Кто ты, Перси Уизли?

Перси потряхивало. Плохо слушающиеся пальцы впились в подлокотники кресла. Он не мог даже приблизительно сказать, что сейчас испытывает. Какая-то дикая смесь из ужаса, злости, усталости и шока плохо поддавалась попыткам задвинуть эмоции в дальний угол, как он обычно это делал. Оливер сидел в соседнем кресле. Выражение его лица было нечитаемым, будто закаменевшим. Он пристально смотрел на Дамблдора, с каким-то хищническим интересом, будто размышлял, чем его посильнее отоварить. Директор же непринужденно сидел за столом, выражая вселенское спокойствие и даже некоторую удовлетворенность.

— Итак, мистер Уизли, мистер Вуд, вы стали свидетелями неких событий. — Он чуть подался вперёд. — Прошу вас, расскажите, как всё было.

Перси покосился на Олли, который даже не пошевелился, явно находясь очень далеко отсюда. Староста вздохнул, прочистил горло и приступил к рассказу.

— Нас не должно было быть в Запретном коридоре вообще. Ночью к нам в комнату вломился до смерти перепуганный Невилл Лонгботтом и сбивчиво сообщил, что Поттер, Грейнджер и Рон зачем-то отправились в Запретный коридор. — Он прикрыл глаза, собираясь с мыслями и приступил к рассказу.

***

СОВ прошли как в тумане. Перси плохо помнил, как писал теоретическую часть на экзаменах. Не помнил вообще, что ему с улыбкой втолковывал профессор Тофти и какие скупые похвалы раздавала профессор Мэрчбэнкс на практике. Вечером лёжа на кровати в своей комнате, он не особо вслушивался в зашедшие на третий круг сетования Оливера по поводу неудачно выполненного заклинания укрепления. Староста просто радовался тому, что всё закончилось.

— Ты меня вообще слушаешь, Перси? — взвыл Вуд. — Вот на кой чёрт вообще кому-то может понадобиться превращать что-то в камень? Я вот не собираюсь вставать на кривую дорожку Медузы Горгоны. — Взмахом палочки он вскипятил чайничек, заварил кофе и отлевитировал Перси кружку.

— Да уж, если бы ты людей стал превращать в камень, то мне пришлось бы отрубить тебе голову*. — Фыркнул Уизли, повернувшись на бок, принимая кружку. — Спасибо. Это заклинание укрепления, бестолочь, а не просто заклятие окаменения. Раньше им закаляли холодное оружие. А сейчас оно включено в учебный план по трансфигурации из-за специфичной формулы и некоторых особенностей взмаха палочкой.

— Ты бы видел рожу старой кошёлки Мэрчбэнкс, когда она принимала у меня практику. — Оливер сел на пол и, сложив голову на руки, уставился на Перси. — Так по-старушечьи поджимать губы, это надо уметь. Даже у Снейпа так не получается, хотя он и старается.

— И чего ты меня провоцируешь? — Слова прозвучали двусмысленно. От близости Вуда к собственному лицу, он слегка покраснел, но не отодвинулся. — Прекрасно ведь знаешь, что я не люблю, когда ты так отзываешься о старших.

— На то и расчёт. А то развалился как старое пальто, а мне может быть с тобой поговорить хочется.

— Да у тебя в последнюю неделю что ни разговор то плач по экзаменам. — Перси щёлкнул Оливера по носу. — А я говорил ведь тебе готовиться, а ты что? Ой, да всё я успею, никуда эти СОВы не денутся, а последний матч уже на носу. — Передразнил он.

— А кто проходил всю неделю как мертвец? С кругами под глазами чернее душонки Сам-знаешь-кого. — Капитан демонстративно оттянул нижние веки. — Ещё и реагировал через раз на вопросы.

— Можно подумать, что это были вопросы вселенской важности. — Перси потянулся и тут же дёрнулся, уклоняясь от пальца Вуда, пытавшегося ткнуть его в живот. — И вообще, нашёл кого упоминать к ночи. - Он завёл глаза к потолку. - О чём ты хочешь поговорить?

— Сплети! — Глаза Вуда загорелись.

— О, Мерлин, Олли, да ты хуже Лаванды Браун, Парвати Патил и Бэлл вместе взятых. — Он застонал. — Как тебя в Гриффиндор занесло с такой тягой к слухам? Это у змеёнышей, да у девочек привычка собирать досье на всех подряд.

— Ты знаешь, что Анджелина Джонсон теперь встречается с твоими братьями? — Вуд хитро прищурился.

— С обоими разом что-ли? — Перси скептически заломил бровь, но тут же подался вперёд, увидев утвердительный кивок. — Да ладно?!

— Вот-вот! А Фэй Данбар? Это такая, неприметная девочка с нашего факультета, первый курс, так вот, она сохнет одновременно по Снейпу и по Диггори.

— Да ты врёшь! — Перси замотал головой. — Не может так человека мотать. Что у неё со вкусом? В Снейпа разве что крокодил может влюбиться, и то если десять раз подумает. С Диггори-то всё понятно, на него половина школы вешается.

— Чем угодно клянусь, сам видел, как она томно вздыхает за обедом, глядя на Снейпа! А представь, что с ним будет, если он об этом ещё и узнает? Его же от злости разорвёт.

— Что у ребёнка в голове? — Он даже сел на месте. — Данбар вроде неплохо учится, он её отработками сгноит. Потрошить рогатых жаб заставит. Бедная девочка. Кстати, ты обращал внимание, что Снейп Поттера вообще не переваривает?

— Вы в этом похожи. — Оливер фыркнул. — Меня больше удивляет, что это заметил ты. Это только слепой, глухой, немой и тупой не увидит. Баллы летят как с куста. Если зельеварение у первого курса, то всё — Гриффиндор, залёт. Может это Поттер в него влюбился, а Снейп об этом узнал?

— Ерунду городишь. — Против воли Перси ухмыльнулся. — Нормально я к Поттеру отношусь.

— И именно поэтому ты все уши мне прожужжал про то, что Поттер, Грейнджер и твой брат уже месяц шпионят за Квиреллом. — Вуд увернулся от брошенной в голову подушки. — Моргана свидетельница — я только факты излагаю. Может Грейнджер тоже влюбилась?

— В кого? В задачник по трансфигурации? — Перси взмахом палочки вернул себе подушку. — Она же только и делает, что зубрит конспекты и строчит эссе. И эта привычка вечно есть с учебником в руках. — Он поморщился. — Никакого уважения к книгам, она же с Роном сидит, от него вечно во все стороны разлетается еда.

— Кстати, они опять подозрительно шушукались весь вечер. — Протянул Вуд. — Замышляют, видимо что-то.

— И не говори. Я до сих пор злюсь на Чарли за ту идиотскую авантюру с драконом. Мама ему столько громовещателей отправила... Надо думать, в заповеднике теперь и драконы и драконологи нервно дёргаются, когда видят Эрла с письмом. — Перси мрачно усмехнулся. — Двадцать два года человеку, а он подписывает двенадцатилетнюю Грейнджер и одиннадцатилетнего Поттером доставлять смертельно опасную тварь на Астрономическую башню.

— Не завидую ему. После громовещателя бабки Лонгботтома, я в целом плохо реагирую на крики. — Патетично выдал Оливер. — А их наказание? Как ты МакКошку не порвал на тысячу котят?

— А так им всем и надо. Пусть знают как правила нарушать. — Мстительно фыркнул староста. — Малфой давно напрашивался на наказание. Меня больше удивляет, что он отцу не нажаловался. А Поттеру тем более так и надо. По-любому это его инициатива идти спасать зверушку.

— А мне вот не нравится это. Где это видано, чтобы детей потащили в Запретный лес ночью? А остальных также могут что-ли?

— Игры директора. — Лаконично бросил Перси. — Чувствуется его рука. К декану я даже смысла не вижу идти. Не сомневаюсь, их прогулка под Луной была расписана и разыграна как по нотам. Им ничего не угрожало, хотя, согласен, это как-то мерзко.

Их болтовня была резко прервана барабанной дробью в дверь. Перси недовольно посмотрел на часы. Третий час ночи. Вуд раздражённо встал и тяжёлой поступью прошёл к двери, явно намереваясь раскатать тонким слоем незадачливого ночного визитёра. Правда делать ему для этого ничего не пришлось. Резко распахнутая дверь подставила гостя — и он свалился кулем на пол. С удивлением опознав в тяжело кряхтящем субъекте Невилла Лонгботтома, Перси встал:

— Что происходит, Невилл?

— Т-там-м Гарри, Гермиона и Рон ушли в Запретный коридор!

— Что?! — в один голос рявкнул Вуд с Персивалем. — Давно?

— Б-больше двух часов назад. — Лонгботтома трясло. — Грейнджер меня парализовала заклинанием.

Перси застонал и схватился за голову, натянув одним движением мантию. Оливер уже стоял у двери тревожно потопывая ногой.

— Невилл, беги к декану, мы с Оливером немедленно идём туда. — Перси уже схватил Вуда за руку и бегом ломанулся прочь из башни факультета.

***

Запретный коридор встретил их пылью, паутиной и нехорошей тишиной. Дезиллюминационные чары надёжно скрывали их от чужих глаз.

— Соппоро! — чётким взмахом палочки Перси усыпил цербера. — Полагаю, нам туда. — Он кивком указал на люк.

В комнате валялась отброшенная арфа. Уизли задержался на ней взглядом. Её не было в прошлый раз и она явно не вписывалась в окружающее пространство. Абсолютно лишний объект.

"Лира была бы уместнее", - подумалось вдруг Перси.

— И чего их сюда понесло? Неужели решили всё-таки стащить пенсию Дамблдора? — Бросил Оливер, пытаясь рассмотреть, что внизу. — Ничего не видно. Ты сможешь меня подстраховать левитацией?

— Ты сдурел? Прыгать не пойми куда? Истинный гриффиндорец — слабоумие и отвага. — Взмахнув палочкой, он превратил галстук в длинную верёвку. — Раз уж на подвиги потянуло, то лучше привяжи это к кольцу, на котором держится цепь цербера. Люмос Максима! — Шар света быстро спустился на дно. — Дьявольские силки. Ну как, кузнечик? Всё ещё хочешь туда прыгнуть?

Не смотря на весь язвительный запал, Перси было очень страшно. Он сглотнул подступивший к горлу ком. Уже вторая смертельно опасная вещь. По крайней мере тел незадачливой троицы не оказалось ни тут, ни в силках. Быстро спустившись по канату, они тихо двинулись дальше, осторожно ступая по холодным каменным плитам. Скрывшись за дверью, они шли довольно долго вперёд по коридору без поворотов, пока не упёрлись в дверь.

— Это не второй этаж. Явное подпространство. — Тихо прошептал Перси, держа Вуда за руку, чтобы не потерять. — Этой части просто нет в замке. Ещё и архитектура странная. В таких длинных коридорах смысла нет. И ни одного портрета или гобелена. Хотя подземельем воняет очень явственно.

— Каменная кишка. — Припечатал Оливер. — Не самое удачное место для первого свидания, не находишь? — слегка истерично спросил Вуд, тут же получивший затрещину.

— Да тихо, ты! — Он прислушался. — Там что-то шумит.

Они прильнули к приоткрытой двери, пытаясь рассмотреть, что за ней. В неровном свете факелов что-то отбрасывало тени, слышался тихой шелест и перезвон. Догадавшись посмотреть на потолок, Перси присвистнул:

— А это, похоже, личный курятник директора. Не вижу, что это за птицы?

— Сам ты птица, Рыжик. — Фыркнул Оливер. — Очки протри, это ключи с крыльями. И две метлы. Что за бред? Репетиция квиддичного матча что ли?

— Скорее чудное испытание. Кажется, я начинаю понимать алгоритм. Это полоса препятствий для первокурсников. Ловля ключа, как испытание для Поттера, цербер как отпугивающий фактор, уверен в той комнате почти вся школа успела побывать. Только пройти мимо это уже задача со звёздочкой — на знание ухода за магическими существами или на дружбу с Хагридом. Уверен, что цербера можно не усыплять, а пройти мимо. Может даже как в мифе об Орфее, не зря же там арфа лежала. Дракклы бы побрали Дамблдора с его символизмом.

— А Дьявольские силки? — Поднял брови Вуд.

— Тоже метафора. Мы тут буквально под землёй — считай в Аду, а тут тебе дьявольские растения. Думаю, расчёт был на Грейнджер или на Лонгботтома, он в травологии души не чает.

— Бард Бидль сдох от зависти, Локхарт в истерике, Чертовка плачет кровавыми слезами. Тебе бы книжки писать, Перси.

— А тебе бы поменьше читать похабщину. И ведь даже автора, прости Мерлин, Чертовку запомнил, поражаюсь тебе. — Староста снова отвесил затрещину Вуду.

— Эту бредятину читала вслух Алисия, так что ничего я не знаю про эти книжки! — Возмущенно пропыхтел он.

— Так и поверил. — Покивал Уизли. — Пошли уже. Вряд ли они агрессивны эти ключи.

— В отличие от тебя. — Ввернул обиженно Оливер, запрыгивая на метлу.

— Будь проще, дурень, волшебник ты или нет? — Перси не видел Вуда, но прекрасно слышал, как тот уже готовится оттолкнуться от земли. — Акцио ключ от двери.

В руку сам собой прыгнул серебристый ключ с помятым крылом. Оливер выхватил его и открыл дверь и сломал в замке, пояснив недоумевающему Перси:

— Это чтобы дверь никто не смог закрыть.

— Параноик. — Покачал головой он. — Малолетний медвежатник.

— Тихо. — Он резко закрыл рот старосте. — Там кто-то говорит.

Они приоткрыли дверь. А за ней разворачивалась настоящая драма. Посреди огромной шахматной доски стояло трое первокурсников и отчаянно спорили. В углах лежали груды чёрно-белых камней — по всей видимости «съеденные» фигуры.

— Мне придётся пожертвовать собой. — Перси схватился за сердце.

— НЕТ! — дружно запротестовали Гарри и Гермиона, а Перси впервые в жизни был с ними солидарен.

— Но это шахматы! — крикнул в ответ Рон. — Здесь приходится идти на жертвы! Я сделаю один шаг вперед, и она меня заберет, и тогда ты, Гарри, сможешь объявить королю шах и мат!

— Сумасшедший! Фанатик! Дебил малолетний! — Как заведенный шептал Перси и попытался было броситься к брату.

Хотелось отволочь его в гостиную, выпороть, а по пути отвесить столько подзатыльников, чтобы у самого рука отсохла. Но Вуд удержал его за плечи, зашептав на ухо:

— Мы не знаем, как отреагируют эти шахматы на нас двоих, вполне может выйти так, что мы раскроем свое присутствие или эти фигуры отоварят кого-то из них по голове, а мы не успеем ничего сделать. — Перси едва силился не швырнуть Бомбарду в ферзя. Удерживал только риск промахнуться.

— Но... — начал было Гарри.

— Ты хочешь остановить Снейпа или нет? — голос Рона был твердым и уверенным.

Перси нахмурился, а Вуд едва слышно выругался.

— Но, Рон... — вмешалась Гермиона.

— Слушайте, если вы не поторопитесь, то камень окажется у Снейпа!

— Какой ещё камень и причём здесь Снейп? — Шокировано прошептал староста. — Это они вот этой командой собрались воевать с ним? Они точно идиоты, причём клинические, Снейп же сильный тёмный маг, а как дуэлянт, говорят, не слабее Флитвика!

Белый ферзь между тем уже метнулся к Рону и ударил того по голове каменной рукой. Сердце пропустило удар. А друзья, ради которых Рон собой пожертвовал, уже успели поставить белым мат и теперь решали, как его бросить без медицинской помощи. Только они скрылись за дверью, Уизли практически влетел на середину доски к брату и принялся его осматривать:

— Тело расслаблено. Пульс есть. Дыхание есть. — Он ощупал голову. — Череп целый, крови нет, лицо... Бледное. Зрачки... — Перси оттянул веки Рона и подвигал фонариком Люмоса перед глазами. — Есть реакция на свет. — Он надавил на плечо. — На боль не реагирует. Глубокая потеря сознания. Его нельзя оставлять одного. Я отнесу его в Больничное крыло, а ты иди за Грейнджер и Поттером.

— Перси, не пойду я за ними. — Вуд взял его за руку. — Как я тебя тут оставлю одного?

Так и не развернувшийся спор был прерван вылетевшей из-за двери Грейнджер, кинувшейся к Рону, чудом не задевшей невидимого Перси. Она похлопала его по щекам.

— Рон! Рон! — Никакой реакции. Она скинула с себя мантию и переложила его с холодного каменного пола. — Гарри пошёл один. Боюсь даже думать, что там происходит. — Она замолчала, села рядом, обняв колени. — Так, Гермиона, успокойся. Первый закон фундаментальных исключения Гэмпа гласит... — Девочка, силясь отвлечься от страха принялась проговаривать лекцию по трансфигурации.

Перси подавил истерический смешок и поддавшись упорно тянущему его в сторону двери Вуда, двинулся вперёд.

***

В течение всего монолога Дамблдор не прерывал его. Перси говорил безэмоционально и монотонно. А Оливер большую часть рассказа молчал, лишь изредка вклиниваясь в речь также отстранённо. Директор же только кивал, не задавая лишних вопросов, будто и без него знал всё от и до. Перси подавил раздражение. Он не понимал к чему весь этот цирк.

«Проверка» — подумал Перси.

— Перси, позволь мне попросить у тебя прощения. — Уизли поперхнулся репликой. Дамблдор подался вперёд. — Само собой, ни я, ни профессор МакГонагалл не планировали, что в ходе шахматной партии может кто-то пострадать. И мне вдвойне жаль, что это был первокурсник, и втройне жаль, что речь о вашем брате.

— Это жестоко, директор. — Вдруг вклинился Оливер, не среагировав на пинок старосты. — Вы можете себе представить, что чувствовал в этот момент Перси?

— Боюсь, что могу, мистер Вуд. Когда-то я потерял сестру. — Он опустил голову.

— Я... Извините, сэр, мне жаль. — Оливер не нашёлся, что ответить. — Я... — Он сглотнул. — Я лишь хотел сказать, что раз уж вы знаете обо всём, что творится в замке, то этого можно было бы избежать.

— Увы, мистер Вуд, даже я не всеведущ. — Он развёл руками. — В момент происшествия меня обманов вызвали в министерство. Когда вскрылось, что меня там никто не ждал, я хотел сразу вернуться, но моё присутствие в экстренном порядке потребовалось на ассамблее Визенгамота. — Дамблдор вздохнул. — Это очень приятно, что вы так верите в меня, но я такой же человек, как и вы, и мне тоже свойственно ошибаться. Я ещё раз прошу у вас прощения, мистер Уизли. Не только за то, что ваш брат пострадал, но и за то, что пришлось пережить вам. Рональд потрясающе играет в шахматы, мы даже и помыслить не могли, что кто-то способен пойти на такой безумный, но, безусловно, блестящий ход.

— Профессор, вам не обязательно извиняться. — Перси выдавил это из себя. — Пострадали все. Не по вашей вине. Всё обошлось, хвала Мерлину. Мы очень устали, нам бы хотелось поскорее уйти отдыхать.

— В таком случае вернёмся к вашему рассказу. — Дамблдор кивнул. — Насколько я понимаю, вам не пришлось сражаться с троллем.

— Все так, сэр. — Перси снова вздохнул. Последнюю часть его злоключений он целенаправленно оттягивал, иногда фокусируясь на незначительных деталях. Ему однозначно не хотелось возвращаться к самой жуткой части истории.

***

Задачка Снейпа с зельями оказалась на диво простой. Перси прошёлся вдоль стола, уверенно опознав по запаху вино. Две бутылки были нагло реквизированы Оливером. Из пяти оставшихся в трёх, судя по подсказке должен был быть яд. Ещё в двух должны были быть зелья, позволяющие пройти вперёд, либо вернуться назад. Вуд поёжился, глядя на фиолетовый огонь:

— Как-то всякий раз забываешь, что Снейп жутко сильный тёмный маг, когда он отчитывает тебя за плохо подавленные панцири скарабеев.

— Не мешай. Я пока разбираюсь в корявых виршах его темнейшества. Как там, ещё раз?

— Впереди опасность, то же позади,
Но две из нас помогут, ты только их найди.
Одна вперед отправит, еще одна — назад,
В двух — вино всего лишь, а еще в трех — яд.
Ты хочешь здесь остаться на долгие века?
Тогда ищи — к тому же подсказка тебе дана.
Во-первых, как бы ловко ни скрывался яд,
Найти его несложно — от вина левый ряд.
Второе — в крайних бутылях налито не одно и то ж,
Но если вперед тебе надо, помощи зря ты ждешь.
Затем ни в большой, ни в малой смерти ты не найдешь,
А если из второй слева и второй справа глотнешь,
Сам убедишься — налито одно и то же в них,
Хотя на взгляд они разные, но это уже в-четвертых.

Несносный Вуд читал неудачные потуги профессора зельеварения в поэзию с выражением. Перси не знал, как реагировать — смеяться или плакать.

— В трёх должен быть яд, ещё в двух зелья для того, чтобы вернуться и для того, чтобы пройти вперёд. Все сосуды разные. В этой и в этой не одно и тоже. — Перси поочерёдно ткнул в изящный флакончик и в маленькую неказистую баночку. — Маленькая точно безопасная, думаю, она позволит идти вперёд. Учитывая тенденцию к тому, что Поттер должен был один попасть в зал.

— А это ещё для чего? С друзьями оно как-то проще и безопаснее.

— Вот именно поэтому. Герой должен доползти до финиша один, в соплях и с грузом в виде мёртвых друзей. Это задание не на знание зельеварения, а на смекалку. Тоже мифическая традиция, вроде Тесея в лабиринте Минотавра или Сфинкса и Эдипа, что точнее. — Перси на миг задумался. — Уверен, что в этих трёх яд — он указал на крайние справа бутылки, — Проверим. Он поочередно обнюхал горлышко бутылок. — Ничем не пахнет. — Он снял значок старосты с мантии и уколол им палец, капая кровью поочередно во все три сосуда. Капли, коснувшись поверхности зелья зашипели и растворились. Перси уверенно констатировал: — Напиток живой смерти. Тогда маленькая позволяет пройти вперёд, а эта большая и пузатая — назад.

— Тут только на одного. — Вуд покачал бутылкой в воздухе. — Кто идёт?

— Ещё чего. Разделяться сейчас? Иди ты к дракклам, Вуд. Нам обоим надо идти. — Он вгляделся в фиолетовый огонь. — Думаю, если мы перелетим через пламя на мётлах, то ничего дурного не выйдет. Вряд ли расчёт строился на таком. Кажется, это всё сооружали в спешке в несколько палочек. В крайнем случае даже если мы пролетим через огонь, то мы просто не успеем обгореть, мантии из шерсти, она только тлеет, а не горит. — Староста уверенно кивнул своим мыслям. — Акцио мётлы!

Натянув на глаза капюшон и поплотнее закутавшись в мантию, он неуверенно уселся на метлу.

— Рыжик, ты толком летать не умеешь, садись ко мне. — Перси вновь задумался. Крыть было нечем. Летал он и впрямь паршиво. Как мешок с картошкой, по меткому замечанию мадам Трюк.

Персиваль смущаясь уселся на древко позади Оливера и неуверенно обнял того со спины.

— О, Мерлин, Перси, чего ты ломаешься как девица на выданье. — За такие метафоры он немедленно получил чувственный удар под рёбра и сразу сбавил обороты. — Возьмись за меня покрепче.

Полёт занял от силы несколько секунд. Но каких! Перси уткнулся носом в спину Вуда, крепко прижавшись к его спине, ощущая грудью и лицом ставшее таким родным тепло капитана. Он покраснел. Благо невидимость давала свои преимущества. За дверью приоткрытой дверью раздавался невнятный мужской голос. Они шмыгнули за дверь как мыши. Картина была жуткой. Поттер лежал связанный по рукам у ног Квирелла и что-то вдохновенно врал. Здесь Перси мог поручиться, ибо за год уже много раз слышал оправдания незадачливого первокурсника по случаю потери баллов на зельеварении. Квирелл же слушал, едва не раскрыв рот бредни Поттера про кубок школы, значок префекта и дружбу с Дамблдором. Вдруг по залу прокатился незнакомый высокий ледяной голос:

— Он лжёт... Он лжёт...

Всего два слова пробрали Перси так, что тот нервно сглотнул, крепче схватившись за руку Вуда. Он не мог понять, откуда исходит речь. И это непонимание пугало даже сильнее съехавшего с катушек Квирелла и связанного Поттера.

— Дай мне поговорить с ним. Я хочу видеть его лицо. И хочу, чтобы он видел меня.

По лицу профессора пробежала тень, он запротестовал:

— Милорд, вы ещё недостаточно окрепли!

— Для этого у меня достаточно сил. — Отрезал голос. — Вполне достаточно.

Перси смотрел как Квирелл рваными, будто марионеточными движениями принялся разматывать тюрбан. Виток за витком его голова всё уменьшалась в размерах, пока Перси не увидел самую жуткую картину из всех, что кога либо видел. На месте затылка красовалось жуткое лицо, мало напоминавшее человека. Испещрённое складками, шрамами и морщинами, мертвённо-бледное треугольное змееоподнобное лицо уставилось красными глазами на Поттера. Подавив дурноту Перси стал лихорадочно соображать, что вообще здесь происходит.

— Гарри Поттер. — Прошептало оно. — Видишь, чем я стал? Всего лишь тенью, химерой... Я обретаю форму, только вселяясь в чужое тело... Всегда находятся те, кто готов впустить меня в свой мозг и свое сердце... Кровь единорога сделала меня сильнее... — Перси задохнулся от ужаса. Мурашки по рукам бегали уже не противно, а болезненно. Убить единорога было страшным преступлением, но пить его кровь было вовсе за гранью добра и зла. — Ты видел, как мой верный Квиррелл пил ее в лесу... И как только я завладею эликсиром жизни, я смогу создать себе свое собственное тело... Итак, почему бы тебе не отдать мне камень, который ты прячешь в кармане?

Перси похолодел, поняв, кто перед ним. Фигура столь же ужасная, сколько известная. Тот, кто убил маминых братьев, тот кто много лет вёл кровопролитную гражданскую войну. Тот, кто парализовал страхом на многие годы всю Британию. Кровь отлила от лица. Волдеморт. Тёмный лорд был жив, как и говорил Дамблдор. Поттер попятился.

— Как трогательно, — иронично прошипело лицо. — Что ж, я всегда ценил храбрость... Твои родители были храбрыми людьми... Сначала я убил твоего отца, хотя он отважно сражался... А твоей матери вовсе не надо было умирать... но она старалась защитить тебя... Каково знать, что она умерла ради тебя? Отдай мне камень, чтобы не получилось, что её жертва была напрасной.

— Никогда! — Поттер крикнул это и метнулся по направлению к двери.

— Поймай его! — Взвыл Волдеморт.

Квирелл метнулся к Поттеру и схватил того за руку, но тут же отскочил с воем. Его руки стали покрываться страшными ожогами. Перси судорожно выдохнул.

— Повелитель, я не могу его держать, мои руки!

— Убей его. — Квирелл поднял палочку готовый произнести два страшных слова.

Но тут случилось сразу несколько событий. Поттер вдруг упал в обморок, а Перси обнаружил себя, посылающим мощное оглушающее заклинание в Тёмного Лорда. Квирелл резко отскочил, моментально сосредоточившись на новой угрозе. Его глаза опасно сощурились. Он моментально вычислил, откуда летел красный луч и взмахом палочки снял чары невидимости.

— Уизли и Вуд. — Удивлённо и как-то растерянно констатировал он.

— Предатель крови и идиот. — Рыкнуло лицо на затылке. — Убей их, тупица!

Перси метнулся в сторону от зелёного луча на ходу сталкивая с его пути Оливера. Неловко кувыркнувшись на полу, он послал несколько взрывных заклятий из-за упавшей колонны.

Квирелл уверенно их парировал и Перси перестал сомневаться в том, что профессор занимал свою должность заслуженно. Перед ним стоял опытный дуэлянт, которому он мало что мог противопоставить. Он моментально вывел из строя Вуда, опознав в нём более опытного бойца. Каменная колонна разлетелась на куски, ощерившись острыми осколками.

Перси на ум вдруг пришла совершенно безумная мысль. Не давая себе времени на размышления, он метнулся прочь от бессознательного Вуда в сторону зеркала, оббегая Квирелла по дуге, попутно уклоняясь и отпрыгивая от заклинаний. Второе лицо не давало бонусов к полю зрения и профессору приходилось ориентироваться на окрики хозяина. Взмахами палочки Перси посылал в него целый град из обломков гранита, мешавшихся под ногами. Он тянул время, зная, что никакие камни не защитят его от Тёмного Лорда. План завести бой около зеркала, чтобы Волдеморт попав Авадой в отражающую поверхность, убился об неё сам, провалился. Староста едва не наткнулся грудью на очередную зелёную вспышку. В падении он резким замахом превратил пол в тонкий покров льда и одновременно с этим бросил бомбарду в потолок.

***

— Бой был коротким. — Выдохнул Перси. — Олли... вера. Квирелл нокаутировал почти сразу. — Он ощутил руку Оливера на собственной. — Вы-знаете-кто поскользнулся на полу и пытался защититься от камнепада, а в это время уже подоспели вы, сэр.

Дамблдор задумчиво огладил бороду, пристально вглядываясь в Перси. От этого взгляда хотелось укрыться.

— Персиваль, вы понимаете, что совершили подвиг, достойный любого героя прошлой войны? Вы уверенно противостояли самому Волдеморту. Вы показали себя сильным магом, по праву ставшим лучшим учеником в истории школы. И вы доказали, что как никто другой верны нашему общему Делу Света. — Он встал из-за стола и прошёл к окну. Разгорался рассвет. — Признаюсь честно, я удивлён. Когда я впервые увидел вас почти пять лет назад, робкого, но умного юношу, мне казалось, что вы точно попадёте на Когтевран. И, каково же было моё удивление, когда уважаемая Шляпа, — он почтительно кивнул приосанившемуся на шкафу тысячелетнему артефакту. — Когда Шляпа распределила вас в Гриффиндор. Ещё в начале года, когда вы пришли ко мне с вопросами, я уверился, что в вас есть железная воля и дух. Сейчас я вижу, что вы самый настоящий гриффиндорец, каких мало.

— Профессор, не нужны мне оды, — Фраза прозвучала резче, чем хотелось. — Мне было очень страшно и вообще я сделал это всё только для того, чтобы мы с Оливером могли уйти оттуда живыми...

— Нет, Персиваль, послушайте. Вы проявили немыслимую храбрость и отвагу, встав на пути у Тёмного Лорда. Ваш страх не порок. Это нормально — бояться, особенно в тех обстоятельствах, с которыми вы столкнулись. Ваш ум позволил вам успешно сопротивляться сильнейшему тёмному магу современности до тех пор, пока не пришла подмога. Это героизм в чистом виде.

— Героизм так героизм, будь по-вашему, сэр. Но я бы не хотел, чтобы моё имя хоть как-то фигурировало в этой истории. — Перси вздохнул. Конечно, сражение с Тёмным Лордом могло бы стать блестящей рекомендацией для его карьеры в Министерстве, но он не желал становиться объектом пересудов как Поттер.

— Признаться, я и сам хотел вам предложить этот вариант, и я рад, что наши желания в этом совпали. Мистер Вуд, вы не против? — Он повернулся к тихому Оливеру.

— Никак нет, сэр.

— И это ещё одно подтверждение вашего общего героизма. Вы отказываетесь от славы. — Дамблдор улыбнулся. — Это похвально.

На Перси разом навалилась вся усталость мира. Плечи опустились, и он уже не особо вслушивался в разглагольствования Дамблдора. Теперь он в полной мере пожалел о том, что он сам сунулся в широко распростёртые руки этого человека в начале года. Многие знания — многие печали. Так, кажется, говорила мама, мягко отмахиваясь от его восторженных рассказов об особенностях трансфигурации, о которых он ещё совсем маленьким узнавал в учебниках братьев. Перси не держал на неё зла за это — готовить на девятерых даже с магией тяжкий труд. Эту фразу он полностью понял только сейчас.

— Что же. Полагаю, вы уже окончательно вымотались. Позвольте, домовик проведёт вас в ваши спальни.

Домовик явился с лёгким хлопком. Почтительно поклонившись директору, он схватил Перси и Оливера за руки и аппарировал.

— Ты крут, Перси. — Это было первое, что сказал Вуд, как только они оказались в своей комнате и порывисто шагнув вперёд крепко обнял его. — Только не делай больше так никогда.

— С радостью. — Перси позволил себе расслабиться в объятиях и чуть погодя неловко обнял Вуда в ответ. — Живы и то ладно. Во всём этом меня радует только две вещи: во-первых, все живы и здоровы, а во-вторых, мне кажется, я стал понимать логику Дамблдора.

- В каком смысле? - Оливер нахмурился.

- Я просто так по-твоему мифы вспоминал, от нечего делать? Директор любитель поиграть в Бога. И, чего греха таить, по сути в Хогвартсе он и есть Бог. - Перси упал на кровать. - Вся эта череда препятствий буквальное нисхождение в Царство Мёртвых. И оно полностью проникнуто мифами. Сам вечер построен в виде мифа.

- Пока не понимаю, куда ты клонишь. - Оливер сел рядом, будто невзначай соприкоснувшись коленями.

- Кот из дома - мыши в пляс. - Лаконично ответил он. - Бог ушёл по делам, а неразумные люди успели что-то натворить. Вся эта катавасия была сказкой для всех участников. И для Поттера с компанией, и для Тёмного Лорда с Квиреллом, и для нас с тобой. Уж не знаю, как именно они проходили все эти испытания, сильно сомневаюсь, что Квирелл с Сам-знаешь-кем в затылке летал на метле и ловил ключ, но сюжет понятен. Цербер как страж Царства Мёртвых, которого усыпили музыкой, как в мифе об Орфее и Эвридике. Здесь посыл в том, что лишь преодолев страх возможно войти. Дьявольские силки это не столько конкретный миф, сколько прямая идея о непротивлении злу насилием. Крылатые ключи ближе к Дедалу и Икару. Только идея сильно отличается от оригинала. Смысл в том, чтобы показать Поттеру, что на фоне зубрилки Грейнджер и шахматного гения Рона, он не хуже, что у всех есть своя область полезности. Шахматы это вовсе классика - миф о жертве. Не верю ни единому слову о том, что Дамблдор не задумывал этого изначально. Тролль как заранее отрепетированный номер, несостоявшийся миф - не все подвиги ложатся на одни плечи.

- Загадка Снейпа как миф о Сфинксе и Эдипе. - Кивнул Оливер. - Кажется я начинаю понимать. И главная мысль в том, что не все испытания можно пройти грубой силой. А в конце герой всегда должен оставаться один на один со злом.

- Верно. И последнее. - Он поморщился. - Помнишь ту шутку про Медузу Горгону? Я сам себя слишком явно в этот миф засунул. Персей с зеркалом сражается с Горгоной. Мне известно, что это за штука такая. Еиналеж. Зеркало, которое показывает самые сокровенные желания. Тут еще и миф о Нарциссе приплетается. Он, кажется умер от голода, вглядываясь в своё отражение. Здесь принцип тот же. Уж не знаю, кто зачаровывал эту штуку, но действовал он жестоко. Суть в том, чтобы отказаться от мечты в пользу правильного, в пользу подвига.

Перси не стал рассказывать Оливеру о видении в зеркале - постеснялся. Но для себя отметил, что это испытание он прошёл.

- Как ты с такими мыслями вообще выдерживаешь? - Оливер потрясенно покачал головой. - Так ведь и с ума сойти не долго.

- С трудом, если честно, - вздохнул Перси. - Дамблдор строит сказку вокруг героя, даёт ему все нужные уроки уже сейчас. Педагогика, чтоб её. Только мораль он продвигает строго утилитарную. Погибнуть ради великого дела не зазорно.

- Чудовищно. - Пробормотал Оливер. - Чем дольше вглядываешься в бездну...

- Тем выше шанс, что она посмотрит в ответ. Нет, Олли, его мораль не чудовищна. Она неоднозначна. - Устало ответил староста. - Я не оправдываю его, просто признаю эффектность. Но мы уже засиделись. Давай спать.

— Конечно.

Не раздеваясь, они повалились на кровать, чтобы уснуть тревожным, но всё же спокойным сном.