Never Fallen

В день поездки в «Райские сумерки» Эндрю и его компания шастают по торговому центру перед тренировкой. Это всего в тридцати минутах езды от Пальметто, и Эндрю уверен в том, что они вернутся вовремя, но сдерживать желание убить Кевина вешалкой для одежды, если он ещё раз упомянёт экси, становится труднее. Может быть, он таки пизданёт его вешалкой разок, только чтобы увидеть очередной приступ истерики.
Эндрю снимает чёрную рубашку с манекена перед собой, смотрит на неё, а затем небрежно откидывает на пол. Он слышит, как Кевин нетерпеливо вздыхает, пока тащится следом за ним, и позволяет своим мыслям заглушить отвратительную музыку, играющую из динамиков в магазине.
Вся первая неделя их летних тренировок, предшествовавшая пятнице, была наполнена спорами на поле, и не то чтобы Эндрю ожидал чего-то другого. С остальной частью Лисов они сталкивались и на корте, и за его пределами. Их отношение друг к другу больше всего заметно, когда они пытаются играть, как команда. Когда Эндрю во время тренировки виснет на своей ракетке и ничего не делает, у него есть прекрасный обзор на то, что происходит вокруг.
И Эндрю веселится с того, как Дэн ведёт себя в качестве капитана, пытаясь управиться со стадом упрямых баранов, а ещё он думает, что вовсе не против время от времени слушаться её. Он прекрасно понимает, какой занозой в заднице является порой, и сколько нервов нужно, чтобы перенести его выходки. Да, Эндрю порой становится очень любопытно посмотреть, как отреагирует команда на очередной его заскок перед тем, как его внимание привлечёт что-то другое.
«Это как наблюдать за стадом диких животных», — говорит он Би в один из сеансов в среду днём.
«Тебе интересно следить за тем, что происходит?» — спрашивает тогда Бетси, а затем делает глоток чая.
Эндрю помнит, как фыркнул. Единственные две вещи, которые интересуют его больше двух секунд, то, что прикрепилось к его мыслям, как клей, это Рене. И, что очень раздражает, Нил.
Нил, которому ещё нет места в их иерархии на поле, Нил, которого Эндрю хочет разбить на сто частей, собрать, и снова разбить, повторяя это до тех пор, пока что-то о нём не начнёт иметь смысл. Нил, который рано или поздно раскроет свои секреты. Это немного смешно, правда. Каждый раз, когда Эндрю подходит к разгадке чего-то о Ниле, это проскальзывает сквозь пальцы, как вода, и исчезает в трещинах в полу без права на восстановление.
«Пфф, Бетси! — отвечает Эндрю, пока его губы растягиваются в издевательской улыбке. — Это тупой вопрос, окей? Меня ничего не интересует, и я очень сомневаюсь, что когда-нибудь начнёт. Это заставляет меня думать, что ты меня не знаешь.»
Тогда он наклоняется вперёд, обнимая руками чашку горячего шоколада, позволяя теплу утонуть глубоко в теле: «Мы с этим миром как нефть и вода. Не поддаёмся смешиванию».
В настоящем моменте тень от чего-то падает ему на лицо, и Эндрю моргает.
Это Ники, трясущий перед его носом вешалкой с тёмной рубашкой, в которой дырок больше, чем ткани.
— Эту?
Эндрю издаёт звук отвращения и вздыхает, когда Ники суёт ему другую рубашку. Тёмную, но с камуфляжным принтом — самая уродливая вещь, которую Эндрю видел за сегодняшний день.
— Ники…
— Да?
— Не притаскивай ко мне пустые вешалки, окей? Окей, я рад, что мы поняли друг друга.
— Что на счёт кроп-топа?
Оу.
Дело в том, что Эндрю никому не сказал, что Нилу нечего надеть в клуб. Он не думает, что Джостена пропустят туда в этих уродских тряпках. И, кажется, что Ники и Аарон вообще не понимают, что они забыли в торговом центре.
Видимо, его кузен думает, что Эндрю выбирает шмотки для себя. Эта мысль оставляет неприятные ощущения, как и то, что вылетело изо рта Ники. Наркотический дурман в его голове предлагает скинуть двоюродного брата в фонтан возле фуд-корта, а Эндрю даже не против.
Мысль о еде заставляет его желудок урчать.
— Ники, — весело говорит Эндрю, и кузен сглатывает. Миньярд улыбается, хотя это больше похоже на оскал, словно он дикое животное, готовое разорвать добычу на части. — Мне кажется, или ты хочешь убраться отсюда и купить что-нибудь поесть, прежде чем я запихаю тебе в горло свой ботинок?
Аарон вытаскивает Ники из магазина, Кевин ещё раз вздыхает, и Эндрю очень, очень хочет проверить устойчивость полок его телом.
***
Они возвращаются на поле как раз к началу тренировки, как и думал Эндрю, и всё проходит обыденно. Ничто из происходящего не способно удержать его внимание, поэтому он стоит в воротах, время от времени отбивая удары Кевина, противостоя желанию отправлять мячи обратно по чужим ногам.
После окончания тренировки и принятия душа, Эндрю прислоняется к своей машине, выкуривая две сигареты. Он щурится на палящее солнце, пока ожидает своего брата и кузена. Первая волна тошноты прокатывается по дну желудка, Эндрю хватает это чувство и хоронит глубоко внутри себя, не желая пока глотать таблетки. Он игнорирует неодобрительный хмык Кевина, просто кидая в него бычок и забираясь на водительское место своей машины, перед этим показывая звёздному игроку средний палец.
Ники и Аарон появляются через пять минут. Они занимают пассажирские места сзади, и Эндрю кидает в лицо кузену пакет.
— Что это?
— Динь-дон, — высмеивает Эндрю выражение лица Ники. — Доставка для Нила Джостена. Ты слышал? Это для Нила. Почему этот пакет у тебя? Нельзя брать чужие подарки, тебя этому никто не учил?
— Это одежда?
— Не замечаешь ничего вокруг себя, Ники! Бедному Нилу нечего надеть, ну… что бы не делало из него рваного бомжа.
— Ты… ты купил ему одежду?
— Динь-дон! — снова играется Эндрю, разглядывая свои повязки. — Я больше не хочу тут быть и свалю через пять минут. Так что тебе нужно доставить Нилу этот маленький подарок.
Он щёлкает пальцами и Ники поражёно отворачивается, сжимая пакет в руках. Недавний разговор с Ваймаком всплывает в голове, как бесконечное эхо, вибрирующее через мозг.
— И скажи ему не надевать контактные линзы, они мне не нравятся.
Ники всё ещё кивает, шокированный, и у Эндрю от этого сжимаются зубы. Кевин внимательно смотрит на него секунду, а потом дёргано, словно раздражённый ребёнок, пристёгивается. Н-да, это так хлопотно, что Кевин не может определиться, ведёт он себя как младенец или старик.
Эндрю вытаскивает свою зажигалку и пару раз щелкает ей, дёргая нервно ногой. Он ни на кого не смотрит, когда говорит:
— На самом деле незаконно хранить чужую доставку, ты знал об этом?
Его зажигалка снова щёлкает, цвет её пламени — красивая смесь красного, оранжевого и жёлтого. Жар от неё палит кожу, и Эндрю терпит, не отодвигая палец. Он ждёт, пока жар проникнет в его кости, пока он не подожжёт его изнутри, пока не поднимет температуру до точки кипения. Но, конечно, этого не происходит.
Пламя умирает, когда Ники открывает окно, и Эндрю убирает зажигалку, тёплый металл греет через ткань его брюк.
***
Терпение Эндрю на пределе после того, как он топчется в коридоре перед комнатой Нила почти пять минут. И когда оно совсем заканчивается, парень снова вскрывает замок на двери. Да, он говорил, что не будет больше так делать, в качестве договора с Нилом о поездке в Колумбию, но пока никаких конкретных обещаний дано не было. Так что Эндрю действительно плевать.
Он открывает дверь и тут же замечает, что в комнате никого нет. На мгновение думает, что Нил убежал, но затем замечает свет под дверью ванной комнаты. Нашаривая взглядом часы на кухне, думает о прошедшем времени.
Ники, Аарон и Кевин тоже заходят в чужую комнату, занимая место на тёмном диване, и Аарон сразу же достает свой телефон. Это не удивляет Эндрю, ведь брат делает это постоянно, но нарушенное обещание висит в воздухе — висит между ними, — и оно всё ещё колючее, всё ещё толкает свои осколки под кожу глубже и глубже. Они остаются похороненными под его рёбрами, где каждое движение беспокоит их, и они снова болят, как жестокое напоминание о том… чего Эндрю никогда не забудет.
Миньярд принимает решение забить на это, и отворачивается, слыша, как открывается дверь ванной комнаты. Не долго думая, следует за Нилом в спальню и скрещивает руки, когда прислоняется к дверному проему. Он наблюдает, как Нил запихивает свою одежду в нижний ящик тумбочки и только потом разворачивается.
Эндрю моргает и изучает Нила снизу вверх:
Одежда, надетая Нилом, полностью противоположна тому, что он носил с тех пор, как Эндрю увидел его в первый раз: он с ног до головы в чёрном. Зауженные джинсы, тяжёлые сапоги на ногах. Рубашка с длинными рукавами, она плотная и выглядит так, словно порвана местами. Под ложными дырками есть слой лёгкой ткани, скрывающие кожу Нила.
Глаза Эндрю следуют по тонкому изгибу чужой открытой шеи, по острой челюсти, он смотрит ещё выше и…
…и всё внутри Эндрю замирает. В его голове нет даже привычного шума, его мысли замораживаются во времени. Пульс становится немного громче, и Эндрю снова моргает, медленнее на этот раз.
Нил на самом деле не стал надевать свои линзы. Эндрю не может отвести взгляда от ярких, холодных глаз. Они как искры во льду, блестящие из-за солнца, слишком ослепительные, чтобы смотреть на них дольше, чем несколько секунд.
На фоне чёрной одежды и тёмных волос эти глаза только ярче. Эндрю каким-то образом оказывается рядом с Нилом и неосознанно тянется к задней стороне его шеи, обхватывая ту пальцами и притягивая его ближе. Смотрит в его голубые, голубые, голубые глаза, и снова-снова смотрит.
— Ещё одно нежданное проявление честности, — хрипло говорит Эндрю. Странно, что тот, кто врал такое количество раз, так легко позволил честности проявиться в ответ на простую просьбу. — С чего вдруг?
— Ники вежливо попросил. Ты тоже можешь попробовать, вдруг получится.
— Мы это уже обсуждали. Я никого ни о чём не прошу. — Эндрю снова окидывает взглядом его тёмные волосы, чёрную одежду и яркие глаза и убирает руку. Внутри него начинает образовываться что-то странное, и Эндрю жёстко топчет это, прежде чем оно становится чем-то определённым. Его кожа горит и колется там, где он прикоснулся к Нилу, словно по пальцам течёт электричество. — Пора идти.
Ники вскидывает глаза после того, как они выходят в гостиную, а затем его веселое выражение лица меняется на что-то жадное, когда он смотрит мимо Эндрю. И Эндрю касается своих повязок.
— Фигасе… Нил, да ты красавчик! Так можно говорить или это против правил? Просто… чёрт, — Ники нервно тычет в Аарона локтем. — Аарон, не дай мне сегодня упиться.
Эндрю подходит к Ники ближе и вытаскивает пачку сигарет из кармана. Зажигает одну, игнорируя детекторы дыма, которые находятся в каждой комнате общежития, и повторно щёлкает своей зажигалкой. Перед лицом Ники.
— Не вынуждай меня оторвать тебе башку, — предупреждает он сквозь зубы.
Хэммик вскидывает руки в защитном жесте.
— Всё-всё, я понял.
— Точно?
— Клянусь, — тихо и печально ноет Ники.
Желудок Эндрю недовольно сжимается, и нечто, похороненное под слоями осторожности в его груди, искрит из-за этого «клянусь». Эндрю игнорирует это и убирает зажигалку, выходя из комнаты за Кевином и Аароном. Это «клянусь» не имеет такого же значения для Ники, Аарона или кого бы то ни было, чем для Эндрю. Для них это не больше, чем слова — сказал и забыл. Их «клянусь» легко сломать и подмести под ковёр.
И Эндрю так устал от этого: нарушенные «клянусь» утяжеляют его кости и заставляют чувствовать себя тяжёлым, настолько тяжёлым, что однажды он не удивится, увидев под собой отпечатки сапог на бетоне.
Эндрю сидит на том же месте, что и в прошлый раз, когда Нил едет с ними, с Нилом слева и Кевином перед ним. Через несколько минут после того, как они поехали, Эндрю засыпает.
Он не хочет засыпать и обычно не вырубается так быстро, но дремлет до тех пор, пока прикосновение к плечу не заставляет его вздрогнуть и слепо ударить. Его локоть врезается во что-то прежде, чем он откроет глаза и узнает, что произошло.
Кто-то щёлкает пальцами рядом с его ухом, и Эндрю поворачивает голову, смотря на скорчившегося к коленям Нила и Аарона, отворачивавшегося от них.
— Где сворачиваем?
Эндрю облокачивается на спину задыхающегося Нила, выглядывая в дырку между передними сидениями и игнорируя тепло, излучаемое кожей Нила сквозь рубашку в месте их соприкосновения. Он смотрит вперёд, пока не замечает знакомый знак, и говорит:
— Не здесь, дальше. Перед поворотом будет указатель «Вафли и выпечка».
— Это же Южная Каролина, — усмехнулся Ники, — тут на каждом углу вафли и выпечка, — технически он не ошибается, но Эндрю больше не хочет отвечать. — Нил, ты как там, дышишь?
— Да, — хрипит Нил под Эндрю. — Кажется.
Эндрю садится на своё место и только сейчас замечает, что его руки дрожат. Он смотрит на трясущиеся, словно от холода, пальцы. По позвоночнику бегут мурашки, а потом, внезапно, душит тошнота.
— Ники, — зовёт Эндрю сквозь зубы, глотая подступающую рвоту.
Автомобиль резво меняет полосы, обгоняя другие машины.
— Скоро будем на месте.
— Тормози.
— Мы на эстакаде!
Ещё одна волна тошноты бьёт Эндрю, и через сжатые зубы он рычит:
— Сейчас же.
Ники больше не спорит. Он нажимает на газ и поворачивает так резко, что Эндрю снова приходится сглатывать, игнорируя рёв машин, пролетающих мимо них. Как только машина тормозит, Эндрю судорожно открывает дверь и наклоняется вниз, блюя в траву. Рвота сильно раздирает его глотку, и парень почти задыхается от того, что его органы спазмируются.
— Где твои крекеры? — спрашивает Ники, когда рвота перестает душить Эндрю.
— Он их уже съел, — говорит Кевин, и это правда. Он принял наркотики перед тем, как поехать к Ваймаку несколько дней назад, и то, съел только остатки. Оглядываясь назад, это было не самым разумным решением, но ему правда нужна была трезвая голова, чтобы поговорить с Ваймаком.
— Что, всё? — спрашивает Ники в ужасе. — Господи, Эндрю.
— Заткнись, — хрипит Эндрю и сплёвывает на землю, чтобы избавиться от противного послевкусия во рту. Свежий воздух прохладный, и он ощущается на разгорячённой коже Эндрю как рай. Ему требуется ещё несколько секунд, чтобы подышать, прежде чем снова занять своё место и закрыть дверь. — Просто довези нас до места.
Ники давит на педаль газа, и Эндрю поворачивается, втыкая в окно. Автомобиль замедляется, когда они въезжают в Колумбию, машин на дороге становится больше. Их первой остановкой является ресторан «У красотки», где они планируют заказать мороженое (или, по крайней мере, Эндрю) и крекерную пыль. Это не первый их раз, и далеко не последний.
Ники высаживает их у входа и уезжает искать парковку. Когда они заходят внутрь, перед ними небольшая очередь из четырёх человек, ждущих свободные места. Эндрю это не слишком беспокоит. Он проходит мимо всех к небольшой стойке и берёт несколько пакетов с крекерами, засовывая себе в рот. Когда он возвращается к своей компании, Кевин смотрит на него с неодобрением, а Нил с нечитаемым выражением лица. Эндрю знает, что если бы он сейчас находился под действием таблеток, их лица заставили бы его рассмеяться.
Но, будучи трезвым, он просто кидает пустую пачку в лицо Кевину и начинает есть вторую, пока тот поднимает мусор. Ники присоединяется к ним через несколько минут, и они садятся в свободную кабинку.
Эндрю засовывает последнюю пустую пачку от крекеров в карман фартука администратора, стараясь не прикасаться пальцами к его одежде напрямую, пока тот отвлекается на что-то постороннее. Он не слушает трёп Ники, пока тот общается с официанткой, потому что это вряд ли окажется чем-то новым. Его голова всё ещё тяжёлая, хоть на этот раз в ней нет жужжания и настойчивых мыслей с желанием ржать над уродливым лицом Кевина.
Вместо этого он подпирает рукой голову и смотрит в противоположную стену, пытаясь игнорировать лёгкую дрожь в теле. Тошнота уже прошла, но Эндрю чувствует и жар, и холод одновременно, его мышцы болят, а глаза давит.
А затем… Кевин вытаскивает знакомую баночку из кармана, таблетки в которой гремят о матовое стекло, и ставит её на стол между ними.
— Прими лекарство.
Эндрю медленно опускает взгляд на бутылёк. Да. Принять таблетки сейчас, значит окунуться в яркий мир веселья и расслабленности, это проще и безболезненнее, чем проходить через ломку. Эндрю знает это, он не глупый. Но так же он ненавидит всей душой улыбку на своём лице, которую носит целыми днями. Он ненавидит свои туманные, беспорядочные мысли. Именно сегодня ночью ему нужно быть сосредоточенным, ему необходима тишина в голове, чтобы иметь дело с Нилом.
— Пошёл ты, — бросает Эндрю, и его зубы сжаты достаточно сильно, чтобы в висках начало пульсировать.
Нил смотрит на него. Эндрю замечает краем глаза его голубые глаза, яркие, холодные.
— Да у тебя ломка.
То, что Нилу потребовалось так много времени, чтобы заметить это дерьмо, почти оскорбительно.
Эндрю игнорирует его и закатывает глаза, снова обращаясь к Кевину:
— Убери на хер, пока я тебе самому не затолкал их в глотку.
Кевин хмурится, но без истерик убирает таблетки обратно в карман. Это умно с его стороны, потому что у Эндрю появляется заманчивое желание вытолкнуть Дэя из кабинки на пол.
Их мороженое приносят довольно быстро, и как только официантка уходит, Эндрю выбрасывает на пол принесённые салфетки, сложённые у середины стола, и нетерпеливо находит под ними свою крекерную пыль.
— Люди же вокруг, — говорит тихо Аарон, но Эндрю плевать на это. Он вскрывает два пакетика за раз, высыпая их содержимое себе в рот.
Эндрю держит солёный порошок во рту несколько секунд, а после этого с глубоким вдохом глотает. Он собирает остальные пакетики со стола и прячет их в кармане. Внезапно боль в желудке возвращается, и парню приходится прижать руку ко рту, переживая очередную волну тошноты.
Проходит мучительная минута, пока крекерная пыль снимает симптомы ломки, и Эндрю может спокойно дышать впервые с тех пор, как сел в машину перед поездкой. В висках перестает пульсировать, руки дрожат уже не так заметно, а напряжённые до предела мышцы расслабляются. Пустота накрывает его, как одеяло, даря возможность спокойно поесть.
Он избегает смотреть на Нила постоянно, с этими его тёмными волосами и голубыми глазами. В Ниле на самом деле есть нечто увлекательное: может быть, это неожиданно раскрытая правда, которую он отдал совершенно бесплатно, а может то, с каким выражением лица он отодвигает от себя мороженое. Что бы это ни было, Эндрю понимает, что если продолжит смотреть на него — не сможет остановиться. Но здесь и сейчас эти мысли совсем не к месту.
Так что он игнорирует присутствие Нила всю поездку в «Райские сумерки». Их место прибытия — двухэтажный ночной клуб в нескольких кварталах от главной дороги. Тут как всегда толпится очередь из желающих попасть внутрь людей.
Ники подъезжает к обочине у клуба, и Эндрю выходит, тут же направляясь к зданию. Аарон в свою очередь достает для кузена пропуск на платную парковку, получая его у одного из знакомых вышибал. Эндрю приветствует мужчин у входа и немного замедляется, позволяя остальным себя догнать.
Они останавливаются на возвышении, окружавшем зал, плотно заставленный столиками. Одна из лестниц ведёт вниз к переполненному танцполу, и Эндрю понимает, что вскоре Аарон и Ники исчезнут там на всю ночь после того, как достаточно выпьют. Вторая лестница ведёт на второй этаж, представляющий из себя один огромный балкон.
Эндрю чувствует, как бас из высоких динамиков долбит по его органам, оживляя кровь, так, как лекарства не могут. Музыка вибрирует внутри него, перемешивая ощущения и мысли, как воду. Парень ведёт компанию к свободному столику в дальнем углу, быстро очищая его от грязных бокалов, а затем без предупреждения хватает Нила за воротник рубашки, стараясь не коснуться голой кожи, чтобы избежать ощущения мурашек внутри, и тянет того к бару.
Он не доверяет Нилу, а Нил не доверяет ему — это веская причина, по которой Эндрю решает тащить его за собой. Миньярд уверен, что Нилу будет полезно своими глазами увидеть, как готовится его напиток. Ха. Не то чтобы это что-то изменит или спасет его от того, что планирует Эндрю.
Роланд замечает их уже через секунду и слегка улыбается Эндрю. У бармена как всегда чёрные волосы и тёмные глаза, и пускай Эндрю ничего не чувствует, глядя на него с тех пор, как перестал работать и помогать здесь, его улыбка неожиданно раздражает. Он хочет протянуть руку и стереть это с лица Роланда.
— О, Эндрю, уже вернулся? И кто твоя новая жертва?
О. Это бы звучало как шутка, для кого-то постороннего, но Эндрю знает весь подтекст подлинного вопроса.
— Никто, — говорит он в ответ. — Нам как обычно.
Роланд кивает и бросает взгляд на Нила.
— А ты что будешь?
— Я не пью, — отвечает ему Нил, и Эндрю удивлён совсем капельку. Роланд уходит делать напитки, а Миньярд поворачивает голову в сторону Джостена.
Он снова смотрит в эти голубые глаза и тёмные, тёмные волосы — уже не находясь под действием лекарств, туманящих его мысли. Но что-то снова на трезвую голову начинает искрить внутри, электрическое и совершенно неправильное. Да. Нил привлекательный. Эндрю знал об этом с их первой встречи, когда увидел его в отвратительной одежде и с рваной сумкой на плече. Но теперь… теперь это похоже на зуд, сидящий прямо под кожей Эндрю, — зуд, который нет возможности вычесать. И что раздражает больше всего на свете — это чувство не уходит вместе с наркотической эйфорией, оно не запирается и не хоронится, как все остальные его чувства.
Роланд, вернувшийся с напитками, позволяет Эндрю отвлечься и повернуть голову назад. Эндрю замечает, как бармен поворачивается к ним спиной на мгновение, а потом резво двигает в сторону Нила газировку. Парень ловит взгляд Эндрю, без слов спрашивая о чем-то… вратарь без интереса отворачивается.
Они идут назад с полным подносом, расталкивая пьяных людей с пути, и доставляют напитки на стол без происшествий.
Парни пьют довольно резво, и Эндрю вскоре должен подняться за второй порцией напитков. Нил получает ещё один стакан с газировкой в баре, а после замечает на столике их крекерную пыль. Эндрю дразняще машет одним из пакетиков перед Нилом, но тот отвечает только недоуменным взглядом. Губы Эндрю могли бы превратиться в улыбку, но лекарств внутри него нет.
И да. Есть причина тому, почему Нил так быстро выпивает второй стакан со своим напитком. Эндрю играет с мыслью о том, чтобы немедля сообщить ему эту причину и посмотреть на реакцию. Всё равно так или иначе Джостен скоро поймёт, а так Эндрю успеет повеселиться.
— «Крекерная пыль», — поясняет Нилу Ники, раскрывая собственный пакетик. — Слыхал? На вкус как соль с сахаром, и приход от неё нехилый. Точно не хочешь?
— Наркота — отстой.
— Ой-ой, — тянет Эндрю, и холодная улыбка расцветает на его губах. Вратарь согласен с Нилом, ведь он ненавидит собственные лекарства и дебильное состояние после них, когда он под кайфом в течение дня, ненавидит вспоминать их первую встречу с Аароном. — Поосторожнее с оценками.
— Я считаю такое поведение идиотским и извиняться за это не собираюсь.
— Кипишь праведным гневом? — спрашивает Эндрю, открывая ещё один пакетик и отправляя его содержимое в рот. — Стараешься меня задеть, потому что на тебя давит тяжкий груз твоей святости?
— Праведность — для тех, кто ни черта не понимает в жизни, — отвечает Нил, и Эндрю думает, что ему нравится точка зрения этого человека.
— Полегче, парни, полегче, — лениво говорит Ники и расставляет с подноса шоты с алкоголем по столу. Он подает Нилу очередной бокал, наполненный газировкой. — Пыль не тяжелая дурь, просто помогает скрасить вечер. Думаешь, Кевин стал бы рисковать будущим ради тусы в клубе?
— Каким будущим? — спрашивает Нил, и Кевин тяжело смотрит на него.
— Выпей с нами, если не хочешь закидываться, — снова говорит Ники, держа в одной руке надорванный пакетик, а в другой — шот. — Ну, на счёт «три»!
Эндрю закидывается прежде, чем Ники успевает начать считать, не отрывая глаз от Нила в момент, когда тот поднимает свой бокал и делает глоток. Ох, он видит этот миг, когда Нил замечает, что с его газировкой что-то не так, и пытается подняться с места. Ну да. В этой порции трудно не почувствовать огромное количество пыли, наполняющей его стакан. Эндрю резко протягивает руку и хватает Нила за волосы, усаживая обратно. Он слегка дёргает, оттягивая голову парня назад, и прижимает одну руку Нила к столу, за вторую послушно цепляется кузен. Кожа Эндрю горит при соприкосновении.
— Только сейчас заметил, да? — спрашивает Эндрю. Это странно, что смышленый и подозрительный ко всему Нил — подставу заметил не сразу. — Ну и идиот.
— Т-ты, — Нил хрипит, и внутри Эндрю снова вспыхивает гнев, бурлящий на поверхности рёбер и угрожающий стереть всех в порошок.
— Решил, что заказывать напиток самому себе безопасно? Роланд знает, что делать, когда я привожу сюда чужаков.
Нилу удается выдернуть свою руку из хватки Эндрю, но вратарь не отказывает себе в том, чтобы сильнее дернуть за чужие волосы. Парень соскальзывает со своего места и нависает над Нилом, замечая, как близко находится к расширяющимся зрачкам, и как колется всё внутри.
— Почти готов, — говорит он, снова зависая на синеве глаз Нила, на дикой ярости в них и расширяющихся зрачках. — Ещё минута, и его вштырит. А пока почему бы нам слегка не развлечься? — Это больше приказ, чем вопрос. Движение заставит наркотики быстрее действовать, и Эндрю хочет покончить с этим, хочет знать, может ли он наконец избавиться от Нила. — Вечер только начинается.
Эндрю отпускает Нила и сопротивляется желанию обтереть руку о рубашку, в попытке избавиться от ощущения прикосновения, взрывающего его нервные окончания. Нил пытается дотянуться до него, но ему не даёт поднявшийся с места Аарон.
Возможно, кто-то другой оценил бы по достоинству данный жест, но Эндрю не глуп, чтобы искать в этом смысл. Эндрю не нуждается в чьей-то защите, тем более в защите Аарона. Поэтому вратарь бросает скептичный взгляд на своего брата, а после смотрит, как он вместе с Ники вытаскивают Нила со стола.
— Это было необходимо? — спрашивает тихо Кевин, утыкаясь носом в свой напиток. — Мы могли бы просто с ним поговорить.
Эндрю смотрит на Кевина, как на простачка, и думает скинуть его со стула.
— Ну, так делают нормальные люди, — добавляет Дэй.
— О-ох, Кевин, — тянет Эндрю, делая свой голос приторным. — Разве ты не слышал, что я ненормальный? Кажется, ты знаешь это.
Кевин хмурится:
— Нил…
— Он ещё более ненормальный, чем я, — вставляет Эндрю резко и ставит пустой стакан на стол. — Ты скучный. Придумай что-то более занимательное в следующий раз.
Найти Нила на танцполе внизу очень легко. Он выделяется в свете огней и тел, движущихся вокруг него. Такой неловкий… Джостен пьяно натыкается на незнакомых людей, двигаясь то вправо, то влево. Очевидно, в поисках выхода.
Как иронично. Человек, в любой ситуации находящий выход при любых обстоятельствах, не может найти его сейчас, когда это так необходимо.
Эндрю касается пальцами спины Нила, чтобы хорошенько толкнуть. Не контролирующий своё тело Джостен послушно влетает в стену. Не совсем то, чего хотел добиться Эндрю, но он не жалуется, прижимая парня за плечи к твёрдой поверхности. Нил смотрит на него так, словно хочет перегрызть горло, и холодный цвет его глаз делает эту эмоцию очень вкусной.
— Какая неблагодарность, — говорит Эндрю. — Бухло было недешёвое.
— Ненавижу тебя!
— Вставай в очередь, — хмыкает Эндрю, не воспринимая такие слова всерьёз. Все люди в этом мире могут его ненавидеть, могут говорить всё, что захотят за его спиной. Миньярду насрать. — Вряд ли от этого я стану хуже спать.
— Когда ты уснёшь, я убью тебя.
— Да ну? — спрашивает блондин. Если его подозрения верны, и Нил крутит шашни с Рико Мориямой, есть огромная вероятность, что Джостен попытается воплотить угрозы в жизнь. — Сам справишься или наймёшь кого? На приличного киллера денег у тебя точно хватит. Возникает вопрос, откуда у ничтожества вроде тебя такие бабки.
— На дороге нашёл.
Серьёзно? Версия Эндрю: Нил один из шестёрок Рико Мориямы. Это самое логичное объяснение из всех на данный момент: время, когда один из прошлых Лисов умирает, и из ниоткуда Кевин и Ваймак получают видео Нила, папка, являющаяся полноценным сборником жизни Кевина и Рико, такая же одержимость экси, как и у них.
Может быть, Нил собака Рико, делающая за него всю грязную работу — это объяснило бы, откуда у него так много денег. Эндрю это не нравится.
— Вот оно что, — Эндрю на секунду делает театральную паузу. — Ты их поэтому не тратишь или тебе просто нравится выглядеть бомжом? Между прочим, мнения в команде разделились. Большинство уверены, что ты обычный голодранец типа Дэн, но Рене так не считает, и я тоже. Мы думаем, ты такой же, как мы. — Эндрю наклоняется к Нилу, чтобы видеть каждый миллиметр его лица, и произносит чётко по слогам — Бе-гу-нок.
Реакция тела Нила очень любопытная. Может быть это бегунок, влезший не в свои дела и не сумевший вовремя смыться?
— Не лезь не в своё дело.
О нет, Эндрю определённо залезет в это.
— Сегодня у нас вечер залезания в дела Нила Джостена, — спокойно говорит Эндрю. — Врубился? Не дашь мне внятного объяснения, и я выкину тебя из команды.
— Это не твоя команда, и решать не тебе.
Да, Лисы не его собственность. Но каждый из команды знает, что у Эндрю не возникнет проблем с тем, чтобы избавиться от кого-то, кто может нести угрозу для Кевина или его братьев.
— Не вынуждай меня доказывать это на деле. А что, если я позвоню в полицию и попрошу хорошенько тебя проверить? Как думаешь, нароют они что-нибудь интересное?
— Пустая угроза, — говорит Нил. — В полиции тебя и слушать не станут.
— Есть один коп, который очень даже станет, — отвечает Эндрю, думая о каштановых волосах и зелёных глазах. — Вот возьму и сообщу ему прямо сейчас о трудном подростке, опасном для общества. Шестерёнки быстро закрутятся. — Это ложь, но Нилу необязательно об этом знать. Ни сейчас, никогда. — Уверен, что хорошо замёл следы?
— Заткнись, — шипит Нил, снова напоминая котёнка. — Чего ты до меня доебался?
— Не нравится мне, как ты на него смотришь, — говорит Эндрю и это, возможно, лицемерно. Он смотрит в эти голубые глаза, вспоминая недавний разговор с Ваймаком. — «Воронов» переводят в наш округ, и в моей команде тут же появляешься ты. Ты — криворукий лох из Аризоны, который чем-то привлек внимание Кевина. Ты — фальшивка с головы до пят, с полной сумкой бабла, дрочащий на Кевина и Рико. Теперь понимаешь?
Нил, кажется, понимает, судя по его резко изменившемуся взгляду. Яростному, раздражённому. Это произвело бы больший эффект, но Нил едва стоит на ногах без поддержки.
— Издеваешься? Я не крыса!
— Докажи, — фыркает Эндрю, довольный тем, что Нил намёк уловил. И Эндрю втайне надеется, что Джостен сможет доказать свою невиновность, потому что в противном случае Миньярду придётся объяснять Ваймаку, почему у них стало на одного игрока меньше. — Даю тебе минуту. Только подумай хорошенько, стоит ли испытывать моё терпение. Я скоро вернусь.
Эндрю отталкивается от стены и исчезает в толпе. Проходя мимо Ники, сидящего за их столиком, приподнимает одну бровь. Этого достаточно, чтобы тот всё понял и поднялся с места. Аарон поднимается за ним через пару секунд.
Эндрю ни капельки не удивлён при виде Кевина, сгорбившемся над своим напитком и уставившимся на него так, словно алкоголь содержит в себе все вселенские ответы. Нет, Эндрю не удивлён. Он пинает стул Кевина и садится рядом, делая вид, что это произошло случайно.
— Мама? — бормочет убуханный в ноль звёздный нападающий.
И Миньярд просто смотрит на него. Смотрит и ждёт, пока хоть одна из извилин Кевина перемкнёт и он поймёт, что происходит. Это случается довольно быстро, и они оба делают вид, будто ничего не было. Они сидят так какое-то время, а потом вратарь поднимается с места с желанием навестить бар, но его останавливает оклик.
Первое, что он видит обернувшись — раздражённый до невозможности Аарон. Через долю секунды видит чужую руку, перекинутую через его плечо, а после и причину раздражения. Тело Нила висит на нём, словно кукольное. У него под глазом синяк, и что-то внутри Эндрю замыкает, мерцает дефектной зажигалкой в попытках разгореться, но Эндрю быстро тушит это, фокусируясь на своём брате.
— Ты ударил его?
— Нет, — фыркает Аарон, и кивает в сторону. Рядом с Ники стоит мужчина, выше их всех, с широкими от удивления глазами. — Это он.
— Мне жаль, — говорит мужчина, поднимая в защитном жесте руки. — Он дал мне за это сотку.
О… это интересно. Эндрю знает, что Ники каким-то образом запихал в Нила ещё больше пыли, и это бы отлично развязало его язык. И да. Видимо, Нил провернул этот фокус, чтобы его драгоценные секреты не выплеснулись наружу.
— Уходим, — цедит Эндрю сквозь зубы и встает. Он игнорирует разочарованное мычание Кевина, и посылает Ники раздражённый взгляд, когда тот предлагает помочь нести Нила. Эндрю не забыл его прошлые поползновения в сторону этого тела — никогда не забудет.
Они выходят из клуба (Ники сочувствующие хлопает мужчину по плечу) в полную темноту. Уличные фонари едва достают до припаркованного автомобиля, скрывая его в ночи, но Эндрю хорошо её видит, как и полный диск холодной Луны, лениво освещающей им путь.
На улице ничего не слышно, за исключением грузных сапог Нила, которые волочатся по асфальту. Ники сохраняет молчание до тех пор, пока они не оказываются в салоне автомобиля.
— Бедняга Нил, — тянет его кузен, разглядывая синяк под чужим глазом.
— Он сам это сделал, — отрезает Аарон, с трудом запихивая чужое тело в машину.
— Ну да. Бедняга Нил, — фыркает Эндрю, занимая водительское место. — Бедный, бедный малыш Нил.
Поездка к дому проходит спокойно: Кевин тихо храпит, Аарон шарится в своём телефоне, а Ники продолжает следить за состоянием Нила. Эндрю едет быстро. Трасса пустая, поэтому парень позволяет своей машине лететь на огромной скорости, чувствуя от этого удовлетворение.
Эндрю крепко держится за руль, и позволяет себе секундный взгляд на ночное небо. Там бесконечный звёздный узор, рассыпанный по чёрному холсту вселенной и пригретый сиянием Луны. Когда Эндрю был маленьким, он тоже хотел стать звёздочкой и жить в тишине неба, окружённый маленькими тёплыми огоньками, так отличающимися от людей. Принадлежать самому себе и быть свободным.
Их дом в Колумбии находится в семи минутах езды от клуба, и недалеко от межштатной автомагистрали и в небольшом районе. Эндрю въезжает на подъездную дорогу, смотрит на серую краску, брызгающую наружные стены дома в бликах передних фонарей автомобиля, и поворачивает ключ, чтобы выключить двигатель.
Он выходит из машины, не сказав ни слова, а остальные следуют его примеру. Даже Кевин, который больше спит, чем бодрствует, сразу же подходит к входной двери, чтобы прислониться к ней. Эндрю указывает на Ники в предупреждении и ждёт, пока Аарон снова возьмёт Нила под руки, прежде чем отправиться к двери и отпереть её.
Кевин оперативно заваливается на мягкий ковер в прихожей, как только дверь резко распахивается. Он бурчит проклятья, пьяно встаёт и тащит свою задницу к лестнице.
— Этого в комнату Ники, — командует Эндрю Аарону, и тот согласно бурчит. Комната кузена находится на первом этаже, как можно дальше от комнаты Кевина, так что это имеет смысл.
— Ох, да! — говорит Ники, запирая входную дверь. — Если он замёрзнет ночью, я могу просто…
Эндрю засовывает пальцы под повязку и позволяет острию ножа предупреждающе блеснуть.
— Не думаю, что правильно понял, — говорит он, а Ники сглатывает. В образовавшейся тишине слышно, как Кевин смывает за собой унитаз на втором этаже. — Ты спишь на диване, разве нет?
— Да, конечно, — кузен тут же разворачивается и падает на диван в гостиной. — Здесь круто. Абсолютно комфортно и приятно.
Эндрю скептично смотрит на него и ждёт, пока Аарон оттащит тело в комнату Ники и выйдет из неё, закрывая дверь. Только после того, как все укладываются, Эндрю идёт в собственную комнату наверх. Миньярд запирается за собой и падает на кровать, втыкая в потолок и думая.
Нил Джостен — это дверь, закрытая и плотно запертая с секретами, спрятанными с другой стороны. Её невозможно открыть: нет замочной скважины, чтобы вскрыть насильно. Остаётся только ждать приглашения.
Но также Эндрю думает, что не против выбить её с петель.