14 часть.
Утро в особняке началось с унижения. Феликс, с подносом в руках, направлялся в гостиную, чтобы обслуживать завтраком семью. В коридоре его остановил Минхо.
— Нам с тобой еще нужно поговорить, — строго сказал Минхо, преграждая путь.
— Нам не о чем говорить, Минхо, — холодно произнёс Феликс, пытаясь обойти его. — Оставь меня.
Войдя в гостиную, Феликс почувствовал на себе тяжелый взгляд. Даон, восседающая в кресле, как королева на троне, изящным жестом подозвала его.
— Подойди сюда, Феликс.
Феликс молча подошел.
— Сядь на колени передо мной и поставь поднос на стол, — приказала она, глядя на него.
Феликс замер. Глаза его на мгновение вспыхнули яростью, но он с силой сомкнул веки, сдерживая порыв послать ее куда подальше. Стиснув зубы, он медленно опустился на колени на холодный пол и поставил поднос на низкий столик.
— А теперь подай мне чашку кофе, — продолжила Даон свою унизительную игру.
Минхо, стоявший в дверях, наблюдал за этой сценой с каменным лицом.
Феликс протянул ей фарфоровую чашку. Даон взяла ее, ее пальцы едва коснулись его, и с тем же движением опрокинула содержимое на поверхность стола. Тёмная жидкость растеклась лужей.
— Ну, ты что, не видишь? Откуда у тебя руки растут? — усмехаясь, говорила Даон.
— Но вы же сами... — начал было Феликс, но она перебила его, громко позвав управляющего.
— Пак! Смотри, как слуги выполняют свою работу! — она указала на лужу. — Бери и вытирай то, что разлил. И следи за ними лучше. Как же они меня раздражают... просто хочется придушить!
— Хочется придушить, — тихо и четко, с ледяным сарказмом повторил Феликс, поднимая на нее взгляд.
Даон замерла.
—Что ты сказал?
— Ничего, — Феликс опустил глаза и принялся вытирать стол тряпкой, которую ему бросил управляющий. Про себя он бормотал, пытаясь успокоиться: — Спокойно, Феликс... Терпи... Терпи...
~~~~~~
Не выдержав, Феликс прямиком направился в покои бабушки Чоль. Он влетел в комнату и с силой захлопнул дверь.
— Послушайте, Чоль! — его голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Если ваша коза еще раз тронет меня или попытается унизить, я не стану терпеть! Я выскажу ей всё в лицо, как есть!
— А что произошло, Феликс? — спокойно спросила старушка.
— Она снова за свое! — Феликс зашагал по комнате. — Попросила подать кофе — я подал. Она его разлила — я вытер. Она снова попросила — я снова подал. Она снова разлила! И так раз несколько раз! А потом начала кричать, что у меня руки не из того места растут! Ну нет, я, конечно, не выдержал и сказал ей пару ласковых.
Чоль покачала головой, ее взгляд был полон сочувствия. В этот момент в дверь постучали, и без разрешения вошел Чэвон.
— Мама, я хотел... — Чэвон начал, но его слова застряли в горле, когда его взгляд встретился с взглядом Феликса.
В воздухе повисло напряженное молчание.
— Что ж, бабушка, — Феликс внезапно улыбнулся, но улыбка была напряженной и неестественной. — Я, пожалуй, пойду. Люлю вас.
Феликс повернулся, чтобы уйти, и, проходя мимо Чэвона, остановился. Он поднял на него глаза, и в его взгляде не было ни капли прежней почтительности, только холодное презрение.
— А вам, — голос Феликса прозвучал тихо, но отчетливо, — я не стану плевать вам в лицо, только потому что, что вы мой хозяин.
С этими словами Феликс вышел, оставив Чэвона в полном смятении, а бабушку Чоль — с тяжелым вздохом, предвещающим новую бурю.
— Что ты хотел сказать? — тихо спросила бабушка Чоль, но в ее глазах уже читался страх перед ответом.
— Феликс знает, что я его отец, — выдохнул Чэвон, и эти слова прозвучали как приговор.
— Что?! — старушка резко вскочила, хватаясь за край стола для опоры. Ее лицо озарила смесь шока и надежды. — Я могу... я наконец могу ему всё рассказать!
— Нет, мама, не можешь! — голос Чэвона стал резким и властным. — Если в доме узнают, что он мой сын... Прислуга, Хёнджин. Всё полетит к чертям! И моя карьера тоже. Особенно если узнает жена.
— Твоя карьера тебе важнее собственного сына? — в голосе Чоль прозвучало горькое разочарование.
— Закрой рот, мама! — рявкнул Чэвон, его терпение лопнуло.
— Чэвон!
— Я всё сказал! — Чэвон резко развернулся и вышел из комнаты, хлопнув дверью и оставив мать одну с её болью и разрушенными надеждами.
~~~~~~
Феликс, пытаясь прийти в себя после разговора с бабушкой, шёл по длинному, пустынному коридору. Из тени ниши внезапно вышел Минхо, преградив ему путь.
— Нам нужно поговорить.
— Нам не о чем говорить, — сказал Феликс, пытаясь обойти Минхо.
Минхо шагнул в сторону, снова блокируя путь.
—Что происходит, Феликс? Почему и к чему вся эта игра?
— Не твоё дело, — сквозь зубы процедил Феликс, делая новую попытку пройти.
— Из-за тебя я поссорился с Хёнджином! Нет, ты сейчас же всё объяснишь, что случилось, и точка!
— Ничего я тебе объяснять не собираюсь!
— Почему? — Минхо повысил голос.
— Потому что!
— Это не объяснение! Объясни нормально, Феликс! — Минхо схватил его за плечо. — Почему?!
— ПОТОМУ ЧТО! — крикнул Феликс в отчаянии, и слёзы, наконец, хлынули из его глаз. Убирая руку Минхо он добавил слова, — Потому что он мой брат! Вот почему!
Слова, словно гром среди ясного неба, повисли в воздухе. Минхо застыл, уставившись на Феликса в немом шоке.
И тут из-за угла, медленно вышел Хёнджин. Он всё слышал. Хёнджин смотрел на Феликса, и в этом взгляде была вся вселенская боль.
У Феликса перехватило дыхание. Худший кошмар стал явью. Хёнджин знал.
— Объясни, — Хёнджин сделал шаг вперёд. — С этого момента. Подробно.
Феликс, охваченный паникой, оттолкнул Хёнджина в грудь, пытаясь бежать. Но Хёнджин был сильнее. Он схватил Феликса за талию и с силой притянул к себе. Феликс отчаянно упирался ладонями в его грудь, пытаясь вырваться.
— Феликс! Феликс, успокойся! — Хёнджин пытался сдержать его.
— Ты не должен был знать! Ты не должен был, Хёнджин!
Минхо, поняв, что здесь он больше не нужен, молча развернулся и ушёл, оставив их наедине с их личной трагедией.
— Почему? — Хёнджин не отпускал его, прижимая к себе. — Скажи мне всё, Феликс. Как есть.
— Нет...
— Я выслушаю. Феликс, для меня это важно. Пожалуйста.
В это время в дальнем конце коридора, скрытая в тени, стояла Йеджи. Она наблюдала за сценой с растущей яростью. Вид Хёнджина, обнимающего Феликса, его полное отчаяния лицо, его попытки утешить этого слугу — всё это вызывало в ней бурю гнева и ревности. В её глазах загорелся опасный огонёк. Она поняла, что обычными методами ей не победить. И в её голове начала созревать ужасная, коварная идея. Чтобы навсегда разлучить Хёнджина и Феликса, чтобы остаться с ним рядом, она готова была на всё. Даже на самое непоправимое.
--
1010 слов