87
Мой голос был угрожающим, но в нем звучала и отчаянная любовь. — Я сделаю все, чтобы ты мне поверила. Но попытки побега… они закончены. Поняла?
Она смотрела на меня, ее губы дрожали. В ее глазах блеснули слезы, но она не плакала. Она кивнула. Еле заметно. Но кивнула.
Я подошел к ней, опустился на колени. Взял ее руки.
— Мы справимся, Адель, — прошептал я. — Вместе. Только дай мне шанс.
Я поцеловал ее руки. Знал, что это будет долго. Знал, что она будет сопротивляться. Но она была здесь. В моем доме. Моя. И я больше никогда ее не отпущу.
Я гнал машину по трассе, чувствуя, как вчерашний алкоголь медленно, но верно выветривается из крови. Рядом со мной сидела Адель, отвернувшись к окну, ее плечи дрожали. Я чувствовал ее обиду, ее боль. Но она была здесь. В моей машине. Моя. И это было главное.
Утро началось с восстановления контроля. Я не мог позволить ей расслабиться, забыть, кто здесь главный. Она попыталась убежать. Один раз. Этого хватит. Мой тон был жестким, голос – властным. Я приказал ей собираться на объект, пока я отвезу Вику в сад. Пусть поймет, что ее место здесь, в моей жизни, по моим правилам.
Я отвез Вику в сад, обнял ее крепко. Моя девочка. Моя дочь. Она была чистой, невинной, не испорченной всей этой грязью, которая творилась вокруг нас. Я думал о ней, о Вике, когда ехал на работу. А потом мысли вернулись к Адель.
Ее проделки с Алексеем. Этого я никогда не забуду. Это был ее выбор. Ее слабость, когда она позволила ему снова войти в ее жизнь. Я знал, что она любит меня, но этот чертов Алексей… Он был призраком прошлого, который постоянно маячил на горизонте, отравляя мои мысли. Она была моя, черт возьми. И я больше никогда не позволю ей даже взглянуть на кого-то другого.
Когда я подъехал к стройке, чтобы забрать Адель, то увидел его. Алексея. Он выходил из соседнего здания. И Адель… она улыбнулась ему. Моя Адель, которая со мной едва говорила, улыбнулась ему. А потом он коснулся ее руки. Легкое, мать его, прикосновение.
Кровь ударила мне в голову. Ярость захлестнула меня, чистая, дикая, безумная. Он посмел. Прикоснуться к моей женщине. Моей собственности. Я был готов разорвать его на части. Мои ноги сами понесли меня. Я видел, как моя рука заносится, как ярость застилает глаза. Но тут она. Адель. Встала между нами. Обняла меня, прижалась к груди, прошептала: «Пожалуйста, Егор… поехали. Отсюда. Сейчас же. Не делай этого».
Я замер. Ее слова пронзили меня. Мое тело все еще дрожало от ярости, но она, Адель, моя Адель, словно впитала в себя мой гнев. Она спасала меня. И спасала его. Я тяжело дышал, но медленно, очень медленно опустил руку. Алексей быстро ретировался. Правильно. Его место не здесь.
Я тяжело дышал, медленно опуская руки. Ярость не исчезла, но она была сдержана. Моими объятиями. Моей мольбой. Моим присутствием. Я уткнулся ей в макушку, ее дыхание опалило мои волосы.
— Сейчас, — прорычал я. — Сейчас уедем.
Я взял ее за руку, сжал ее крепко, словно тисками. В моих глазах все еще горел огонь, но он был уже направлен не на Алексея, а на нее. Как будто говоря: ты моя, и никто не имеет права на тебя смотреть. Я чувствовал, что это было лишь временное перемирие. Но сейчас, в этот момент, оно было необходимо. Мне нужно было выбраться отсюда. С ней. И понять, что ждет нас дальше.
Я отвез ее за город, в лес, где было темно и тихо. Когда мы вышли из машины, звездное небо было огромным, усыпанным бриллиантами. Она посмотрела вверх, ее лицо выглядело таким хрупким в лунном свете. В ее глазах промелькнула искорка удивления, даже легкого восхищения. Мой план работал. Она была чувствительна к таким вещам.
Я подошел к ней сзади, обнял за талию, притягивая к себе. Она вздрогнула, но не отстранилась. Я уткнулся ей в волосы, вдыхая ее запах.
— Я так скучал по нам, Адель, — прошептал я. — По этим моментам. Когда только мы вдвоем.
Она молчала. Я чувствовал, как ее тело начинает расслабляться в моих руках. Она была слаба, вымотана, эмоционально истощена. Она была идеальна. Удобна.
Я повернул ее к себе, наклонился, поцеловал ее в губы. Сначала нежно, потом требовательнее. Я чувствовал ее нерешительность, ее молчаливое сопротивление, но я продолжал. Мои губы властно давили на ее. Ее тело подалось вперед, прижимаясь ко мне.
Я прервал поцелуй, взял ее за руку, повел к машине. Она пошла за мной. Без слов. Без возражений.
Я открыл заднюю дверь, затолкнул ее внутрь. Она упала на сиденье, ее глаза расширились. Я наклонился над ней, заслоняя собой весь мир.