Never Fallen

Дверь в комнату Ники широко открыта, простыни на кровати смяты. Разбитый будильник валяется на полу, возле двери. В комнате пахнет потом и рвотой.
Эта комната не имеет никакого отношения к Эндрю, поэтому он даже не думает наводить порядок. Услышав шум бегущей воды из ванной комнаты, вратарь подходит к двери и прислоняется к стене, нетерпеливо дёргая плечами.
Нил не такой тупой, как сначала показалось Эндрю. Этот хитрый Лис аккуратно избежал раскрытия своих секретов, заперев их за дверью без замочной скважины. Хотя не совсем «аккуратно», разумеется. Не жалея свою мордашку — получил по ней абсолютно добровольно. Именно этот факт заставляет Эндрю мучаться вопросом о том, какие страшные вещи скрывает Нил, раз готов пойти на такое. Это что-то большее, чем связь с Рико? Эндрю выяснит это.
Равномерный стук воды из душа на плитку почти убаюкивает, вводит в ленивый транс. Равномерный… Эндрю резко открывает глаза и более сосредоточенно смотрит на запертую дверь. А потом хмурится, когда ничего не меняется.
Он подходит чуть ближе к двери, пытаясь игнорировать шум телевизора в гостиной и небольшой гул голосов Кевина и Ники с кухни.
Что-то не так, подсказывает его разум. Он прекрасно слышит звук попадания воды по плитке, звук канализации… И этого достаточно, чтобы заметить, что чего-то не хватает. Эндрю нужна всего секунда, чтобы осознать, что вода больше никуда не попадает. Она не соприкасается с телом, которое должно стоять под душем.
Ха.
Нилу было бы проще сбежать, чем отвечать на вопросы, не так ли?
Эндрю чувствует, как его губы растягиваются в ухмылке.
— Как долго он там?
— Что? — спрашивает Аарон. Эндрю слышит, как он поднимается с дивана и тёмная кожа скрипит. — Понятия не имею. Ники следил за его тельцем после того, как вы с Кевином ушли. — Краем глаза Эндрю видит, как Аарон приближается и прислоняется к стене там, где недавно стоял вратарь. — Какая разница?
Эндрю не отвечает, хватаясь за ручку двери и дёргая ее. Заперто изнутри. Блондин не теряется, приседая перед дверью, доставая из кармана шпильку. Он вставляет её в замочную скважину и давит в себе безумное желание рассмеяться, когда натыкается на преграду.
«Умный маленький кот, — думает он. — Запер дверь и не вытащил ключ».
Эндрю не может ничего предъявить Нилу за этот трюк, так как сам часто делает это, чтобы комфортно чувствовать себя в комнате. Эта ситуация веселит и раздражает — без того не резиновое терпение исчезает, как и не было.
— Чем ты занят? — спрашивает Кевин откуда-то слева, по-видимому, заметив небольшую заминку.
Эндрю игнорирует нападающего так же, как и Ники, позвавшего его по имени. Вместо каких-либо объяснений поднимается на ноги и отходит от двери на шаг, чтобы в следующую секунду пнуть её со всей силы. Дверь издаёт жалобный треск и слетает с замка, осыпаясь на пол винтами, ручкой и щепками.
— Какого хрена? — рычит Аарон, но Эндрю не слышит его, заходя внутрь ванной комнаты.
Горячий и влажный воздух сразу же охватывает всё тело, но Эндрю игнорирует и это. То, что невозможно не заметить — открытое окошко между душем и запотевшим зеркалом. Оно небольшое, но этого достаточно для кого-то верткого, вроде Нила.
…
Кто-то выключает душ, а Эндрю замечает под ногами два пакетика фольги. Он поднимает их, и этикетка на бумажках чётко даёт понять, что Нил сейчас в контактных линзах. Снова хочется смеяться.
Бегунок — так он назвал Нила накануне вечером, когда прижимал к стене в темноте Эдема в окружении потной, танцующей толпы. Эндрю видел. Мигающих огней было недостаточно, чтобы Нил мог скрыть свою дрожь.
Как интересно. Нилу проще позволить кому-то вырубить себя, а после самостоятельно бежать из Колумбии, чем дать Эндрю узнать правду. И вратарь сильно удивится, если дело тут не в Рико Морияме, заставляющего Нила убегать и лгать, лгать, лгать.
Эндрю моргает, плюсуя эту ситуацию ко всем косякам Нила, укрепляя свою подозрительность и чувствуя, как внизу живота растекается гнев. Он острый и горячий какое-то мгновение, но после остывает и уходит так же быстро, как и капли воды, стекающие по белой плитке в сток. Все чувства исчезают, как напоминание о том, что сейчас он не под таблетками.
— Мы уходим, — роняет, оборачиваясь и выходя из ванной комнаты.
***
Автомобиль Эндрю летит по шоссе намного быстрее допустимого, двигатель мурлычет и работает на износ, пока хозяин прыгает между полосами движения почти не глядя. Ему удаётся преодолеть расстояние между Колумбией и Пальметто в два раза быстрее, чем только мог себе представить Ники. Колёса скрипят в знак протеста, когда Эндрю влетает на бесплатную парковку перед общежитием Лисов и резко тормозит.
Эндрю прекрасно понимает, что Нил никуда не смоется без своей папочки, а преодолеть такое расстояние быстрее них не мог бы чисто физически. Возможность того, что Джостен убежит без оглядки потом весьма высока, но Эндрю уверен, что он не оставит здесь свою сумку. Не тогда, когда он так защищал её.
Его брат и кузен в тишине выходят из машины, Ники прижимает к груди пакет с неудавшимся завтраком так бережно, словно держит котёнка. А Эндрю с удовольствием давит на руль, сигналя до тех пор, пока Кевин не проснётся и не вылетит из машины.
Отправив троих парней ехать на лифте, Эндрю выбирает лестницу, чтобы выпустить пар.
Когда он справляется с этажами, коридор не пустует. Ники и Мэтт стоят перед 321 комнатой. Мэтт выглядит совершенно не впечатляюще рассерженным, а Ники перед ним с умоляющими глазами и поднятыми в защитном жесте руками.
— Не наша вина, что он сбежал прямо из ванной! — говорит Ники, когда Эндрю приближается. — И вообще, мы не заставляли его ехать с нами, он сам согласился.
— Не неси ерунду, Ники, — слышится голос Дэн откуда-то из-за высокого и широкого Мэтта. — Я знаю, чёрт возьми, чем вы занимаетесь в Колумбии. Это сто процентов ваша вина, прекратите отрицать это. Вы должны немедленно вернуться и найти его!
— Ничего мы ему не сделали, клянусь!
— Слушай…
Мэтт делает резкий шаг к его двоюродному брату, поэтому Эндрю спокойно встает между ними.
— Нет, это ты слушай, — говорит он, ненавязчиво забираясь пальцами под чёрную повязку. — Отойди.
Несмотря на то, что Мэтт на фут выше самого Эндрю, он послушно делает шаг назад.
— Видишь, не так уж и сложно? — хоть это и сказано с вопросительной интонацией, никто не спешит отвечать Эндрю. Пустое выражение на его лице, видимо, служит достаточным доказательством его трезвости. Сейчас он мог бы не моргнув и глазом пырнуть кого-нибудь ножом. Но вратарь только смотрит на то, как Мэтт специально блокирует своим телом вход в их с Нилом комнату. — Двигайся.
— Это не твоя комната, — говорит Дэн и скрещивает руки на груди, глядя на него. Её гнев может быть оправдан тем, что Эндрю сделал с Мэттом в прошлом.
— Она и не твоя, — отвечает Аарон, появляясь за спиной у Эндрю, и Дэн презрительно щурится.
— Отойди, — второй раз говорит Эндрю Мэтту, всё ещё не убирая пальцев из-под повязки. Его руки чешутся, желая получить прохладный комфорт ножей. Он находится так близко к этой несчастной папке, а терпение на исходе.
Близко. Близко к какому-то фрагменту этой головоломки, близко к изучению книги под названием «Нил Джостен», так что Эндрю на полном серьёзе рассматривает возможность того, чтобы просто заставить Мэтта убраться с его пути.
— Попробуй пройти через меня, — снова вмешивается Дэн. — Какие у вас проблемы с Нилом? Просто оставьте его в покое, у него есть право быть здесь, как и у любого из вас. Так что прекратите лезть к нему!
«У него есть право быть здесь!» — Эндрю прямо слышит недавнюю реплику Ваймака, словно Дэн и правда его родная дочь.
— И ты будешь защищать того, кого едва знаешь?
— Он Лис, — говорит Дэн, как будто это всё объясняет. И Эндрю понимает, что для таких помешанных людей, как они, это действительно всё объясняет. То, что они видят в Ниле сломанного человека, которого нужно затащить под чьё-то крыло и спрятать от опасного и плохого Эндрю — абсурд.
Неудивительно, что Нил вписывается во всё это. В конце концов, ни один член этой команды не является нормальным. Все они — ошибка. Как грустно.
— Эндрю, — говорит кто-то справа так мягко и тихо, чтобы можно было обмануть всех остальных, но не Эндрю. Он слышит сквозь интонации опасный слой напряжения. Рене появляется в поле зрения бледная, с крашеными волосами и маленькая. — Привет.
В её глазах тщательно спрятанная тьма, смотрящая прямо Эндрю в лицо. Он ничего не отвечает, но убирает руку от повязок, от ножей. И Рене улыбается в ответ.
Вот в чём дело: Лисы разделены, всегда были разделены на две группы, но для Эндрю и Рене это сложнее. В то время как у Эндрю есть своя территория, его семья, которую он держит рядом с обещаниями, связывающими их вместе, Рене присматривает за остальными. Причинить боль одному из её подопечных было бы нехорошо, и Эндрю уважает Рене достаточно, чтобы признать это и отступить, даже если он сжимает зубы так, что они вот-вот раскрошатся.
— Вы рано вернулись, — отмечает Рене, а старшекурсники просто молча стоят. Они называют Рене миротворцем, и Эндрю догадывается, что они ошибочно считают, что она надела на него поводок, как на монстра. Если бы Эндрю не был трезв, он бы рассмеялся над этой мыслью. — Обедали?
Вратарь не отвечает, просто смотрит на неё ещё пару мгновений перед тем, как развернуться и уйти. Нет необходимости продолжать пытаться попасть в комнату, чтобы тайно выкрасть папку, пока Дэн и Мэтт находятся там.
Дверь в комнату девочек открывается, когда Аарон, Ники и Эндрю подходят к собственной комнате. Чьи-то каблуки щёлкают по полу и приближаются.
— Ты, блять, можешь контролировать этих?.. — Эллисон шипит, а Рене что-то мягко ей отвечает. У Эндрю нет желания разбираться в этом, он просто захлопывает за собой дверь.
***
Это занимает почти столько же времени, сколько предполагает Эндрю, когда телефон начинает вибрировать в его кармане. Парень лениво смотрит на горящую сигарету, сидя на подоконнике, и достает телефон из кармана, отвечая, не глядя на контакты входящего.
— Дэвид.
— У тебя есть пять секунд, чтобы доставить свою чёртову психованную задницу в мою квартиру! — негодует голос на той стороне провода, пока вратарь сбивает пепел с сигареты пальцами, наблюдая, как он выпадает в открытое окно. Интересно, каково это — быть подхваченным ветром на целую секунду перед тем, как разбиться об асфальт? Ваймак делает глубокий вдох, а Эндрю отводит телефон от своего уха, чтобы избежать травмы барабанной перепонки. — Даже не думай сказать мне нет, потому что, клянусь богом, если ты сделаешь это, я выброшу контракт Кевина в мусорку.
Звонок обрывается до того, как у Эндрю появляется шанс сказать что-то в ответ. Хотя не то чтобы он горел желанием вообще открывать рот. Парень закрывает телефон и снова засовывает его в карман. Он позволяет своей сигарете потухнуть и присоединиться к другим окуркам на окне, не беспокоясь о том, чтобы закрыть окно. Игнорируя любопытные взгляды своих братьев, покидает комнату.
«На самом деле, ты бы не смог прирезать Кевина», — вот что сказал Ваймак Эндрю в воскресенье, прежде чем заснуть. И теперь его кости чувствуются тяжелее, ведь Ваймак наверняка уверен, что Эндрю действительно не сможет сделать это, что ему не плевать на Кевина. Наивный.
Эндрю вскрывает замок в квартиру Ваймака и проходит в гостиную перед тем, как тренер налетит на него с очень злым выражением лица, которое Эндрю видел только единожды. Кажется, это было после фиаско Мэтта год назад, так что Эндрю делает глубокий вдох. Конечно, повторение этой истории заставило Ваймака так кипеть от негодования.
Эндрю всё ещё ничего не говорит, просто смотрит в стену напротив тренера, пока тот нарезает круги по собственной квартире и бубнит ругательства под нос. Вратарь считает паутину, украшающую угол комнаты, и останавливается на цифре пятнадцать, прежде чем откроется дверь, разделяющая гостиную и прихожую.
— Ну как, хорошо прогулялся? — спрашивает Эндрю Нила, когда тот появляется, а затем внимательно его рассматривает. Темные волосы мокрые, капли воды стекают с кончиков волос на воротник отвратительной рубашки. Свет, разливающийся по гостиной из прихожей, падает на угол челюсти Нила, такой же острый, как лезвия, которые Эндрю носит с собой.
Но что действительно бесит, так это глаза Нила: снова тёмные, покрытые цветными контактными линзами.
Нил возвращает ему горячий взгляд:
— На хуй пошёл.
Какие проблемные у них отношения.
Ваймак щёлкает пальцами перед лицом Эндрю, а парень давит желание прищёлкнуть его в ответ.
— Не знаю, что у вас за тёрки, — ворчит Ваймак и… ну, вообще-то он знает, не так ли? Или, по крайней мере, понимает часть из этого, так как разговор уже был пару дней назад. — Но закончатся они здесь и сейчас. Эндрю, кажется, мы с Эбби ясно дали понять, что повторения прошлого года не потерпим.
— Это не повторение, — отвечает блондин, почти расстроенный тем, что снова приходится объяснять это. Ситуация с Мэттом была необходима в прошлом году, неизбежна и больше ради Аарона, чем по желанию Эндрю. У Нила же нет никаких зависимостей, кроме Экси, хотя этот факт действует на нервы даже больше, но есть другие беспокойные вещи. — Мы просто угостили его крекерами. Только благодаря им он и доковылял обратно.
— Ты задолбал уже своими «просто»! О чём ты вообще думал, етить тебя в душу?
Ха. Это похоже на то, что они уже проходили, и повторять вратарь не собирается, потому что сомневается, что Ваймак примет его точку зрения. Ведь Эндрю не собирается говорить ему про подозрительную папку Нила. Может быть, ему стоит. Но Эндрю не хочет делать этого.
— А вы о чем думали, когда брали его в команду?
— Тренер, — вмешивается Нил, прежде чем у Эндрю появится шанс продолжить. — Мне нужно переговорить с Эндрю наедине. Можно мы отойдём в ваш кабинет?
— Нет, — довольно предсказуемо отвечает Ваймак. — Не хватало ещё, чтобы вы там глотки друг другу перегрызли. Пока всё не уладите между собой, отсюда не выйдете.
Нил выглядит так, будто о чём-то судорожно думает, его челюсть сжимается, и Эндрю думает, что хотел бы уметь читать мысли.
— Да что с тобой не так? — спрашивает Нил, и уже заведённый до предела Эндрю ощущает, как внутри всё с визгом останавливается. Его сердце пропускает удар, но он берёт себя в руки довольно быстро, чтобы услышать следующие слова Нила, сказанные на немецком. — Значит, Ники подкатывать ко мне нельзя, а тебе накачивать меня дурью против воли можно? Почему ты просто не оставишь меня в покое?
Всё раздражение, которое накапливалось с момента, как вратарь открыл глаза сегодня утром, испаряется. Услышав произношение Нила, его слова на другом языке, Эндрю словно получил ещё один пазл от головоломки. Этот пазл не подходил к тем, что у него уже были, но он был интереснее и неожиданнее всех них.
— Вот те на, — Эндрю тоже переходит на немецкий. — Разве не знаешь, что я не люблю сюрпризы?
— Да насрать мне, что ты любишь.
О, Эндрю прекрасно понимает это. Ничего нового.
— И сколько же языков ты знаешь, бегунок?
— Объясни, какого черта ты до меня докапываешься? — игнорирует Нил его вопрос, оправдывая ожидания блондина.
— Я уже объяснил, — послушно отвечает Эндрю и не совсем понимает, зачем церемониться с ним. Пытается найти ответ на это в тёмных, лживых глазах напротив. — И кстати, ты не ответил.
— Я же сказал, что я не крыса! Ты совсем больной на голову, если так считаешь.
О, Нил считает, что Эндрю больной. Разве все члены команды не твердили ему это всё время?
— Убеди меня.
— Назови хоть одну причину, по которой я должен это сделать.
— Помимо очевидных? — спрашивает блондин, почти веселясь. — Если я не получу ответов от тебя, то найду их сам. — Эндрю очень надеется, что Нил поймёт, что он никогда не врёт. — Начнём с твоих родителей?
— Вперед и с песней, — Нил упрямо дёргает головой, и свет, целующий угол его скулы, стекает с этого лица прочь. Это интересно. Эндрю смотрит на него, понимая, что никогда не забудет. — Они мертвы.
Эта информация соединяет некоторые точки в его теории, а ещё Нил усугубляет своё положение этой правдой. Ведь если его родители умерли, значит ли это, что Мориямы приняли его к себе? Так он получил деньги? Или просто работает на них за зарплату? Куча возможностей.
— Ты их убил? — уточняет Эндрю. Ещё одна теория, требующая развития.
— По себе судишь?
— У меня нет родителей, — парирует Эндрю чистой правдой, пренебрежительно отмахиваясь от своего прошлого. Он никогда не считал женщину, вырастившую Аарона, своей матерью. И никогда считать не будет, ведь не пролил ни единой слезинки на её похоронах. Не важно, что она забеременела им и родила на свет. Она не имеет такого же значения для Эндрю, как Кэсс.
— Я не убивал родителей, — вынужденно отвечает Нил, и вдруг выглядит так, словно что-то болезненное выходит наружу вместе с выдохом. Он звучит очень остро. — Они погибли… от рук семьи Рико.
Эндрю смотрит в глаза Нила, выискивая в них правду.
Нил судорожно сглатывает.
— Мой отец по мелочи работал на людей, которые имели связи с кланом Морияма, — уверенно начинает он. Ваймак вскидывает голову на знакомую фамилию, но оба парня игнорируют его. — По большому счёту, он был мелкой сошкой, но знал много имён и умел вести бизнес. У него были кое-какие дела в университете Эдгара Аллана — так, собственно, я и познакомился с Кевином и Рико. Тогда я ещё не знал, кто они, просто радовался знакомству со сверстниками. Думал, мы подружимся…
До сих пор ничего из сказанного не звучало для Эндрю, как ложь.
— А потом отец начал борзеть и делать глупости — короче, воровать, — продолжает Нил, бледнея на глазах. Серый цвет его кожи очень выделяется на фоне тёмных волос и глаз. — Он прибрал к рукам бабки, которые Морияма передал его боссу. Но босс не успел добраться до отца: Морияма узнали об этом раньше и расправились с моими родителями. Я забрал всё, что он наворовал, и смылся. С тех пор я в бегах…
Эндрю не улыбался с тех пор, как протрезвел от лекарств накануне вечером. Но на губах Нила расцветает кривая улыбка, неправильная и неуместная. Больная и ужасная.
— Хорошо ещё, Кевин меня не узнал, — добавляет Нил и закрывает рот кончиками пальцев, говоря через них. — Может, он меня и не помнит, но я-то его помню. Смотрю на него и вспоминаю мать с отцом. Он — всё, что осталось от моей настоящей жизни. Но если Кевин или Рико меня узнают и это дойдёт до отцовского босса, мне не поздоровится.
Слишком много информации за один раз. Эндрю принимает её всю, разбирает на части и заполняет пробелы. Как он и предполагал с первой встречи, Нил бегал и прятался от больших и страшных монстров, преследующих его. И есть небольшой смысл в том, что Нил имеет у себя папку, полную информации о Кевине и Рико. Значит, это правда? Зачем ему лгать Эндрю об этом сейчас? Зачем бы Нил раскрыл такой большой секрет, как владение ещё одним языком, только для того, чтобы солгать?
Эндрю не сентиментальный человек. Он далёк от этих эмоций, но прекрасно понимает, как больно вспоминать такое прошлое, даже если это было давным давно. Он видит, как больно Нилу. Такую боль не подделать ложью, даже если нападающий правда продаёт информацию Рико Морияме.
Он ничего не отвечает на исповедь (времени слишком мало, чтобы проанализировать сказанное), но приближается к Нилу, игнорируя телодвижения Ваймака. Тренеру нет резона защищать мальчишку, ведь Эндрю не собирается быть жестоким, когда останавливается очень близко к бегуну.
Его тело на таком расстоянии излучает так много тепла, что Эндрю чувствует его без прикосновений. Волосы Нила пахнут дешёвым шампунем, который, как он знает, стоит в ванной комнате Ваймака.
— Тогда почему ты здесь? — спрашивает Эндрю, неосознанно понижая тембр голоса.
— Потому что устал, — так же тихо отвечает Нил уставшим голосом проигравшего. — Мне некуда бежать. Кроме того, мне завидно. Кевин по себе знает, каково это — ненавидеть каждый день своей жизни и каждое утро просыпаться в страхе, но у него есть ты, есть поддержка.
Ах, опасные вещи делает сердце Эндрю.
— Несмотря на потери, Кевин по-прежнему имеет всё, а я… — Эндрю думает: беглец, лжец. Грандиозная проблема в его жизни. — …никто. И навсегда останусь никем.
Внезапно Эндрю чувствует необходимость увидеть лицо напротив полностью, поэтому тянет руку и отрывает чужие пальцы от губ. И смотрит. В неистинных карих глазах Нила — тьма. Эндрю помнит, как она появилась вчера вечером, но исчезла в одно мгновение. Эндрю хочет протянуть руку и вытащить её из Нила, посмотреть на неё поближе. Но он ничего не делает. В этом тёмном, нефильтрованном взгляде есть честность, и Эндрю может узнать её легко, когда трезв. Иногда на него так же смотрит Рене, когда они спаррингуют.
— Позволь мне остаться, — тихо просит Нил, и Эндрю чувствует его свежее мятное дыхание на своём лице. Блондин дышит. — Я пока не готов всё бросить.
Что-то внутри Эндрю шевелится, когда Нил превращается из неподтверждённой опасности для Кевина в другую, незнакомую опасность, которую Эндрю не хочет исследовать. Только сейчас он отпускает Нила и моргает, прижимая обожжённые пальцы к ткани толстовки.
— Оставайся, сколько сможешь. Мы оба знаем: это ненадолго.
— Перед матчем с «Воронами» я исчезну, — обещает Нил. — Сейчас я выгляжу не так, как раньше, — и это поджигает ещё большее любопытство, которое Эндрю заталкивает глубже в себя. — Но риск, что семья Рико меня узнает, всё равно есть. Я не могу этого допустить.
— Какая невероятная жажда жизни у человека, которому и жить-то незачем, — произносит Эндрю, наклоняя голову в сторону. Кажется, Нил больше не представляет угрозы для ребят, но для самого Эндрю является проблемой другого плана. Этот пацан не должен был интересовать Эндрю так. — В следующий раз, когда у нас состоится такой же милый тет-а-тет, можем поговорить об этом поподробнее.
— Лучше обойтись без следующего раза.
— Ну ладно, — соглашается вратарь. Его мозг начинает искрить, а веки тяжелеть. Пальцы чешутся, требуя сигарет.
Нил колеблется секунду перед тем, как спросить:
— Кевину расскажешь?
И рискнуть, что Кевин полезет на стену из-за паники? Эндрю хочет не только избежать этого любой ценой, но также он не рассказывает секреты других людей. Никогда.
— Не задавай тупых вопросов.
Эндрю наблюдает, как Нил медленно вдыхает и закрывает глаза, защищая свои цветные контакты от мира.
Вратарь внезапно не хочет здесь находиться, в квартире Ваймака, его кости начинает ломать и тянуть.
— Идём, — командует Эндрю уже по-английски, и Нил снова открывает глаза.
— Куда?
— Обратно в общагу. Твои соседи по комнате проходу нам не дают — требуют, чтобы мы вернулись в Колумбию и искали тебя по улицам.
— Нил может остаться здесь, если хочет, — вмешался Ваймак, видимо вспоминая, что он тренер. Эндрю задумывается о том, как странно они выглядели минуту назад: взрослый мужчина и два коротышки, разговаривающие на незнакомом для него языке. — Я позвоню Дэн и сообщу, что с ним всё в порядке.
Нет. Эндрю хочет уйти.
— Нил хочет вернуться со мной, — Эндрю не дурак, чтобы считать, что темноволосый начал доверять ему после всего. Он и сам не начал доверять, но необходимость избавиться от него пропала, так что у пацана нет причин прятаться за тренером.
— Спасибо за душ, — отвечает Нил тренеру. — Одежду постираю и верну в понедельник.
Ваймак тратит две секунды на то, чтобы перевести взгляд с одного на другого, гадая, что они могли обсуждать на немецком.
— Это не горит.
— Ну, мы пошли, — бросает Эндрю и тащит Нила на выход.
Они не разговаривают на обратном пути. Эндрю скачет между полосами движения не так быстро, как сегодня утром, но достаточно срочно с внезапной, неистребимой потребностью в лекарствах и сне.
Ваймак, должно быть, позвонил ребятам заранее, потому что все лисы в коридоре ждали их, когда они вернулись. Эндрю легко находит своих: Кевин, Аарон и Ники прислоняются к стене возле двери их комнаты.
Старшекурсники стоят в небольшой куче посреди коридора за комнатой Дэн, и все они выглядят как обеспокоенные родители. Их лица проясняются, когда они видят Нила за Эндрю.
Ему всё ещё странно, как отчаянно они защищают Нила.
— Как самочувствие? — осведомляется аккуратно Дэн, пока Эндрю идёт проверять Аарона и Ники.
— Я в порядке.
— Эндрю? — спрашивает Кевин, не скрывая любопытства.
Эндрю останавливается в дверном проёме и приказывает Кевину следовать за ним. Как только за ними закрывается дверь, Эндрю слышит знакомый стук своей бутылки с таблетками, и он ненавидит их и то, что они заставляют его чувствовать, и он ненавидит Кевина заодно.
— Итак… что с…
— Заткнись, — перебивает Эндрю и вырывает баночку с таблетками из рук Кевина. Тот издаёт звук раздражения, когда блондин швыряет в него крышку от банки. — Я умываю руки. Делай со своим мини-Кевином что хочешь, но держи меня подальше от этого. Теперь он твоя проблема.
Эндрю глотает таблетки, а после позволяет открытой бутылке выпасть из его рук. Таблетки разлетаются по полу, и блондину на это плевать. Он уходит в комнату, оставляя парней в гостиной разбираться с этим.
Он падает на кровать и прижимается спиной к стене, оглядывая пустую комнату. Веки тяжелеют, разум истощён после всего.
«Да, — думает Эндрю, почти не следя за ходом мысли, — Нил Джостен является проблемой».
Но так или иначе, блондин теперь не собирается бросать его с крыши, чтобы посмотреть, может ли птичка на самом деле летать.
Является ли Нил Его проблемой?