Вопреки дипломатичному тону Минерва вцепилась в край стола. — Перси прав, нужно вызывать авроров.

— В любом случае, это не имеет ровно никакого смысла. Местоположение ребят остаётся неизвестным.

— Неизвестным? Как по мне, направления очевиднее нет. Все трое в Тайной комнате. А устанавливать её «местоположение» — как раз в области ответственности авроров. — Ядовито вклинился Перси, тут же вспыхивая идеей. — Мама, — Он перевёл взгляд. — Вспомни, что показывали часы, перед тем как ты сюда пришла.

— Часы? — Недоумённо переспросила Макгонагалл.

— Да, мэм. Волшебные часы, показывают состояние членов семьи. — Чуть раздражённо пояснил он.

— Я... — Она зажмурилась. — Стрелка Джинни точно была на «смертельной опасности». А вы все были «в школе».

— Я проверю. — Хмуро добавил отец, и не прощаясь, ушёл камином в Нору.

— Возвращаясь к вопросу про аврорат. — После недолгой паузы Перси вернулся к Дамблдору. — Как скоро, сэр?

— Не думаю, что в этом есть необходимость.

— Сэр, как это понимать? — Перси с силой удержал за плечи попытавшегося встать возмутившегося Фреда. — Вы ведь прекрасно понимаете, что Хогвартс не отделается скандалом, если наша сестра и брат... Умрут в Тайной комнате.

— Перси! — Ахнула мама.

— Не говоря уже о Поттере. — Он чувствовал, что подошёл к очень опасной черте. — Если вы рассчитываете замять это дело, то...

— Мистер Уизли! — Минерва была бледна как мел. — Я не знаю, что вы надумали, но...

— Но, что мэм? — Резко перебил её Перси. — Администрация в течение года не может разобраться с нападениями. Окаменела кошка, трое магглокровок, Пенелопа Клируотер, и, вдумайтесь, привидение! — Он начинал распаляться, Джордж опасливо косился на него, сжав рукав мантии Фреда. — А теперь чудовище настолько обнаглело от безнаказанности, что утащило мою сестру в своё логово, и никто не собирается предпринимать никаких мер для её спасения, кроме двух троечников-второкурсников. Это называется преступная халатность.

— Персиваль, послушайте. — Декан снова попыталась вклиниться.

— Профессор, взгляните на ситуацию с нашей стороны. Действия директора абсурдны и полностью подрывают доверие к школе, и я начинаю понимать причину решения Совета Попечителей.

— Перси, это решение было незаконным. Двенадцать попечителей действовали под принуждением Люциуса Малфоя. — Минерва всё ещё пыталась его урезонить.

— Вот как? — Елейно протянул он. — Так значит теперь в истории замешан Пожиратель Смерти, чем-то принудивший попечителей к исполнению своей воли. По-моему, в уголовном праве это называется шантаж. Поправьте меня, профессор, если я ошибаюсь. Достопочтенные попечители — сплошь и рядом маги из благородных и богатых семейств. В их годы неспособность обратиться в Департамент Магического Правопорядка вызывает вопросы. И вот теперь вы появляетесь, как бог из машины и утверждаете, что всё под контролем.

Дамблдор продолжал молча сидеть с довольной вежливой полу-улыбкой. Его непробиваемость выводила из себя сильнее всего ужаса, пережитого им за год.

— Полагаю, Люциусу всё же было, чем их, как вы метко выразились, шантажировать их. — Дамблдор с нарастающим интересом поглядывал на него.

Он уже набрал в грудь воздуха для очередного ехидного пассажа, как вдруг его руку мягко сжали.

— Перси, прекрати. — Мама устало посмотрела на него из кресла. Запал как рукой сняло.

— Директор, я понимаю, что вы может быть уже просчитали всё на сто ходов вперёд, но войдите в наше положение и прекратите говорить недомолвками. — Перси всё-таки сел. — Объясните, что происходит.

— Что-же. У вас есть право критиковать меня и требовать объяснений. — Дамблдор кивнул. — Но, хочу заметить, что моя компетентность как управленца слабо волновала вас во всех перечисленных случаях до сего дня. — Шпилька едва не вызвала новый виток гнева. — Позвольте начать издалека. — Он со вздохом отодвинул пачку пергаментов. — Тайную комнату пытались найти множество раз. Я и сам когда-то горел этой идеей. Пятьдесят лет назад Тайная комната была открыта в первый раз за многие столетия. Тогда умерла магглорождённая ученица — Миртл Уоррен. И это событие едва не привело к закрытию школы. Мой предшественник Армандо Диппет, — Он кивнул портрету. — Делал всё, чтобы разрешить ситуацию. Представьте себе моё удивление, когда шестикурсник Том Реддл смог отыскать виновного.

— Реддл? — Переспросила Макгонагалл побледнев.

— Именно так, Минерва. Он утверждал, что виновником был Рубеус Хагрид. Конечно, никто в это не поверил. Но третьекурсник Хагрид уже тогда был всем известен как любитель различного рода магических существ. Очень быстро забылась гулявшая по школе байка об открытии Тайной комнаты. Аврорат обвинил Хагрида в незаконном содержании акромантула, убившего Миртл. — Дамблдор перевёл взгляд на Перси. — Конечно, мы все предпринимали меры для того, чтобы Рубеуса оправдали. Гораций Слизнорт, бывший декан Слизерина, лично просил о помощи своих многочисленных друзей. Директор Диппет собирал характеристики и пытался повлиять на позицию Министерства. Но в условиях войны с Грин-де-Вальдом это было почти невозможно. И только через тридцать лет Тома Реддла вспомнят под другим именем. Лорда Волдеморта.

— Вы хотите сказать, что сейчас... — Начал Перси.

— Что сейчас, вероятно, происходит тоже самое. Поэтому сотрудники Министерства здесь лишние. Мне бы не хотелось, чтобы в ходе разбирательств снова пострадали невиновные. Но главный вопрос — как это могло произойти?

В этот момент камин полыхнул зелёным. Отец почти споткнулся о решётку, выпаливая на ходу:

— Стрелки сдвинулись. — Они в школе, оба.

Едва заслышав это, Перси устало выдохнул, оседая в кресле, чувствуя, что сознание вот-вот его покинет.

— Наконец-то. — Дамблдор кивнул. — Господа. — Он обратился к близнецам. — Проводите, пожалуйста, вашего брата в Больничное крыло. Думаю, Перси следует прийти в себя в располагающей для этого обстановке.

— Но... — Перси попытался отбрехаться.

— Мистер Уизли, вы явно держитесь на чистом упрямстве. Похвальная черта, но очень опасная. — Он взглянул на него поверх очков. — Вы уже сделали достаточно. Пора отдохнуть.

Стоило им отойти от кабинета на приличное расстояние, как Перси с двух сторон зажали в объятия близнецы. Он устало прижал их к себе, слегка потрепав по волосам.

— Чего это вы?

— Хотим сказать спасибо. — Прогундел Джордж ему в грудь.

— Заткнуть Маккошку и отчитать Дамблдора это сильно. — Фыркнул Фред.

— Я делал, что должен.

— Это взрослые должны делать.

— А я ваш брат. Как я мог оставить вас двоих? — Он слабо улыбнулся и отвесил щелбан Фреду. — Ты бы вообще разнёс весь кабинет Дамблдора.

— Ты это всё равно сделал лучше меня. — Нелепый контраст хмурых бровей с улыбкой вселял надежду, что всё ещё, быть может, наладится.

***

Выйдя, наконец, из Больничного крыла значительно посвежевшим, Перси понял: спокойная жизнь кончилась. Он стал свидетелем интереснейшей сцены: Люциус Малфой с подозрительно знакомой тетрадкой напал на Поттера, которого защищал неизвестно чей домовик. И разговор был ещё интереснее. Как выяснилось, тетрадь принадлежала Малфою. Перси стоял в тени лестницы и тихо наблюдал, пытаясь сопоставить события. Стоило домовику отшвырнуть Люциуса на несколько метров вдаль, как Перси тут же поспешил скрыться. Нужно было обдумать ситуацию.

Малфой. Макгонагалл не зря его упомянула. И тетрадка была тоже непростой. Он задумчиво толкнул дверь в их с Оливером комнату и тут же вздрогнул: на его кровати сидела Джинни.

— Привет? — Она была бледна и говорила совсем неуверенно.

Перси в один шаг метнулся к ней, чтобы крепко обнять. Он сел на пол и, держа её за руку спросил:

— Как ты?

— Ужасно. — Она грустно улыбнулась. — Неприятно, знаешь ли, понимать, что это я во всём виновата.

— Что?

— Это я открыла Тайную Комнату. — Она вздохнула и принялась объясняться. Причём, явно не в первый раз. — После покупок к школе я нашла у себя какую-то чёрную тетрадку. На обороте было написано: Том Марволо Реддл. — Перси побледнел. — Я решила отвести тетрадь под личный дневник. Но оказалось, что она зачарована. Чернила высыхали и в дневнике появлялся ответ. Сначала он прикинулся другом, причём понимающим. Он был призраком, заключённым в этой тетради. Я столько всего ему рассказала. — Джинни отвела взгляд. — И про себя, и про Гарри, и про... Тебя. Но оказалось, что всё это время Реддл просто тянул из меня информацию, чтобы потом легче мною управлять. Он стал иногда вселяться в меня. У меня появились провалы в памяти. Представь себе, как-то я очнулась в курятнике Хагрида в куриной крови и перьях с исклёванными руками. — Она хмуро потёрла переносицу.

Перси не перебивал, хотя на языке вертелось столько вопросов, что это делалось почти невозможным.

— Я поняла, что в моменты провалов он открывал Тайную комнату. В день, когда мы с тобой поссорились в библиотеке, я попыталась выбросить его. Но потом. — Джин замолчала, собираясь с силами и вдруг полезла в сумку.

— Джинни? — Перси растерянно смотрел на свой связной блокнот в руках сестры, отказываясь понимать происходящее. — Откуда это у тебя?

— Я... — Она отвела взгляд. — Я украла его у тебя.

— Что? Зачем?

— Он был слишком похож на дневник Реддла. Я заметила его, когда мы занимались. Ты что-то туда писал. Я просто перепутала. Я боялась, что он меня сдаст тебе, что ты начнёшь с ним общаться и... Попадёшь под его влияние. И если я — первокурсница смогла столько всего натворить, то что мог бы сделать ты — вообще страшно думать.

— Ты... Защищала меня? — Перси впал в ступор.

— Пыталась.

— И... - Он старался как можно осторожнее подобрать слова. - Как ты поняла, что это не тот блокнот?

— Когда прочитала первые несколько страниц. — Она подняла глаза на него. — Я никому ничего не скажу. Это только твои и Оливера отношения, Перси. Извини меня. За всё. Ты всё время пытался мне как-то помочь, а я... — Джинни расстроенно махнула рукой. — Мне особенно стыдно за тот случай в библиотеке. Я ведь не со зла.

— Джин...

— Нет, Перси, послушай. Мне правда иногда бывает тяжело, когда меня сравнивают с тобой, но это и гордость вообще-то вызывает. И в тот момент я сорвалась, потому что испугалась, что ты поймёшь, что я... Одержима духом Сам-знаешь-кого. Но дневник... — Она замялась, подбирая слова. — Он как бы подпитывает негативные эмоции. Я ведь знаю, что ты плохо переносишь крики и когда на тебя вообще давят. И я так попыталась отвлечь тебя. Ты иногда страшнее аврора и едва не докопался до правды, когда я рылась в архивах и собирала информацию про Гражданскую войну. Страшно было. А когда поняла, что вообще творю, выкинула дневник в туалет.

— Значит это ты тогда разлила воду в туалете Плаксы Миртл. И ты же вынесла дневник из вещей Поттера. А зачем такой бардак было устраивать?

— Ну, — Она неловко улыбнулась. — Это у тебя всё в идеальном порядке всегда. А у Гарри с Роном там такая помойка, что мне пришлось перерыть всё.

***

После праздничного пира, пересказывая диалог с Джинни Оливеру, Перси пытался докопаться до последней загадки, мучавшей его весь день.

— Единственный момент, когда Малфой мог подкинуть дневник Джинни — та невнятная свара во Флориш и Блоттс с моим отцом. Но я не понимаю мотива. — Он лежал прямо в мантии на кровати.

— Того, что он просто мразь и Пожиратель Смерти тебе недостаточно? — Оливер осторожно сдул с его лица видимую ему одному соринку.

— Нет, он ведь явно понимал, на что шёл. Не уверен, что личные вещи Сам-Знаешь-Кого — то, чем можно разбрасываться из личной неприязни.

— Это называется «компромат», Рыжик. — Он вздохнул. — Дочь главного защитника магглов в министерстве убивает грязнокровок и подчиняется Тёмному Лорду. Удар по репутации такой, что не отмоешься. А если вспомнить, что твой отец инициировал обыски у бывших Пожирателей и продавил закон о защите магглов...

— То тогда всё встаёт на свои места. — Перси хлопнул себя по лбу и замолчал, переваривая неожиданный вывод. — Похоже, Дамблдор решил свести всё к паритету. Старая сволочь.

— В каком смысле?

— А ты видел скандальные заголовки в пророке? Вот и я нет. Ситуация с Тайной комнатой урегулирована, Дамблдор вернулся в Хогвартс победителем, репутация школы не пошатнулась, Малфоя вышибли из Совета Попечителей, но ему не угрожают преследованием по закону, а наша семья в итоге физически не пострадала. — Он осёкся.

— Наша семья? — Вуд как-то неуверенно перехватил ладонь Перси.

— Да. Наша. — Он сжал его руку крепче.