15.
сегодня девушки решили взять выходной. Евгении явно нужно отоспаться, вчера был для неё сложный день, и все эмоции вновь выбрались наружу. а Марие же нужно просто проследить, что бы Женя ничего с собой не сделала. она уверенна, что всё будет хорошо, но кто знает Женю.
время пол пятого. никто так и не вышел из своей комнаты, каждая сидит в ней с закрытой дверью, занимаясь своими делами.
Женя давно этого не делала. столько навалилось в последнее время, что нарисовать хоть один эскиз времени нет. но сегодня есть, и упускать этот шанс она не собирается.
в сон всё ещё клонит. родная красная подсветка даёт вспомнить много положительных и отрицательных моментов, из-за чего хочется побыстрее заснуть.
кровать мягкая и удобная, глаза закатываются, но что-то уснуть не даёт. будто что-то произойти должно, но вот что — непонятно.
в комнату заходит Мария, которая принесла только что приготовленный омлет.
— готовлю второй раз в жизни, очень старалась, надеюсь понравится, — передаёт тарелку, замечая лёгкую улыбку на лице девушки.
обе счастливы в компании друг друга. они и сами не замечают, как стали единственными друг у друга. им становится приятна компания друг друга и они готовы пойти на всё, ради друг друга.
Мария проходит к столу, пока Женя за обе щёки уплетает омлет.
внимание Романовой привлекает открытая тетрадь, в которой нарисован просто чудесный эскиз.
— можно посмотреть? — спрашивает с осторожностью, думая, что та не разрешит, ведь мало кто знает про существование этой тетради.
на свой вопрос получает положительный кивок, и сразу разворачивается, медленно пролистывая каждую страницу.
больше всего ей в душу запала страница, на которой нарисована два почти одинаковых дракона, но в разном стиле. один был чёрный, могущественный, а другой с раненым крылом. они были какими-то особенными.
— почему ты никому не разрешаешь даже посмотреть на некоторые эскизы?
— в каждый эскиз вложено много боли, радости, успеха, смысла, и многие даже не понимают о чём эти татуировки. в них может отображаться личность человека, то, как он себя ведёт, — пожимает плечами, со спокойствием говоря. омлет оказался достаточно вкусный, и это даже удивительно, — и, кстати, тебе стоит побольше готовить, омлет реально пиздатый.
— спасибо, — мило улыбается, ещё раз разворачиваясь к тетрадь. берёт её в руки, подходя к Жене, — а что значат эти драконы?
— а, — делает короткую паузу, улыбаясь, — я тогда только переехала и мы виделись от силы пару раз. ты — этот, — указывает на чёрного, — я тебя тогда совсем не знала. ты была агрессивной и в тебе я видела только тьму, ну вот и нарисовала. а я с оборванным крылом. много ужасного произошло в жизни, что нанесло огромную рану. а без половины крыла драконы не могут летать. значит и я не могу. а тьма эта, — проводит пальцем по закрашенному участку, — я просто всё держу в себе. все чувства, страхи, агрессию. она накопилась, заполнив моё тело, и несёт это только вред.
— ты ещё взлетишь, — Мария никак не может оторвать взгляд, — а вот узнав меня получше, как бы ты нарисовала меня?
— оставила бы этого дракона, но чёрным закрасила бы только края, а всё, что внутри — белым. ты светлый человек внутри. добрый, и всегда поможешь. просто нужен подходящий человек.
Мария улыбается смущённо, пряча голову. Евгении за этим забавно наблюдать.
— я могу набить своего дракона? — спрашивает, очень надеясь на положительный ответ, который она и получает. Мария даже прыгать начинает от счастья, влетая в Женю и обнимая её, — спасибо, спасибо, спасибо.
смех сдержать сложно, и тихий смешок слышится из уст Жени.
— а у тебя вообще есть татуировки?
— одна, — разворачивается к Марии спиной, снимая футболку, оставаясь в одном топе.
на лице читается шок, из-за чего Женю прорывает. та заворожённо пялит на огромную тату на всю спину, иногда моргая.
— ебать! — громко восклицает, всё же переводя взгляд на глаза, — тебе же шестнадцать, как ты набила?
— ну, подруга тату-мастер и добрый отец, — пожимает плечами, ещё немного смеясь.
— слушай, я тут хотела вопрос задать, — Маша говорит с паузами, будто боится чего-то. видя вопросительный взгляд, всё таки решается, — почему ты сама рассказать не могла? я пойму, если не захочешь отвечать, может личное.
— да на самом деле не личное. личное не рассказываю, а тут просто рассказать о страхе, не вдаваясь в подробности, — в голове начинает формулировать предложение, — есть страх, что не поверят. подумают, что придумала, что это всё для привлечения внимания. и вот это всё с детства. хоть раз родители во что-то не поверили, это уже проблема на всю оставшуюся жизнь. с возрастом приходит осознание, но перебороть страх очень сложно, да и не хочется особо.
— тебе не верили родители?
— мама не поверила, когда я сказала, что ко мне домогались в одиннадцать лет. ну даже не мне. мне и в том возрасте страшно было сказать об этом, поэтому я подругу попросила, чтобы её папа позвонил и сказал. в итоге она наорала на него, на меня и ходила не разговаривала со мной месяц.
говорит так, будто это норма. будто это произошло не с ней и будто это какая-то выдумка. но это происшествие никак не повлияло на неё. ну так думает она. девушка со спокойной душой может вспоминать каждый момент того случая, и даже глазом не дёрнуть.
тут она и поняла, что главная её проблема — обесценивание ситуаций. ведь у многих бывает и похуже, и по сравнению с другими эта ситуация — хуйня.
— ты так спокойно об этом говоришь, — Мария всё ещё поражается не очень весёлой жизнью сестры.
— я считаю, что ситуация никак не повлияла на меня, да и у других похуже бывает.
— обесцениваешь?
— обесцениваю, — голову вниз опускает и понимает масштаб проблемы. она так хорошо держится только из-за того, что мозг просто отвергает эту информацию. он не вспоминает эти моменты, убирает их на дальнюю полочку и хранит там.
позже Мария уходит. в сон уже не клонит, поэтому за долгое время Женя всё таки заходит в телеграмм и решает проверить все входящие, которые так и висели у неё пару дней.
какие-то телеграмм каналы она смело пропускает, ведь ничего важного там нет.
пару сообщений от Крис, Димона и папы.
поотвечав друзьям, заходит в чат с отцом. она не знает его реакции на пропажу, но уверенна, что ничего критичного не будет.
"извини, что не отвечала, я телеграмм удаляла, памяти много занимал"
на удивление, отец достаточно быстро ответил.
"да ничего, мы с Машей списывались, она писала, что всё в порядке. я тебе ещё на карточку денег скинул, если надо будет ещё, попроси"
"хорошо, спасибо"
на лице улыбка. очень приятно, что отец не забывает про дочь, но денег Женя уж точно просить не будет. это ещё один шаг, который она не сможет сделать. попросить о чём-либо.
_______
нихуа себе. вчера главу выложила, сегодня, чудо какое-то.