ten
Голубин встретил меня в дверях уже с бутылкой пива в руках. Когда он увидел меня по его лицу расползлась гаденькая улыбочка.
– Золушку домой не впустили?
– У Золушки ключей нет. Впустишь?
Он улыбается еще больше и шире открывает дверь, пропуская меня.
– Мне уехать надо будет. И ты поедешь со мной.
– Зачем?
– Затем, что здесь я тебя не оставлю.
Блондин заходит в одну из комнат, а я следую за ним. Он копается в шкафу, достает свою толстовку и бросает мне.
Дальше я наблюдаю, как он раздевается и вспоминаю то, что вчера хотела с ним переспать, но, судя по всему, он хотел, что бы я сказала то же самое, только в трезвом уме и я не понимаю нахрена ему это все.
Я не знаю, правда хотела с ним переспать или это был какой-то порыв чувств и всё. Думаю, мне нужно разобраться в себе.
– Куда мы поедем?
– По делам.
Мне не нравится эти его короткие равнодушные ответы и я хочу знать, действительно ли ему все равно на меня, ведь некоторые его действия доказывают обратное.
Я пялилась на Голубина, в оо время, как он неспешно одевался, ходил по комнате в поиске телефон и ключей и, признаюсь, мне нравилось смотреть на него.
Когда у него зазвонил телефон, он сказал мне собираться и начал что-то искать в шкафу, из которого чуть позже достал черные кроссовки и бросил их мне.
На удивление, они были мне по размеру. Даже думать не хочу, откуда они у него.
Около подъезда стряла черная машиина, но не Голубина. В ней сидел парень в очках, он был старше Глеба.
Парень посмотрел на меня с явным недоумением, но спрашивать у блондина ничего не стал.
Ехали мы около пятнадцати минут и заехали в какую-то глушь. Район был определенно не самый лучший и мне даже немного страшно стало.
Вскоре подъехало две машины, из которых начали вываливаться люди, и Голубин занервничал. Я видела его глаза, трясущиеся руки и мне стало совсем не по себе. Пара секунд и он выходит из машины. Но почему он идет к ним один? Я ничего не понимаю.
К блондину подходит самый толстый, главный, наверное, и они о чем-то говорят, но я не согу слышать о чем. Когда я потянулась открыть окно кудрявый угрожающе посмотрел на меня и я поняла, что лучше не надо.
– Кто это? – тихо спросила я.
– Те, с кем лучше не связываться.
Этот ответ не дал мне рлвным счетом ничего. Городская мафия? Диллеры? Строители? На строителей, конечно похожи, но почему с ними лучше связываться?
Главарь, явно недовльный ответом Глеба, бьет его по лицу и кивает остальным.
– Почему ты сидишь здесь? Почему ничего не делаешь? – мой голос срывается, но я пытаюсь держать себя в руках.
– Да ничего я, блять, не сделаю. Что я им один сделаю? Ментов вызову? Чтоб эти меня потом вообще пристрелили и в реку сбросили, и тебя заодно.
Со всех сторон Голубина окружают и начинают бить, не щадя. Он даже не пытается отбиваться, понимает – бесполезно. Он падает на холодный асфальт, и на секунду мне кажется, что я чувствую всб его боль на себе.
– Мадмуазель, я конечно все понимаю, но у меня кровь в руку не поступает.
Я даже не заметила, что с силой сжимаю предплечье парня.
Глаза застилает мутная пелена слез и все сливается в одно. Они же его убьют. А я ничего не могу сделать. Просто сидеть и наблюдать.
– Он задолжал им. Глеб договорился встретиться один на один, поговорить, объяснить ситуацию, но что-то не по плану пошло.
Я стирала слезы и понимала, что пиздец как переживаю за Голубина.
Я не понимала, зачем он потащил меня сюда, почему не мог оставить у себя в квартире.
Когда эти обезьяны оставляют его в покое и рассаживаются по машинам, кудрявый подбегает Глебу, хватает его на руки и несет в машину, а я сижу в ступоре и не могу пошевелиться. Он кладёт блондина рядом со мной так, что его голова оказывается на моих коленях. Я не могу спокойно смотреть на него. Лицо превратилось в какое-то кровавое месиво, вся одежда грязная, волосы спутанные. А ещё, судя по тому, как он дышит, ему сломали ребро.
Голубин, морщась, переворачивается на бок и берет мою руку в свою. Его ладони по-прежнему теплые и мягкие.
Когда мы добираемся до дома, то Глеб падает на диван и практически сразу засыпает, а я не хочу сидеть у него над душой и решаю пойти домой.
Дома меня ждал скандал. Мать своими криками довела меня до истерики и ещё раз заставила возненавидеть её. Как будто это я виновата в том, что она не может уследить за своими любовниками.
***
Весь вечер я учила уроки, а ночью снова не могла уснуть, и не знаю, что заставило меня написать Голубину, который был в сети, но я это сделала.
Даша Романова:
ты в порядке?
01:57
Глеб Голубин:
да
01:58
Даша Романова
можно я приду?
01:58
Глеб Голубин:
приходи
01:58
Я быстро выхожу из комнаты и передвигаюсь по коридору, как ниндзя. На этот раз я беру с собой ключи и обувь, чтобы не выглядеть дурой, как в прошлый раз.
Глеб встречает меня на пороге. Выглядит он немного лучше, чем я ожидала, но все же плохо.
Проходит меньше минуты и Голубин подходит ко мне обнимая.