Глава 9: Утро
Первые лучи солнца пробивались сквозь лёгкие занавески в спальне. Свет ночника всё ещё горел, но теперь он казался бледным на фоне утреннего света. Комната была наполнена мягким полумраком, в котором ещё витал запах ночи — теплый воздух, смешанный с дождём, и слабый аромат её шампуня, который впитался в подушку.
Алиса проснулась первой.
Мариус всё ещё крепко спал, его голова лежала у неё на плече, рука обвивала её талию. Он тихо дышал, тёплый и беззащитный, совершенно не похожий на того Мариуса, что обычно ворчит, дерзит и бросается сарказмом направо и налево.
Сначала она просто лежала, наблюдая за его лицом. Темноватые ресницы, мягкие черты лица, чуть приоткрытые губы. Он выглядел моложе, спокойнее... счастливее. Алиса улыбнулась.
Потом, аккуратно, словно под её движением могло разрушиться что-то хрупкое, она убрала его руку с себя и медленно выбралась из-под одеяла. Он зашевелился, но не проснулся. Лишь что-то пробормотал себе под нос и перевернулся на бок, натянув плед повыше на плечи.
На цыпочках она вышла из спальни и направилась на кухню.
⸻
На кухне было прохладно. Алиса включила плиту и тостер, заварила чёрный чай в большой кружке. Открыла холодильник — яиц хватало, бекон был, хлеб — почти свежий. Сыр, немного сливок, чеснок — она решила приготовить что-то сытное, зная, что Мариус вряд ли ел ужин накануне.
Яичница с поджаренным беконом заполняла кухню ароматом. Она быстро сделала сырный соус — мягкий, с лёгкой чесночной ноткой. Поджарила тосты, намазала соусом, всё выложила на тарелку. Чай готов. Она уже собиралась идти будить его — но звук шагов за спиной остановил её.
— Пахнет... норм, — промямлил сонный голос.
Алиса повернулась. На пороге стоял Мариус, в мятой футболке и взъерошенными волосами, зажав один глаз рукой от света, второй прищурен. Он зевнул, почесал затылок и шумно шмыгнул носом.
— Доброе утро, — улыбнулась Алиса. — Ужасно ты выглядишь.
— Спасибо, я старался, — буркнул он, всё ещё сонный.
Она показала на стол:
— Садись. Пока горячее.
Он не стал спорить. Сел, тут же схватил вилку и с явным голодом начал есть.
— Господи... — выдохнул он, жуя. — Это... божественно.
Алиса уселась напротив, потягивая чай. Мариус ел молча, как будто боялся, что тарелку у него отнимут. Он проглотил последний кусок, откинулся на спинку стула и вздохнул:
— Честно... мало. Ты меня моришь голодом.
Алиса хмыкнула.
— Могу сделать сэндвич. Хочешь?
Он покраснел, хоть и старался скрыть это, фыркнул и кивнул:
— Ну... если не сложно. Только сыр побольше.
— Хорошо, шеф, — усмехнулась она и встала. — Будешь помогать?
Он пожал плечами, но всё равно встал и подошёл ближе.
— Чего делать?
— Подай хлеб. И майонез. Там, слева в холодильнике.
Он послушно выполнил. Потом подал нож, тёрку, бумажные салфетки.
— А ты не завтракаешь? — вдруг спросил он, глядя, как она собирает сэндвич.
— С утра тошно от еды, — ответила Алиса спокойно.
— Мда... — Мариус снова фыркнул. — Мне бы так. Я всегда голодный.
— Подростковый метаболизм, — усмехнулась она.
— Это не метаболизм, это жажда выживания, — серьёзно сказал он и принялся есть сэндвич, как будто это был последний в его жизни.
Она смотрела на него, слегка улыбаясь. Он и правда был... другим. Всё ещё упрямый, немного дикий, но менее колючий. Не был тем, кто ломал двери или разбивал кружки в злости. Просто мальчишка, которому часто было одиноко.
⸻
После еды Мариус умылся, вытер лицо полотенцем, вернул волосы в относительный порядок. Он переоделся обратно в свою одежду — высохшую, но всё ещё немного помятую. Закинул жвачку в рот и оглядел себя в зеркале у выхода.
Алиса тем временем одевалась в спальне, собираясь в школу. На ней была простая чёрная водолазка и светлая юбка до колен. Волосы аккуратно убраны в пучок. Она выглядела, как всегда, элегантно и просто, но в этом была её магия — она не пыталась казаться взрослой, она просто ею была.
— Ну что, пойдём? — спросила она, появляясь у двери, застёгивая часы на запястье.
— Ага, — кивнул он. — Сначала похаваю, теперь ещё и провожают. Мне уже 16-й год идёт, между прочим.
— А ведёшь себя на 5, — поддела она.
— Да вы просто заботливая, Лавелло, — он скривился. — Вот и не можете оставить одного.
— Точно, — усмехнулась она. — Не могу.
И они вышли из квартиры, закрывая за собой дверь, и пошли по мокрым улицам в сторону школы.