eleven
Утром я проснулась от будильника, который поспешила выключить. Желания идти в школу, да и вообще вставать не было, но медсестра освободила меня на один день.
Мне повезло, что я вернулась раньше, чем проснулась мама, иначе ссоры было бы не избежать. Собиралась я быстро, так же пытаясь не столкнуться с мамой, даже выйти пришлось раньше.
Первым уроком у нас физкультура, которая несмотря на мелкий дождь и ветер, была на улице. Самые умные из двух классов решили отсидеться в туалете, или же вообще дома, поэтому нас было не больше пятнадцати человек.
Гопник, с которым меня поставили а пару на кросс, одним своим видом вызывал отвращение. Почему мне всегда везёт на каких-то уродов?
– Надеюсь Голубин не забронировал тебя на сегодня. У меня есть планы, – заговорил он.
– Что?
– Принцесса занята? Можем договориться?
Он меня шлюхой Голубина считает или я что-то не так поняла?
– Я тебя даже угощу.
– Ты что охринел, идиот? Ты за какого меня держишь?
– Будешь строить из себя невинную овечку? Все же знают чем вы занимаетесь.
Почему все считают меня шлюхой? Что такого я сделала? Я не хожу полуголая, не заигрываю ни с кем и не трахаюсь в туалете.
В чем же тогда причина?
Мою попытку свернуть с дорожки пересёк этот гоблин, схватив меня за локоть и притянул к себе.
– Отпусти меня! – парень посмеялся, но на удивление отпустил.
Бегать больше я, конечно же, не собиралась и дождавшись когда физрук отвернется, поспешила в школу.
До звонка я боялась высунуться из раздевалки, по коридору я передвигалась как тень, но эту тень заметили на перемене перед третьим уроком и затащили в мужской туалет, прижав к стене
– Добегалась, куколка. Если сегодня в восемь ты не приедешь к школе, то я тебе...
– Слышь, – в туалет зашёл мой одноклассник, – Ты чё тут делаешь, уеба? Ну-ка потерялся. – удивительно, но он отошёл от меня, подмигнул на последок.
Я стояла у стены и смотрела на брюнета ошалелыми глазами, то ли спасибо сказать, то ли нахуй послать.
– Я поссать собирался, смотреть будешь?
Я вылетела в коридор пулей и понеслась в кабинет биологи, если опоздаю – биологичка мозг съест, а вот моего одноклассника это, видимо, не пугало. С чего это он вообще решил вступиться меня? Или это Голубин натравил своих цепных собак защищать меня? Не особо удивлюсь, если это так.
До конца дня я больше не видела ни того одноклассника, ни того гопника, чему я не могла не радоваться. Только вот слова его меня не радовали. Действительно ли он сможет сделать мне что-то и что именно. Я не думаю, что это кончится чем-то хорошим, но буду на это надеяться.
Дома я старалась о произошедшем сегодня не думать, но у меня не очень-то получалось, особенно, когда время приблизилось к восьми. А что если Голубин не поможет мне? Не будет защищать? Плюнет на меня, идиотку, и переключится на кого-нибудь другого. И я вообще не очень понимаю почему надеюсь на его защиту, почему во мне плещется желание пойти к нему прямо сейчас, он же мне никто. Издевался надо мной, а потом стал хорошим, по-моему, все опять идёт только к одному.
Всё-таки я не ходила к блондину, и это было какой-то моей личной победой. Мыслей в моей голове было слишком много и уснуть никак не получалась, главное не пойти к Голубину. Я не хочу, чтобы он думал, что я за него беспокоюсь, но, думаю, вчера он и так все видел.
Уснуть мне так и не удаётся и я снова пойду в школу, не поспав и пары часов. Можно, конечно, притвориться больной, но сомневаюсь, что мама в это поверить, да я и не особо хочу с ней пересекаться, поэтому собираюсь быстро и не выходя из комнаты. В дверях я все же столкнулась с мамой.
– Тебя подвезти?
– Нет.
– На улице дождь, а у тебя нет зонта.
– Раньше тебя это не смущало.
– Я опаздывала.
– Купи мне зонт и опаздывай дальше.
Погода на улице и вправду была мерзкой. Наверное, всё-таки надо было поехать с мамой. На крыльце школы в небольшой компании стоял тот самый гопник. Надо было выйти из дома позже. Но теперь уже ничего не изменить и придется идти в школу, надеясь, что он меня не заметит. Не знаю, правда ли он меня не заметил или просто его внимание привлекла подъехавший черная мазда, но проскочить мне удалось.
В классе меня встретила Арина, которая усердно рассказывала что-то про одноклассников и математику, которую ебал физрук, но моя голова была и без того забита ненужными мыслями. За минуту до звонка в кабинет вошло это белобрысое чудо, привлекая внимание своей разбитой физиономией. Язык чесался поговорить с ним, но я решила, что лучше держать его за зубами и поговорить мне лучше с Ариной об Одноклассниках и математичке, которую ебет физрук.
– Что у вас вчера случилось? – видимо, язык чешется не только у меня.
– Ничего.
– Совсем?
– Почему все считают меня твоей шлюхой?
Звонок прозвенел в не совсем удачное для меня время, зато удачное для Голубина. У нас была география, поэтому открыть рот никто не решался, ну ничего, нам ещё шесть уроков вместе сидеть.
– Может ответишь на мой вопрос? – снова спросила я, но уже в коридоре.
– Я не знаю.
– Глеб.
– Спроси у них, не доебывай меня.
– Но ведь не в них же дело.
– Да потому что в тебе дело, – я видела, как он медленно закипает.
– Что?
– Нравишься ты мне, зацепила чем-то, вот и таскаюсь с тобой, – он быстро развернулся и ушёл.
Я нравлюсь ему. Я. Ему. Я стояла в коридоре и пялилась в одну точку до самого звонка, а потом ушла в класс. Глеб так и не пришел, а я весь урок думала о его словах.