14.
как Романова и говорила, в двенадцать часов Виолетта уже стояла возле школы. её мама пошла погулять с давними подругами, а Виолетта тем временем ждёт Женю.
— Жень, пошли, я тебя отведу, — быстро собрав рюкзак, Евгения чувствует, как Мария хватает ту за руку и быстрым шагом ведёт к выходу.
вахтёрша еле пропускает девушек, крича много, что обеих раздражает.
— так, тогда сейчас едем в участок, пишем заявление и отвожу тебя домой, — говорит Виолетта, слегка обнимая Женю.
— ну я тогда пошла, — Маша пожимает плечами и собирается уходить.
— куда, ты так-то с нами едешь, — Женя даже отстраняется от виолетты, делая к остановившейся Маше шаг.
— зачем, не ко мне же лезли, — глаза вновь вылупляются и становятся такими огромными, что даже нельзя сказать, на что похоже.
— ну да, мы вдвоём справимся, — говорит Вилка, открывая машину.
— так вы понимаете, что я не расскажу ничего? я попросту не смогу, это слишком сложно, и в прошлый раз я не рассказывала, а вы думаете, что что-то изменилось? — переводит взгляд с Виолетты на Машу, уже смотря более агрессивнее.
— ладно, — сдаётся, — за рюкзаком схожу и приду, ждите, — и уходит.
Виолетта ещё раз крепко обнимает подругу, прекрасно замечая её похуизм по отношению к этой ситуации.
вспоминает прошлое, когда Евгения ходила, никого и ничего не замечая вокруг себя, что пугало очень. опять же, она не хочет, чтобы подруга переживала это снова. и не хочет вытаскивать её с этого состояния. в прошлый раз это далось очень тяжело.
— поехали, — даже не одев куртку, Мария запрыгивает на задние сиденье, двигаясь, чтобы рядом могла сесть Женя.
едут они по правилам, ведь торопиться некуда. молчание, что настало всех троих просто убивает. оно какое-то волнующее. все хотят обговорить ситуацию, но сказать нечего. страшно заводить разговор, ведь мало кто знает, на что пойдёт Женя после него.
— Жень, ты не волнуйся, рассказывай всё, что было, правду, а дальше всё решат, — Вилка кидает сожалеющий взгляд, ждя ответа от подруги.
— на дорогу смотри, — боковым зрением замечает, как на неё та, что за рулём пялится, — и ты же знаешь, я не расскажу больше половины, — усмехается себе под нос, ведь понимает, насколько она слаба. даже о такой несправедливой ситуации ей рассказать сложно. как и было сложно пару лет назад. ничего не меняется.
— Маш, тогда если она молчать будет, то говори за неё. всё, что видела, говори, иначе мы просто уйдём ни с чем, — поджимает губы, понимая что-то своё.
Мария на это ничего не отвечает. только понимающе кивает, смотря за дорогой.
ездила Романова в этот участок уже. сидела в обезьяннике пару раз. даже запомнили её, как особо буйную.
на входе сидит уже давно известный Марие человек. первый раз она попала, когда он сидел там. и во второй. и во все разы, когда она приезжала.
— Романова, давно я тебя тут не видел. что натворить успела? — действия Марии даже как-то забавляют Дмитрия Олеговича. из всех подростков, которые сидели здесь, Мария ему приглянулась больше всего. она особенная какая-то. с ней и поговорить можно, и посмеяться. для него она душевная что-ли. а таких в данном заведении мало.
— да ничего. мы тут по другому делу, — глаза опускает, не зная что и сказать. то ли Женя скажет, то ли Виолетта. или вообще она сама должна сказать.
Женя с надеждой смотрит в глаза Виолетты, прося лишь глазами, что бы та сказала. она не может.
— попытка изнасилования.
молчание настигает всех. дежурный уже пугается, что Мария пострадала, но в глаза не читается боль и безразличие. зато увидел это в стеклянных глазах Жени. на вид такой маленькой, доброй, но с убийственным взглядом. даже и не скажешь, что девушка, достаточно низкая, красивая, похожая на мальчика совсем немного, может как-то пострадать.
— думал, что в нашем городе такие зверские поступки закончились, — кивает, кладя перед собой пару бумажек, — заполняйте, потом опрашивать будут.
разворачивается и уходит. но не далеко. просто отходит в сторону, потирая переносицу.
"такая молодая, а сколько пережила"
вздыхает, продолжая заниматься своими делами.
после заполнения всяких бумажек, документов, Мария просматривает всё ещё раз.
— тебе шестнадцать? — удивляется, выгибая левую бровь.
— на год раньше в школу пошла, — выхватывает у Марии бумажки и идёт относить их Дмитрию Олеговичу.
— через минут десять подойдите, всё расскажу, — на это Женя кивает, возвращаясь к девочкам.
— на вид тебе лет восемнадцать, — всё ещё удивлённая Мария никак не может закрыть рот. уже и Виолетте все уши прожужжала, теперь приходится слушать это Жене.
— а как там всё работает? — перебивает Машу, водя взгляд по девушкам.
— ну, тебя будут опрашивать, как ситуация произошла, кто участвовал, попросить описать всех, — пожимает плечами, в потолок смотря, вспоминая что-то.
— а как описывать их, я почти лиц не помню, — это Женю и пугает. смотрит в пол, пытаясь хоть кого-то вспомнить, — ну как. очень размыто всё, — поднимает стеклянные глаза на Виолу.
— я их знаю. по именам.
удивление девушек преступает все границы. Мария же объясняет, что раньше общалась с ними, но потом они начали заниматься похожими штуками, что и произошло с Женей и Романова на днях отпиздила одного из них.
вскоре девушек позвали в какую-то комнату. за столом, который стоял по середине сидела женщина. на вид милая, а яркая улыбка дарило тепло.
— здравствуйте, — улыбается, оглядывая всех троих девушек, — кого как зовут, сколько лет?
— я Маша, восемнадцать.
— Женя, — возраст не говорит, даже не знает почему захотелось умолчать.
— я Виолетта, мне двадцать один. а вас как зовут?
Виолетта прекрасно заметила тепло, исходящие от женщины, из-за которого настроение и поднялось.
— я Наталья Александровна, — делает паузу, смотря что-то в бумажках. тон свой меняет, говоря это как-то менее весело, — Женя.
— да? — её сердце начинает колотится. земля из под ног уходит, и руки дрожать начинают. глаза приняли более круглую форму. старается удержаться на ногах, в глазах темнеет, будто она стоит на сцене, а перед ней несколько миллионов людей.
— тише, не переживай, — Наталья Александровна встаёт из-за стола, при обнимая девушку, — давай по порядку ты мне всё расскажешь. и я обещаю, они поплатятся за свой необдуманный поступок.
еле как кивает, начиная рассказывать:
— я просто решила прогуляться по школе, увидела компания парней, заинтересованных во мне. они спросили как у меня дела, на что я грубо ответила. потом один из них сказал, чтобы мы договорились. типо они меня сейчас отпускают, а после школы мы идём гулять. ну я согласилась, лишь бы не доставали меня. я не хотела их видеть, тем более гулять с ними. они вели себя не очень хорошо, а если бы я не согласилась, то и вообще наверно не отлипли, — голос сильно дрожал, и с каждым сказанным словом на лице появлялась слеза. она быстро стекала по щеке, падая на чёрную кофту, а женщина, записывая каждое слово, с сожалением смотрела на Женю.
— давай я тебе сейчас воды принесу, ты успокоишься и дальше расскажешь. и знай, они тебя больше не тронут, ты здесь, а это уже смелый поступок, — Наталья ненадолго прикрывает глаза, выходя из кабинета.
— Женя, ты молодец. ты начала рассказывать эту ужасную историю. я понимаю, как тебе трудно, — Мария обнимает, кладя голову на плечо Жени, которая даже не посмотрела в её сторону.
она будто в тумане. она не знает что делать, куда идти, какой путь выбрать. ей сложно, и ей нужна помощь. но как же страшно просить о ней.
успокоившись, Евгения всё же продолжила свой рассказ.
— после уроков я понимала, что они будут искать меня, поэтому пыталась уйти. надела капюшон, пыталась затеряться в толпе, но меня схватили за капюшон и отволокли в какой-то коридор. там никого не было, а когда я сказала, что никуда с ними не пойду, мне ответили, что у меня нет выбора. я растерялась и не знала что делать и ударила одного в нос. у него пошла кровь и.. и он потом тоже ударил меня. а потом я вижу, как они медленно начинают подходить ко мне, улыбаясь. я не знала что делать. я ничего не понимала. мне было страшно и я пыталась бежать. мне подставили подножку и я упала, — к тому моменту Женя захлёбывалась слезами. они текли быстро и не останавливались. она не могла это контролировать, — я начала ползти, но они задали меня в угол и начали раздевать, — это стало последней каплей. скрыв глаза и отвернувшись в сторону, Женя тихо всхлипывала, стараясь как можно быстрее успокоиться, — я не могу больше рассказывать.
— хорошо, ты не будешь больше рассказывать. тебе сложно, я понимаю, и этого достаточно для тебя. ты сильная и ты справишься, я в этом уверенна, — женщина потирает глаза, не зная как дальше поступать.
— можно щас Женя пойдёт успокоится, а я дальше расскажу. я примерно в тот момент пришла.
— да, хорошо.
Виолетта уходит вместе с Женей, идя в туалет, а Романова рассказывает, что видела.
— мы с девочкой услышали крики и копошение на четвёртом этаже. туда заходить нельзя, там ремонт вроде, но мы решили подняться и посмотреть. мы увидели парней, которые снимали футболку с Жени. ну побежали и побили их, что они встать не могли. потом вывели её, позвонили Виолетте, успокоили и уложили спать. ночь не из лучших была, — потирая затылок рассказала Маша.
к тому времени уже пришли Виолетта с Женей.
девушка поникшая была, будто пережила тот день снова. он хорошо засел в её памяти, что ей очень не нравилось, но избавиться от него она не могла.
— можете описать этих пацанов. их нужно задержать, это ненормально.
— я знаю как их зовут. они из одиннадцатого "В". всем восемнадцать есть, — перечислила фамилию каждого, чему Женя очень благодарна.
— мы вам скинем фотки, когда задержим, через месяца два будет суд, и нужно будет пройти тестирование у психолога.
на этом ещё один день подошёл к концу. день был напряжный, и Женя быстро вырубилась, в отличии от Маши. та ещё долго размышляла об этой ситуации, перед тем как уснуть. и всё же её беспокоит вопрос. как Женя всё ещё жива?
_____
ого чё высрала. 1562 слова.
дико извиняюсь за ошибки. так прошлась по главе, исправила что заметила, но скорее всего многое пропустила.
щас закончу в фф про вот эту хуйню с пацанами, и мб сближение какое-то будет. или нет, ну как карты лягут.
не забывайте про звёздочки. всё, целую в плечи до скорой встречи.