ГЛАВА 11
Три раза. Потребовалось три встречи с Джаббером, чтобы Занка наконец осознал, что он потерял и как отчаянно хочет это вернуть.
После их расставания время текло и слишком медленно, и слишком быстро одновременно. Прошла неделя, затем вторая, потом третья. Занка с головой ушёл в работу, которую ему поручил отец. Только скучные цифры и бессмысленные презентации были достаточно оглушающими, чтобы отвлечь его от дыры размером с кулак, оставшейся в сердце. Если отец и был доволен его внезапной работоспособностью, то не показывал вида. Он даже не удостаивал Занку взглядом. С Рио они общались каждый день - сообщениями или короткими звонками, - но новый график почти не оставлял им возможности видеться, не говоря уже о том, чтобы разобраться в его душевном состоянии. И, конечно, Джаббер полностью исчез из его жизни, сдержав слово и оставив Занку в покое. Ни «я скучаю», ни «давай останемся друзьями». Занка полагал, что так лучше, но от этого не было менее больно.
Короче говоря, гетеросексуально-корпоративная повестка для Занки оказалась совершенно безрадостной. До того момента, пока ему внезапно не позвонили с ресепшена.
Он, надо признать, закончил всю работу ещё утром, и до окончания рабочего дня оставалось несколько часов. Вместо того чтобы уходить раньше и привлекать внимание, он сидел в кресле, разгадывая кроссворд, когда зазвонил рабочий телефон.
- Господин Нидзику, к вам посетитель. В вашем календаре встреча не запланирована, но всё равно направить его к вам?
Растерянный, Занка спросил: «Эм, вы спросили, как его зовут?»
Секретарь отклонился от телефона, чтобы переговорить с посетителем, и с того конца провода донёсся неразборчивый, пронзительный голос. Секретарь откашлялся и вернулся к разговору. «Ну, посетитель не назвался, но попросил передать вам... извините за выражение, сэр... „Занка Нидзику, не вздумай вести себя со мной как с незнакомкой, потому что кто ещё, кроме меня, станет специально приезжать к тебе? У тебя два друга, и я - лучший из них"».
Занка подавил стон. «Ладно, отправьте её наверх».
Рио редко навещала Занку на работе - в основном потому, что она ненавидела это здание даже больше, чем он сам. Она утверждала, что оно высасывает душу у всех в радиусе тридцати футов, чтобы финансировать жадность его отца (и он думал, что она не так уж и неправа). Уже один этот факт заставил Занку почувствовать ещё большую благодарность, когда он увидел, как в его дверь входит эта голова с шипастыми красными волосами, с широкой улыбкой и всегда радушными глазами, которыми она смотрела на него.
По крайней мере, пока она не подошла достаточно близко к его столу. Тогда улыбка исчезла, и она ударила кулаком по столу.
«Занка! Сначала ты исчезаешь у меня на глазах в самый первый день летних каникул, а потом секретарь смотрит на меня, как на потерянного туриста. Ты вообще кому-нибудь говоришь, что я почти была твоей „лавандовой женой"? А?»
Ладно, я уже скучаю по своему покою и тишине.
«...Пожалуйста, не вводи в заблуждение весь мой персонал, Рио», - вздохнул он. - «В любом случае, я тоже по тебе соскучился. Чему я обязан честью?»
Рио скрестила руки на груди, раздражённая вопросом. «Нам нужно пойти куда-нибудь. Прямо сейчас».
«Я не могу просто так взять и уйти...»
«Пожалуйста», - заныла Рио, с видом побитого щенка плюхнувшись на ближайший стул. - «Почему ты меня ненавидишь? Тебе всё равно, как я страдала, посвятив первые недели своего лета тели-шоу?»
У Занки начала болеть голова. «У тебя ведь есть и другие друзья. А как же Тамзи?»
«Да пошёл он! - воскликнула она. - Он променял меня на того аспиранта, с которым трахался. Говорил, что ненавидят друг друга, а теперь они вечно вместе». Она театрально уронила голову на стол Занки. «Когда же настанет моя очередь завести грязные отношения? Я круче вас обоих».
Она мой лучший друг, и я её люблю. Клянусь.
Он с досадой потер глаза. «Ладно, вот что. Мой отец устраивает ужин для всех своих сотрудников в новом ресторане, который только что открыл один из его партнёров. Ничего особенного, больше похоже на бар. Так что если хочешь, приходи. Сомневаюсь, что он будет против». Тут ему в голову пришла мысль. «А, ещё ты наконец сможешь познакомиться с Хё лично. Думаю, она тебе понравится».
Оживление в глазах Рио сменилось настороженностью. «Как... всё идёт?»
Он знал, что её колебания вызваны заботой, но она не догадывалась, что Занка уже стал равнодушен к этой теме. Говоря о Хё или своей сексуальности, он больше не чувствовал ни грусти, ни злости, ни чего-либо между ними. Возможно, это было не очень здорово, но он рассудил: чем дольше он откладывает мысли об этом, тем выше шансы смириться с тем, что будет.
«Всё нормально. Мы видимся время от времени. Её отец не знает, что она мне не интересна, так что со стороны всё выглядит как прежде».
Я. Я изменился.
«Так или иначе, - продолжил он, отмахиваясь от мрачных мыслей, - приходи. Я потом скину тебе адрес».
Если у Рио и были возражения против его решения жить так, будто ничего не случилось, она их не высказала. Однако она заметно оживилась при приглашении. «Как я могу отказаться от бесплатной еды? Я буду!» Она взглянула на телефон и вдруг поднялась. «Мне пора, но я жду не дождусь вечера. Увидимся, мой ворчливый друг». Она была уже почти за дверью, когда обернулась с вопросительным выражением лица. «А, кстати. Куда делись твои серёжки? Они тебе очень шли».
Занка рассеянно потёр мочку уха, чувствуя подушечками пальцев маленькое углубление, которое пробудило неописуемые чувства. «Отец заставил снять. Дресс-код, или что-то в этом роде».
Рио неодобрительно цокнула языком. «Серьёзно? Можно подать на собственного отца в HR?»
«... Рискну предположить, что они ничего не сделают моему отцу, владельцу всего в этом здании и не только, но я учту».
Рио ушла, тихо посмеиваясь, и дверь грубо захлопнулась за ней. Даже в её отсутствие Занка продолжал теребить мочку уха, раздумывая над тем, что на самом деле произошло. На самом деле, отец не упоминал о серёжках за всю неделю, что Занка их носил. Их снятие было исключительно его собственным решением. Слишком больно было смотреть в зеркало и не видеть того же отражения, что на вечеринке с Джаббером. Потому что, даже если бы он оставил их из чистого упрямства, в нём не осталось бы ничего настоящего. Он больше никогда не будет тем парнем из зеркала в ванной, и не было смысла продолжать играть роль, на которую его давно прослушали, но так и не позвали.
Дешёвые гвоздики теперь лежали в ящике его стола, служа лишь напоминанием о том, что могло бы быть. О том, кем он мог бы быть, родись он под любой другой фамилией.
Но мы не выбираем свои роли в жизни, а роль Занки - быть Нидзику. Всё просто.
Он вздохнул и вернулся к кроссворду, усиленно размышляя, что может означать слово из четырёх букв, обозначающее глубокую потребность, сильное стремление. Первой мыслью была «любовь»(love), но буквы не сходились. Раздражённый, он вбил подсказку в компьютер, долго смотрел на ответ, прежде чем вписать его в клетки.
Тоска, как то, по чему томятся. Чувство, с которым он уже слишком хорошо знаком. Ему показалось это подходящим. Сказать, что хочешь, желаешь или жаждешь чего-то, - недостаточно сильно, думал он, потому что только «тоска» подразумевает боль этого состояния.
Он закрыл вкладку, внезапно ощутив усталость и странное чувство в груди. Ещё раз проверил время и цокнул языком.
«Может, закончу пораньше сегодня».
Оказалось, уйти пораньше не получится - прямо перед уходом к нему зашла одна из секретарш отца с поручением.
«Господин Нидзику, ваш отец просит вас приехать в ресторан немного раньше брони. Он хочет, чтобы вы обсудили с его деловым партнёром некоторые условия предыдущего контракта, а затем проконтролировали, чтобы всё было должным образом подготовлено для сотрудников».
Этот уёбок не мог просто отправить мне смс?
«Понял, я приеду позже».
Так что вместо того, чтобы пораньше отправиться домой и дожидаться ужина в бездействии, Занка закончил рабочий день и сразу встретился со своим водителем у входа. Его сердце слегка забилось чаще, когда пейзаж за окном стал опасно знакомым. К счастью, они не пересекли ту незримую границу, что вела в ту часть города, которую Занка часто навещал в последние недели весеннего семестра. Ресторан располагался в районе, куда он ещё не забредал в свободное время.
Когда они подъехали, первая мысль Занки была: ресторан выглядел невероятно неуместно. Как он и говорил Рио, это было ничего особенного, место всё ещё ориентировано на семьи и студенческую публику, но свежевыкрашенный фасад и попытка сделать авангардный интерьер выделялись так, что напомнили ему подделку под дизайнерскую сумку.
«Ну, это не мой ресторан. Пожалуй, буду помалкивать».
Водитель Занки высадил его у входа и уехал парковаться, пока тот пытался войти. Дверь оказалась заперта, и по нему пробежала волна раздражения.
«Они знают, что я еду, и запирают дверь? Как непрофессионально».
Не выспавшийся и голодный, Занка набрал номер, который оставил ему отец для связи, молясь, чтобы человек, с которым он должен встретиться, не оказался трудным в общении. Телефон прозвонал дважды, прежде чем его перебросило на голосовую почту, от чего у него на виске вздулась вена. Едва Занка собрался оставить гневное сообщение, как услышал щелчок замка.
«Наконец-то, чёрт возьми».
«А, простите за вторжение. Меня зовут...»
«Не думаю, что представления нужны, мистер Нидзику».
Занка замер, его пульс мгновенно участился от знакомого низкого голоса, раздавшегося из-за двери. Чувство дежавю нахлынуло при виде Зодила, который смотрел на него свысока, а его глаза не выдавали ровным счётом ничего о его чувствах - если они вообще были - при этой новой встрече.
«Вы выглядите удивлённым, - сказал Зодил, пока Занка пытался подобрать слова. - Ваш отец сообщил мне, что пришлёт вас вместо себя. Полагаю, он не оказал вам той же любезности?»
Занка помотал головой, скорее чтобы прийти в себя от шока, чем что-либо ещё. «Нет, не оказал. Прошу прощения, если я показался грубым...»
«Всё в порядке, Занка. Вы не против, если я опущу формальности и буду называть вас так?» Он не стал ждать ответа, жестом приглашая войти внутрь. «Проходите. Мы обсудим условия контракта вашего отца внутри».
Занка последовал за ним, не имея другого выбора. Он шёл за Зодилом мимо аккуратно расставленных столов в семейном стиле, удивляясь, что этот стилевой разнобой на самом деле придавал месту немного уютности. Они продолжили путь вглубь зала, Зодил не произнося ни слова, пока они не оказались в маленьком, захламлённом кабинете, где единственным предметом, возвышавшимся над грудой бумаг, был компьютер.
И это предполагаемый мозг, стоящий как за многомиллиардной корпорацией, так и за единоличным контролем подпольного уличного рынка... ладно.
«Простите за беспорядок в кабинете, я медленно, но верно пытаюсь его организовать. Возможно, я попрошу Ктони сделать это за меня».
Занка вздрогнул от этого имени. Если честно, он больше боялся столкнуться с Ктони, чем с Джаббером, зная наверняка, что эта девчонка не задумываясь вытрет о него ноги. И, наверное, ещё и ударит. Хотя винить её он не мог. Он двинулся было занять место по другую сторону этого хаоса, но Зодил кхыкнул, сверяясь с часами в бриллиантовой оправе.
«Ах, это напомнило мне. Надеюсь, вы не против, если у нас будет небольшая компания, пока мои работники начинают подтягиваться. Полагаю, вы не возразите».
Сбитый с толку, Занка ответил: «Эм, я не против, но я не совсем понимаю, что вы имеете в виду...»
Занку прервал голос, звавший Зодила из дальнего конца коридора.
«А, вот и он».
Он?
Занка не был уверен, что происходит, но тревога начала заползать ему под кожу. «Зодил, если вы не против, я спрошу... кто... здесь?»
Мужчина ничего не ответил, вместо этого шире распахнув дверь. Голос становился всё отчётливее по мере приближения.
«Зодил, мне правда надо заниматься этим дерьмом всё оставшееся лето?»
Всего на мгновение мир Занки, казалось, остановился.
За углом показался Джэаббер, его дреды были аккуратно собраны в хвост, несколько прядей всё ещё обрамляли лицо. На нём была белая рубашка с длинным рукавом, заправленная в элегантные чёрные брюки - облегающие сильнее, чем всё, что Занка видел на нём раньше. В данный момент он завязывал вокруг талии чёрный фартук, и взгляд Занки прилип к его талии, пока тот ещё не заметил бывшего однокурсника в кабинете.
Зодил цыкнул. «Следи за языком, Джаббер. У нас есть гость».
Услышав это, Джаббер наконец поднял взгляд, и их глаза встретились.
Занка почувствовал унижение от того, как его лицо запылало, а кулаки вцепились в брюки, а грудь наполнилась калейдоскопом непонятных эмоций. И хуже всего было то, что в его состоянии он смог выдавить лишь: «Эм. Привет».
Джаббер, напротив, не проявил никаких эмоций, посмотрев на него, затем на Зодила, и остановившись на последнем. «Я пойду всё подготовлю», - сказал он, не удостоив Занку ещё одного взгляда, и направился обратно в коридор.
Не в силах сдержаться, Занка бросил на Зодила яростный взгляд. «Вы знали, что он придёт, не так ли? Почему вы ничего не сказали?»
Зодил отряхнул пиджак, и в его чертах появилось нечто среднее между развлечением и отстранённостью. «Кажется, я уже говорил вам, Занка: я не вмешиваюсь в дела Рейдеров, пока они делают то, что мне нужно. В данном случае Джаббер будет работать здесь до дальнейших распоряжений».
Занка взъерошился, понимая, что не должен говорить об их странных семейных договорённостях, но всё же проговорил: «Вы заставляете его драться и работать на дневной работе? Он же не игрушка...»
«В настоящее время он не дерётся, - ответил Зодил. - Именно поэтому он работает здесь. Я не бессердечен, но и не позволяю жить под моей крышей тем, кто не зарабатывает себе на хлеб».
Занка замер. Он не дерётся? Почему он не дерётся?
В его голове зациклились кадры из видео, которое показывала Рио - последний бой Джаббера. Сердце ёкнуло. Сколько же было нанесено урона? И какую часть этого разрушения Занка принёс сам?
Он услышал, как Зодил коротко вздохнул, постукивая ручкой по краю стола. «Время дорого, Занка. Нам нужно закончить это дело, чтобы оба поскорее пережили сегодняшний вечер, верно?»
«А, да...»
Следующий час или около того они с Зодилом погрузились в одну из самых скучных бесед в жизни Занки. Ему пришлось уточнять кучу условий и делать записи для отца, надеясь, что он записывает достаточно, чтобы не упустить важную информацию. Однако из этого разговора Занка узнал кое-что: насколько страшным может быть Зодил в бизнесе. Тот объяснял вещи и выдвигал контраргументы в мгновение ока. И это не говоря уже о том, что сама его манера держаться была пугающей.
Если он так действует в легальных делах, интересно, каков он в остальном...
Мысль Занки прервалась, когда Зодил внезапно хлопнул в ладоши, а его взгляд резко стал собранным.
«Думаю, мы обсудили всё необходимое, Занка», - сказал он, поднимаясь. - «Если у вас больше нет вопросов, ваш отец всегда может обратиться ко мне. Хотя у меня есть ощущение, что мы с вами ещё увидимся».
Занка почувствовал, как у него дёрнулась бровь. «Что это должно значить?»
Зодил проигнорировал его вопрос, что-то набрав на телефоне, прежде чем продолжить. «Ваш отец упоминал, что вы поможете проконтролировать завершающие приготовления. Пройдёмте, сверим количество гостей».
Этот человек вообще когда-нибудь ведёт нормальный разговор? Или это я проблема?
Так или иначе, Занка последовал за Зодилом обратно в главный зал, где его встретило зрелище Джаббера, расставляющего столовые приборы. Даже выполняя такую простую задачу, Джаббер очаровывал Занку своей красотой, его присутствие было подобно яркому свету в комнате. Оглядываясь назад, с их последней встречи прошло не так уж много времени, но Занка мог лишь пытаться впитать каждую деталь его облика, словно тот мог исчезнуть в мгновение ока.
Что ж, он полагал, что его Джаббер больше не существовал, но это уже не имело значения.
Он услышал, как Зодил прокашлялся. «Занка, если вы не против, не могли бы вы перестать глазеть на моего сотрудника и ответить на вопрос?»
Занка побледнел, молясь, чтобы Джаббер не услышал этих слов. «Я не... Ладно, подождите, что вы спросили?»
Следующие несколько минут Занка сверял количество гостей и улаживал последние детали оплаты за аренду помещения. За это время в зал начали стекаться незнакомые лица, направляясь на кухню, чтобы приготовить еду на вечер. Он выругался про себя, закончив с Зодилом и взглянув на телефон: до прибытия сотрудников из его офиса оставалось ещё добрых 45 минут.
Он потёр затылок, внезапно почувствовав себя лишним. «Эм, что мне следует...»
«Вы можете подождать здесь, пока не подойдёт остальная часть компании. Уверен, у вас найдётся другая работа в свободное время», - заявил Зодил, уже беспечно печатая что-то на телефоне.
Чувствую, что должен обидеться.
«Да, конечно», - пробормотал он вслух, неуверенно взглянув на Джаббера. Тот по-прежнему не подавал никаких признаков, что намерен признавать присутствие Занки, казалось, полностью погружённый в работу. В данный момент он пытался сложить тканевую салфетку в аккуратную форму, но терпел неудачу за неудачей - мягкая ткань каждый раз выскальзывала у него из пальцев, как бы он ни пытался её заправить.
Первые несколько попыток Занка просто наблюдал, смутно развлечённый тем, что Джаббер, при всём своём величии, борется с такой пустяковой задачей. Но к пятой попытке стало слишком больно продолжать смотреть.
Возможно, это слишком смело, но...
«Её нужно туже сложить посередине, - сказал он вслух. - Ты делаешь это слишком свободно, поэтому подгиб не держится».
В ответ Джаббер остановился, не оборачиваясь к нему. Но он, должно быть, услышал, потому что попытался сложить её ещё раз, приложив больше усилий в указанном месте. Выглядело лучше, но всё равно разваливалось.
Занка услышал, как Джаббер раздражённо цокнул языком, и вздохнул. Он подошёл и взял одну из салфеток из стопки. «Смотри, вот».
Он начал показывать, что имел в виду, не отрывая глаз от ткани - слишком боялся поднять взгляд на Джаббера. Он без усилий сложил и подогнул ткань там, где нужно, получив форму, напоминающую два торчащих кроличьих ушка. Если его родители и дали ему что-то, помимо сокрушительного чувства собственной ничтожности, так это знание множества бессмысленных задач, демонстрирующих его социальный статус - одна из них, очевидно, заключалась в том, чтобы правильно сложить салфетку. Вот так дела.
Между ними повисла тишина, заставив Занку ёрзать. Глядя на результат своей работы, он внезапно почувствовал себя глупо, будто совершил что-то неуместное. Потребовалось всё его мужество, чтобы наконец поднять глаза на Джаббера, и он аж вздохнул, когда сделал это.
Джаббер смотрел не на стол, а на него, и эти пронзительные красные глаза впивались прямо в него. В них не было ни капли эмоций, и всё же жар пронзил тело Занки насквозь, до самого низа, а в животе перевернулось.
Мне нужно что-то сказать.
«... Попробуй, тупица».
Окей, вау. Это не...
Всего на мгновение Джаббер бросил на него недоверчивый взгляд, затем принялся перекладывать свою салфетку. На этот раз у него получилось, и форма вышла такой же, как у Занки. И почему-то даже лучше, что слегка раздражало.
«Тебе нужна помощь? - выпалил он. - Чтобы всё расставить, я имею в виду».
Джаббер уже начал складывать остальные салфетки, и его единственным ответом было лёгкое пожатие плечами.
Вместе они быстро закончили сервировку стола. Всё это время Джаббер не проронил ни слова, лишь изредка отдавая приказы кому-то на кухне, но в остальном сохраняя молчание. Занка уже собрался с духом, чтобы спросить, не нужно ли ему ещё чего-нибудь, как дверь с грохотом распахнулась, и по пустому ресторану разнёсся звонкий голос Рио.
«Занка! Мне нужна вилка в одной руке и напиток в другой, немедленно!»
Рио вошла, жизнерадостная, как всегда, одетая в свой обычный модный, но повседневный наряд. Она, казалось, уже собиралась подпрыгивая подбежать к Занке, но её взгляд упал на Джаббера, и её челюсть отвисла.
«А? Что это? Я прерываю ваше сексуальное напряжение?»
«Рио», - воскликнул Занка, и смущение тут же начало пожирать его заживо. Напротив он услышал, как Джаббер рассмеялся, и тот направился через зал, чтобы поприветствовать Рио небрежным односторонним объятием.
«Тоже рад тебя видеть, Рио. Как дела?»
Тут же что-то, слишком похожее на зависть, кольнуло его в сердце.
Он может поздороваться с Рио, но не со мной? И с каких это пор они стали достаточно близки для таких объятий?
Как всегда, Рио оживилась от внимания, перейдя к непринуждённой беседе с его бывшим однокурсником. Через некоторое время Занка почувствовал, что это он здесь лишний, и раздражённо фыркнул. «Тебе ещё что-нибудь нужно, Джаббер? Или я могу наконец присесть?»
Джаббер бросил на него скучающий взгляд, прежде чем снова повернуться к Рио. «Я проверю кухню. Принесу тебе выпить, ладно?»
Выпить? Ладно, это просто...
«Увидимся позже!» - сказала Рио, направляясь к стулу, пока Джаббер уходил. Она выглядела озадаченной, когда Занка опустился рядом с ней, а на его лице застыл острый взгляд.
«Эй, это ты с ним расстался, а не я! - она почти прошептала, разводя руками. - Что он вообще здесь делает?»
Занка потер виски, вздохнув, и объяснил ситуацию. Глаза Рио расширились.
«Занка, не хочу тебя пугать, но твой отец видел фотографии Джаббера, верно? Тебя не настораживает, что...»
Он поднял руку, чтобы остановить её. «Я с самого прихода стараюсь об этом не думать, и не собираюсь начинать сейчас».
Она нервно.
«Здравствуйте, Занка. Я пришла пораньше, потому что он хотел, чтобы я сообщила вам, что не сможет прийти, и передала его соболезнования вашему отцу. Он заболел на этих выходных».
«А, ничего страшного, - Занка махнул рукой. - Так даже лучше: не придётся иметь дело с обоими ними, верно?»
Хё тихо рассмеялась. Он жестом пригласил её последовать за ним, чтобы познакомиться с Рио, они прошли несколько шагов, как вдруг Хё споткнулась о ковёр и вскрикнула от неожиданности.
Занка мгновенно протянул руку, почти поймав её за талию. «Всё в порядке?»
Она ухватилась за его плечо, чтобы удержать равновесие, и на её лице появился лёгкий румянец. «Да, простите...»
«Не беспокойтесь. Мой отец не очень любит выплачивать компенсации работникам, так что...»
Бам.
Они оба вздрогнули от звука и обернулись: Джаббер вернулся, чтобы поставить на стол какой-то приготовленный для Рио напиток. Он посмотрел на Хё, затем на Рио, и наконец на Занку - его взгляд был холодным.
Занка мгновенно отстранился от Хё, чувствуя, будто совершил что-то не так. Но это было не так. Потому что Хё не была его настоящей девушкой, а Джаббер больше не был его парнем. Так почему же он чувствовал себя таким виноватым?
Ледяной взгляд Джаббера вернулся к Хё, смягчившись. «Могу я что-нибудь принести вам, мадам?»
Если Хё и понимала, что происходит, то не подала виду. «Просто газировку, спасибо».
Почувствовав, что горло внезапно пересохло, Занка спросил: «А мне можно...»
«Закончилось», - безразлично бросил Джаббер.
Вот же уёбок. «Ты даже не дал мне...»
Не дав ему поспорить, Джаббер уже скрылся в подсобных помещениях, оставив Занку кипеть от злости. И что ещё хуже - он услышал, как и Рио, и Хё рассмеялись.
«Он довольно обаятельный. Вы его знаете, Занка?» - спросила Хё.
«О, он знает его, не сомневайтесь», - сказала Рио, потягивая свой напиток с ухмылкой.
Хё издала шокированный звук, отчего лицо Занки вспыхнуло. «Рио. Иди домой».
Рио издала протестующий стон, а Хё снова рассмеялась, и наконец они все сели. Он позволил им сесть рядом, решив, что так им будет проще познакомиться. К тому же, он хотел видеть Рио на другом конце стола - ему нужно было как можно больше места между ним и отцом, а Рио могла бы заговорить до смерти и мокрую тряпку, если бы ей представилась возможность.
Они немного поболтали; Рио и Хё нашли общий язык почти мгновенно, и Занка снова почувствовал себя третьим лишним. И, к его огорчению, Джаббер прислал кого-то другого с напитком для Хё, и тот сотрудник извинился за то, что не принёс Занке воду раньше, когда понял, кто он такой. Так что пока Рио и Хё начали показывать друг другу фотографии в своих телефонах, он сидел и потягивал свой напиток, уставившись в сторону кухни и гадая, удастся ли ему хоть мельком увидеть Джаббера в течение вечера. Эта мысль заставила его грудь сжаться знакомой тоской, и он поманил одного из безымянных работников, чтобы заказать что-нибудь покрепче простой воды со льдом. В конце концов, с работы начали постепенно подтягиваться люди, и Занка уже допивал что-то коричневое и крепкое, когда почувствовал, как кто-то опустился на свободный стул рядом с ним.
«А, господин Нидзику. Вы не против, если я присяду здесь?»
Занка перестал кусать соломинку и поднял взгляд, увидев молодого человека примерно своего возраста, который сиял ему улыбкой. Он тут же почувствовал вину, понимая, что, наверное, должен был бы вспомнить его имя, но не смог. «Да, конечно. Надеюсь, вы хорошо проводите вечер, э-э...»
«Фолло Тунито. Но, пожалуйста, сэр, зовите меня просто Фолло», - сказал он, протягивая руку.
Занка пожал её, и его первой мыслью было то, насколько ослепительной была улыбка этого мужчины. «Конечно, простите. И меня зовите Занка».
«Не извиняйтесь! Я работаю на первом этаже, в отделе документооборота, так что я нечасто бываю среди высшего руководства», - ответил он с лёгким смешком. - «Мне даже неловко отнимать у вас время таким образом».
Занка заверил Фолло, что всё в порядке, и они погрузились в непринуждённую беседу о простых вещах. Оказалось, Фолло учился в том же университете, что и он, на курс старше. Он изучал инженерное дело и надеялся после выпуска работать в компании в этой области. Занка был удивлён, насколько легко шёл разговор между ними. Обычно общение с другими сотрудниками казалось невероятно фальшивым - большинство людей надеялись лишь завоевать его расположение как сына генерального директора. Но с Фолло всё складывалось естественно, и ему это нравилось.
Время шло, и ранее пустой зал наполнился до отказа людьми из всех отделов. Последним с грандиозным появлением прибыл его отец. Заняв место во главе стола, он произнёс короткую речь, поблагодарив всех за усердную работу, и призвал всех от души насладиться бесплатной едой. Всё это время он даже не взглянул в сторону Занки, улыбаясь Рио и Хё, но не проронив ему ни слова.
Так что сегодня все просто будут игнорировать меня, да?
«Эй, Фолло. Позови официанта, хорошо?»
В попытке сохранить хотя бы намёк на изысканность, он заказал бутылку вина для себя и своих друзей. Официант налил им всем по бокалу прохладного тёмного напитка. Если у отца и были возражения против того, чтобы он пил на людях, его гордость не позволила бы ему это высказать. Девушки всё ещё обсуждали что-то своё, так что он протянул свой бокал к Фолло. «За вас».
Лицо Фолло озарилось, его щёки порозовели, и он чокнулся с ним своим бокалом.
Они продолжили беседу, Занка изо всех сил стараясь не начать заплетать язык перед подчинённым. Через некоторое время Фолло посмотрел на него вопросительно, вращая бокал.
«Блин, - начал он. - Тебе определённо повезло, Занка».
Занка поднял взгляд, удивлённый. «В каком смысле?»
«Я имею в виду, надеюсь, это не прозвучит неправильно, но просто посмотри на себя». Он неопределённо махнул рукой вокруг. «Ты талантлив, устроен на всю жизнь, и у тебя потрясающая девушка...»
«Хё не моя девушка», - перебил он, осознав свою оплошность на несколько секунд позже. Глаза Фолло расширились.
«Ой, простите... Я просто предположил...»
Занка вздохнул, потирая глаза. «Нет, всё в порядке». Он огляделся, проверяя, не слышал ли кто, но никто, даже сидевшая рядом Хё, казалось, не заметил. «Это просто... такая ситуация».
Фолло внимательно посмотрел на него секунду, задумчиво прикусив губу. «Простите, если то, что я сейчас скажу, неуместно, но я должен спросить. Несколько человек в офисе говорили, что, эм... Хё не совсем... ваш тип?»
Занка наклонил голову, сбитый с толку. «Ну, полагаю, мне больше нравятся брюнетки, но...»
«Нет, э-э, - Фолло нервно рассмеялся, румянец распространился по его щекам. - Я имел в виду... её... то, что она женщина? Если вы понимаете, о чём я».
Занка дважды моргнул, и до него дошло. «А».
Несмотря на неловкость, которую вызвал этот вопрос, Занка не мог особо удивиться. Кто-то же должен был рано или поздно догадаться. Хотя ему пришлось признать, что любой страх сменился чувством самодовольства. Если кто-то вроде Фолло знал, он задавался вопросом, сколько ещё людей были в курсе, а значит, его отец, вероятно, уже не раз слышал этот вопрос от вышестоящих коллег о сексуальности Занки. Значит, как бы сильно отец ни пытался навязать ему Хё, он уже столкнулся с одним из своих худших кошмаров: гей-разочарованием в лице сына, которого никогда не хотел.
Хех. Так ему и надо.
Занка вырвался из своих мыслей, когда на лице Фолло промелькнул испуг. «Мне правда жаль, если я вас обидел...»
«Нет! Прости, ты не обидел. Я просто... задумался», - сказал он, допивая последний глоток вина и облокачиваясь. Он размышлял, не будет ли то, что он собирается сказать, слишком рискованным, но алкоголь в крови твердил ему не беспокоиться. «Ну, это правда. Меня не интересует... это».
Фолло поставил бокал и убрал руки на колени, будто не зная, куда их деть. Он помолчал некоторое время, и Занка уже боялся, что только что приобрёл врага, но тот заговорил.
«...Я не могу осуждать. Я... такой же».
А?
Ум Занки отключился. Что он должен был на это сказать?
Он открыл рот, чтобы сменить тему, но Фолло опередил его. «Прости. Мне не следовало просто... говорить это. Я просто подумал...» - он провёл рукой по волосам и выдохнул. - «Я имею в виду, если тебе когда-нибудь понадобится друг или просто кто-то, с кем можно поговорить, я рядом. Я просто думаю, что ты очень... крутой, Занка. Вот и всё». Фолло начал ёрзать на стуле, лицо его буквально пылало, и он допил остатки вина.
Тем временем Занка всё ещё был в замешательстве. Дело было не в том, что признание Фолло его беспокоило - он просто не понимал, зачем тот ему это сказал. Возможно, это была его собственная наивность в вопросах сексуальности, но если судить по Фолло и Джэбберу - неужели люди действительно настолько открыты в таких вещах?
В этом разговоре есть что-то зловещее, чего я не могу понять.
Наконец Занка заговорил. «А, ну. Спасибо, что поделился со мной. Может быть, в следующем семестре мы сможем потусить в кампусе... и всё такое». Он указал пальцем в сторону Рио. «Но должен предупредить: она ходит за мной по пятам».
Это, казалось, помогло Фолло расслабиться. «Звучит отлично! Кстати, через несколько недель в кампусе состоится летняя вечеринка, ты не думал...»
«Ещё выпить, сэр?»
Занка напрягся: Джаббер материализовался позади них в какой-то момент и смотрел на них двоих с недовольством.
Занка ответил ему таким же взглядом, тогда как ничего не подозревающий Фолло улыбнулся Джабберу дружелюбно. «Да, пожалуйста, спасибо».
Джаббер кивнул, наклонился, чтобы налить Фолло ещё бокал, и полностью проигнорировал Занку.
Изо всех сил стараясь не выдать свою ярость из-за колкости Джаббера, он спросил: «Можно мне тоже...»
«Тебе хватит», - сказал Джаббер, не глядя на него.
Занка фыркнул. «Кто сказал?»
«Я», - коротко ответил Джаббер.
Занка хотел послать Джаббера куда подальше, поражённый, что тот вообще пытается вести себя так перед его коллегами, не говоря уже об отце. Но несколько пар глаз уже были прикованы к ним, и Фолло смотрел на них с наибольшим беспокойством. Занка не хотел устраивать сцену, которая привлекла бы внимание отца.
Желая помочь, его сосед по столу отхлебнул из своего бокала и подвинул его ближе к Занке. «Всё в порядке, мы можем немного разделить. Итак, насчёт того мероприятия в университете. Ты хотел бы пойти со мной...»
Фолло не закончил предложение, потому что Джаббер, видимо раздражённый (чем - Занка не мог понять), наклонился, чтобы долить Фолло. Но он промахнулся: капля вина полностью миновала бокал и пролилась на безупречно белую рубашку Фолло. Для всех остальных это, вероятно, выглядело как несчастный случай. Но Занка знал лучше, и его гнев закипел.
«Джаббер, какого чёрта».
В мгновение ока раздражение Джаббера превратилось в фальшивое беспокойство, а его тон прозвучал наименее искренне из всего, что Занка когда-либо слышал. «Мне так, так жаль, сэр. Позвольте мне».
Джаббер демонстративно аккуратно промокнул ткань, прекрасно зная, что это ничего не даст. Занка продолжил бы ругать его, если бы не осознал жгучий взгляд отца, прожигающий ему голову сбоку.
Взглянув в ту сторону, он почти почувствовал, как старший Нидзику ищет в памяти узнавание при виде Джаббера, возможно, уже зная, кто он такой. Джаббер ничего не сказал, продолжая бормотать неискренние извинения всё такому же милому Фолло, пока другой голос не прервал разговор.
«Джаббер».
Услышав это, боец застыл, медленно выпрямляясь. «Зодил».
Зал, казалось, мгновенно затих при виде этого человека, чьё присутствие было таким же удушающим, как всегда. Занка не думал, что он задержится, не говоря уже о том, чтобы выйти, пока персонал ужинает. Его отец был единственным, кто, казалось, не был удивлён.
«А, Зодил. Я как раз гадал, когда ты появишься. Проходи», - отец протянул руку и придвинул стул с другого стола, - «садись. Сегодня вечером всё за мой счёт».
Зодил отмахнулся рукой. «Я ценю это, но вынужден отказаться. У меня через мгновение мероприятие, которое нужно посетить».
Отец бросил на Зодила удивлённый взгляд. «В такой час?»
«Даже позже, на самом деле. Моя старшая дочь... выступает, и я хотел бы быть там, чтобы поддержать её».
Занка почувствовал боль в груди, заметив, как сжалась челюсть Джаббера.
Бой. Она собирается драться.
«Кстати, о моих детях, - продолжил Зодил. - Не думаю, что вы когда-либо встречали моего сына. Я решил, что было бы неплохо познакомить вас, учитывая, что он и Занка одного возраста и учатся в одном университете».
Теперь очередь Занки было напрячься; краткий взгляд отца вызвал у него тревогу, пробирающуюся в грудь.
«Джаббер, иди сюда». Зодил поманил. Джаббер немедленно подчинился, подойдя и встав рядом с крупным мужчиной. Зодил положил руку ему на плечо. «Представься».
Занка услышал, как Фолло тихо ахнул. «Не может быть, это сын мистера Тайфона?»
Занка проигнорировал комментарий, его грудь угрожающе сжалась. Учитывая отношение его бывшего партнёра, Занка ожидал более резких комментариев от Джаббера. Но вместо этого черты лица Джаббера расплылись в дружелюбной улыбке, и он протянул руку, чтобы пожать руку отцу Занки с твёрдой хваткой.
«Джаббер Вонгер. Приятно познакомиться, сэр. Я слышал так много замечательного о вас и вашей работе».
Все взгляды были прикованы к этому взаимодействию, вокруг стола послышался шёпот.
Он и правда обаятельный, да.
Занка искал в лице отца хоть каплю эмоций, но не нашёл ничего. Старший Нидзику, казалось, тщательно подбирал слова, когда продолжил: «Приятно познакомиться, мистер Вонгер. Я понимаю, что вы и мой сын... работали вместе над учебным проектом?»
Занка инстинктивно потянулся под столом к руке Рио, забыв, что рядом с ним сидела Хё. К удивлению, она сжала его руку в ответ. Обе девушки бросили на него похожие сочувствующие взгляды, отчего он почувствовал себя ещё более жалким.
«Да, сэр, это так. И я должен сказать, - глаза Джаббера встретились с его, всего на мгновение, - он очень помог. Он один из немногих студентов, с кем я когда-либо работал, кто может угнаться за моей работоспособностью, так что я ценю время, которое мы провели вместе».
Занка подумал, что у него сейчас случится паническая атака, от того, как эти слова ударили прямо в сердце. Никто другой не понял бы всей тяжести, стоящей за этой фразой, но он понял. И всё, чего он теперь хотел, - это сжаться и исчезнуть.
«Рад это слышать, - ответил его отец, не подавая никаких признаков того, что игнорировал существование Занки последние несколько недель, или что он вообще узнал Джаббера по фотографиям. - Он прекрасный молодой человек, Зодил. Скажите, почему вы заставляете его работать здесь? Несомненно, он преуспел бы в ваших офисах».
Джаббер преувеличенно вздохнул. «Я задаю себе тот же вопрос каждый день, сэр».
Это вызвало несколько смешков вокруг стола, и Занка вздрогнул. Если бы он сказал такое, отец бы его разорвал. Как Джабберу удалось понравиться всем, даже его собственному отцу, он никогда не поймёт. Но этот факт ничуть не облегчал боль, начавшую пульсировать у него в груди. Он машинально схватил бокал вина Фолло, отхлебнув то, что осталось.
Зодил звонко рассмеялся - настолько непривычно для его облика, что это встревожило Занку. «Он определённо преуспевает, мистер Нидзику, но именно поэтому я должен держать его в смирении. Я хочу, чтобы он заслуживал свои достижения вне моего влияния».
Несколько взглядов устремились на Занку после этой фразы, и он почувствовал себя ничтожным. Устав от пристального внимания, он резко поднялся с места, жестом приглашая Фолло следовать за ним.
«Пойдём, давай смоем пятно с твоей рубашки», - сказал он, отказываясь смотреть на Джаббера. Фолло выглядел ошеломлённым, но ничего не сказал, следуя за Занкой в сторону туалета, тихо извиняясь по пути. Он полагал, что должен чувствовать себя виноватым за использование Фолло как способа сбежать от своего дискомфорта, но ему было всё равно: пусть лучше несколько человек осудят его поведение в подпитии, чем сидеть и продолжать напоминать себе, что, судя по всему, все в мире ненавидят его и считают дураком.
Погружённый в свои мрачные мысли, он услышал, как Фолло бежит догонять его, поравнявшись с ним. «Сэр, мне правда жаль за причинённые неудобства. Это ерунда...»
«Всё в порядке, Фолло, правда», - сказал он, открывая дверь в мужской туалет и приглашая другого войти. Тот послушался. - «Я уже написал своему водителю, чтобы он привёз тебе новую рубашку».
Фолло выглядел так, будто вот-вот взорвётся. «Я не могу этого принять!»
У Занки слегка задергался висок. Между отцом, Зодилом и Джаббером у него не было настроения слушать, как ещё один человек указывает ему, что он может и не может делать. «Что ж, слишком поздно. Он уже в пути». Занка намочил бумажное полотенце, указывая на винное пятно. «Дай посмотреть».
Фолло замолчал, пока Занка бессмысленно промокал пятно, его мысли уносились за пределы всего, что только что произошло, и устремлялись прямиком к Джабберу, как это всегда и бывало. Теперь, когда Занка знал, насколько тесно переплелись его отец и Зодил, было логично, что они снова увидятся. Он просто не ожидал, что это произойдёт так скоро и в такой неравной обстановке. Он никогда не осмелился бы сказать это вслух, но часть его надеялась, что будет легко. Легко видеть Джаббера, принять, что произошедшее - произошло, и пути назад нет. Может быть, они могли бы разговаривать как старые друзья или даже знакомые, легко возвращаясь к своим перепалкам так же естественно, как идёт дождь или дует ветер, и тогда боль утраты со временем ослабла бы. Но было ясно, что Джаббер не собирался этого делать, потому что Занка знал: как бы ему ни было больно, другому мужчине было больнее. Ему нечего было судить о том, как Джаббер решил обходиться со своими чувствами, и уж точно он не собирался делать это перед всей компанией своего отца.
И всё же, подобно эгоистичному ребёнку, который плачет просто потому, что может, ему тоже было больно. И он хотел, чтобы Джаббер хотя бы сделал вид.
Из глубины своих мыслей он услышал, как заговорил Фолло. «...Занка, с тобой всё в порядке? Ты...»
Он не осознавал этого, но в какой-то момент перестал вытирать рубашку Фолло, его пальцы вцепились в грубую ткань, а слёзы заструились на краях глаз. Занка мгновенно разжал пальцы, ругая себя за невнимательность. «Прости».
«Всё в порядке. Эм, ты... хочешь поговорить об этом?» - осторожно спросил Фолло. От этого Занка почувствовал себя идиотом.
«Нет. Всё в порядке. Я просто... слишком много выпил, вот и всё».
Фолло смотрел на него так пристально, что это было слишком для нынешнего душевного состояния Занки, заставляя его отвести взгляд. Он повернулся к зеркалу, чтобы умыться, изо всех сил стараясь игнорировать не только то, насколько уставшим он себя чувствовал, но и то, как он физически выглядел.
Мне следует пойти домой. Что мой отец сделает? Отправит мне гневную служебную записку?
Позади него заговорил Фолло. «Занка, можно задать тебе вопрос?»
Он в последний раз плеснул водой на лицо, прежде чем поднять взгляд на отражение Фолло в зеркале. «Конечно. Валяй».
«Какие у тебя, - медленно начал Фолло, - отношения с сыном Зодила? Джаббером, кажется?»
Проклятье.
Иногда казалось, что вселенная просто издевалась над ним назло. Потому что как так получилось, что один из сотрудников его отца - которого он, к слову, никогда в жизни не видел - спрашивает его о Джаббере в общественном туалете? То, что люди строят догадки о его ориентации, - одно, но то, что они действительно понимают, что это больше, чем просто слухи, - совсем другое.
Не в силах сдержать раздражение, он зашагал обратно к Фолло, мысленно отмечая, чтобы не сделать ничего, за что можно получить жалобу за неподобающее поведение. «Послушай, Фолло. Я не врал, когда сказал, что перебрал с выпивкой, так что я бы очень осторожно подбирал слова».
«Прости! - взвизгнул тот. - Ты просто выглядел таким...»
«Каким?»
«Таким грустным, Занка, - закончил Фолло шёпотом. - Когда смотрел на него».
И тут же весь его гнев испарился, сердце сжалось.
Да, потому что я и есть такой. Не думаю, что когда-нибудь перестану быть таким, если он не будет рядом.
Всё, что мог сделать Занка, - это вздохнуть, снова потирая глаза из страха, что они снова начнут предательски гореть. Фолло имел хорошие намерения, и, в конце концов, Занка технически был его начальником. Он не мог просто взорваться на него, учитывая разницу в их положениях, и уж точно не мог винить его за проявленную заботу.
По крайней мере, кто-то заботится, - подумал он, снова чувствуя себя ребёнком.
Он глубоко вдохнул, затем выдохнул и щёлкнул другого мужчину по груди. «Твоя сменая одежды скоро должна быть здесь. Я выйду, если хочешь - подожди тут».
Занка сделал несколько шагов к двери, затем остановился. Он не знал, почему чувствовал необходимость сказать это Фолло, но всё же сделал.
«Отвечая на твой вопрос, - начал он, перебирая слова на языке, чтобы найти правильный способ их выразить, - он был... дорогим другом». Занка не мог использовать это слово, по крайней мере, больше. - «Но теперь он - ничто. Мы - ничто. И это не выходит за стены этого туалета».
Если Фолло как-то и отреагировал на его слова, то не вербально. Занка воспринял это как знак уходить, потянувшись к ручке, как вдруг дверь распахнулась сама, и на пороге стоял Джаббер, держа в руке аккуратно отглаженную сменную рубашку на вешалке.
Никто ничего не сказал. И не нужно было, потому что глаза Джаббера говорили обо всём.
Блядь.
Фолло обернулся с испуганным взвизгом. «Джэб... э-э, мистер Вонгер, сэр. Это...?»
Голос Джаббера был обманчиво спокоен, несмотря на то, что он, казалось, кипел от ярости, протягивая рубашку. «Это доставили для вас. Мне велели передать из вежливости, хотя, кажется, моя помощь не понадобилась». В последних словах его взгляд снова скользнул к Занке, заставив того вспыхнуть.
Фолло протянул руку и взял её, нервно рассмеявшись. «С-спасибо, мистер Вонгер. Позвольте мне просто...»
«Служебный туалет дальше по коридору, - заявил Джаббер. - Я бы пошёл туда, если хотите уединения, чтобы переодеться».
Занка знал, что это был вежливый способ Джаббера сказать Фолло убраться к чёрту, но Фолло, похоже, по какой-то причине был настроен остаться, и в его глазах промелькнула решимость. «Я могу просто использовать кабинки здесь, если вы не против».
К уже неловкой ситуации добавилось новое напряжение, когда Джэббер и Фолло устремили друг на друга пристальные взгляды. У Занки было чувство, будто он упускает что-то важное в этой ситуации, но он также считал, что важнее всего скорее вывести всех из этого туалета - как бы ещё кто-нибудь не вошёл, пока всё это происходит.
«...Фолло, - забормотал он, надевая свою лучшую маску улыбающегося, дружелюбного начальника. - Я просто поговорю с Джаббером тут секундочку, если ты не против? Мы просто... наверстаем упущенное».
Фолло наконец прервал зрительный контакт, подняв бровь. «Наверстаете упущенное? В туалете?»
«Вы узнаете, что это его дурная привычка», - пробормотал Джаббер. Занке потребовались все силы, чтобы не швырнуть в него чем-нибудь.
«Всё будет в порядке, просто... иди. Встретимся за столом, ладно?»
Фолло выглядел неубеждённым, но направился к двери, бросив последний грязный взгляд на Джаббера, прежде чем выйти. Единственным звуком, оставшимся между двумя мужчинами, было тихое скрипение двери.
Ладно, мне серьёзно нужно поговорить с этим парнем о его инстинктах самосохранения.
Как только дверь остановилась, Джаббер издал сухой смешок. «Встретимся за столом, да? Ты действительно особенный, мистер Плохое Настроение».
Несмотря на оскорбительный подтекст, знакомое прозвище сжало ему грудь. «Что это должно значить, придурок?»
«Знаешь, - начал Джаббер, игнорируя Занку, - привести сюда свою девушку - это одно, потому что я думаю, мы оба с тобой знаем, чем это кончится. Но сидеть там передо мной и позволять другому мужчине смотреть на тебя таким образом? После всего, что ты мне сказал? А потом ещё и иметь наглость сказать ему, что я твой друг?» Джаббер провёл рукой по лицу, с болью выдыхая. «Я знал, что в тебе есть жестокость, Занка, но это... нечто другое».
Занка смотрел на него в полном недоумении. «Флирт? Джаббер, это мой чёртов сотрудник, я только сегодня с ним познакомился...»
«Всё такой же недотёпа, да? - язвительно заметил Джаббер, сделав несколько шагов ближе к Занке. - Любой, у кого есть пара работающих глаз, мог видеть, как он на тебя смотрел, болван. А потом ты устраиваешь представление, встаёшь и провожаешь его в туалет, исчезаешь на сколько уже? И это должен быть парень, который так боится, что люди подумают, будто ему нравятся мужчины?»
Занке внезапно стало дурно. В алкогольном тумане он не осознавал, как эта ситуация могла быть воспринята другими. Это делало утверждения Фолло о том, что люди говорят о его сексуальности, ещё более пугающими. И всё же внутри него поднялось возмущение от того, как Джаббер с ним разговаривал, а внезапное заявление относительно Фолло расстроило его ещё больше.
Он отступил от Джаббера, прежде чем сказать: «Послушай, идиот. Я не знаю, откуда это взялось, но между мной и Фолло, или между мной и кем-либо ещё, кроме Хё, ничего нет. И даже если бы было, - комок застрял у него в горле, - какое тебе дело? Мы не вместе, Джаббер».
Занка мгновенно пожалел о сказанном, когда в глазах Джаббера промелькнула боль. «Тебе не нужно напоминать мне о последней части, - пробормотал Джаббер, сжимая своё запястье так сильно, что костяшки побелели.
Они снова застыли в тишине: Занка уставился в пол, а Джаббер смотрел только на него, как всегда. Среди вихря эмоций начала брать верх тревога; он молился, чтобы никто не задавался вопросом, где он. Надеялся, что из всех людей именно отец не заметил его и Джаббера одновременно отсутствующими. Занка почувствовал, как это удушающее чувство поглощает его изнутри, стены снова начали смыкаться, а Джаббер с грустью смотрел на него сквозь окно с другой стороны.
Я не могу через это снова пройти.
Он двинулся вперёд, чтобы уйти. «Мне нужно идти».
Прежде чем он смог пройти мимо Джаббера, тот схватил его за плечо, и от внезапного прикосновения всё тело Занки вспыхнуло. Твёрдо, но всё же мягко, Джаббер развернул его и прижал к стене, даже подложив руку под голову, чтобы Занка не ударился о плитку. Их лица оказались в миллиметрах друг от друга, прохладное дыхание Джаббера касалось его щеки, а густой кокосовый аромат наполнял его чувства. Он хотел оттолкнуть Джаббера, оскорбить его, закричать, уйти и никогда не оглядываться. Но тело Занки отреагировало мгновенно - самым унизительным образом.
«Забавно, - прошептал Джаббер. - Кажется, твоё тело не умеет лгать так же хорошо, как ты».
Джаббер был прав. Он скучал. Его тело тосковало по прикосновениям Джаббера, и он никогда не сможет это отрицать.
Бездумно он приоткрыл губы, задаваясь вопросом, сохранил ли Джаббер тот же вкус, что и при их последнем поцелуе. Однако Джаббер положил руку ему на рот, качая головой.
«Я не буду целовать того, кто мне не принадлежит».
От этих слов в Занке откололся ещё один кусочек. Он боялся, что к концу всего этого от него ничего не останется.
«Но, - продолжил Джаббер, его взгляд скользнул вниз, - я оставлю тебе и твоему новому другу небольшой прощальный подарок, ладно?»
Не успел Занка осознать это, как Джаббер расстегнул верхнюю пуговицу его рубашки, оттянул накрахмаленный воротник и впился зубами в нежную кожу его плеча. Занка вздрогнул от первого прикосновения, его дыхание превратилось в тихие стоны под ладонью Джаббера, пока тот продолжал впиваться в кожу. Джаббер переходил с места на место, его слюна оставляла прохладные следы вслед за жжением оставленных синяков. Занка настолько погрузился в удовольствие, что почти забыл, где они находятся.
«Джаббер, - приглушённо простонал он, влага от его губ смачивала ладонь Джаббера. - Кто-то может войти, пожалуйста...»
Занка ахнул от ощущения, когда Джаббер отстранился, а затем втолкнул его в самую дальнюю кабинку. Он захлопнул дверь, защёлкнул замок и вернулся к атаке на шею Занки. Между укусами ему показались лёгкие поцелуи у виска, но любой намёк на них быстро затмевался жаром зубов Джаббера. Рука другого мужчины всё ещё лежала на его рту, но Занка начал кусать собственную губу - страх, что их услышат, пытался пробиться к его рассудку.
Меня не должны застукать. Не здесь. Где угодно, но не здесь.
Занка начал протестовать, но все слова растаяли, когда Джаббер вытащил его рубашку из брюк и провёл рукой вверх по животу. Всякая решимость остановить происходящее вылетела в окно. Вместо этого он сам обвил рукой узкую талию Джаббера и сделал то же самое. Если его бывший партнёр не поцелует его, то он хотя бы возьмёт маленькую победу - снова почувствовать эту мягкую кожу под своими пальцами.
Занка чуть не подкосило от звука тихого стона Джаббера в его шею. Удовольствие стало одновременно и слишком сильным, и недостаточным. Он оттолкнул руку Джаббера от своего рта, схватил его дреды и оттянул назад, чтобы перевести дух. Их лица снова оказались друг напротив друга - перед ним был самый ослепительный мужчина, которого он когда-либо видел в жизни.
«Ты собираешься и дальше тратить моё время, Вонгер? - его голос стал низким. - Или ты напомнишь мне, зачем я вообще держал твой рот рядом?»
Лицо Джаббера расплылось в самодовольной ухмылке, когда он наклонился вперёд и прошептал: «А я думал, тебе не нравятся мужчины, Занка? Что случилось?»
Занка снова не смог разозлиться, потому что пока боец расстёгивал его ремень, их взгляды встретились, источая взаимную похоть, и Джаббер внезапно опустился на колени, проведя рукой по тому месту, где молния грозила задушить его эрекцию. Занка изо всех сил пытался удержаться у стены, надеясь, что унитазы были такими же новыми, как и само заведение, пока откидывался назад. Он впился зубами в костяшки пальцев, когда Джаббер освободил его из тесных брюк, и скользкий язык Джаббера за рекордное время провёл похабную полосу снизу вдоль его члена, заставив его колени подкоситься.
Глаза Занки закатились, его хватка в волосах Джаббера стала ещё крепче, когда тот полностью принял его в себя. Его охватил стыд от мысли о том, как долго он отказывал себе в удовольствии последние недели, постепенно осознавая с каждой попыткой, что каждый раз, когда он пытался, он мог думать только о Джаббере, о том, как хорошо тот его трахал. Теперь, когда реальность преклонила перед ним колени, глядя на него смесью презрения и голода, Занка не имел ни малейшего понятия, сколько он продержится.
Он уже готов был издать глухой стон, как вдруг в дверь тихо постучали.
"Мистер Нидзику?" раздался незнакомый голос. "Ваш отец послал меня за вами. Все в порядке?"
Занка застыл, зажав рот обеими руками. Он посмотрел вниз на Джаббера, который соскользнул с его члена с непристойным звуком и озорным блеском в глазах. Прижав кончик члена Занки к своей щеке, он поднес палец ко рту, тихо шепча ему "ш-ш-ш", прежде чем снова обхватить Занку губами и провести им вниз до тех пор, пока кончик не коснулся задней стенки горла Джаббера. Занка чуть не заплакал.
Он попытался сделать несколько вдохов и выдохов, осознав, что это никак не помогает его отчаянию, прежде чем наконец заговорил, надеясь, что его тон не выдаст с головой происходящее. «Всё в порядке, да. Простите. Я выпил слишком много на голодный желудок, так что просто, э-э...», - он надавил на голову Джаббера, сильнее, - «выпускаю всё наружу».
Джаббер удовлетворённо загудел от этого действия, ускоряя ритм. Занка выругался про себя, чувствуя, как жар уже начал струиться в его паху, и почти не расслышал следующий вопрос обеспокоенного сотрудника..
«Нет!» - выпалил он слишком быстро, и Джаббер тихо усмехнулся под ним. Занка откашлялся. «Нет, я имею в виду, ничего не нужно, я почти всё уже вырвал. Я выживу». Он снова посмотрел вниз: глаза Джаббера, словно у щенка, умоляли разрешить ему двигаться быстрее. Занка прикусил губу, погладив его по щеке в знак согласия, прежде чем податься вперёд, а тот практически замурлыкал, задыхаясь вокруг него.
Занка не слышал ни слова и плевать хотел, потому что теперь нос Джаббера был прижат к его паху, а тот двигался с нечеловеческой скоростью. Занка полностью потерял себя в ослепляющем жаре наслаждения, глубоко стон в ткань своей рубашки, пока Джаббер подводил его всё ближе и ближе к краю, сводя к дрожащему, бормочущему месиву, когда тот наконец достиг своего предела.
«Джэббер... Джэббер... Джэббер...»
Перед глазами Занки поплыли белые пятна, когда он кончил, обеими руками вцепившись в затылок бойца, чья прежде аккуратная причёска теперь растрёпанно лежала на его лице. Сквозь раздражение Джаббера проглядывало то выражение чистого блаженства, к которому Занка так привык - словно доставлять ему удовольствие было для Джаббера столь же эйфорично, как и для самого Занки. Глаза его бывшего партнёра были широко раскрыты, щёки порозовели, а с полного рта стекала смесь слюны и другой жидкости, капая на лакированный ботинок Занки. Тем временем сам Занка изо всех сил боролся с желанием рухнуть на пол.
Занка стоял там, тяжело дыша, пока не успокоился настолько, чтобы наконец отстраниться от Джаббера, - чувствительность заставила его вздрогнуть. Вид Джаббера, стоящего перед ним на коленях на полу туалета, отрезвил его, напомнив, что в любой момент кто-то может ворваться к ним. Он немедленно начал вытираться бумажным полотенцем, предложив немного и мужчине внизу. Вместо того чтобы взять его, Джаббер медленно поднялся с места, дождался, пока Занка полностью и аккуратно заправит рубашку, а затем открыл дверь и направился к раковине, чтобы привести себя в порядок.
Озадаченный внезапным отступлением Джаббера, он уставился на него в зеркало. «А как насчёт тебя? Я могу...»
«Всё в порядке, - безэмоционально ответил Джаббер, не отрывая глаз от струящейся воды. - Не беспокойся обо мне».
Внезапная холодность ударила Занку, словно кнутом. «Это ты всё начал, а теперь хочешь снова меня ненавидеть?» - рявкнул он, ещё больше разозлившись, увидев, как Джаббер закатил глаза в отражении.
Его бывший партнёр вытер руки и повернулся к нему, на лице - безучастное выражение. «Я никогда не мог бы тебя ненавидеть», - просто сказал он, будто это было самой очевидной вещью на свете. - «Я просто скучаю по тебе. Чего ты от меня ждал?»
Такая прямолинейная честность сжала сердце Занки.
Я тоже по тебе скучаю. Ужасно.
Вместо этого Занка сказал: «Это... не должно повториться. Это не было...»
«Думаю, ты неверно понял мои намерения, мистер Плохое Настроение», - с вздохом произнёс Джаббер.
Другой мужчина снова сократил дистанцию между ними, его взгляд пронзил Занку. Он протянул руку и оттянул воротник рубашки, с одобрением разглядывая обилие оставленных за столь короткое время синяков. Дыхание Занки спёрло, когда он увидел, как Джаббер снова наклонился вперёд. Он жаждал, чтобы их губы встретились, но вместо этого ему в ухо прошептали:
«Ты всегда говорил, что я твой, что, к моему несчастью, всё ещё правда. Но никогда не забывай: твои первые разы всегда будут принадлежать мне. Отсюда... - Джаббер провёл большим пальцем по губам Занки, - ...до сюда». Его другая свободная рука скользнула над промежностью Занки, заставив того ахнуть. Голос Джаббера затвердел, когда он продолжил: «Ты можешь притворяться, что этого никогда не было, но в философии говорят, что то, что происходит внутри тела, важнее того, что происходит снаружи. И я думаю, ты из всех людей никогда не забудешь, кто был внутри тебя первым».
Занка был парализован тоном Джаббера; внутри него копилась смесь боли и отчаяния. Он ненавидел, как его голос дрогнул, когда он сказал: «Заткнись нахрен. Сейчас же».
Услышав это, Джаббер снова вздохнул, отстранился и направился к двери.
Подожди, он уходит? Почему он уходит?
Прежде чем выйти, Джаббер остановился, слегка повернув голову назад.
«Занка...»
Не называй моё имя таким тоном.
«Прости».
За что? Ты ничего не сделал.
«Не возвращайся сюда».
Почему? Почему я не могу...
И так же внезапно Джаббер исчез, дверь несколько раз качнулась за ним, а затем замерла - точно так же, как замерло сердце Занки в ту ночь, когда он бросил Джаббера. Он стоял там, растрёпанный и потерянный, несколько мгновений, не зная, что делать. Когда он наконец набрался смелости взглянуть в зеркало, его передёрнуло. Не из-за помятой рубашки, не из-за фиолетовых синяков, выглядывающих из-под воротника, и даже не из-за того, что он осознал: слёзы уже какое-то время беззвучно текли по его лицу.
Нет, всё это не имело значения. Он был просто потрясён тем, что лишь на мгновение увидел проблеск того, кем он был раньше. Кем он был, когда был с Джаббером. А теперь, когда боец ушёл, перед ним снова была та же пустая оболочка, которой он всегда и был - всего лишь марионетка, чьи нити постоянно дёргали все остальные люди в его жизни, угрожая разорвать швы. Но даже под давлением он сделал то, к чему всегда прибегал: запихнул свои чувства всё глубже и глубже, пока не перестал их чувствовать вовсе.
Слова Джаббера эхом звучали у него в голове: «Не возвращайся сюда».
Но почему? Я хочу тебя видеть.
На одно место, где я могу вспоминать о нём, стало меньше, наверное.
Занка мысленно поднял себя за шнурки, застегнул рубашку до самого верха и расправил складки на ткани. Он плеснул на лицо холодной воды, чтобы остудить пылающие щёки, и смыл все следы своей слабости. А потом пошёл.
Он прошёл по коридору, мимо стола, прямо к выходу. Кажется, он попрощался с Рио и Хё, обе пытались удержать его, но он не помнил. Зато он вспомнил разочарованный взгляд отца, когда проходил мимо, но в этом не было ничего нового.
Он шёл долго, в какой-то момент осознав, что направляется к клетке, а не в поместье отца. Он уже собрался позвонить водителю, чтобы тот его нашёл, как понял, что оказался на той же чёртовой скамейке, к которой всегда возвращался. Поэтому он заставил себя вернуться немного назад, хотя бы чтобы избежать чувства, что снова хочет, чтобы Джаббер пришёл и спас его.
Потому что Джаббер бы пришёл, если бы Занка попросил. Снова и снова он бы взял его за руку и вытащил из этой ямы, даже если бы Занка потянул его обратно, оказавшись наверху. Но у Занки не было права просить его об этом, особенно после сегодняшнего.
Поэтому он ждал под тусклым уличным фонарём в незнакомой ему части города, пока наконец за углом не показалась его машина. Если водитель пытался заговорить, он не утруждал себя ответом, молча сидя, пока они не подъехали к парадному подъезду дома его родителей. Когда Занка вошёл в дверь, он услышал пронзительный голос матери, но проигнорировал и её, волоча ноги по лестнице, пока наконец не оказался в своей комнате. Бездушной комнате, которая не значила для него ничего, кроме как помпезного складского помещения.
Он упал на кровать, уставившись в потёмки на потолке, пока грудь ныла, а ум был заполнен лишь тем, как к нему прикасался Джаббер. Как раз когда он думал о том, что нужно найти новый кроссворд на завтра, он осознал кое-что и спрятал лицо в подушке от стыда, будто кто-то мог это увидеть.
Я даже не сказал спасибо.