Взлететь
Под безудержным ураганом, посланным матерью природой, отряд рыцарей наконец достиг нужной крепости и был принят с распростёртыми объятиями.
Кейа и Чайльд сразу направились в главный конференц-зал с докладом. Остальные воины были распределены по комнатам для кратковременного отдыха, пока верхушка командующих не примет решения.
— Малое количество людей присоединилось к рубежу, но они не представляют серьезной опасности для наших войск. — отчитался Кейа. Он стоял на одном колене, но не касаясь пола, так как гордость и преданность стране не позволяла преклоняться перед врагом.
Чайльд также поступил, имитируя покорное подчинение. Благо их лжи никто не заметил, да и маски с доспехами снимать было не принято, так что парни оказались в удобном положении и план проходил без осложнений. Пока что.
— Вас прибыло так мало... — хмуро отозвался один из главнокомандующих, — В последних отчётах было сказано о потерях не более сотни войнов. Куда же делись остальные?
— По пути сюда нас накрыла лавина с гор, сэр. — с напускной грустью ответил Чайльд. В добавок он закашлял, имитируя серьёзную простуду – последствия вымышленной трагедии. Наполовину, поскольку снежная буря их взаправду нагнала. — Увы, многие наши братья не уцелели. Кха-кха, простите! Мы предали огню их тела и всю обратную дорогу молились за их души...
— Ох... — поверив в это, отозвались командиры.
— От природы нет спасения. Она всегда берёт своё.
— Верно. Наши войны пали жертвой самой матери земли. Почтим их память! — они подняли бокалы красного вина и подали Кейе с Чайльдом. Все вместе отпили в честь погибших и завершили собрание.
Парней отпустили отдыхать перед новым походом. Они ушли из зала с опущенными головами, а им вслед доносились поддерживающие речи командующих.
Тем временем Аято и Итто неустанно следили за солнцем, дожидаясь прибытия союзников.
Аратаки Итто прокачивал физические данные солдат усердными тренировками. Он гонял их по кругу на выносливость, отрабатывал удары кулаками и движения мечом. Хоть этот не в меру перекаченый – по словам его друга – парень выглядел глуповатым и наивным, всё же он не раз убеждал других в том, что его боевым навыкам и силе нет равных, а сердце умещает в себе любовь ко всему живому. Итто прорабатывал движения с каждым из войнов по отдельности, учитывая нюансы и личные особенности человека. Уж не это ли можно считать невероятным умом?
Аято заботился об отдыхе, занимаясь с войнами играми разума, логики, интуиции, внимания, ума и холодного расчёта.
«Лучший отдых – это смена деятельности» – не уставал повторять парень, развивая и прокачивая интеллект каждого в лагере. Аято отличался холодностью и небольшой радикальностью, но если игра стоит свеч, то почему бы и нет? Он мог пренебречь некоторыми принципами для достижения высокой цели, любитель азарта проще говоря.
Они вдвоём прекрасно подходили друг другу на роль напарников. Такие разные, но такие гармонирующие.
К слову, это можно было сказать и про Дилюка с Кейей. Они буквально лёд и пламень, что вполне себе уже даёт повод задуматься об их взаимодействиях.
Где то вдали, за горами, на знакомой родной земле, которую сейчас защищал молодой синевласый господин, неустанно бросал свой взор в небо Феникс. Он почти целый день проводил на улице, лёжа на зелёной траве в саду, тоскливо разглядывая фигуристые облака и выискивая в них какие нибудь изображения. Этой игре научил его Ричард в надежде, что паренёк оставит тревожные мысли и порадуется мелочам жизни. Дилюк, конечно, понимал к чему вся эта гиперопека со стороны работников поместья, он знал, что лишние негативные эмоции только вредят и ухудшают самочувствие, но каждый раз, глядя на белоснежные облака и лазурное небо, магический зверь видел лишь одну единственную фигуру – лицо своего дорогого хозяина.
"Когда же вы вернетесь? Я так скучаю. Ни дня не проходит без мыслей о вас, хозяин" – телкло медленным потоком, как и перьевые облака над головой, – "Надеюсь, у вас всё в порядке. Ещё не так хорошо, но я уже научился пользоваться пламенем. Поскорее бы вы вернулись и увидели это. Мне не хватает вас..."
Он мысленно писал целые поэмы и возводил их к небесам, в надежде, что Боги услышат его молитвы и исполнят просьбу. Или хотя бы донесут их адресату. Дилюк не верил, что высшим силам есть до него дело, но ради Кейи он не прекращал молиться.
Снежные горы Драконьего Хребта одолевала метель. Стены секретной вражеской базы были почти незаметны даже с высоты птичьего полета. Сокрытые от посторонних глаз, они пребывали под толщами снега и льда, создавая видимость обычной непроходимой поверхности горы. Внутри, впрочем, было вовсе не холодно. Солдаты посещали столовую, тренировочный зал и даже душевые в обычной одежде, не страшась переохлаждения.
— Это фантастика. — не переставал удивляться Чайльд, рассматривая полупрозрачную стену, за которой летали тепловые феечки, создающие искусственное тепло вместо факелов с печками.
— Это гениальное инженерное решение. — в ответ ему бросил Кейа, шагая по коридору в сторону их комнаты, машинально отводя взгляд от стен.
Он не имел ничего против таких сооружений: и феи не попадут в ураган, и людям тепло. Причиной, по которой парень избегал разговоров об этом являлось то, что подобные мелочи напоминали о дорогом существе, сбивая все мысли и не давая сосредоточиться на деле. Кейа пытался поймать концентрацию на плане и ходе его свершения, однако все вокруг так давило на психику, что разум сам собой начинал выдавать сбои в виде галлюцинаций. Ему виделось всякое. Парень отдавал себе отчёт и прекрасно понимал, что это не взаправду, но кратковременные помутнения и представления о том, как Дилюк зовёт его, сидит рядом с ним или беседует о том, как прошёл его день, никак не оставляли тоскующую душу в покое.
"Я слышу его голос каждый день и никак не могу перестать скучать... Это и есть тот самый нюанс из моих теорий?" – думал он, вспоминая дословно заголовки и подзаголовки, а также дополнительные выноски из написанного им же руководства, – "Магические звери правда не могут долго быть в разлуке с хозяином? Интересно, чем это чревато? Возможно, мы оба сойдём с ума друг без друга?"
Мысли Кейи прервал друг.
— Пора, кажись. — настороженно кинул Чайльд, обернувшись на трещащий возглас громкоговорителя, оповещающий всех воинов о готовности к отправке. — Два дня, не более. И они уже...
— Как мы и планировали. — согласно кивнул Кейа, вспоминая о миссии. Парень насмешливо хмыкнул, подразумевая: "Как можно быть настолько предсказуемыми?", на что его друг вскинул брови, отвечая: "Зато нам в пору!"
Они быстрым шагом отправились в комнату отдыха, переоделись в тёплую одежду, облачились в доспехи и приготовились к отбытию. Прогремел выстрел и небольшая рота выстроилась перед базой.
Кейа и Чайльд выступали за командиров двух взводов. Впереди них стоял вражеский командир роты и ещё парочка его заместителей, а также двое стратегов, хиллер и тёмный маг.
В момент, когда главный отдал приказ, человек в темном плаще, полностью скрывающем его облик, прокашлялся и мельком взглянул в сторону парней. По их телам пробежали мурашки, а в горле застрял не выраженный ком.
— Мне не по себе... — нервно прошептал Кейа.
— Нас раскрыли? — так же едва слышно откликнулся Чайльд.
Его вопрос вскоре был сам собой снят.
В поместье Альберих нечто странное и необъяснимое произошло с Дилюком.
Сара примчалась в кабинет молодого господина Кейи в поисках Ричарда, который по обыкновению затеял там уборку, чтобы занять руки.
"Когда он тут, в этом кабинете вечный беспорядок" — с улыбкой думал дворецкий, вспоминая хаотично разбросанные книги, бумаги, иногда оставленные чашки с чаем, недоеденные вафли и куча всяких мелочей. С тех пор, как Кейи нет, миновало больше, чем пол месяца. В этой комнате царит порядок и чистота, но это совсем не приносит радости Ричарду. Он бы всё отдал, чтобы вернуть золотое время, когда его юный господин разбрасывает вещи и беспечно оставляет кружки где попало. В минуты грусти главному дворецкому поместья всегда хотелось затеять уборку, словно он тем самым разгружает и свои беспорядочные мысли, но вот, тут чистота и никаких намёков на спасение.
— Ну хоть пыль оседает... — сказал он, в очередной раз протирая стол, чтобы отвлечься от переживаний. Однако его тоскливую идилию прервала главная служанка.
Сара, запыхавшись, вбежала и едва смогла произнести пару слов.
— Кры-крылья... О-огонь! — затем она схватила мужчину за руку и понеслась на улицу, поняв, что не в силах объяснить словами.
Ошарашенный Ричард выбежал вместе с ней из дома в сад, где в последний раз видели Феникса. Они быстро обнаружили его, но близко подойти никому не удалось.
Юноша стоял на коленях, обнимая себя и мучительно кричал то ли от боли, то ли от страха. Неизвестно, почему его вопль был таким истошным, а глаза болезненно зажмурены, словно он хотел навсегда ослепнуть.
— Что происходит?! — испугался Ричард, отправив двух слуг за туманными цветками, чтобы потушить пожар, — Что с ним? Э-это...
Служанка Сара вместе с дворецким не могли оторвать взгляды от Дилюка. Сначала в глазах читалось волнение, а затем оно сменилось на восхищение. За спиной Феникса во всю длину раскинулись два огромных пылающих неистовым огнём крыла, словно стремясь затмить собой солнце на небесах.
После долгих криков в попытке привлечь внимание чем то встревоженного Феникса, не успев потушить огонь и так и не добившись от магического зверя ответа, слуги узрели нечто совершенно необъяснимое, отчего у всех перехватило дыхание.
— Он... — первым еле выдавил из себя Ричард, глядя вверх, задрав голову.
— ...Взлетел. — За него закончила Сара, также повторяя в точности жесты мужчины.