nine
Вчером, после пары часов сна, я решила, впервые за долгое время, взять ноутбук. Еще в машине у Голубина мне захотелось найти его соцсети и узнать что- нибудь о нем. Даже не знаю зачем мне это.
Найти его в инстаграме было сложно, но я справилась. Просматривая его фотографии я поняла, что он такой ахуенный. И это пиздец. Его милые клыки были видны на фотографиях, когда он улыбается, а татуировки прекрасно сочетались с бледной кожей. Это тотальный пиздец. Видимо, слишком сильно мяч в меня прилетел.
После долгого просматривания фотографий блондина я вышла на кухню, чтобы попить воды, но в проходе я столкнулась с почти голым мулатом.
– М, а Аня не говорила,что у нее такая симпотичная сестра.
Он прижал меня двумя руками к стене, не давая возможности сдвинуться с места, чем немного напомнил мне Голубина. Его противные лапы опустились на мои бедра, а губы скользили по моей шее. Я хотела закричать, но этот идиот закрыл мне рукой рот. Воспользовавшись моментом я пнула его между ног и понеслась по коридору в подъезд.
В подъезде было холодно, особенно учитывая то, что я в пижамных шортах, майке и носках. Спустившись на один пролет вниз я села на ступеньку и закрыла лицо руками. Мне так херово от понимания того, что моя мать притащила в дом непонятно кого, а этот непонятно кто еще и чуть не изнасиловал меня. Видеть ее не хочу больше. Почему моя жизнь с каждым становится еще хуже? Что я такого, блять, сделала?
Этот день может сделать еще хуже только один человек, и именно он сейчас поднимается по лестнице, а я туда даже,мать вашу, не смотрела. Я уже даже его парфюм ебаный знаю.
– Эй, – он садится рядом на корточки, – Всеёв порядке? – ага, в полном, решила в пижаме в падике посидеть поплакать.
– Да, – пытаюсь скрыть дрожь в голосе, но ни черта у меня не получается.
Убираю руки от лица и смотрю прямо в его глаза. Неожиданно на меня накатывает еще одна волна и из глаз снова льются слезы.
Он кладет руку мне на лицо и растирает соленые капли по щекам. Блять, ну не мог просто мимо пройти что ли?
– Пойдем, – тихо говрит парень и аккуратно берет мою руку.
И я иду за ним, потому что мне уже плевать на все. Просто держусь за его теплую ладонь и поднимаюсь по лестнице. А ещё я все ещё в одних носках.
Голубин открывает даерь и пропускает внутрь. Меня напрягает это молчание, тишина жутко давит на мозги. Он стягивает кеды и идет на кухню, а я плетусь за ним. Блондин включает чайник и садится напротив меня.
– Расскажешь что случилось?
– Хахаль моей мамаши чуть не изнасиловал меня на кухне.
– Весело.
– Ага.
Когда чайник закипает он наливает две кружки зеленого чая и ставит на стол.
– Пойдешь в школу завтра? – спрашивает Глеб.
– Нет, не хочу.
***
Я не помню, когда чай с конфетами сменился мартини, но сейчас плевать на это. Мне весело. Мне действительно весело с ним. А ещё я точно убедилась в том, что он блядски красивый без футболки.
Мы решаем переместиться в зал и прикончить там остатки мартини. На диване оказывается гораздо удобнее, чем на кухне, и я могу поближе рассмотреть татуировки Глеба. Мне так нравится этот контраст белого и черного. Я сама не замечаю, как тянусь к его руке и глажу рисунок. Это так странно, раньше я думала, что татуировки чувствуются на коже,но они совсем не ощущаются. Блондин улыбается, когда видит, как я трогаю его тело.
– Нравится? – спрашивает он.
Я киваю, как дура и продолжаю гладить его татуировки. Могу только представлять, как же тупо я выгляжу со стороны. Проходит не больше десяти секунд и блондин тянет меня на себя, затягивая в поцелуй. В этот раз он какой-то более нежный, чувственный что ли. Я держусь рукамт за его плечи и чувствую легкую дрожь в теле. Неужели я вот так просто пересплю с ним? Видимо да.
– Я хочу тебя, – шепчу ему на ухо.
– Ты или мартини внутри тебя?
Смотрю на него глазами барана. Разве он не этого добивался? Он хочет сказать, что не хотел переспать со мной? А что он тогда вообще хотел?
– Протрезвей, а потом поговорим, а то опять в лес убежишь, – он подмигивает мне и уходит из комнаты.
Блять, что?
Понимая, что Глеб больше не вернется я ложусь на диван, укрываюсь пледом и погружаюсь в глубокий сон.
***
Утром просыпсь в 7:59. По идее, Голубин должен быть еще дома, но я не хочу его видеть. По крайней мере сейчас.
На столе я вижу стакан с водой и таблетку. Какой заботливый то, боже мой.
Выпив воду с таблеткой, я ложусь обратно и жду, когда парень уйдет в школу, но я не слышу хлопка двери ни через десять минут, ни через пятнадцать. Надеясь на то, что он уже ушел, я встаю и быстро добираюсь до входной двери. Тут я немного не поняла где моя обувь и начала ее искать. За этим занятием Голубин меня и застал.
– Что, золушка, туфельки потеряла?
– Где моя обувь? Это не смешно.
– Курочка, ты вчера в носочках была. Память совсем подводит? Я тебе больше наливать не буду.
Ну почему же я такая тупая.
Дергаю ручку двери, пытаясь открыть её, и на удивление, у меня получается, но Голубин хватет меня за руку, останавливая. Он бросает рядом со мной свои тапочки и отпускает руку. Я надеваю их и спешу убраться из квартиры, не говоря ни слова.
Ещё раз убеждаюсь в том, что я тупая, когда дёргаю ручку двери своей квартиры, и там, ожидаемо, закрыто. Ну, конечно, половина девятого, мать свалила на работу, а я вчера не догадалась даже обуться, что уж про ключи говорить.
Придётся опять идти к Голубину.