Глава 8 Часть 1
Звук громкого удара по дереву заставляет Эндрю схватить собственные повязки из-под подушки до того, как он успеет окончательно проснуться. Его пульс долбит в ушах, а кончики пальцев касаются металла ножей. В считанные секунды его тело оказывается в вертикальном положении, а мышцы напрягаются, готовые к движению. Но… Позади него знакомая стена. Знакомая комната. Прохлада от открытого окна тушит агрессию, свежий воздух медленно заполняет лёгкие.
Чьё-то резкое «ублюдок» достигает его ушей, как и звук открывающейся и захлопывающейся двери где-то в доме.
Всё это заставляет блондина проморгаться, кинуть повязки с ножами на подушку и расслабиться.
«Это субботнее утро», — напоминает он себе, и его разум послушно подкидывает подробности прошедшего вечера. Сердце возобновляет нормальный ритм. Да. Он в своей комнате в Колумбии, дверь заперта на несколько засовов — баррикада для любых нежеланных гостей.
Он трезв. Он в безопасности настолько, насколько это возможно.
Следующий вдох даётся легче, все последующие заставляют двигаться. Эндрю наконец начинает чувствовать холод, поднимающийся по позвоночнику от босых ног, соприкасающихся с полом. Всё нормально.
«Ты реальный, ты ещё жив», — говорит голос внутри него, почему-то сильно похожий на Би.
Эндрю покидает комнату сразу, как начинает чувствовать себя лучше, оставляя за спиной мягкий утренний свет и мелкую пыль.
Аарон выходит из ванной комнаты, и Эндрю проталкивается мимо него. Никто из них не хочет смотреть друг на друга, но они всё же делают это рефлекторно, словно в поиске травм. Которых, конечно, нет.
Закончив с утренней гигиеной, Эндрю проходит мимо Кевина, заснувшего у стенки возле собственной комнаты (видимо, в ожидании свободной ванной). Конечно же, Миньярд будит его, саданув кулаком по двери рядом с головой звёздного нападающего. Слабый стон, который он получает в ответ, поднимает настроение.
— Проснись и пой! — говорит Эндрю с фальшивой радостью, рассматривая на чужом лице следы от подушки и слюни у уголков губ.
Кевин не отвечает. Его глаза едва открыты, но он уже послушно следует за Эндрю вниз по скрипучей лестнице.
Телевизор работает в гостиной почти на минимальном звуке. Ники и Аарон сидят на диване бок о бок, оба с опухшими глазами и почти засыпающие.
— Утра, — тихо говорит Ники, а затем зевает так сильно, что челюсть издаёт щелчок. — Нил всё ещё дрыхнет, как сурок, — добавляет он, когда Эндрю просто молча смотрит на него. После этого Миньярд резко разворачивается, натыкаясь на Кевина, вышедшего из туалета.
— Вы куда-то собрались? — Ники снова зевает.
— Да.
— Хочешь, чтобы я…
Эндрю игнорирует его, засовывая ноги в ботинки, хватает ключи, как оружие, сильно сжимая их в кулаке. А после в молчаливом предупреждении указывает на двоюродного брата.
Этого кажется достаточно, чтобы Ники заткнулся. Кевин тем временем натягивает на себя обувь и они оба выходят, хлопая дверью.
***
На часах ровно девять тридцать, когда Эндрю заезжает на подъездную дорожку дома со спящим на пассажирском сидении Кевином. Нападающий такой же нелепый, как и полчаса назад: с дорожкой слюней в уголках рта. Если бы Эндрю находился под таблетками, он бы обязательно шумно разбудил его и прочитал лекцию о нездоровом графике сна, что было бы абсолютно лицемерно. Но сейчас Миньярду плевать.
Он просто хватает пакеты, набитые едой, с колен Кевина, перекладывает их между сиденьями. Наклоняется над спящим телом и открывает пассажирскую дверь. А после хорошенько упирается собственной ногой в бок Дэя и выталкивает его из машины.
Эндрю выходит из тачки под звуки крика Кевина, валяющегося на травке. Парень забирает всё ещё тёплые пакеты с едой, обращаясь к тому ледяным тоном:
— Всё ещё не можешь усидеть на месте?
Кевин в возмущении задыхается и пыхтит, когда встаёт с земли, и Эндрю ещё раз вспоминает о сравнении, которое он провёл между своим товарищем по команде и пожилым стариканом, когда был под действиями лекарств. Как же он был прав.
Он открывает дверь ключом, замечая, что солнце уже уверенно светит ему в спину, а Кевин начинает растягиваться справа от него. Хочется закурить… Холодный ветерок нежно касается перегретой кожи, заползает под одежду и, удобно расположившись, остаётся там.
Они заходят в дом и Эндрю слышит подозрительный «бам», заставляющий идти на кухню, а не в гостиную. Там блондин обнаруживает, что Ники сидит на полу, что-то собирая в совок. Кузен окружён осколками стекла, блестящими на солнышке, проникающем через окно, и превращающими бывший стакан в сверкающие бриллианты.
Эндрю смотрит, ожидая мгновения, когда Ники слишком сильно схватит осколок и порежется, но он этого не делает, вместо этого поднимая голову вверх.
— О, с возвращением, — Ники фыркает, указывая на лужу воды слева от себя. — Что-то мне подсказывает, что сейчас мы не очень нравимся Нилу.
Эндрю это нисколько не удивило, как и тот факт, что Нил не притронулся к предложенному напитку после прошлой ночи. Миньярд и не ждал, что тот начнёт доверять им, особенно после Пыли. Хотя очень сомнительно, что человек, носящий повсюду свою дурацкую сумку, хоть когда-то доверял кому-либо. Это, как сказал Эндрю накануне вечером, не глупость — сам блондин может на пальцах одной руки подсчитать тех, кому он доверяет.
— Где он? — спрашивает вратарь, ставя шелестящие пакеты с едой на стол. Прежде, чем кузен сможет открыть свой рот, Эндрю сам выходит в гостиную. Там на диване сидит Аарон в абсолютно том же положении, что и час назад, но уже с выключенным телефоном. Эта картина вызывает вспышку раздражения у Эндрю, но тот её быстро гасит.
Дверь в комнату Ники широко открыта, простыни на кровати смяты. Разбитый будильник валяется на полу, возле двери. В комнате пахнет потом и рвотой.
Блять…